Глава 42.

Сад резиденции герцога Эфрон был совершенно запущен.

Как и в случае с остальной частью особняка, это было неизбежно, поскольку хозяин не заботился об угодьях.

На заднем дворе паслись лошади и резвились охотничьи собаки, а также прятались и болтали ленивые слуги. Это пространство не имело ничего общего с эстетикой: старые опавшие листья, голые ветви деревьев, хаотично переплетенные между собой.

Поскольку Седрик не беспокоился о сохранении облика в глазах других, это место не стало исключением.

Территория у главных ворот в некоторой степени поддерживалась в порядке, но даже там в лучшем случае лишь вовремя подстригался газон и обрезались ветки деревьев.

– Нужно проложить новую тропинку.

Трава разрослась очень буйно. Не так давно была спешно проложена тропинка, но девушке в широком платье было крайне неудобно прогуливаться по ней.

На лице Седрика отразилась неловкость.

Я думал, что, раз в это место редко приходят люди, при должной охране всё остальное не будет иметь значения. Не предполагал, что здесь свободно гуляют собаки и лошади.

Однако некоторые вещи всё же стали беспокоить его во время прогулки с Артизеей.

– Всё в порядке. Кажется, словно я прогуливаюсь в лесу, а не в саду, – не задумываясь, сказала Артизея.

– …… – Седрик закрыл лицо ладонями. – Нужно нанять новых садовников.

– Я не говорила вам, но Ансгар уже нанял новых сотрудников. Оказывается, до сих пор было лишь 2 садовника. Этот особняк такой большой, что двум людям трудно справиться с уходом за ним.

– Позвали садовников издалека?

– Да. Из Эрцгерцогства.

Седрик коротко выдохнул.

– Даже если это займёт некоторое время, лучше обратиться к тем, кому можно доверять. Структура сада является особенно важной частью безопасности.

– Я тоже знаю об этом, но…… сначала нужно проложить дорожку, пусть даже временно.

– Пустая трата времени.

– Неизвестно, когда всё будет готово. Разве не трудно ходить в нынешнем состоянии? – Седрик указал на траву, пачкающую подол платья Артизеи.

Можно просто обложить всё тряпками. Хотя ходить в туфлях немного трудновато, – Артизея приподняла подол платья, ступая по пучкам травы:

– Иногда. Это ведь хороший отвлекающий фактор для настроения?

– Не всегда.

Артизея посмотрела на Седрика, задумчиво наклоняя голову.

– Врач ведь рекомендовал вам? Гулять каждый день.

– ……Я слышала об этом.

– Вы не уделяете достаточно внимания рекомендациям своего врача? Сегодня Ансгар отругал меня.

– Каждое утро мы завтракаем вместе. Этой заботы обо мне с вашей стороны достаточно. И мы можем говорить о чём угодно.

– Вам не нравится постоянно видеть моё лицо?

– Нет. Это не так, – Артизея посмотрела на Седрика со смущённым выражением лица.

Никогда не считала это проблемой. Но я просто думала, что ему не стоит так беспокоиться обо мне.

– Думаю, недостаточно говорить лишь о том, что нужно.

Вот оно что.

Я хорошо знаю Седрика, но он не знает меня достаточно хорошо.

Даже если это брак по контракту, это всё равно брак. Развод не означает полное расставание и отсутствие встреч.

Речь не только об отношениях между супругами, но и об отношениях между хозяином и вассалом, которым необходимо соответствующее взаимопонимание и доверие.

– Простите, – склонила голову Артизея, зная, что этого достаточно, чтобы умереть.

– За что?

– Я не могу честно рассказать вам всё, – ответила она, опуская взгляд.

– Мои слова звучали как допрос? – с любопытством спросил Седрик.

– Нет. Это не так…… – Артизея колебалась.

Она уже давно отказалась от желания быть понятой другими.

Было бы лучше, если бы все были такими же, как Фрэйл.

Всё нормально, когда нужно просто дать другим понять, что ты – полезный человек.

Однако если оставить это в стороне, то я просто не могу попросить человеческого понимания.

Мне трудно убедить людей, что, несмотря на мои порочные действия, я делаю всё возможное ради светлого будущего.

Проще просто признать, что я злодейка, чем просить о понимании.

Легко сказать: «Я – злодейка, обречённая на муки в аду, поэтому вы должны бояться и ненавидеть меня», чтобы делать то, что нужно.

Седрик знает, что мне можно доверять или, по крайней мере, можно попытаться довериться.

Потому что даже в последние моменты вместо того, чтобы выбрать лёгкий путь и обвинить меня, он оказался тем, кто склонил голову, прося моей помощи ради мира.

Однако эти «знания» и мой опыт не совпадают. Я никогда не думала, что может произойти нечто подобное.

Вот почему признать вслух такое желание требует огромного количества мужества.

– Даже если кажется, что я что-то скрываю от вас, господин Седрик, или совершаю какой-то отвратительный поступок, знайте, это никогда не делается из враждебности к вам…… – осторожно заговорила Артизея. – Если узнаете о чём-то таком, пожалуйста, спросите у меня, зачем это было нужно.

Если он будет делать так, я, наверное, смогу умереть счастливой, даже если в итоге придётся идти на виселицу с растрёпанными волосами.

– …… – Седрик молчал, ничего не говоря.

Ему следовало спросить, почему Артизея попросила об этом, но, как ни странно, мужчина не мог произнести ни слова.

У меня такое чувство, словно я знаю ответ, даже не слыша его.

Очевидно, когда произойдёт нечто подобное, я и сам пойму, почему это случилось.

А, как я и думал, – размышлял Седрик, рассеянно протягивая руку.

Из-за того, что опущенные ресницы Артизеи сверкали, ему казалось, что на её глаза наворачиваются слёзы.

– Господин Седрик?

– Не, нет. Ничего, – мужчина внезапно пришёл в себя и опустил руку.

В голове Седрика появилась странная мысль.

Почему я подумал, что она сделает что-то плохое за моей спиной? И почему думаю, что смогу понять это?

А ещё мне хочется обнять её.

Все три мысли были странными. Он думал о них так, словно вспоминал события из прошлого.

Артизея обещала консультироваться со мной, прежде чем разрабатывать планы.

Вполне естественно, что она не может рассказать всё. Мне не нужно вмешиваться в дела маркизы Розан.

Совсем не странно, что она пытается скрыть тень, таящуюся в её сердце.

Седрик протянул ей руку, но Артизея колебалась, принимать её или нет.

– Дорога неровная. Хотя, конечно, странно говорить такое в доме.

– Да, – ответила Артизея и всё же осторожно положила свою ладонь на руку Седрика.

Мужчина прижал её ладонь своей и притянул к себе.

Мне всё ещё хочется обнять её, – но пока ещё было рано, поэтому мужчина решился довольствоваться лишь этим.

– Нужно позаботиться о том, чтобы тропинка была заложена как можно скорее. Если хотим прогуливаться ради здоровья, то это необходимо.

– Да.

Рука и запястье Артизеи, прижатые к боку Седрика, потеплели.

Девушка не могла скрыть румянец, вспыхнувший на лице.

И считала, что ей повезло, что взгляд Седрика, идущего с ней бок о бок, был направлен прямо перед собой, а не падал на её лицо.

Некоторое время пара прогуливалась молча.

– Кстати, могу ли я помочь вам чем-нибудь в подготовке к свадьбе? – спросил вдруг Седрик. – Нет, хочу сказать, что помогу вам…… со всем, что нужно сделать.

– Не нужно, – мгновенно ответила Артизея.

Седрик растерянно посмотрел на неё:

– Стоит ли отвечать так категорично? Все приглашения уже заполнены?

– Да. Я написала лично лишь те, что нужно отправить Его Величеству Императору и эрцгерцогу Ройгар, ответственность за остальные взял на себя Ансгар.

– Тогда всё в порядке. Займитесь пошивом платья, а всё остальное оставьте мне. Кажется, я единственный, кто ничего не делает. Вы выглядите невероятно занятой. А ведь предстоит сделать многое.

Это было правдой.

Брак, рождение наследников и похороны имели первостепенное значение для дворянских семей.

Среди этих событий самое большое количество времени (из-за огромного объёма дел) занимало бракосочетание, объединяющее семьи.

У Артизеи не было родителей, которые могли бы заняться подобными делами вместо неё.

Ей приходилось готовиться к свадьбе, одновременно с этим заботясь о делах семьи Розан.

Подготовка к свадьбе включала и подготовку свадебного платья, подарков, а также отправление приглашений. Однако важнее было заложение основы для будущего, в котором координировались различные интересы.

Вот только существовал предел физическим и умственным силам, которые человек мог использовать в течение суток. У Артизеи было не слишком сильное тело, поэтому ей приходилось быть осторожной в распределении своего времени.

Поскольку ей также требовался отдых, чтобы сохранять ясность ума, проблемы, которые обычно беспокоят невест, отошли на второй план.

Седрику стало жаль девушку:

– Разве вы не настолько заняты работой, что едва находите время на свадебную подготовку?

– И всё же с этим ничего не поделать.

– Вы не должны говорить так, Тия. Я возьму на себя все приготовления в особняке, а вы займитесь собой.

– Ансгар занимается домашними делами. Самые важные приготовления идут без малейших проблем. Не волнуйтесь, – уверенно ответила Артизея.

Седрик тихо выдохнул. Его сердце сжималось от боли, но он не мог понять почему.

Мне бы хотелось, чтобы Артизея вкладывала больше усилий в этот брак.

Я не говорю, что свадьба важнее того, что она хочет сделать, или что брак – это самое важное в жизни женщины.

Но всё же брак есть брак.

Даже если это контрактный брак с ограниченным сроком действия, он всё равно остаётся браком. А Артизея – невестой.

И мне бы хотелось, чтобы у неё остались хорошие воспоминания о свадьбе. Ведь это особенно необходимо для девушки, которая никогда раньше не была главной героиней какого-либо мероприятия.

Хочу хотя бы на мгновение сделать её счастливой.

– Это ведь наш брак, – не находя слов, Седрик смог сказать лишь это.

Главные герои этой свадьбы – мы, а не интриги или заговоры.

Это «наш брак». После того, как он произнёс это вслух, мужчина почувствовал, как сердце забилось быстрее.

– Мой вид настолько беспокоит вас?

– Немного, – Седрик тут же задался вопросом, как ему лучше передать Артизее свои чувства. – Проблема Западной армии уже решена благодаря нашему с вами сотрудничеству. Помните, когда я впервые сказал вам, что принимаю контракт ради Западной армии?

– Да.

– Наша цель достигнута. Мне было дано разрешение улучшить Западную армию, а вы сбежали от Милайры. Сейчас можно думать немного медленнее. По крайней мере, до свадьбы. Несмотря на то, что срок контракта составляет 2 года, у нас есть ещё много времени, чтобы провести его вместе, – сказал Седрик, слегка поглаживая тыльную сторону ладони девушки.

Артизея опустила взгляд. Это было сделано для того, чтобы скрыть румянец, вспыхнувший на её лице:

– Не волнуйтесь. Я буду помнить об этом.

Слова «наш брак» странно щекотали уши девушки.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –