Глава 51.

– Я понимаю твоё желание пожертвовать собой, – сказал эрцгерцог Ройгар. – Однако сейчас, когда у тебя появилась своя семья, твоё мышление о жизни будет отличаться от прежнего.

– Да.

– Если у тебя возникнут какие-либо трудности, пожалуйста, обращайся к этому дяде. На самом деле, твоя невеста, кажется, несколько умнее тебя в этом отношении, – эрцгерцог Ройгар рассмеялся. – Ты ведь знаешь мою невестку? Маркизу Камелия? В последнее время, когда она открывает рот, то говорит только о твоей невесте. Когда вернётесь из медового месяца, обязательно приезжайте к нам в гости.

– Да.

– Пусть мы и родственники, но мы не может по своему желанию приходить и уходить из императорского дворца. А Лоренс, хм, пусть он и мой племянник, не слишком ли это? – Ройгар замолчал на несколько мгновений и быстро скривил губы в усмешке. – Я не говорю о твоей невесте. Ты же понимаешь? Он отличается от девушки, наследующей титул маркиза Розан. В конце концов, мы ведь куда более близкие родственники?

– Да. Понимаю, – равнодушно ответил Седрик.

Эрцгерцог Ройгар и Седрик перенесли в прошлом схожие трудности. Разница в возрасте между ними была относительно небольшой для дяди и племянника.

Вот только они никогда не были близки.

Их характеры были совершенно разными.

С самого начала эрцгерцог Ройгар объединился с дворянами и торговцами, которым не удалось добиться влияния в центральной политике, чтобы создать собственную политическую базу.

Пока Ройгар занимался налаживанием отношений, Седрику с юного возраста приходилось защищать Север.

После того, как положение Седрика немного стабилизировалось, Император тут же отправил его на другое поле боя.

Поскольку их жизни были разными, Седрику и Ройгару не о чём было разговаривать даже в редкие встречи. Они просто здоровались и прощались.

А сейчас он ведёт себя так, словно мы – единственная семья в мире, – даже зная причину, Седрик чувствовал себя странно.

– Думая сейчас…… – эрцгерцог Ройгар вдруг стал колебаться.

Он задался вопросом, придёт ли Милайра на свадьбу, но спрашивать о таком Седрика казалось сейчас неуместным.

Эрцгерцог Ройгар посмотрел на Лоренса.

Тот со спокойным выражением лица пододвинул свою золотую табличку.

Внезапно слуга осторожно подошёл к Лоренсу и что-то зашептал ему на ухо. После этого Лоренс поднялся.

Маркиза Камелия тоже смотрела на свою именную табличку с тонким предчувствием.

Невозможно, чтобы юная маркиза Розан случайно оставила место пустым.

Каковы её намерения?

Когда инцидент с бароном Из только начался, маркиза Камелия думала, что сможет склонить на свою сторону не только Артизею, но и Седрика.

Ведь от этого инцидента пострадала бы фракция Лоренса. Поэтому маркиза Камелия думала, что Артизея пытается настроить брата против себя.

Однако после этого девушка не проявила особой благосклонности ни к маркизе Камелия, ни к эрцгерцогине Ройгар.

Но, похоже, её отношения с матерью тоже полностью испортились.

Пустое место осталось вместо именной таблички Милайры?

– Сестра, как насчёт того, чтобы и нам сходить навестить невесту? – прикрыв губы веером, шёпотом спросила эрцгерцогиня Ройгар.

– Нас даже не пригласили туда, – отрицательно покачав головой, ответила маркиза Камелия.

– Однако Шарлотта пошла. И я тоже ей родственница.

– Графиня Юнис и юная маркиза Розан всегда контактировали. Однако Ваше Высочество ещё не встречалась с юной маркизой Розан, – мягко объяснила маркиза Камелия.

– Юной маркизе Розан повезло. Не то, чтобы я недовольна своим мужем, но мне всё равно хотелось бы жить с красивым мужчиной.

– Вам не стоит говорить так, Ваше Высочество Эрцгерцогиня.

– Лоренс, конечно, красив, но слишком похож на Милайру. И мне нравится, когда мужчина выглядит скорее мужественно, чем ухоженно, – без стеснения сказала эрцгерцогиня Ройгар.

Она была младшей дочерью маркиза Руден, престижной семьи Востока.

У маркиза Руден было более 10 детей, но большая часть из них была незаконнорождёнными. За исключением Эрцгерцогини, законным ребёнком был лишь один сын, который стал наследником семьи.

Поэтому, как единственная законная дочь, с момента своего рождения Эрцгерцогиня воспитывалась очень тщательно ради её будущего политического брака.

Ей было всего 6 лет, когда её обручили с эрцгерцогом Ройгар, который был на 13 лет старше неё.

Это была самая крупная инвестиция, которую маркиз Руден когда-либо делал в своей жизни. Родная дочь была по сути залогом этой инвестиции.

И, само собой разумеется, что этот контракт стал успешным для обеих сторон. Эрцгерцогиня родила троих здоровых детей, после того как вышла замуж, укрепляя родословную.

Эрцгерцог Ройгар лелеял свою юную жену, как сокровище, оборачивая её в золото и шелка.

И это отношение наглядно отражалось в личности эрцгерцогини Ройгар.

– Ваше Высочество Эрцгерцогиня, пожалуйста, прекратите говорить вещи, которые могут вызвать недоразумение. Эрцгерцог Эфрон – ваш племянник, – сказала маркиза Камелия, которая была обеспокоена словами невинной девушки, сказанными с весёлым лицом.

Эрцгерцогиня тут же забормотала о том, почему её старшая сестра так придирчива.

В этот момент.

Возгласы радости и изумления раздались у входа в особняк.

Оттуда волнами распространялся шок.

– Невеста вышла? – наклонив голову, с любопытством спросила эрцгерцогиня Ройгар из-за звуков, которые казались слишком изумлёнными для приветствия невесты.

Седрик поклонился эрцгерцогу Ройгар и обернулся.

Артизея, идущая под руку с Императрицей, прошла через арку из роз, как дочь, державшая руку матери.

Поскольку выход матери с невестой был обычным делом, никто из слуг не кричал об их прибытии.

Но всё равно стало быстро известно, кто прибыл.

– Боже мой, – маркиза Камелия вскочила на ноги от изумления.

Такая реакция была не только у маркизы Камелия, но и у множества других людей. Весь свадебный зал всколыхнулся, как морская волна.

– Благодарю, что пришли, – искренне сказал Седрик Императрице вместо долгих и официальных приветствий. На его губах появилась яркая улыбка.

Это было не облегчение из-за того, что предположение Артизеи оказалось верным.

Артизея говорила, что свадьба пройдёт хорошо, даже если Императрица не придёт.

Однако ей ведь было бы слишком одиноко входить в свадебный зал одной, без человека, который выступил бы в качестве её семьи.

Императрица прищурилась.

– Я сказал что-то странное? – спросил Седрик, поглаживая себя по щеке.

– Нет, – ответила монаршая особа, качая головой. – Думаю, то, что было сказано в прошлый раз, было не ложью.

Артизея наклонила голову, не понимая, о чём идёт речь.

Однако Седрик понял.

– Не дразните меня, – покраснев, сказал он, избегая зрительного контакта.

Пока они вели этот разговор, к ним приблизился Император, глаза которого были полны удивления:

– Катрин.

Выражение лица Императрицы напряглось, когда она бросила холодный взгляд на супруга.

– Что заставило тебя выйти за пределы дворца? Твоё самочувствие стало лучше? – спросил Грегор, притворяясь спокойным.

– Моя фрейлина выходит замуж, и моё здоровье не настолько плохое, чтобы не иметь сил прийти и увидеть её.

– Фрейлина, – Грегор бросил оценивающий взгляд на Артизею.

Та не смотрела на Императора, а просто стояла опустив взгляд.

– Ты же не собираешься говорить жениху и невесте преклонить колени, придя к ним на свадьбу? – спросила императрица Катрин.

– У меня не было таких намерений, – лицемерно улыбаясь, ответил император Грегор. – Просто немного удивился. Если ты решила стряхнуть с себя прошлое и выйти, это очень приятно. Свадьба – хороший повод, напоминающий о наших с тобой старых временах.

Императрица стиснула зубы так, что даже Седрик и Артизея заметили это. Но быстро скрыла своё волнение и холодно ответила:

– Довольно. Я не собираюсь ничего делать. Просто подумала, что вместо жизни в уединении в таком возрасте, будет лучше положиться на своих племянника и племянницу, с которыми мне легко.

– Это тоже хорошо. То, что ты задумываешься о спокойном будущем, – улыбнулся Герцог. И снял со своей груди бриллиантовую брошь. – Если ты решила встать на место материи Тии, я встану на место отца Седрика. Я и без того чувствовал горечь, что это свадьба проходит без родителей, поэтому всё складывается как нельзя лучше.

Мать дарила невесте шар из чистого золота, как символ сохранения её чистоты и сияния дня свадьбы.

Отец дарил жениху новый бриллиант, который никогда не использовался, как символ вечного сохранения его сильного сердца.

И после свадьбы молодожёны соединяли их вместе, создавая памятную реликвию.

Таков был обычай.

Брошь Грегора была не новым бриллиантом. Однако это подарок от самого Императора, а значит, ничто новое не шло в сравнение с ней.

Император лично закрепил брошь на груди взволнованного Седрика.

Оркестр принялся играть музыку. Слуги и горничные отступили на несколько шагов назад, создавая некоторую дистанцию.

Императрица вновь взяла Артизею под руку.

Император подошёл к Седрику, снова хлопая его по плечу.

Рыцари, выстроившиеся по обе стороны дорожки, одновременно подняли обнажённые мечи, создавая серебристую арку.

Цветочница впереди процессии раскидывала цветочные лепестки.

Вот так 4 человека медленно направились к алтарю.

Когда они достигли алтаря, императрица Катрин отпустила Артизею и вложила букет в руку невесты, которую ранее держала.

Тогда Император протянул руку супруге.

– Грегор, – Императрица посмотрела на него с ошеломлённым лицом.

Между ними повисла напряжённая атмосфера.

– Это свадьба, – напомнил он о том, что нехорошо вести себя, как враги, перед всеми этими людьми.

Вот так у Императрицы не осталось выбора, кроме как положить свою руку на руку супруга.

Катрин не хотела этого, но это была одна из вещей, о которых её просила Артизея.

Сама цель того, что Артизея становилась фрейлиной, изначально заключалась в этом.

Отнять у Милайры и место матери Артизеи, и место рядом с Императором.

Каким бы своенравным ни был Грегор, он не мог вести себя с Милайрой как с женой, если рядом присутствовала Императрица.

Нет, Милайра даже не могла осмелиться показаться на свадьбе, на которой присутствует императрица Картин.

А для самой Катрин мысль о том, чтобы вести себя как супружеская пара с Императором, была ужасающей.

Однако она уже приняла решение.

Грегор улыбнулся, когда Картин приняла его руку. Это была торжествующая улыбка, словно он победил Императрицу.

Когда они отошли в сторону, Седрик наконец взял за руку Артизею.

– Да благословит Бог такие замечательные пары, – счастливо улыбаясь, заговорил Архиепископ. – Не только двое молодых людей соединяют свои жизни, но и пара, которая долгое время была разлучена, воссоединилась. Что же может быть лучше?

Артизея молча склонила голову.

*****

– Как! Как это случилось! – истерично закричала Милайра, наблюдающая за происходящим.

Двое слуг схватили её за руки, когда женщина попыталась рвануть вперёд.

– Я же говорил, тебе не стоило приходить, матушка, – вздохнув, сказал молодой мужчина.

– Лоренс!

– Почему вы не можете это понять?

– Я – мама Тии!

– Поэтому сейчас вы собираетесь испортить свадьбу?

– Как можно вот так поступать со мной? – спросила Милайра, смотря на сына покрасневшими глазами.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –