Мать Эдварда, великая герцогиня Фульда, обладала роскошной фигурой, поэтому казалось совершенно невероятным, что у неё есть уже довольно зрелый сын. Эдвард унаследовал её светлые волосы и острый взгляд. Фульда была красива, но не безупречна. Хоть носик был высоким и прямым, рот казался несколько крупноватым. Эта диспропорция, слегка неправильная форма, делала её более привлекательной. Естественно, у неё были морщины и лишний вес, соответствующий её возрасту, но, несмотря на это, Фульда на собственном примере доказала, что с возрастом привлекательность возрастает.

Она долгое время была любовницей Хокона. Несмотря на это, многие аристократы делали ей предложения, но в итоге Хокон использовал свое влияние, чтобы увезти её. Доподлинно неизвестно, до какой степени он любил её. В то время Фульда была главой дома Халворсенов и пользовалась большой популярностью среди простого народа. Более того, она была больше связана со Святым Престолом, чем с местной религией, поэтому ходило много слухов, что брак был политическим.

Каждый раз, когда Эдвард слышал эти слухи, он думал: "Ну конечно. Королевские браки – это сплошная политика".

Став главой своего дома, Эдвард вернулся в поместье Халворсенов в Нордкапити. Территория Великого Герцогства Грант была невелика, поэтому даже знатные вельможи жили в столице и отправляли заместителя–управляющего в свои владения.

Перед домом стояли две великолепные кареты. Рыцарский эскорт, ожидавший неподалеку, сразу подсказал Эдварду, что экипажи предназначены для королевских особ. Его мать, Фульда, вернулась домой. Расспросив слугу о ситуации, Эдвард узнал, что великий герцог Хокон также присутствует в доме. Судя по всему, Хокон и Фульда вместе прошли в её опочивальню. Эдвард решил, что они не собираются заниматься сами знаете чем посреди дня, и направился в комнату Фульды, чтобы поздороваться.

Эдвард остановился возле спальни, в которой уже не было посторонних. За дверью слышались спорящие голоса.

— Почему ты не проводишь ночи в гареме? – послышался раздражённый голос Хокона.

— Днём я появляюсь во дворце, – голос матери, хотя его и трудно было разобрать через дверь, был холодным и равнодушным.

До Эдварда дошли слухи, что Фульда и Хокон в последнее время не в ладах. Фульда была крайне холодна с Хоконом.

«Она потеряла мужа вскоре после того, как они поженились, и её долгие годы в качестве любовницы были лишь средством защиты дома Халворсенов».

«Это был политический брак, поэтому великая герцогиня Фульда не отдала своё сердце великому герцогу Хокону».

«Фульда не в восторге от того, что дети Хокона от его предыдущей жены стоят в очереди на наследование престола…»

Непопулярность Хокона подливала масла в огонь слухов.

Эдвард решительно постучал в дверь спальни:

— Это я, Эдвард!

— Войдите! – раздался в ответ сердитый голос Хокона.

— Давно не виделись, Ваши Высочества.

— Я слышала новости, Эдвард. Ты снова победил в бою, – великая герцогиня улыбнулась.

— Логово Огненного Дракона стоит непоколебимо.

— Хм, – угрюмо буркнул Хокон.

«Почему он не может порадоваться ратным подвигам сына?»— подумал Эдвард.

— Я как раз собиралась сама отправиться в Логово Огненного Дракона, чтобы выразить свою признательность за победу.

— Правда, матушка? – удивился Эдвард.

— Это же не так далеко от Нордкапити.

— Что ж, верно.

Эдвард понял, почему Хокон был в плохом настроении. Из множества позорных слухов, ходивших по улицам, самым унизительным был слух о том, что великая герцогиня Фульда «хочет получить семя Грюнбельда».

---