Торговый квартал

В соседнем квартале битва достигла апогея.

— Разрубающий гром! — взревел Снежный Мастиф, обрушивая свой топор на Тао-у.

Серебристая дуга энергии распорола воздух, заставив землю под ногами треснуть, но монстр, вопреки ожиданиям, просто поднял свое копье, приняв удар на себя. Он выстоял. Воин замер в изумлении: он впервые видел, чтобы кто-то блокировал его ультимативный прием.

В этот момент сквозь стену соседнего здания пролетел золотой силуэт — Император, подхваченный своим хозяином, Черным Императором. Лицо злодея исказилось от досады: после странного «взрыва», который устроил тот безумный человек, Император начал вести себя как сломанная игрушка, спотыкаясь на ровном месте.

Сквозь дыру в стене медленно вышел Лю Янь. Его лицо, лишенное малейшей тени прежней доброты, было холодным, как арктический лед. Снежный Мастиф, увидев его, невольно отступил.

— Лю... Лю Янь? — неуверенно позвал он.

Лю Янь лишь мельком взглянул на него, не удостоив ответом. Его шаги были тяжелыми и размеренными. Он шел к лежащему на асфальте Сянъяну, который после вспышки света сбросил броню и теперь был без сознания.

— Проклятье, — прошипел Черный Император, вытирая пот со лба. — Звери, ко мне! Живо!

В других частях города монстры, словно повинуясь невидимому сигналу, прекратили атаки. Тао-те, Имитатор-Хунь-дунь и крылатый Цюн-ци, игнорируя удары Воинов Дракона, Орла и Тигра, резко развернулись и бросились прочь, к одной-единственной точке — туда, где стоял Лю Янь.

Вернувшись на перекресток, Лю Янь вырвал «Книгу Жизни и Смерти» из изрезанного тела Тао-у. Глядя на то, во что он превратил чудовище, он хладнокровно перевел взгляд на дрожащего Черного Императора и спящего мальчика. Зрелище было не из приятных — даже спецназовцы, стоявшие поодаль, невольно отвели взгляд от кровавой каши под ногами.

— Лю Янь, хватит! — прохрипел Снежный Мастиф, преграждая ему путь. — Этого достаточно! Задержи их, но не убивай Сянъяна, он всего лишь ребенок!

Лю Янь прошел мимо него, даже не замедлив шага.

— Недостаточно, — отрезал он голосом, в котором не было ничего человеческого.

Мастиф стиснул зубы и выставил руки, пытаясь остановить его.

— Ты не в себе! Приди в себя!

Не говоря ни слова, Лю Янь коротким движением косы отбросил его в сторону, как назойливую муху. В этот момент три Древних Зверя тяжело приземлились перед Черным Императором, закрывая его своими телами. Следом за ними на пыльный асфальт спрыгнули остальные воины.

— Лю Янь, что ты творишь?! — закричал Воин Орла.

Для них картина выглядела как предательство: их товарищ, в одиночку устроивший бойню, теперь шел добивать ребенка. Снежный Мастиф, с трудом поднявшись, вытирая кровь с груди, пытался донести до них правду, но слова застревали в горле.

— Ты атакуешь Сичжао! — крикнул Воин Тигра, с болью глядя на друга. — Разве мы не союзники?!

Лю Янь остановился. Ветер трепал полы его плаща, а в глазах застыла бесконечная, пугающая пустота. Он обернулся к ним, и в этом взгляде было столько отчуждения, что воины невольно отшатнулись.

— Союзники? — тихо переспросил он, и в этом вопросе не было ни капли тепла. — С чего вы взяли, что я когда-либо был вашим другом?