Запрашиваемая информация: текущее состояние Вэй Ши Линдона.

Начало отчета…

Вэй Ши Линдон и Йерин, ученица Мудреца Меча, покидают Священную Долину на конструкции Облаке. Они планируют спрятаться и отдохнуть, прежде чем отправиться в лес. Священные звери размером со здание крадутся в тени под листвой, и даже Йерин не уверена в своих силах защитить их обоих. Она знает, что они выживут, только если будут действовать незаметно и быстро, и то только в том случае, если ничего не пойдет не так.

Она не знает, что в сердце леса впервые за восемьсот лет поднялись Трансцендентные Руины. Они манят к себе мастеров священных искусств на тысячи километров вокруг... и к другим, более старым, темным существам, что ждут в окружающих дебрях.

ОБНАРУЖЕНО РАСХОЖДЕНИЕ: Безлюдные Дебри, Трансцендентные Руины. Продолжать?

Расхождение принято, продолжаю отчет…

На вершине Горы Самара искалеченный старейшина Небесной Славы по имени Ансес роется в руинах того, что он называет Гробницей Предка. Его гордость растоптана, могущество его школы поставлено под сомнение, и теперь кажется, что они создали себе могущественного врага. Он знает, что Ученица Мудреца Меча вернется с большей силой и с местью.

Но, несмотря на его уверенность, у него глубоко укоренившийся страх перед дикой природой за пределами Священной долины. Он с трудом смог там выжить, и потому он верит, что никто там долго не продержится. По его мнению, Ученица Мудреца, должно быть, отступила. Куда она пойдет, если не в дом своего союзника, Бездушного Вэй Ши Линдона?

Он составляет послание своим товарищам старейшинам, призывая их выступить со всеми их слабеющими силами против клана Вэй.

ОБНАРУЖЕНО РАСХОЖДЕНИЕ: уничтожение клана Вэй. Продолжать?

Расхождение принято, продолжаю отчет…

Пока члены Школы Небесной Славы раскапывают свою древнюю гробницу, неподалеку их поджидает пятихвостый снежный лис размером с человека. Он беззвучен, не имеет запаха, его присутствие скрыто как для зрения, так и для духа. Он древний священный зверь, один из исконных обитателей этой долины, и его видят только тогда, когда он сам этого хочет.

Он следовал за Бездушным Линдоном с момента вмешательства Суриэль, Феникса, Шестого судьи Суда Абидана. Хотя он не помнит событий, предшествовавших ее отматыванию времени назад, он заметил последствия ее участия и верит, что Линдону благоволят сами небесам. Он наблюдает, как два молодых мастера священных искусств покидают долину, и впервые за столетия у него появляется надежда. Может быть, эти дети, благословленные небесами, спасут долину от возвращения Богов Ужаса.

ОБНАРУЖЕНО РАСХОЖДЕНИЕ: возвращение Богов Ужаса. Продолжать?

* * *

Итерация 217: Харроу

[Расхождение отказано] сказало Присутствие Суриэль. [Отчет завершен].

Отчеты приходили к ней в виде смеси слов, образов и впечатлений, извлекаемых ее Присутствием и передаваемых ей в одно мгновение. Она изучила прошлое Линдона, его окружение, его воспитание, даже его будущее. Он был интересным отвлекающим фактором.

Ее Присутствие говорило ей, что у него семнадцатипроцентный шанс выжить в Безлюдных Дебрях, четырехпроцентный шанс возвысится выше Золота и ноль целых три десятых процента шанса подняться за пределы Колыбели.

Но в каждом мире, во всех тысячах вариаций человечества, которые создала Вселенная, люди всегда любили делать ставки на аутсайдеров.

Она вернется к отчетам позже, но, хотя они практически не заняли времени, они заняли ее внимание. Сейчас ей нужно было сосредоточиться, и отнестись к ситуации со всей серьезностью, которой она заслуживала.

Приближался Макиэль. И Первый Судья Суда Абидана требовал от нее полной концентрации.

Ее волосам вернулся сияющий изумрудный блеск, а глазам — ярко-фиолетовый цвет. Она дрейфовала в высоких слоях атмосферы, ожидая, пока огненные куски вылетят с планеты и улетят мимо нее в космос.

Этот мир был неподвластен исцелению.

Мелькнула подвижная фактурная синева, и кто-то шагнул в реальность. Не Макиэль, как она ожидала. Этот человек был молодым и плотно сбитым, с темно-синей кожей и рядами близко расположенных рогов вместо волос. Гадраэль, Второй Судья и верная правая рука Макиэля.

Он был одет так же, как и она, в бесшовную белую броню любого Абиданца, находящегося на действующей службе. Мантия Гадраэля струилась с его плеч подобно яростно горящей накидке из чистого звездного огня. Точно такая же свисала с плеч Суриэль. Вместо ее взаимосвязанных линий, которые, словно ленты серого дыма тянулись от ее пальцев и соединялись с затылком, он носил черный круг, прикрепленный к предплечью, как средневековый щит.

Он принес свое оружие, заряженное и готовое к использованию. Она призвала свое собственное, синюю полосу толщиной в метр, но он поднял руку. «Мир, мы оба под Путем».

Она прикрепила оружие к поясу, не убирая его. Он не стал бы нарушать перемирие, но слишком поторопился предложить его. «Скажи Макиэлю, что я его не нашла. Мое Присутствие может дать ему полный отчет».

«Он знает. Он сам ищет, поскольку ты остаешься немотивированной».

Колкость не обеспокоила ее, но содержание его сообщения обеспокоило. Ее послали на охоту за Озриэлем, потому что она была единственной из Семерых, способной найти его, не будучи убитой на месте. Если бы она выследила его, Озриэль поговорил бы с ней.

Если Макиэль найдет его, они убьют друг друга.

Гадраэль ждал, пока она обдумает им сказанное. «Он думал, что это убедит тебя искать. Если этого было недостаточно...» он повернулся к горящей планете. «...может это».

Планета под ними расплывалась и мерцала визуальными помехами, даже когда горела. Континенты появлялись в океане, исчезали, появлялись снова. Вода поднялась в воздух на километры, успокоилась, снова взметнулась ввысь. Город поднялся из океана в руинах, а затем был затоплен.

Таков был результат столкновения двух миров. Время, пространство и сама реальность искривлялись, пока Путь пытался навести порядок в чистом хаосе столкновения.

«Которая это?» — тихо спросила Суриэль. Она могла бы спросить свое Присутствие молча, но хотела, чтобы Гадраэль услышал вопрос.

«Итерация Два-Шестнадцать, Предел. Ее планировалось уничтожить не позднее двух стандартных месяцев назад, ее популяция уже эвакуирована».

Но у них не было никого, кто мог бы ее уничтожить, когда Озриэль ушел, так что теперь Предел утащит Харроу с собой в пустоту.

«Протоколы карантина?» — спросила она.

«Эффективны. Я сам создал стены». Таким образом, никакие другие миры не будут вовлечены в эту катастрофу. «Теперь все будет только усугубляться. Если мы не вернем Озриэля или хотя бы Косу, мы можем все потерять».

Он не ошибался. Это был сектор Двадцать Один, но если это происходило здесь, то потенциально это было всего в нескольких днях пути почти отовсюду. Сектор Тринадцать, где она родилась. Шестой сектор с его богатой историей и великолепным природным искусством. Даже Одиннадцатый сектор с Один-Один-Ноль. Колыбель.

Важные миры, такие как: Колыбель, Убежище, Святилище и Приют, будут защищены. Даже в случае полного краха системы, Абидан соберут и поместят в карантин эти миры, свой последний бастион против бесконечного хаоса.

Но в такие времена все может пойти не так. Колыбель могла быть безопаснее прочих мест, но она не была в безопасности.

«Принято», — сказал Суриэль. «Назначенная ноль-ноль-шесть, Суриэль, официально принимает на себя ответственность за обнаружение и возврат ноль-ноль-восьмого, Озриэля, для последующего осуждения».

Гадраэль кивнул, выражение его лица было твердым, как гранит. Так было всегда. Путь рассыпался бы в прах, прежде чем он улыбнулся.

Она вошла в Путь, создавая потоки чистого порядка вокруг себя, когда готовилась покинуть Харроу, но другой Судья не последовал за ней. Он стоял на пустом месте, скрестив руки на груди, повернувшись черным щитом к умирающему миру.

«В чем твоя миссия здесь?» — спросила Суриэль.

«Милосердие», — сказал Гадраэль.

Она остановилась. Завитки слоистого синего вернулись обратно к Пути. В прошлом она сталкивалась с пациентами, болезни которых зашли слишком далеко, и единственным утешением, которое она могла им предложить, был безболезненный конец. Она обрела свою силу, в значительной степени, чтобы ей никогда больше не пришлось с этим сталкиваться. Теперь даже смерть не была препятствием для ее исцеления.

И этого все равно было недостаточно.

«Щит предназначен для защиты», — сказала она. «Это неподходящий инструмент для подобного». Она вытащила свое оружие.

Гадраэль кивнул, все еще скрестив руки на груди. Она подумала, не было ли это планом Макиэля с самого начала — заставить ее взглянуть правде в лицо, запачкав собственные руки. В любом случае это ничего бы не изменило. Это по-прежнему было ее обязанностью.

С болью в сердце она активировала свой меч.

КОНЕЦ

Колыбель: Том Первый

Бездушный