Лорену отпустили, не проведя даже формального допроса.

Ни одного полицейского не заинтересовали показания женщины, вломившейся к ним на рассвете в одной ночной рубашке.

Лорену попросту выставили нервной и нестабильной.

Она ещё раз убедилась в том, что уже знала. Такая месть для Байе Левантеса — не более чем мелкое неповиновение, которое он может уладить одним телефонным звонком и рукопожатием.

«Власть, разумеется, не на моей стороне».

Но на её стороне были репортёры. Эти гиены, с горящими глазами жадно рыскающие в поисках сенсаций, ждали её прямо у выхода из этого здания.

Пока Байе давал распоряжения помощнику освободить задний выход, Лорена тихо направилась к главному входу. Байе, тут же заметивший её движение, схватил её за руку.

— Если я и пойду, то своими ногами.

Лорена с раздражением оттолкнула его. Байе нахмурился, но не стал останавливать её, когда она пошла к главному входу. Тихо прошипев проклятие, он последовал за ней.

— Лорена Левантес. В одиночку ты…

Но Лорена уже стояла в центре внимания десятков пар глаз, полных любопытства. Она держалась с гордым достоинством, словно заранее предвидела этот момент.

— Сеньора, почему вы ударили ножом его светлость?

— Слухи о разладе с супругом — правда? Вы знаете об анонимном письме, которое вчера пришло в редакцию?!

— Куда именно вы его ранили? Скажите хоть слово, сеньора!

Вопросы, которые Лорена едва успевала разбирать, посыпались на неё, как град стрел. Внезапно дурное предчувствие обожгло мозг Байе.

«Когда долго работаешь в этом деле, начинаешь многое понимать по глазам. Совершил ли человек уже что-то, или только собирается…»

— Я собираюсь подать на развод.

Её ясный и спокойный голос превратил дурное предчувствие в реальность. Лицо Байе стало ледяным.

Даже репортёры, до этого наперебой выкрикивавшие вопросы, разом замолчали. В воцарившейся оглушительной тишине продолжал звучать лишь спокойный голос Лорены:

— Моя драгоценная подруга предоставила мне фотографии, запечатлевшие измену моего мужа. Госпожа Ариса Менендо де Каренчо.

— Вы имеете в виду единственную дочь виконта Менендо? Расскажите… расскажите подробнее, сеньора!

Репортёры, на мгновение онемевшие, снова взорвались криками.

Телохранители Левантеса, осознав, что ситуация выходит из-под контроля, бросились оттеснять Лорену от толпы. Кто-то грубо толкнул её в плечо. Лорена пошатнулась, пальто соскользнуло с её плеч, обнажив сорочку, забрызганную кровью.

Увидев герцогиню в таком, мягко говоря, плачевном виде, кто-то ахнул.

— Ударила, значит… Всё-таки она кого-то ударила…

— Боже, чего стоишь? Быстро записывай!

Лорена, ничуть не смутившись, сама наклонилась и подобрала пальто. Сквозь упавшие на лицо светлые волосы её губы изогнулись в тонкой усмешке.

Её план ещё не провалился.

---

Уже на следующий день Мотрел был снова поставлен на уши лавиной новостей.

Герцогиня Левантес заявляет, что больше не может терпеть измены герцога, продолжавшиеся всю их совместную жизнь!

Неужели она и вправду подаст на развод?

Герцогиня намерена представить в суд полную переписку с дочерью виконта Менендо и фотографии в качестве доказательств!

Герцогиня начала жить раздельно в резиденции Клайн в Мотреле!

Газеты пестрели фотографией герцогини со спины, садящейся в случайный экипаж и направляющейся в резиденцию Клайн. Немало было и фотографий герцога с пугающе непроницаемым лицом. В анфас, в профиль, в три четверти — каких только ракурсов не было.

Слухи о разладе в герцогской семье оказались правдой?

Получена фотография с места измены герцога Левантеса! Любовница — бармен из отеля «Альборада»!

Дочь виконта Менендо отказывается от интервью и уходит в затворничество…

Больше дюжины таких газет были беспорядочно свалены на столе в его кабинете. Но это было не всё.

Сверху лежал конверт, только что доставленный из резиденции Клайн.

Внутри конверта аккуратно лежали документы о разводе, которые Лорена, несомненно, подготовила заранее. Имя жены и её чёткая подпись на последней странице особенно выделялись в лучах утреннего солнца.

— Чёр-р-рт…

Лицо Байе раздражённо исказилось.

---

На следующий день после того, как разоблачения герцогини всколыхнули весь Мотрел, в резиденцию Клайн явилась мертвенно-бледная Ариса Менендо.

Впрочем, «явилась» — слишком благородное слово. Заплаканную Арису, упиравшуюся изо всех сил, буквально притащил за руку её отец, виконт Менендо.

Лорена, переехавшая из герцогского особняка в резиденцию Висенхо на окраине Мотрела, встретила их без малейшего удивления.

Она как раз просматривала резюме, нанимая новый персонал для резиденции Клайн. Для женщины, которая (якобы) пырнула мужа, она вела себя на удивление спокойно.

— Извинись, несносная девчонка! Немедленно!

Виконт швырнул дочь к ногам Лорены. Упавшая на колени Ариса бросила на Лорену убийственный взгляд. Её лицо опухло от слёз.

Лорена, однако, даже не взглянула на неё.

— С чем пожаловали, виконт? Прошу, переходите к делу.

— Мы лишь… извиниться.

За этим последовали трусливые оправдания: он, мол, плохо воспитал дочь, она не собиралась сеять раздор между супругами…

— Я приношу извинения за неё. Поэтому, молю вас, не могли бы вы замолвить слово перед вашим супругом…

— Герцог угрожал причинить вред семье Менендо?

Лорена ничуть не удивилась — она этого ожидала.

— Он объявил, что прекращает с вами всякие дела? Или потребовал немедленно вернуть долг, который покойный герцог погасил за вас десять лет назад?

— И-и то, и другое… Сеньора, вы же знаете, если мы попадём в немилость к его светлости, наше положение в Мотреле пошатнётся… нет, мы просто исчезнем!

Пока отец униженно умолял, лицо Арисы исказилось от глубокого унижения. Она лишь кусала губы, но и не думала извиняться.

Лорена, посмотрев на свою бывшую подругу с безразличием, словно на неодушевлённый предмет, закрыла папку с документами.

— Я бы хотела, чтобы вы оставили нас, виконт. Похоже, разговор будет долгим.

— Да, да, сеньора! Можете отчитать её как следует!

Виконт Менендо поспешно скрылся за дверью. И в ту же секунду Ариса, сверкая глазами, взвизгнула:

— Ах ты, хитрая дрянь! Как ты посмела назвать моё имя журналистам?!

— А чьё имя я должна была назвать? — Лорена переспросила с искренним удивлением. — «От твоей лучшей подруги, которая искренне о тебе заботится, Арисы». Разве не ты сама так подписывала каждое письмо?

— Я посылала их не для того, чтобы ты использовала их таким образом!

— А каким?

— Э-это…

— Это ведь были письма, написанные от чистого сердца, из беспокойства обо мне. Разве ты не для того оставляла мне эти доказательства, чтобы я могла использовать их в такой момент?

Видимо, в ней осталась хоть капля совести — лицо Арисы вспыхнуло докрасна.

Сегодня утром Лорена передала все хранившиеся у неё письма Арисы и фотографии, собранные за последние семь лет, в крупнейшую газету Мотрела.

Репортёры, жадные до сенсаций, разобрали письма Арисы по слогам, и в процессе этого наружу хлынула целая волна информации о бывших любовницах герцога.

А в качестве бонуса достоянием общественности стали все те фразы, которыми Ариса «невзначай» подкалывала Лорену.

«Вы только посмотрите на эти письма госпожи Менендо. Она притворяется, что беспокоится, а на самом деле злорадствует, вам не кажется? Как ни посмотри… это же просто издёвка!»

«И не говорите. Эта госпожа Менендо всем трубила, что она лучшая подруга герцогини и кичилась этим, а за спиной её же и поносила?»

«На её месте, если бы мой муж каждый год менял любовниц, да ещё и «подруга» подливала масла в огонь… я бы тоже, наверное, за нож схватилась. Ах, ну, конечно, в случае с герцогом Левантесом, у него наверняка были на то веские причины.»

«В любом случае, эта госпожа Менендо… я о ней теперь совсем другого мнения. Настоящая лиса.»

— Ты сама во всём виновата, Ариса.

Будь Ариса хоть немного умнее, её репутация не рухнула бы так стремительно. Но она притворялась, что заботится о Лорене, лицемерно изображая сочувствие, а за её спиной громче всех поливала её грязью. Такое двуличие не могло понравиться аристократам.

— Это плата за то, что ты считала меня глупой и смеялась надо мной. Не понимаю, почему ты вообще возмущаешься.

— Ах ты… дрянь сумасшедшая!

Ариса, упёршись руками в пол, резко вскочила и занесла руку, собираясь влепить Лорене пощёчину.

Но Ариса так и не смогла ударить. Лорена пронзила её таким ледяным взглядом, что у той мороз пошёл по коже.

— На колени, — Лорена указала ручкой на пол. — Снова на колени и моли о прощении, госпожа Менендо. Если хочешь получить от меня хоть каплю милосердия.

В воздухе повисла звенящая тишина. Рука Арисы, застывшая в воздухе, дрогнула.

Адвокаты герцога, вломившиеся в их дом на рассвете… стрелы осуждения, направленные на неё со всех сторон… и, что самое главное, обручальное кольцо, которое она получила от жениха всего неделю назад… всё это пронеслось в её голове.

Ариса рухнула на колени, словно сломленная. Её лицо безобразно исказилось, и она разрыдалась.

— Я… я сделала это из зависти! Меня раздражало, что ты, девчонка, которая и двух слов связать не могла, в одночасье получила место, о котором мечтали все женщины Вессена! И меня бесило, что ты… хнык… вечно жаловалась, сидя на всём готовом…

— …

— Я просто хотела, чтобы ты поняла, как тяжела эта ноша! Ради… ради тебя самой!

«Жаловалась, сидя на всём готовом». «Тяжесть её положения». И это лицемерное «ради тебя самой» до самого конца. Лорена сухо кивнула.

«Люди не меняются».

Ариса, приняв её молчание за добрый знак, взмолилась:

— Меня же… могут расторгнуть помолвку! Ты же знаешь, никто не захочет связываться с семьёй, попавшей в немилость к герцогу! А? Лорена, прошу, поговори с ним. Всего один раз… скажи ему, чтобы он простил нас в этот раз, и я буду жить тише воды, ниже травы! Я больше никогда не попадусь тебе на глаза!

— Поговорить с ним?

Лорена не смогла сдержать усмешки. Глупая Ариса до самого конца так и не поняла сути происходящего.

— Я обвинила мужа в изменах и сбежала из его дома, а теперь должна по доброй воле вернуться к нему и просить за тебя? С какой стати? У меня нет ни такой возможности, ни такого желания, Ариса.

— Лорена!

— Со своими проблемами и проблемами своей семьи разбирайся сама.

Больше говорить было не о чем. Лорена лично поднялась и распахнула дверь в коридор. Виконт Менендо, с тревогой ожидавший окончания их разговора, поспешно шагнул к ней.

— Прошу вас, уходите. Нам больше не о чем говорить.

— Сеньора, молю вас, не надо так, подумайте ещё раз!

— Если вы продолжите этот спектакль, я вызову полицию.

Лорена махнула рукой вглубь коридора. Частные охранники, нанятые только сегодня утром, тут же подскочили и выволокли виконта Менендо и Арису.

— Герцогиня!..

Виконт, казалось, был готов вцепиться ей в подол. Лорена, уже собиравшаяся развернуться, слегка нахмурилась.

— Мой титул.

— Д-да… что?..

— Будьте внимательны с титулом, виконт. Совсем скоро я перестану быть «герцогиней».

Лорена безжалостно захлопнула дверь. Из коридора доносились громкие вопли Арисы, но она их полностью игнорировала.

Всё равно они больше никогда в жизни не увидятся.