Простор покоев пронизывала тишина, подобная той, что царит на морских глубинах.

Сиявшая за окном луна озаряла длинные черные волосы девушки и придавала им ослепительный глянец. Тонкие, словно шелк, пряди спадали через край кровати, обнажая шею и спину. Кожа лежавшей на животе девушки переливалась в тусклом свете.

Впрочем, несмотря на обнаженный вид девушки, от нее веяло сдержанной чистотой. То текла отнюдь не томная минута. Оскар наблюдал не отрывая глаз. 

Тинаша растянулась рядом на покрывалах, приподнявшись на локтях. Она творила и развеивала бесчисленные заклинания в ладонях.

Король заинтересованно следил.

— Похоже, тебе правда тяжелее.

— Для заклинаний духовной магии теперь нужно куда больше магической силы. Обычному чародею они стали бы неподвластны. Прекрасная возможность обновить магические структуры, это так или иначе иногда необходимо, чтобы хватку не терять.

С заключения контракта прошло десять месяцев. Оскар и Тинаша уже провели первую неделю в качестве возлюбленных. Способности к духовной магии терялись вкупе с невинностью у всех духовных чародеев — даже у сильнейшей ведьмы.

Но, поскольку Тинаша была существенно могущественнее остальных, а к тому же неплохо управлялась и с обычной магией, эта перемена лишь побудила ее немного переработать заклинания. Чем она при каждом удобном случае и занималась.

В то время как она сосредоточила внимание на структуре, Оскар дотронулся до спины ведьмы и провел вдоль. Тинаша вздрогнула от щекотки и отдернулась. Схватив одну из длинных черных прядей и намотав вокруг пальцев, король подтянул возлюбленную к себе.

— Когда проведем церемонию?

— Какую? — спросила она, наклонив голову.

Тьма ее глаз выделялась даже во мраке покоев.

Придвинувшись, Оскар поцеловал веко Тинаши.

— Бракосочетания. Когда мы поженимся, ты обретешь все права члена королевского рода.

Оскар и предположить не мог, что в ответ она потрясенно разинет рот. Ее глаза расширились, будто ей напомнили кое-что, о чем она совсем позабыла.

Король нахмурился. У него возникло дурное предчувствие.

— Чего ты так уставилась?..

— А-а, эм-м… — запиналась она.

Тинаша развеяла сотворенное в ладонях заклинание, обхватила руками голову и повалилась на кровать, а затем наконец приподнялась и нерешительно признала:

— Не знаю, следует ли нам жениться…

— Повтори-ка?

— Ай! — воскликнула она: Оскар вдавил ей кулаки в виски.

Тинаша вновь обхватила голову руками. Оскар притянул ведьму в объятия и недовольно взглянул на ее прекрасное лицо.

— Ты чего? Неужто поссориться хочешь?

— Нет, правда, но… Свадьба — дело совсем иное. В королевы тебе следует выбрать другую и детей родить от нее.

— Это потому, что ты ведьма?

— Отчасти, но не только… да много почему, — неловко произнесла она, закрыв глаза.

Оскару вдруг показалось, что Тинаша очень отстранилась, и он обнял ее крепче.

— И не думай о том, чтобы после окончания контракта стереть мне воспоминания.

— И не думала, — ответила ведьма.

Она отвела взгляд, словно ребенок, пытавшийся избежать взбучки.

Оскар, однако, нахмурился: похоже, он был недалек от истины. Лукреция недавно подправляла ему память, и то заклинание не предназначалось, чтобы держаться долго. Оскар полагал, что никогда не восстановит воспоминания, если подобное произнесет Тинаша с ее-то силой. 

Он предупредил, не выказывая беспокойства:

— Послушай. Не надо выкидывать глупостей. Не стирай память и не пропадай. Я не дам тебе поводов беспокоиться, поэтому не поступай опрометчиво.

— Оскар.

— В чем бы ни было дело, половину оставь на меня.

Оскар был уверен: какие бы заботы ее ни терзали, если часть их она перекинет на него, то вместе они справятся. В конце концов справлялись же до сих пор.

Тинаша угрюмо посмотрела ему в глаза.

— Не волнуйся. Я понимаю, что иначе ты рвать и метать будешь.

— Рад, что ты осознаешь.

Ответил Оскар сухо, но на самом деле почувствовал сильное облегчение. Когда он удостоверился, что больше, сам того не ведая, не потеряет ее, камень свалился с его плеч.

Но хотя эта причина для беспокойства отпала, уступать по изначальному вопросу он не собирался.

— Что самое главное, мне было бы ужасно жаль девушку, которую бы назначили королевой только для вида.

— Разве так не во всех королевствах? Нужно готовиться выйти за кого угодно, высокопоставленного ли или же из влиятельного рода. У меня по крайней мере все обстояло так.

Оскар помрачнел: Тинаша рассуждала о браках по расчету.

Естественно, он хорошо понимал, насколько ограничен был в женитьбе.

На него постоянно давил груз проклятия, грозившего убить жену и ребенка. Он даже не надеялся жениться по любви.

Однако сейчас все изменилось.

Браки по расчету не проводились в Фарсасе с правления прадедушки Оскара, Региуса. Королевство стало достаточно могущественным и нерушимым, чтобы обходиться без подобных мер.

Так, насколько Оскару было известно, и его отец не внял убедительным родительским возражениям и женился на простолюдинке. Да, при необходимости Оскар был готов взять в жены кого угодно, но все же не мог принять беспричинный отказ Тинаши.

Ведьм и в самом деле давно гнушались.

Объяви Оскар, что Тинаша станет королевой, и по Фарсасу несомненно поползут кривотолки. В других королевствах это тоже бы вряд ли восприняли хорошо. Если бы на стороне Фарсаса оказалась сильнейшая ведьма, они бы только ужесточили бдительность.

Но Оскар верил, что уладит разногласия.

С прибытия в замок Тинаша снискала себе расположение, в отличие от того, как к ней относились прежде. В основном потому что многие с ней пообщались.

А что до дел международных — Оскар не собирался направлять силу ведьмы против других стран. Разве что для защиты.

Если обобщить, никаких препятствий для становления Тинаши королевой Оскар не видел, пусть даже потребуется какое-то время, чтобы все утихло. И ее растили, чтобы она заняла трон Тульдара, поэтому она бы правила куда лучше, чем простолюдинка, которую требовалось бы обучать с основ. 

Так в чем же было дело? — вертелись мысли в голове Оскара. 

Тинаша тихо зевнула, прикрывая рот. Вероятно, так она давала понять, что больше ей сказать было нечего. Ее веки отяжелели, а длинные ресницы трепетали.

— Роль любовницы меня вполне удовлетворит, — признала она.

— Я не намерен держать тебя в тени, — настоял Оскар.

— Не нам ли судить, что считать светом, а что тенью? Не жадничай, — возразила ведьма.

Она сомкнула глаза, будучи неспособной оттянуть сон дольше, но все же с усилиями открыла их вновь и посмотрела на Оскара.

Сон одолевал ее, и Оскар слабо улыбнулся.

— Хорошо. Спи давай.

— Ладно…

Сонная душенька, закрыв глаза, мгновенно уснула и глубоко и ровно засопела.

Удостоверившись, что она спала, Оскар закрыл глаза следом.

Не жадничай.

Тинаша предостерегала Оскара о себе самой. Его желание, чтобы она с ним сблизилась, наконец исполнилось, но теперь он хотел быть с ней рядом у всех на виду, а не только наедине. Несомненно, это и есть жадность.

Оскар понимал это, но не желал идти на уступки. Он даже не рассматривал женитьбу на другой. Если Тинаша продолжит упираться, то ему хотя бы хотелось узнать, почему.

Закончив размышления, он вслед за девушкой в своих объятиях погрузился в сон.

Неважно, видели ли они разные сны. Когда он проснется, она будет прямо здесь, с ним.

※※※

— Вы не согласились за него выйти?! — пронзительно воскликнула Памира.

Она не успела прикрыть рукой рот. Но госпожа ее не отчитала, лишь нахмурилась.

Помогая Тинаше переодеться, Памира извинилась перед ней за грубость. Она уточнила:

— Эм-м, а могу я спросить, почему?

— Очень просто. Потому что я ведьма, — ответила Тинаша, махнув рукой.

Оскар не скрывал, что, помимо защитницы, она была его любовницей. На самом деле он вовсю это разглашал. О его желании на ней жениться знали все в замке, просто она сама не воспринимала это всерьез.

Памира часто беспокоилась, насколько непонятливой, несмотря на все переживания об Оскаре, была госпожа в отношении собственных чувств. Наконец осознав природу этой привязанности, Тинаша успокоилась и расслабилась, что очень радовало Памиру.

К сожалению, Памиру, предвкушавшую свадьбу госпожи, постигло глубокое разочарование. Пустить все на самотек она никак не могла.

— Не думаю, что то, что вы ведьма, вообще важно. А как же фата от ваших родителей?

Белоснежная фата висела на ротанговой стойке в углу покоев Тинаши. Она была настолько длинной, что спадала на пол. До недавнего времени эта переданная родителями Тинаше зачарованная от износа вещь хранилась в сокровищнице Тульдара.

Тинаша, взглянув на нее, немного грустно улыбнулась.

— Памира, знаешь, как возникают ведьмы?

Слуга приостановила расчесывание длинных черных волос.

— Ренар ведь уже об этом спрашивал? И тогда вы сказали ему, что тела и разумы мужчин не выносят столетий.

— Это было про то, почему ведьмы девушки. Сейчас же я веду речь о причине, по которой ведьмы наблюдаются вообще.

— Н-наблюдаются? — переспросила Памира.

Тинаша говорила о себеподобных, словно о каком-то явлении. Памира задумалась, почему, но так и не поняла.

О госпоже она знала: что та стала ведьмой, поглотив огромную магическую силу при разрушении империи. Но про остальных ведьм даже не догадывалась.

Тинаша улыбнулась, видя, как Памира озадачилась.

— Все просто. Все пятеро нынешних ведьм стали таковыми после рождения. Либо подобно мне, либо контрактами увеличили силу. Но изначально каждая была человеком.

— Ясно… — впечатлившись, ответила Памира.

Она и представить не могла, откуда произошли эти могущественные бессмертные. Даже о подруге госпожи по большей части не было известно ничего.

Застегнув пуговицы на манжетах, Тинаша задумчиво прищурилась.

— Ведьмами не рождались. Слишком большая была бы сила у ребенка — настолько, что обычные матери его бы не вынесли. Поэтому… выйти за Оскара я не могу.

Тинаша вновь слегка улыбнулась.

Памира так и не поняла, что госпожа имела в виду — только запуталась еще больше.

※※※

На стене ведущего в лекционные залы коридора в очередной раз вывесили поручения.

Запросы придворным магам упорядочивались исходя из сложности и типа. Тинаша просматривала их каждые три дня. Сегодня с ней пришел слуга, маг Ренар.

Ренар, прежде чем обосновался в замке Фарсас, не подчинялся ни одной стране. Теперь же он служил придворным магом и много времени уделял исследованиям.

Он был одарен от природы, однако из-за стечения обстоятельств ему приходилось изучать лишь боевые навыки. Поэтому, когда с прибытием в Фарсас ему выпала возможность использовать время и магические лаборатории по своему усмотрению, для него словно отворился новый мир. 

Ренар сорвал запрос на изготовление магического зелья. Ведьма улыбнулась.

— Ты и зельеварение? Необычно.

— Стараюсь развиваться разносторонне, — невозмутимо ответил Ренар.

Улыбнувшись шире, Тинаша сорвала другой, только-только вывешенный запрос. Как правило она брала те, которые не взяли другие маги. Ренар недоуменно на нее взглянул:

— Что в нем?

Тинаша показала содержимое. На листовке описывалось: «Мой запас камней кровяницы подходит к концу. Если наткнетесь на них, прихватите для меня».

— Камни кровяницы? Не слышал, — отметил Ренар.

— Давным-давно они были повсюду. Однажды встречалось кое-что, называемое бабочкой-кровяницей. Впрочем, не суди по названию: речь не о существе, а о явлении, когда мир людей слишком тесно сближался с миром магии.

— Слишком сближался?

Тинаша щелкнула пальцами. Багряная бабочка появилась в воздухе и распахнула крупные изящные крылышки. В этом, хоть и бесспорно красивом, создании было что-то зловещее. Ренар не успел опомниться от удивления — она исчезла.

— Обычно они образуются, когда для запретного проклятия жертвуют многими людьми — от непомерного соединения жизненной силы людей и магической силы. Спустя некоторое время они пропадают, оставляя после себя маленькие камешки того же цвета. Камни используются как катализаторы, применение у них весьма широкое, так как они содержат и магию, и человеческую жизненную силу.

— И такое, значит, существует…

Ренар задумался.

— Сейчас их уже почти не увидишь. И честно говоря, лучше и не видеть вовсе, учитывая их происхождение. В Темные Века их было куда больше, но, как и следует ожидать, сейчас изредчали — исчезают после использования.

Тинаша аккуратно сложила сорванный запрос.

— Создам на замену камням кровяницы запас катализаторов. Добудь кристаллы. Любые, можно даже осколки, просто нужно много.

— Да, госпожа, — сказал Ренар.

— Что тут еще есть?

Встав на цыпочки, Тинаша принялась разглядывать доску объявлений. Проходившие мимо придворные дамы и маги улыбались: настолько невинно выглядела сильнейшая на материке ведьма, возлюбленная короля.

Чиновник по имени Норман шел мимо со стопкой документов в руках. Он, завидев Тинашу, нахмурился.

— Что вы делаете?

В его требовательном вопросе сквозило неодобрение.

— О, — удивленно произнесла Тинаша.

Ренар слегка прищурился. Должно быть, слухи о недавно произошедшем дошли до него от Памиры. Непринужденно улыбнувшись, Тинаша ответила:

— У меня появилось немного свободного времени. Хочу повыполнять запросы.

— Вам не шабашить по всему замку нужно, а наследника рожать.

— … 

Ведьма не ожидала от него такого упрека. Черные глаза расширились, а Норман невозмутимо продолжил:

— Не нянчитесь с магами. Если им что-то не под силу, так обучите, не стоит браться за это самим.

Норман незамедлительно откланялся. Тинаша была слишком поражена, чтобы ему ответить. Когда он удалился, она почесала висок.

— Не нянчусь я ни с кем… — пробормотала ведьма.

Ренар неловко улыбнулся.

— Он ведь прав. Мы для того и служим в замке. Лучше займитесь тем, что можете только вы.

— Что могу только я? — повторила Тинаша.

Как она поняла, имелось в виду рождение ребенка по заветам Нормана.

Для обычной девушки это было бы совершенно естественно. Но мало того, что сама Тинаша была ведьмой, так к тому же и дитя требовалось от Оскара, короля, что еще больше осложняло положение. Она ведь еще при первой их встрече упоминала, что не считала это мудрым решением.

Тинаша скрестила руки и тихо вздохнула.

— Как будто, хоть и разбила проклятие, а так и топчусь на одном месте… 

— Нет же. Вы значительно продвинулись.

— Почему именно я, когда Оскар мог выбрать любую?

— Вас это правда только сейчас заинтересовало?.. — слегка утомленно произнес Ренар.

Тинаша сомкнула губы. Не хотела она вываливать на слугу свои заморочки.

Ренар указал вдоль коридора.

— Спросите у самого его величества.

В конце коридора по воле случая показался Оскар. Тинаша, приметив его, невысоко подскочила. Оскар также ее увидел и, улыбнувшись, подозвал жестом. Не отрывая взгляда от короля, Тинаша попросила Ренара:

— Добудь кристаллы.

— Сделаю, — ответил он.

Ведьма побежала по коридору.

Ренар счастливо улыбнулся, безмятежно наблюдая, как госпожа прильнула к королю.

※※※

Надвигался конец года. 

В последние дни все погрязло в суете, в том числе и в замке. Чиновники, оформившие необходимые документы, готовились к новогоднему празднеству. 

— Чем будешь занят на Новый Год? — спросила короля ведьма, заваривая чай в его кабинете.

Оскар, просматривавший отданные ему на одобрение документы, кратко ответил ей:

— Отправлюсь в восточный храм для проведения церемонии. Затем вернусь в город и обращусь к народу из замка.

Храм располагался на лугах за городом, в ничем, кроме него самого, не примечательном месте. На лошади путь занимал меньше получаса.

 В нем почитались многие боги, включая Этею. В дни войн люди молились о победе, но ныне он предназначался лишь для новогодней церемонии.

Ведьма задумчиво наклонила голову.

— Телепортируешься?

— Нет, это же должна быть процессия. Верхом поеду.

— О-ох…

Тинаша начала размышлять, как бы обеспечить безопасность. Страшилась она не прямого нападения с мечами или магией. От такого Оскар бы и сам с легкостью отбился, а на него еще и был наложен защитный барьер. Убийца короля использовал бы более коварные, тщательно продуманные уловки. Вспомнив, как Оскар чуть не погиб от отравленной иглы при переполохе во время нашествия демонических духов, она посчитала, что подготовиться следовало безупречно.

Спустя некоторое время Тинаша щелкнула пальцами.

— Мне можно заранее наложить заклинания на храм и дорогу к нему?

— Я не против. Вообще говоря, даже попросил бы тебя об этом. Прости, что беспокою.

— Да никаких беспокойств, — улыбнувшись, сказала ведьма.

Она взяла у Оскара документы, в которых подробно излагался распорядок церемонии, и быстро их прочитала. Ведьма было задалась вопросом, стоит ли их скопировать, как вдруг раздался никому больше не слышимый голос.

— В чем дело, Литола?

Оскар поднял взгляд. Появился фамильяр в форме ребенка, заправлявший башней Тинаши. Он поклонился госпоже и бесстрастно произнес.

— У башни гости.

— Она ведь закрыта, — ответила ведьма.

— Да, и все же к ней наведались дети.

— А?

— Пятеро, не старше десяти. Судя по их разговору, они из Фарсаса.

— Чего? — спросила Тинаша.

От Фарсаса до башни ведьмы взрослый-то во весь опор мчался бы целый день. По пути встречались небольшие поселения, но ни одного в прилежащих к башне землях. Пусть дорогу не изрезали такие скалы, как на востоке, но все равно добираться было долго. Оскар и Тинаша переглянулись.

— Что же с ними делать? Уже поздно, не успеют вернуться в город до темноты…

Тинаша скрестила руки. Прекрасные черты лица омрачились.

— О чем они вообще думали? Вот и граждане Фарсаса — безрассудны под стать королю.

— Не пользуйся случаем, чтобы вставлять колкости, — ответил Оскар.

Не обращая на него внимания, Тинаша вернула документы на стол.

— Может, им что-то важное поручили. Пойду проверю, — решила Тинаша.

— Осторожнее, — предупредил Оскар.

Фамильяр исчез, а следом за ним и Тинаша.

※※※

Говорили, что ведьма исполняла желания забравшихся на вершину лазурной башни, стоявшей в не принадлежащих ни одной стране пустошах. 

Но также было известно, что башню наводняли демонические духи и ловушки, и большинство пытавшихся забраться так и не вернулось. Поэтому последние сто лет туда почти никто не приходил.

В любом случае, это все было лишь поверьем. На самом деле забиравшиеся на башню зачастую проваливались. Их воспоминания искажались, а самих их телепортировали прочь, из-за чего о башне и складывалось такое неясное представление. Однако крайне редким гостям удавалось избежать воздействия на разум и телепортации — тем, кто приходили не ради проверки навыков, но ради сердечного желания.

Тому, кто хотел вернуть похищенного демоническим духом ребенка.

Тому, кто искал лекарство для смертельно больного члена семьи.

Тем, кто перепробовал все прочие возможности и, не желая сдаваться, направился в башню, в которой приготовился отдать свою жизнь.

В таких случаях Тинаша помогала по мере возможностей, даже если испытания не были пройдены.

Став ведьмой, Тинаша отказалась от ответственности за беды этого мира. Она хоть и была самой могущественной, но не всемогущей. Однако люди шли к ней в мольбах о помощи, и она не могла не постараться изо всех сил.

В обмен на их молчание она исполняла желания.

Эти поступки были утеряны в истории. Они никогда не увидят свет.

※※※

— Открывай уже, мелкий.

— Но она никак… — смущенно возразил рыжеволосый мальчик.

Мальчик ощупывал внешние стены, в то время как остальные четверо над ним потешались. В стене была щель, и казалось, что там и находился вход, но при нажатии ничего не двигалось. И дверных ручек никаких.

И все равно остальные мальчики высмеивали его за трусость. Наконец рыжеволосый вышел из себя и гневно развернулся. 

— А что же вы тогда не попробуете?

— И зачем? — возразил один из них.

— Нам-то это незачем, Сайе, — добавил второй.

Они надулись и не стали приближаться к двери.

Мелкий, уж чья бы корова мычала, — подумал Сайе.

Проникнуть в башню не удавалось. Он понимал, что раз так, стоило бросить все и вернуться. Но тогда глумились бы над ним безжалостно. К тому же им весьма непросто было сбежать из дома ночью, и все бы оказалось насмарку.

Сайе попробовал толкнуть что есть мочи в последний раз.

Вдруг молодая девушка окликнула их сзади.

— Эй!

— И-и! — взвизгнул мальчик.

Он развернулся. Позади скрестив руки стояла красавица лет двадцати.

Такая внешность — ониксово-черные волосы, фарфорово-белая кожа и темные глаза — встречалась в Фарсасе редко.

Красавица возмущенно глядела на мальчиков.

— Вы чего здесь околачиваетесь?

Этот вопрос привел в чувство восхищенно взиравшего на ведьму Сайе.

— Откуда вы вообще появились?..

— Какая разница? Что вам нужно от ведьмы? — спросила она.

— Ну…

Когда Сайе заговорил с невесть откуда взявшейся девушкой, остальные четверо тоже опомнились и решительно изложили каждый свою точку зрения.

— Сайе сказал, что на севере с неба падает лед, а не капли дождя.

— Да врет он все. Это точно неправда.

— Мы послали его расспросить ведьму.

Тинаша озадачилась.

— Лед… Вы про град? Нет… про снег?

Глаза Сайе загорелись.

— Да-да! Вы о нем знаете?

— Знаю, — ответила она.

Фарсас располагался в центре материка. При его умеренных температурах вода не застывала. Высокие вершины поблизости отсутствовали, что значило, что жители города не видели снег. Многие за всю жизнь и у океана не бывали. Понятно, почему дети сомневались даже в существовании снега.

Сайе, обрадовавшись, повернулся к друзьям и гордо выпятил грудь.

— Видите? Говорил же! Нам же родители тоже рассказывали, что снег бывает. Поверьте уже!

— Нельзя же верить только потому, что взрослые сказали! — возразили они.

Тинашу захлестнула волна усталости. Спор детей зашел в тупик. Она тяжело вздохнула.

— Боюсь даже спрашивать… вы поэтому сюда пришли?

— Да, — хором ответили они.

Тинаша потерла лоб. С детьми ей нужно было обходиться как можно осторожнее. Уперев в бока руки и глубоко вздохнув, она выпалила:

— Вы просто горстка мальчишек, почему вы сюда отправились одни?! А если бы ведьма вас убила? А если бы на вас напали разбойники или демонические духи? Не забывайтесь!

Четверо из мальчиков, пристыдившись от того, как девушка вспылила, попятились. Но не Сайе.

— Я знаю, что это опасно! Но иногда отступать нельзя! Ведь его величество после всех своих похождений стал сильнее!

— Так это вы с него пример берете?! — воскликнула Тинаша.

Невероятно. Она никак не понимала мужскую нужду в приключениях.

Но даже Оскар не пустился бы в путь к башне безоружным ребенком.

Сдерживая раздражение, Тинаша наклонилась и взглянула в глаза Сайе.

— Слушай. Он не из-за похождений стал сильнее. Сперва он много тренировался, и безрассудства тут не помогут. Сперва вам нужно научиться здраво мыслить. Все понятно? Тогда я провожу вас домой.

Сайе кротко слушал наставление Тинаши.

Он знал, что красавица была права, но и не думал, что сам ошибался. Иначе он не добрался бы досюда. В его глазах сияла сила воли. Тинаша горько улыбнулась — это напомнило ей Оскара.

Ведьма всегда порицала Оскара за порывистость, но в чем-то он размышлял верно. По крайней мере он, в отличие от свиты, мог выпутаться из затруднительных положений.

Она понимала, что, действуя самостоятельно, он просто не хотел навлекать лишние смерти, и все же хотела, чтобы Оскар осознал: не следует все скрывать от защитницы и бросаться в пекло. Подводя итог, и Оскар был таким же любящим приключения мальчишкой.

Сайе заметил, что Тинаша слегка улыбалась. Он поколебался, но наконец неохотно кивнул, ведь очень волновался, как они доберутся обратно. Теперь, успокоившись, он проникся благодарностью к девушке.

Улыбаясь, Тинаша потрепала Сайе по голове. Тот оттолкнул руку.

— Не обращайся со мной, как с ребенком!

— А со мной всегда так, даже в моем-то возрасте.

Тинаша пожала плечами. Взъерошивать волосы Сайе она прекратила — поцеловала его в лоб.

Ошеломленно понаблюдав за разговором, остальные мальчишки побежали за привязанными к сухим деревьям лошадьми.

Когда они подготовились, Тинаша, не произнося заклинание, сотворила круг телепортации. Дети беспокойно последовали ее указанию и вошли в круг.

Сайе был последним. Он оглянулся и, посмотрев на красавицу, нерешительно спросил:

— А вы… Вы не ведьма?

— Кто знает?..

Она прищурилась и лукаво улыбнулась.

 ※※※

На следующий день Тинаша отправилась осмотреть храм и ведущую до него дорогу. Она переговорила с Куму и создала магическую структуру, охватившую и храм, и путь. Потребовался день на подготовку заклинания, и, когда оно было завершено, другие маги затрепетали.

— А разве госпожа Тинаша не должна была ослабеть? Она вроде духовный чародей и все такое… — прошептал Каву Доан.

— Обычные правила на нее не распространяются, — прошептал Кав в ответ.

Громоздкая сотворенная ведьмой структура служила двум целям.

Во-первых, она предотвращала произнесение любых заклинаний, разве что с разрешения Тинаши, а также тотчас обезвреживала проникавшую извне магию. Заклинание было довольно трудоемким, однако лучшим, если требовалось наложить защиту заранее.

Во-вторых, Тинаша чувствовала, что происходило внутри. Для большинства столь широкомасштабная магия обзора казалась немыслимой.

Улыбнувшись, ведьма подмигнула пораженным магам.

— Сотворить еще цветочки, ягодки будут, когда настанет день процессии. Но я не закладывала ничего, чтобы магия сама выявляла подозрительных личностей — неизбежно кто-нибудь попытался бы найти брешь… Придется самой выискивать.

Во время процессии на ведьму нахлынут знания обо всем происходящем внутри. Это чрезвычайно перегрузит сознание, человеку было бы не под силу обработать столько сведений.

Но ее настолько тяготил тот случай с иглой, что она предпочла это заклинание — ради надежности.

 Тинаша никогда не забудет, как застыла кровь в жилах, когда она бросилась к отравленному иглой Оскару, чтобы замедлить время в его теле. Она узнает подославшего убийцу и заставит его расплатиться.

Тинаша кратко описала Оскару заклинание. Тот одобрил, впрочем, обеспокоенно на нее глядя:

— С тобой все будет в порядке при таком наблюдении?

— Мне не впервой, все хорошо. Но саму себя защищать будет непросто.

— Едь рядом со мной. Так и твою безопасность заодно обеспечим.

— Хорошо.

Тинаша слегка улыбнулась и отошла к стене кабинета, предоставляя слово Куму.

На самом деле она собиралась зависнуть высоко в воздухе во время празднества и не показываться у всех на виду. Но Оскар высказался вполне убедительно. Ему не было равных в ближнем бою.

Отчитавшись, Куму покинул кабинет. Оскар начал упорядочивать документы и вспомнил о вчерашнем.

— О, точно, что те дети у башни хотели?

— Насчет этого, значит…

Тинаша кратко изложила произошедшее. Оскар, работая, слушал ее. Когда ведьма завершила рассказ, король нахмурился.

— Они в десять лет не знают о снеге? Необходимо менять систему образования.

— Чего? И это твои мысли после моего рассказа?!

— Так здесь образование всему виной, — заключил он.

В Фарсасе образование было общедоступно, но многие дети не посещали занятия из-за необходимости выполнять работу по дому.

Оскар задумался, не сделать ли его обязательным, и Тинаша невинно усмехнулась.

— Думаю, хорошо, что они не сразу принимают все за чистую монету. Хотя, наверное, во всем сомневаясь, ни к чему не придешь… А ты снег видел?

— Издалека, во время военного похода в Таири, — ответил он.

В расположенной далеко к северу Таири возвышалось много гор. Снег круглый год покрывал их вершины.

Ведьма, из-за которой поход в Таири и состоялся, слабо улыбнулась и поспешила отойти, чтобы заварить чай. Оскар посмотрел ей вслед.

— Так почему выходить замуж не хочешь?

— Чего это ты вдруг?..

— Знать хочу. Причина во мне?

Тинаша нахмурилась. Наконец, она распростерла руки и глубоко вздохнула.

— Помнишь, я говорила, что магией ты наделен?

— О, точно. Я хотел тебя об этом порасспрашивать.

Ведьма уже много раз упоминала о том, что Оскар обладал магией, но королю так до сих пор и не довелось узнать поподробнее: им всегда было не до того. Тинаша указала на грудь Оскара.

— Думаю, твою магию запечатали еще в младенчестве. Печать крепкая, а потому обычные маги ее не замечают… Но на самом деле твои объемы магической силы невероятны. Настолько, что при должных тренировках ты мог бы стать превосходным магом.

— Чего?.. — ошарашенно выпалил Оскар.

Про печать Тинаша ему уже рассказывала, но о количестве своей магической силы он не задумывался.

Продолжая, ведьма помрачнела. По-видимому, она старалась избегать этой темы.

— Магия не всегда определяется родословной, все верно. Но это только потому, что маги рождаются и у не обладающих магией родителей, а твой ребенок без сомнений станет могущественным магом. Обычно дети с магической силой ведьм, даже если бы и появились на свет, то сразу мертворожденными. Если же матерью буду я, все, очевидно, иначе. Девочка может оказаться ведьмой с рождения.

Вывод был вполне понятен. Вот почему Тинаша не желала рожать наследника Оскару.

Оскар не думал, что от него могла родиться ведьма.

Он обычно не лез за словом в карман, но сейчас, когда ему вывалили всю правду, даже некоторое время не мог ничего сказать в ответ.

Он смотрел в темные глаза Тинаши. Затем Оскар перевел взгляд на свои руки, и, собравшись после потрясения, спросил:

— А что, если родится мальчик?

— Унаследует много магической силы, это точно. Но если он станет владельцем Акашии, то не сможет управлять магией и творить заклинания. Вероятно, поэтому тебе и передали Акашию так рано.

— Хочешь сказать, отец знал о моей магической силе?

— Я спрашивала у Куму, но ему ничего неизвестно. Должно быть, печать накладывала твоя мать или кто-то из ее приближенных. Стоило, наверное, рассказать тебе обо всем раньше, но ты бы все равно не женился ни на ком с проклятием. А я сомневалась, стоило ли впутываться в твои дела…

— Ясно… — пробормотал Оскар.

Он задумался о покойной матери.

Оскар почти ее не помнил. Она умерла, когда ему было пять.

Как правило, какие-то ранние детские воспоминания у людей остаются. Оскар, что странно, мог припомнить лишь некоторые туманные и, разумеется, не знал, была ли мать магом. Отец, вероятно, мог бы просветить его.

Поразмыслив о прошлом и себе, Оскар вновь перевел взор на возлюбленную, ведьму.

— Думаешь, настолько сильной с рождения быть плохо?

— Уж ничего хорошего. Особенно, если речь о члене королевского рода.

— Но я же магией обладаю. Да и тебя изначально в королевы прочили, — возразил Оскар.

Он жестом подозвал Тинашу. Та невесело подошла и присела на его колено. Оскар нежно ее обнял.

— Не отвергай эту мысль в корне. Твоя сила спасла многих людей.

— И стольких же убила, — потупив взор, произнесла она.

Она поникла. Оскар ласково погладил ее по голове.

— Мое решение сражаться также привело к смертям. Тинаша, сила на то и нужна, чтобы ею пользоваться. Если только ты можешь родить от меня ребенка, значит, ты способна и вырастить его. Мы понемногу обучим его навыкам и наставим на правильный путь. Не отвергай эту возможность. Позволь ребенку родиться.

Тинаша молчала.

Она закрыла глаза. На нее нахлынули чувства, принять которые она не могла.

※※※

В предновогоднюю ночь Фарсас охватила веселая суета.

Больше всего суетились в замке. Чиновники и придворные дамы сновали туда-сюда, готовясь к празднеству и церемонии.

Тинаша, не зная обычаи Фарсаса, полагала, что торжества начнутся с рассветом первого дня Нового Года или даже позже. Однако на самом деле начиналось все в глубине ночи. Новый Год должен был встречаться в храме.

Возле замковых ворот Арс в парадной одежде в последний раз перепроверил размещение охраны. Ветер донес до него запах выпивки и веселый фестивальный гул. Военачальник прищурился.

— Выпить хочется…

— Мы на службе, — раздался позади голос.

Подруга ударила его в спину. Ее волосы были собраны. Обычно девушки отращивали волосы, но Мередина в рабочих целях поддерживала свои, чтобы не доходили до плеч. В последнее время, впрочем, они подросли и начали касаться спины. Мередина надела ярко-красный торжественный офицерский наряд, а к поясу прикрепила длинный меч.

— Кажется, дождь собирается, — отметила она.

— Надеюсь, он дождется нашего возвращения в замок, — ответил Арс.

Они посмотрели в заволоченное черными тучами небо. Время от времени сквозь зазоры между облаками проблескивал лунный свет.

Дождь бы подпортил праздничное настроение. Но, что еще важнее, под ним станет тяжелее охранять. Арс понадеялся, что он польет позже.

До выступления оставалось чуть более получаса. Все приготовления были завершены.

Магов разделили на заранее расположившихся в храме, сопровождавших процессию из замка и остальных, которые вместе с солдатами разместились вдоль дороги в роли стражей.

Куму и Доан, облаченные в торжественные одеяния, находились в вестибюле вместе с остальной частью готовой выдвинуться группы. Они предварительно осматривали путь с помощью заклинания ведьмы. Тинаша предоставила разрешение на использование своего заклинания десятку магов, в том числе и этим двоим. Однако им было видно гораздо меньше, чем ей, заклинательнице. Поэтому за обзор приходилось отвечать в основном ей одной.

Завершив осмотр, двоица магов переглянулась.

— Похоже, пока ничего подозрительного, — заявил Куму.

— В храме тоже ничего, — отчитался Доан.

Они облегченно вздохнули. Призывателя напавших на замок несколько недель назад демонических духов так и не поймали. Осторожность не мешала.

Дверь в задней части помещения открылась. В вестибюль вошел юный король. Перепроверив снаряжение и оснащение, он, прищурившись, взглянул на Куму.

— Как обстановка?

— Ничего необычного, — ответил верховный маг.

— Хорошо, — кивнув, произнес Оскар.

Традиционно король Фарсаса участвовал в процессии в военном снаряжении. Оскар надел латные доспехи и алый плащ, а также прикрепил к поясу Акашию. Все это вместе создавало величественный и доблестный образ, которому добавляли великолепия прекрасные черты лица короля. На плече, подобно священному изваянию, восседал дракончик, необыкновенно дополнявший внешность Оскара.

Осмотревшись, король наклонил голову:

— А где Тинаша?

— Я думал, она с вами, — ответил Куму.

— Нет, я ее не видел, — сообщил Оскар.

Пока он размышлял, не послать ли кого-нибудь за ведьмой, та вошла в вестибюль. Все трое повернулись и, взглянув на ее, потеряли дар речи.

Она надела торжественное облачение магов.

Но не фарсасских. На ней была церемониальная одежда магов Тульдара.

Все длинное одеяние, окрашенное в синий и белый — цвета королей Тульдара, — покрывали вышитые замысловатые магические знаки. Длинные черные волосы были частично собраны, а венец и сережки в виде цепочек кристаллов неярко сверкали.

Она воплощала неземную таинственность. Оскар с нескрываемым потрясением произнес:

— Что-то случилось?

— До меня добрались Сильвия и Памира, — объяснила Тинаша.

Даже макияж нанесли изысканно. Девушки с радостью перенесли для нее платья и праздничные наряды из сокровищницы Тульдара.

Вероятно, Тинаша уже привыкла, что ее наряжали, словно куклу, поскольку, пусть и немного недовольно, но позволила им все это. Почти все, начиная с кристаллов, которыми были инкрустированы браслеты, изготавливалось из зачарованных материалов.

Оглядев Оскара, Тинаша бойко произнесла:

— Ты и без того был красив, так что такие доспехи тебе к лицу.

 Оскар усмехнулся.

— То, что ты меня называешь красивым, выглядит странно. Мужчинам обычно такое не говорят.

— Разве? Я просто немного польстить хотела, — ответила ведьма.

Она в замешательстве наклонила голову, а затем отошла и встала рядом с Куму. 

— Что же, в путь, — с выдохом произнес Оскар.

Все поклонились, и процессия выдвинулась через открывшуюся дверь к передним воротам.

Спереди шли солдаты. Они освобождали улицу, тянувшуюся к восточной части города: оттесняли толпившихся горожан, желавших мельком взглянуть на короля.

Затем во главе с Арсом шагали офицеры, а следом Оскар и маги. Даже в столь позднюю ночь люди восторженно ликовали — может, потому что личности в королевской семье Фарсаса поколение за поколением рождались легендарные, а может, это именно Оскар был любимцем горожан.

Сайе выглядывал на процессию из-за стоявших перед ним взрослых и заметил сидевшую боком на лошади девушку. Мальчик ахнул. Девушка ехала прямо за королем с закрытыми глазами и не удерживая поводья, но ее жеребец продвигался размеренно.

Девушка носила другое одеяние, и теперь от нее веяло необычным могуществом и внушающей трепет величавостью. В первый раз увидев ее, Сайе ничего подобного не почувствовал, однако ее поразительную красоту нельзя было ни с чем спутать. Именно эту девушку Сайе встретил около башни. Тогда он уверился в том, что она ведьма, но сейчас вспомнил, что она разговаривала так, будто знала короля. Может, и не ведьма, а придворный маг.

Процессия прошествовала мимо, и дорогу вновь заполонили горожане.

Король еще раз пройдет по этой дороге в Новый Год. Сайе убежал, чтобы поведать друзьям о том, как увидел девушку.

Оскар вместе с остальными добрались до храма без происшествий. Все почувствовали облегчение. 

Древний храм, стоявший посреди лугов, строили из алебастра. Об этом мало кому было известно, но за его безмятежностью скрывалась часть истории Фарсаса, восходившая к ранним Темным Векам.

Сооружение называли храмом, но его почти ничего не украшало. Он состоял из одного просторного помещения, в задней части которого возвышались семь каменных колонн с плотно вырезанными символами. Каждая колонна посвящалась одному из семи божеств Фарсаса.

Церемония началась с молитв и благословений священников, во время которых Оскар обнажил Акашию возле алтаря. Слуги торжественно наблюдали. Они стояли за королем, а Тинаша — около входной двери. Глаза ведьмы были закрыты, и сознание соединено с заклинанием.

Наконец, священники закончили читать молитвы. Оскар завел посвященную им речь. Арс, слушая, сверился со временем.

Все шло по плану. Скоро наступал Новый Год.

Священницы раздали бокалы с красным вином участникам церемонии. Король, завершив обращение, разлил заготовленную для него бутыль вина по трем бокалам, располагавшимся на алтаре.

Бутыль опустела. Первый бокал Оскар вылил на пол. Второй он выплеснул в воздух. Третий же осушил сам.

Свита, следуя за королем, отпила из собственных бокалов. Раздались радостные восклики новогоднего празднования.

Тинаша наблюдала, приоткрыв глаза.

Она не пила. Не была гражданкой Фарсаса, легко пьянела, не хотела, пока поддерживала заклинание.

По правде, все это были лишь отговорки.

Принятие участия в процессии заставило ее поразмыслить. Тинаша тревожилась, правильно ли не ограничиваться контрактом и со всеми сближаться.

Его мать тоже так беспокоилась?.. 

И откуда у нее взялась эта мысль. Тинаша поморщилась. 

Время шло и шло, неся вместе с собой судьбы всех и каждого.

Под началом двадцать первого короля наступил пятьсот двадцать седьмой год Фарсаса.

— Полдела сделано, всем спасибо. Давайте так же славно и завершим наш труд.

Оскар поблагодарил сопровождавших его стражей. Все они кивнули, каждый чувствовал в этом что-то свое.

Покинув храм, процессия медленно пошла вдоль темноты лугов. Путь освещали магические огоньки. Повисла влажность. Дождь мог полить в любой миг. 

Оскар оглянулся, убеждаясь, что за ним рядом ехала ведьма. Ее глаза все еще были закрыты, чтобы она могла воспринять все поступавшее в сознание. Король задумался, не поговорить ли с ней. Вдруг он что-то почувствовал.

Он молча обнажил Акашию, и вместе с тем ведьма начала произнесение.

— Пусть оно обозначится… Я призываю тебя и управляю твоими молниями. Проявись, во всем мне подчиняясь!

Глаза остальных расширились от удивления. 

Мощная белая молния поднялась от земли к небесам. Воздух сотряс оглушительный грохот, и все вокруг заполонил слепящий свет.

Вскоре вновь наступила ночная тишь.

Куму, побледнев, спросил Оскара:

— Что произошло?!

— За нами следили, — мрачно ответил король.

Он убрал Акашию в ножны. Остальные беспокойно загомонили.

Оскар посмотрел на ведьму. Та, открыв глаза, горько улыбнулась.

— Улизнул, — сообщила Тинаша.

Она раздосадованно щелкнула пальцами.

Когда восточное небо озарил световой столб, по городу поползли тревожные слухи. Те, кто остался в замке, тоже переволновались, но им с помощью магии передали, что жизни короля ничего не грозило, и они почувствовали облегчение.

Сайе с четырьмя товарищами выбрались из города. Они увидели огромную молнию по дороге в храм и испугались, не зная, стоило ли посмотреть или же вернуться.

— Что делать, Сайе?

— Это ты нас туда повел.

— Помолчите. Будет кошмар, если с его величеством что-то случилось.

Пока они спорили, показался король и остальная процессия.

Мальчишки, обрадовавшись, поспешили спрятаться. Они не хотели выяснять, какое наказание ждет горстку детей, покинувших город, чтобы взглянуть на короля, и укрылись в кустах. Друзья легли на живот и затаили дыхание. 

Когда процессия проходила мимо кустов, по лугам пронесся голос красавицы.

— Сайе, выходи.

Услышав свое имя, Сайе едва удержался от того, чтобы не выскочить. Впрочем, остальные четверо побудили его покинуть укрытие. Процессия остановилась, и все уставились на него.

Девушка, ехавшая посередине, нахмурилась.

— Ты что, не усвоил урок? Что здесь делаешь?

— Простите… — послушно потупил взор он.

Он не думал, что объяснения чем-то помогут.

Тинаша жестом дала ему знак приблизиться, и Сайе подошел. Оскар весело смотрел за этим.

Сайе настолько беспокоился, что застыл было столбом, но все же низко поклонился Оскару.

— Прошу, простите мое любопытство, ваше величество.

— Я и не против. Только будь поосторожнее, — ответил Оскар.

Тинаша усадила Сайе на своего коня, после чего предупредительно выкрикнула в сторону кустов.

— Вы тоже выходите. Надвигается дождь, лучше вместе поедем обратно.

Четверо друзей по ее приказу виновато заковыляли к ней. Их разместила на своих лошадях остальная часть свиты, и процессия продолжила путь.

Сайе шепнул Тинаше, сидевшей спереди:

— Госпожа, как вы нас заметили?

— Я слежу за дорогой и умею распознавать, когда кто-то приближается, — объяснила она.

Сайе удрученно повесил голову. Пусть он и достиг цели, удостоверившись, что именно эту девушку встретил около башни, это было полным провалом. Мальчик вздохнул.

Что-то холодное коснулось щеки. Он направил взор на темное небо. Закапал дождь, будто отражая чувства Сайе.

Арс, ехавший впереди, посмотрел наверх.

— Не успели, выходит. Ваше величество, поищем укрытие?

— Не стоит, — отмахнулся Оскар.

Впереди уже виднелся город. Оставалось недалеко.

Оскар больше беспокоился, не простудится ли ведьма. Он повернулся — та о чем-то шепталась с мальчиком. Заметив, что король на нее смотрел, она с шаловливым блеском в темных глазах встретила взгляд.

Губы Тинаши скривились в улыбке. Ведьма распростерла руки.

— Я жажду претворения. Да опадет оно, не меняя сути и обратится с дыханием хлада.

В ладонях собралась магическая сила. Заклинание начало подниматься вверх, расширяясь и устремляясь все выше и выше.

Когда оно достигло облаков и исчезло, дождь прекратился.

Все озадаченно подняли взоры и увидели, что с неба падали белые снежинки.

Они походили на перышки. Все, кроме Сайе, лишились дара речи, а тот восторженно воскликнул:

— Вот, глядите! Говорил же!

Тинаша захихикала. Все — не только дети — разинув рты смотрели ввысь.

Снежинка упала на ладонь Оскара и растаяла. Король посмотрел на ведьму.

— Как ты это сделала?

— Просто заморозила влагу в облаках вокруг меня. Так мы промокнем меньше, если отряхиваться будем.

— Вот, значит, оно что… — пораженно произнес Оскар.

По ее совету он смахнул снег с колен. Снег упал на землю и растаял на траве. Опадающие в ночи белые снежинки были настолько прекрасны, что казалось, будто все это происходило не наяву.

— Ты никогда не перестаешь меня удивлять, — сказал Оскар.

Тинаша широко улыбнулась.

Добравшись до города, участники процессии отпустили детей. Горожане, впервые увидевшие снег, встретили короля в небывалом восхищении. Сайе неохотно помахал ведьме на прощание, и та улыбнулась в ответ.

В итоге Оскар вместе со всеми добрался до замка. Кроме замеченной Тинашей во время шествия на лугах слежки, их ничто не потревожило.

Пройдя по погрязшему в веселой суете замку, Оскар вышел на помост, поприветствовал народ и произнес речь.

Тинаша развалилась на диване в задней части прилегавшего к помосту помещения. Она вымоталась поддержанием заклинания и слежкой, но все равно сотворила вокруг помоста трехслойный барьер.

Покончив с речью, король вошел в комнату и обеспокоенно взглянул на ведьму.

— С тобой все хорошо?

— Да. Просто немного перенапряглась, — признала ведьма.

Арс и Куму, чьей обязанностью было защищать короля, вздохнули с облегчением: все завершилось. Оскар им улыбнулся:

— Спасибо, вы хорошо потрудились. Можешь теперь выпить, Арс.

— Спасибо, ваше величество…

Арс, поклонившись, ушел. Казалось, с его плеч спала гора. Вероятно, он намеревался пригласить Мередину на праздник в город. Куму убедился, что заклинание Тинаши прошло без последствий, и тоже удалился. Остальные стражники разошлись по своим постам.

Оскар подобрал обессилевшую ведьму на руки. Она в возражении разомкнула глаза:

— Я сама ходить могу.

— Эх, да дай ты тебя побаловать, — сказал он.

Она надулась, но кивнула и уткнулась лицом в его грудь. Оскар вынес ее из комнаты в коридор. Тинашу убаюкивающе покачивало, и она тихо ахнула.

Раньше она бы не вынесла, если бы ее так несли.

Но не сейчас. Сложно сказать, от того ли, что она разделалась с четырехсотлетним долгом или же потому, что нес именно Оскар.

Борясь с сонливостью, Тинаша пробормотала:

— Насчет того нашего разговора…

— Ты о каком?

— О замужестве.

— А. И что же?

— Дай мне еще немного обдумать. До конца контракта…

— Хорошо, — тут же произнес Оскар.

Тинаша почувствовала облегчение.

Контракт должен был завершиться вскоре после Нового Года, но по их обоюдному бессловному согласию он продлевался на те полтора месяца, которые Тинаша провела в Кускуле.

В итоге до окончания контракта оставалось чуть менее двух месяцев. Чего, как можно было надеяться, Тинаше хватит, чтобы определиться со своим будущим.

Оскар взглянул на лежавшую на руках Тинашу. В церемониальном одеянии она казалась словно наваждением, вот-вот бы исчезнувшим из его рук. Представив это, Оскар поморщился.

— Знаешь, я поговорил с отцом, — начал Оскар.

Тинаша шевельнулась и посмотрела на Оскара темными глазами.

— Он сказал, что женился своевольно и не собирается принуждать к тому, в чем не ограничился сам. В магии ли дело или в чем угодно — он сказал, чтобы я поступал, как сам захочу.

— Ясно…

— Рад, что он последовал зову сердца. Благодаря этому сейчас я здесь, — заявил Оскар.

Ведьма немного омрачено улыбнулась и отвела взгляд, пробормотав:

— Я тоже рада.

Оскара и Тинашу разделяли четыре столетия. Если бы все шло своим чередом, они бы не встретились, и поэтому они радовались проведенному вместе времени, стараясь проводить вместе еще больше. Было еще слишком рано, чтобы утверждать, окажется ли это время продолжительным или мимолетным.

Как счастье, так и горе — все всегда приходит нежданно.

 ※※※

Во тьму просторной комнаты проникало лунное сияние.

Из окна просматривалось безоблачное небо. Женщина восхищенно проворковала:

— А что она?

— Как обычно. Но… заклинание немного изменилось. Вероятно, она ослабла. Показалось, быть может… — ответил мужчина.

Глаза женщины расширились.

— Влюбилась? Глупо, она совсем недавно была на пороге смерти. Впрочем, если она больше не духовный чародей, это гораздо занимательнее.

Женщина сложила руки в замок и задумалась. В зеленых, с некоторых углов казавшихся голубыми, глазах мелькнуло жестокое ликование.

— Очень хорошо. Убьем при удобной возможности. Наша игра подходит к концу.

— Как пожелаете, — ответил мужчина на приказ госпожи.

Он низко поклонился.

Кроме них, в комнате никого не было. Ее больше никто не услышал.

Слов этой женщины гнушались с давних времен, ибо слова эти изрекала ведьма.

Продолжение следует...