Прошло десять дней после того, как Мила поведала о замысле Друзы. Тинаша сидела на стуле, скрестив ноги. Ее покои в замке Фарсас заливали лучи заходящего солнца. Над гадальной чашей перед ней парила частично изученная структура, которую впечатленно осматривала Мила.

— Ты не знаешь, где маги Друзы творят запретное проклятие? — спросила Тинаша.

— Знаю… но вам не скажу, — ответила Мила.

— Почему?

— Иначе вы отправитесь туда, чтобы убить их, — объяснила она.

Тинаша не отрицала этого, а потому замолчала. Нападение Фарсаса бы пошатнуло отношения с другими странами, но вот если она одна избавится от угрозы, а затем вернется… 

— Правда, не надо. Не пытайтесь влиять на проклятие во время сотворения, это очень опасно. Если убьете заклинателя, некому будет управлять магической силой, и она натворит делов, — подметила Мила.

— Угх.

— И еще: определенно, вы сильны, но маги сражаются в задних рядах войска. Вам не полагается участвовать в одиночных битвах. Что бы странное там ни случилось, но всего несколько дней назад вас похитили. Если выступите против кого-то, кроме мага, то вам не поздоровится. Вспомните, Унай же вас чуть не убил, — отчитала ее Мила.

— Да уж, помню, — недовольно, словно проглотила горькое лекарство, сказала Тинаша.

Четыре столетия назад, во время сражения с Леонорой, правая рука ведьмы — мечник по имени Унай — ближе всех подобрался к убийству Тинаши. Сен, один из таинственных духов, тогда переключил его внимание на себя. Но, когда Тинаша отреклась, она вернула всех двенадцать духов, кроме одной. Без них безрассудно было проникать на неизведанные вражеские земли. 

Тинаша жила с давней эпохи, но все это время проспала. Опыта у нее было как у обычной девятнадцатилетней девушки. С Акашией Оскар в мгновение ока победил бы ее в ближнем бою.

Пока она оценивала свои пределы, Мила серьезно произнесла:

— Против проклятия лучше воспользоваться Акашией. Понимаю ваши чувства, но не стоит бросаться туда самой.

— Но я думала, что это из-за Друзы меня единодушно позвали на престол…

Король Тульдара, Кальст, сообщил Тинаше, что последние действия Друзы казались подозрительными. Для защиты он хотел пробудить таинственных духов.

Но в итоге Друза нацелилась на Фарсас. Должно быть, решили, что использовать запретное проклятие, даже с учетом Акашии, проще на нем, а не на магическом королевстве.

— Молькадо ускользнул именно при моем правлении… Я военная преступница…

Тинаша вздохнула, а Мила упрекнула ее:

— Уж за это не вините себя! При ударах Молькадо и Друзы ваша задача — просто сдержать ущерб. Не взваливайте все на себя.

— Фарсасу не справиться с пятью зарядами проклятия такой силы даже с Акашией. Простой барьер заклинатели возведут, вот только сами погибнут, — возразила Тинаша.

Ей больше всего хотелось избежать этого — потому и намеревалась разобраться сама. А терять его было и вовсе неприемлемо. Даже если иначе пришлось бы пожертвовать собой.

Тинаша потупила взор. Девичьи черты Милы по-взрослому скривились.

— Тогда вы и создадите барьер. А если с вами что-то случится, пока отправитесь к ним, владельцу Акашии только хуже будет.

Мила показала на парившую над гадальной чашей структуру. Вспомнив свое предназначение, Тинаша замолчала.

Она полностью права.

Какой бы способной ни была Тинаша, ей не справиться в одиночку. Недоставало боевого опыта.

Она вздохнула, ощущая коленями дуновение выдоха.

Коронация Оскара была назначена через две недели.

※※※

В ходе заседания Фарсасом было решено выслать приглашения на коронацию многим странам.

Цезар и Друза входили в их число, но, соболезнуя, отказались. Неизвестно, стоило ли тому радоваться или от того тревожиться.

Естественно, безопасности уделялось особенное внимание: за иностранными гостями втайне наблюдали две стороны. Первая — стражники Фарсаса, а вторая — Тинаша, а точнее, заклинание, которое та наложила на весь замок.

За час до церемонии Тинаша уложила волосы, но все еще не переоделась. В таком виде она постучалась в комнату, где одевался Оскар. Принц позвал ее внутрь, и она вошла.

Тинаша восхитилась тем, как выглядел Оскар в королевском убранстве.

Блестящие латные доспехи и красный плащ чудесно подчеркивали мускулистое тело. Акашию сейчас передали королю Кевину, а на поясе Оскара был пристегнут другой длинный меч.

Прекрасные черты принца скривились в раздражении. Тинаша еще ничего не сказала, но он уже бросил подозрительный взор:

— Что-то случилось? Ты почему не одета? Дни перепутала?

— Ничего не перепутала! Сразу потом пойду и переоденусь, — заверила Тинаша.

Покраснев, она отвернулась. На такого его Тинаша не могла долго смотреть. Она даже чуть не забыла, зачем сюда пришла, но, зажав руками пунцовые щеки, повернулась обратно.

— Прости, но вокруг тебя нужно наложить защитный барьер.

— Хорошо. Он ведь не убьет всех при прикосновении?

— Нет, конечно! Только защитит! — воскликнула Тинаша.

Оскар пожал плечами и уселся на стуле. Встав за ним, Тинаша начала произнесение:

— Да охватит обозначенное три мира. Пусть смысл потеряет смысл. Коли отдалится обозначенное от истины, да исчезнет оно и слова да обратятся прахом.

Над Тинашей образовалась структура из серебристых нитей. Магическая сила была так велика, что ее видел даже Оскар. Тинаша продолжала произносить, и нити, раздуваясь, переплетались меж собой все запутаннее и запутаннее. Оскар не мог отвести глаз.

— Да затмит моя жизнь любое проявление. Пусть сии слова и сила воспрепятствуют всему, что грянет.

Она завершила произнесение. Обвившись вокруг тела Оскара, структура влилась в него и исчезла. Тинаша выдохнула.

— Спасибо за ожидание. Это только чтобы защитить тебя от магии.

— Это тебе спасибо, — ответил Оскар.

Тинаша довольно улыбнулась. Оскар, встав, собрался было погладить ее по голове, но увидел, как изящно и гладко уложены ее волосы.

— Переоденься, и не опаздывай. Принц Легис в числе гостей.

— О-ох, правда? Да, сейчас же ухожу, — сказала Тинаша.

Она кивнула и телепортировалась так внезапно, что Оскар хмыкнул. Однако принц тут же посерьезнел вновь.

※※※

Когда Тинаша вернулась в покои, Сильвия и придворные дамы помогли ей побыстрее переодеться и нанесли макияж. Официальное королевское платье Тульдара сочетало в себе белый и темно-синий цвета. Украшения, включая ниспадающие занавесью от волос серебряные цепочки, также служили магическими приспособлениями. Платье подчеркивало изгибы стройного тела, а внизу расширялось изящной дугой.

Посмотревшись в зеркало, Тинаша пробормотала:

— Сколько же лет прошло с тех пор, когда так наряжалась…

— Аж глаза радуются! — прощебетала Сильвия.

Она держала в руках баночку с румянами. В комнату тем временем вошла придворная дама.

— Его высочество принц Легис прибыл.

— Уже иду, — ответила Тинаша.

Поскольку она считалась принцессой Тульдара, на церемонии королевство представляли они с Легисом.

Тинаша проверила охватившее замок заклинание и, не обнаружив ничего необычного, направилась к собору, где ее ждал Легис.

Они давно не виделись, и когда Легис заметил ее в платье, его глаза расширились. Принц улыбнулся:

— Вы восхитительно в нем смотритесь. Поистине чудесно.

— Благодарю, — ответила она.

Легис благородно протянул руку. Тинаша за нее взялась и, осознавая, что приковывала к себе взгляды, проследовала с ним внутрь. Множество гостей уже заняли свои места.

Вскоре вошли король Кевин и Оскар. Акашия был прикреплен к поясу короля. Пока Тинаша наблюдала за ними, она не отводила внимание от заклинания.

Король с принцем дошли до алтаря, и Кевин произнес вступительную речь. Слушая, Тинаша засмотрелась на королевский меч, Акашию.

Он был выдающимся по силе оружием — единственным в мире по своей природе и, по слухам, даром высшего существа.

По всеобщему поверью он лишь обезвреживал магию, но на деле разрушал заклинания и лишал магической силы при касании. Тинаше об этом рассказывал сам владелец меча, когда она была еще девочкой.

Акашию по праву прозвали худшим врагом магов. С ним можно было убивать ведьм.

Люди в основном полагали, что меч перешел Оскару перед коронацией из-за непревзойденного мастерства принца. Но Тинаша подозревала, что так скрыли запечатанные огромные запасы магической силы. Расспросить она не решалась, так что и подозрения держала при себе.

Тинаша перевела взгляд на алтарь. Кевин отшагнул: опустившийся было на колено Оскар встал. По собору пронеслись радостные возгласы: новый король вознес Акашию высоко над головой.

Она тоже похлопала в ладоши. Тинаша не могла отвести взор от Оскара, гордо стоявшего перед присутствующими.

※※※

Оскар предстал перед народом, а затем переоделся в покоях и проследовал в банкетный зал.

Его тут же окружили гости. Учтиво беседуя с ними с отточенной улыбкой на лице, он осмотрелся. Около окна весело смеялись Легис с Тинашей, которая помахала Оскару, завидев его.

В своем официальном наряде Тинаша была намного прекраснее прочих дам. Она завораживала всех, на нее, принцессу Тульдара, украдкой бросали взоры мужчины. Но познакомиться никто не решался — они с Легисом казались очень близки, в том числе и по духу.

Встретившись взглядом с Тинашей, Оскар благоразумно не выказал чувств. Он переключился на гостей, которые с ним общались. Тинаша за ним наблюдала.

— Бедолажка. Это же так утомительно… — высказалась она, словно самой это не грозило.

— Вы уже скоро в таком же положении окажетесь, — напомнил Легис.

— Да, хоть мне бы и не хотелось. Уже отправила свое, — ответила она.

Легис чуть ранее представил Тинашу влиятельным лицам из других стран. Все ошеломились — все-таки королева Тульдара объявилась внезапно, но Легис, искусно изъяснившись, убедил их благосклонно к ней отнестись. Тинаша впечатленно к нему обратилась:

— Ваше высочество, я в любом случае поражена. Вероятно, все потому, что только начала познавать что-то кроме Темных веков, но в светских беседах я не сильна.

— И мне они поначалу не давались. Просто это необходимое умение. Век живи — век учись, а учиться мне нравится, — улыбнувшись, искренне ответил он.

Легис был умен, рассудителен и трудолюбив. Тинаша пожалела о том, что, если бы не она, из него бы вышел превосходный правитель.

Но зачем мне престол, если угроза Друзы минует?

В мирное время нужда в силе отпадала. Однажды Тинаша уже поэтому отреклась. Если ее могуществу некого будет сдерживать, и Тульдар перестанет опасаться врагов, тогда неважно, насколько силен правитель. Тинаша задумалась, правильно ли согласилась занять престол.

Вздохнув, она перевела взгляд на надетый на правое запястье браслет. Кристалл в нем был ядром наложенного на замок обозревающего заклинания. Он оставался бесцветным — ничего не предвещало беды.

Заодно Тинаша решила проверить и барьер на Оскаре. Король шел подле юной красавицы в розовом платье. Ей Легис также представлял Тинашу. Она попыталась вспомнить:

— С ним же… принцесса Ярды, Нефели?

— Верно. Сейчас между Фарсасом и Ярдой воцарился мир, — ответил Легис.

Всего десять лет назад они воевали. Ярда потерпела поражение и уступила часть земель, после чего Фарсас помог бывшему врагу оправиться. Ныне отношения между странами были дружественными. Ярду окружали со всех сторон Великие Нации — Фарсас, Цезар и Кантона — она бы не выжила, если бы не примкнула к одной из них. И, несомненно, Фарсас она выбрала из-за доброй души Кевина.

— Говорят, что при поражении Ярда предложила Фарсасу Нефели как невесту. Но, кажется, просто слухи, иначе не понимаю, зачем Фарсасу отказывать, — поведал Легис.

— А, ясно… — пробормотала Тинаша.

У нее-то догадки имелись: дело было в проклятии, которое она снимала. С ним Оскар не мог согласиться на женитьбу.

Однако вскоре от проклятия он избавится. Возьмет ли он тогда принцессу в жены?

Тинаша погрустнела, но, натянуто улыбаясь, продолжила следовать взглядом по залу за Оскаром и Нефели.

Легис неловко улыбнулся:

— Вы теряете управление над магией.

— Что?! Ой… простите.

Тинаша виновато покраснела. Ее магическая сила была велика, и в сердцах над магией брали власть чувства. Легис как способный маг это замечал.

Тинаша уткнулась лицом в ладони. Легис безмятежно улыбнулся:

— Признаю: я завидую.

Было очевидно, что он имел в виду. Тинаша не знала, как ей ответить, и слабо улыбнулась:

— Сама не понимаю. Зациклилась же на нем…

Отделив прошлое от настоящего, она пыталась узнать Оскара вновь с чистого листа. Он всего лишь пробудил ее в этой эпохе. С этим Оскаром общих воспоминаний у нее не было.

Но она не знала, чего этим добивалась. Кем был этот Оскар для нее?

Сейчас она не могла ни понять, ни выразить это словами. Тинаша не осознавала, что за жар тогда обуял сердце.

Но она понимала, что Оскара нужно уберечь. Несмотря ни на что. Нельзя было просто о нем забыть. А почему — из-за оставшихся девичьих чувств или по другой причине — не имело значения. Тинаша не ждала благодарности. Поэтому же она хотела гордо встретить будущее. Ничего еще не началось.

※※※

Через три часа банкет подошел к концу и Оскар, все это время беседовавший с прибывшими на коронацию гостями, удалился. Он направился вдоль коридора, разминая затекшие плечи.

Учтивые светские разговоры легко ему давались, но тем не менее изморили.

Особенно устал он от нескончаемых заигрываний молодых особ. Нефели была поискреннее прочих, поэтому с ней общалось легче, однако остальные едко надушившиеся дамы отняли все силы. Оскару хотелось поскорее принять ванну — от этих запахов начинала болеть голова.

Сзади раздался женский голос.

— Оскар, можем поговорить?

С этой особой было тяжело ладить совсем по другой причине. Оскар обернулся. Тинаша виновато улыбалась. Длинные ресницы беспокойно трепетали, а алые губы очаровывали.

Она казалась незнакомой в официальном платье и макияже. Скрывая, как Тинаша его завораживала, Оскар ответил:

— В чем дело? Легис уже отправился в Тульдар?

— Я его провожу. Но сначала хотелось бы снять барьер. Прости за беспокойство, — сказала она.

— Могла бы и пораньше.

— Как же, девушки вокруг тебя весь вечер хороводы водили. Впрочем, рада, что ты повеселился.

Насмешка Тинаши прозвучала так угрюмо, что тут же выдала ее чувства. Оскар не ущипнул ее за щеку — невозмутимо ответил:

— Королевами все хотят стать, оттого и предложения без конца. Хорошо, что ты проклятие снимешь.

Если бы он с годами так и не женился, близлежащие страны что-то заподозрили бы. Пришлось бы прибегнуть к ненужным уловкам. То, что Оскар избавится от проклятия в двадцать, было как нельзя кстати.

Как Оскар в целом и ожидал, Тинаша нахмурилась:

— Я счастлива, что у тебя есть выбор. Надеюсь, ты женишься на ком-нибудь попригоднее.

— Что ты, я же не советника себе выбираю. Пусть хоть баклуши бьет, главное, чтобы не мешалась.

— То есть, чтобы была моей полной противоположностью.

— О? Так ты понимаешь? — протяжно произнес Оскар.

Он невольно потянулся к лицу Тинаши. Та надула мягкие щеки. От того, как она походила на схваченного за шкирку котенка, Оскар разразился смехом.

— Ты чего при этом еще и хохочешь?.. — спокойно спросила она.

— Весело же дразнить детишек, — ответил он.

Тинаша вздохнула. Длинные черные ресницы, дрожа, отбрасывали тень на белоснежные щеки. Чувственное выражение прелестно накрашенного лица очень привлекало.

— Как хочешь… Меня не это заботить должно. Однако врагов у тебя много — как сватающихся в королевы. Сообщи, если что случится, — заявила Тинаша.

— А ты тогда что? — спросил Оскар.

— Разберусь, — уверенно ответила она.

Оскар нахмурился. Тинаша произнесла это хладнокровно, она была полна решимости. По-видимому, она и впрямь не понимала, как на нее влияли чувства. Она жертвовала собой как могла и не страшилась, что ей это навредит.

— Слушай…

— М-м, сниму сперва барьер, — прервала его Тинаша.

Она подошла к Оскару, дотронулась до него и тихо произнесла заклинание.

Король не представлял себе, как хрупкая девушка перед ним одолела ведьму. Она не была уверена, одержала ли бы верх еще раз. Пожалуй, как она и сказала, сражение вышло опасным, в котором ей едва-едва удалось победить. Но сколько бы испытаний она ни вынесла, и у ее возможностей есть предел.

Оскар удержался от тяжелого вздоха.

— Сколько тебе еще понадобится для снятия проклятия?..

— Еще чуть меньше четырех месяцев. Прости, что так долго, — ответила Тинаша.

— От меня еще что-нибудь потребуется?

— Пока нет. Возможно, потом.

Тинаша закончила произнесение и, подняв взгляд, посмотрела на Оскара.

Она не скрывала, как невинна была в душе. Может, и не знала, как скрывать. Но с таким отношением ее — королеву, пытавшуюся сберечь страну — в Темные века непременно подстерегали опасности на каждом шагу.

Та эпоха прошла, но Тинаша все равно ввязывалась в войны.

Оскар решился и, стараясь ничего не выказать, сурово произнес:

— Возвращайся в Тульдар. Сейчас же.

Тинаша не сразу восприняла его просьбу, но спустя мгновение ее глаза расширились от удивления:

— Возвращаться? Зачем?

— Неважно. От меня ничего не нужно, значит, можешь ведь продолжать и там. А когда все же потребуется — придешь сюда или вызовешь меня.

— Можно, но… — едва слышно попыталась возразить Тинаша.

В глазах потемнело. Она не поняла, почему так разволновалась. Сердце бешено стучало. Потирая виски, Тинаша встретилась взглядами с Оскаром:

— Но если разразится война? Человеку, даже владельцу Акашии, не под силу сдержать запретное проклятие.

— Ты не гражданка Фарсаса, не твоя забота. И, разумеется, ни к чему так пытаться помочь, — бесстрастно отказал он.

Тинаша стерла чувства со своего лица. Обычное поведение по ее мнению сейчас бы стало проявлением слабости, так что она подавила желание выплеснуть негодование.

— Я не помешаю. Дай мне помочь в сражении.

— Нет. Всякое может случиться, вроде недавнего похищения. Враждовать с Тульдаром только потому, что на нас навалились неприятности, мне не хочется. Вернись уже скорее на родину.

Тинаша чуть не разрыдалась. Она прекратила тереть виски, впилась ногтями в кожу, но ничего уже не чувствовала, даже не ощущала, стояла ли прямо до сих пор. Ей хотелось обхватить Оскара руками, но она не могла пошевелиться.

Она лишь выдавила приглушенный шепот:

— Позволь остаться рядом…

Оскар, безучастно посмотрев на нее, вздохнул:

— Не цепляйся. Раздражает, — заявил он.

Темные глаза на мгновение застыли. Тинаша затаила дыхание. Раздался треск, словно что-то разлетелось на части.

Она не заметила, как потрясенно Оскар смотрел на нее теперь.

Голова заболела.

Стало дурно.

Что-то разбивалось. Это отдавалось в висках, ушах, руках. Больше она не управляла своими чувствами.

Тинаша ничего не требовала взамен. Пусть он даже ее возненавидит, но хоть не откажет в желании защищать. А если и это не дозволено, почему она вообще была здесь? Зачем проспала до этого времени?

Она крепко зажмурилась, не зная, потому ли, что уже не воспринимала ничего увиденного или же потому, что не хотела ничего воспринимать.

Оскар опешил, когда сережки глухо разлетелись на части.

Осколок порезал прекрасную щеку, и кровь потекла по нежной коже. Запечатывающие украшения не удерживали колыхаемую чувствами магическую силу и разрушались под ее давлением.

Тинаша закрыла глаза и нахмурилась в боли.

— Тинаша.

Оскар потянулся к ней, пытаясь схватиться.

Магическая сила разбила окна в коридоре. Должно быть, это не осталось незамеченным — тут же послышались шаги.

Легис подбежал и с конца коридора увидел обоих. Осознав, что магическая сила скапливалась, он крикнул:

— Тинаша! Нет!

Он рванул к ней, приобнял сзади и направил свою магическую силу в нее, сдерживая исходящую наружу ее собственную.

— Успокойтесь… Слышите меня?

Тинаша чуть спустя кивнула. Легис облегченно расслабился.

— Дышите. Медленнее, глубже. Обуздайте магическую силу… Все в порядке. Вы справитесь.

— Хорошо… — сказала она.

Выражение ее лица понемногу смягчалось, пока в итоге не стало совсем бесчувственным. Оскар молча наблюдал.

Легис, не выпуская Тинашу из объятий, исцелил порез на щеке.

— Мне очень жаль… Я не нарочно, — прошептала она.

— Я понимаю, — ответил он.

Оскар неглубоко вздохнул. Тинаша все еще не открыла глаза. Король еще раз на нее взглянул и, выпрямившись, обратился к Легису:

— Мы у вас очень надолго ее отняли. Уверен, ей еще предстоят дела перед коронацией, и сейчас, полагаю, выдалась прекрасная возможность, чтобы вы забрали ее обратно. Премного благодарен.

Легис понял, почему Тинаша обезумела, и посмотрел на нее, не зная, что сказать.

Ее глаза медленно открылись.

Тьма в них была глубока, словно бездна. Тинаша посмотрела на Оскара.

Из-за этой бесконечной пропасти казалось, что она очень отдалилась.

Тинаша судорожно кивнула.

Пытливо взглянув на Оскара, она мило улыбнулась.

— Мне правда очень жаль, что тебе пришлось это лицезреть. Ты прав. Я вернусь на родину и продолжу там. Безгранично благодарю за проявленную ко мне во время моего пребывания доброту.

Она сделала изящный реверанс. Легис опешил, но Тинаша взяла его за руку и пошла.

Оскару почудилось по той милой улыбке, что она едва не расплакалась. Ему было совестно, что он ее до такого довел.

Но он принял решение. Ей бы все равно рано или поздно пришлось с ним расстаться.

— Тяжело же с ней… — пробормотал он.

Они с Легисом удалились из виду. Оскар покачал головой, будто стряхивая последние следы ее присутствия, и продолжил было прерванный путь.

※※※

В просторном помещении эхом отдавались ликования и беспокойства.

Старый маг горько произнес:

— На престол Фарсаса взошел новый король. Дальновидный, и куда прагматичнее предыдущего.

— А Акашия до сих пор не у нас? Ярно, чертов пустослов, — неодобрительно проворчала девушка.

— Как бы силен ни был Акашия, его владелец — всего лишь человек.

— Мы победим, но нужно сделать это с толком. Нашего предшественника, Молькадо, с позором изгнали из Тульдара. Нас, унаследовавших его запретное проклятие, незаслуженно не признают. Мы вынуждены прятаться под землей. Но скоро наше время придет. Все прознают о нашем могуществе. Да, все будет как и прежде, в Темные века.

Воцарилось молчание. Старик громко рассмеялся.

— Когда завоюем Фарсас, сможем отомстить Тульдару. Однако король с советником все еще сомневаются в наших способностях. Надо бы поубедительнее изменить их мнение. Как считаешь, Вальт?

Вопрос старика был обращен в угол темного помещение, где все это время сидел молодой на вид мужчина. Тот улыбнулся.

— Согласен. Впрочем, нельзя терять терпение.

Он перевел взгляд на дверь в противоположной стене. Проход за ней вел в комнату, где творилось запретное проклятие. Из нее уже сейчас просачивались колебания магической силы.

Здесь затевался заговор, который впоследствии изменит судьбу Друзы.

※※※

— Я что, правда к нему слишком прицепилась?!

— Правда. Иначе не спали бы четыре столетия, — ответила Мила.

Лицо Тинаши окаменело. Руки, державшие книги, задрожали.

— Я просто долг возвращаю! На него нынешнего мне все равно!

— Не была бы так уверена, — усомнилась Мила.

Из Фарсаса с Легисом Тинаша чуть ли не сбегала. Вернувшись в свои покои в замке Тульдар, она пустилась в ожесточенное словоизлияние об Оскаре. Легис, поморщившись, пил чай рядом с ней. Мила же парила в воздухе. Она пожала плечами:

— Вы привлекательны и могущественны, мужчины по большей части либо влюбляются в вас, либо боятся. Но владельцу Акашии, вероятно, потешиться есть много с кем. Не по Тинашеньке шапка. Ах-ха-ха-ха!

— Я же не заставляю его на мне жениться!

— Полагаю, его оттолкнуло то, как сильно вы к нему прилипли, — подытожила Мила.

— Да… так бы и убила его!

— Пойдемте?

— Не буквально! — воскликнула Тинаша.

Она впихнула книги на полку. На ее уши и пальцы было надето множество запечатывающих украшений. Без них страницы бы уже летали по всей комнате.

— Проклятие, впрочем, все равно сниму! Вместо него только что-нибудь эдакое накину! Чтобы ему овощи опротивели, например!

— Не используйте магию для мелочной мести, — возразила Мила.

Прослушав с вымученной улыбкой их перепалку, Легис отставил чашку:

— Он хочет, чтобы война вас не коснулась. Воспримите его намерения правильно.

— Но наивно полагать, что справишься в одиночку!

— Госпожа Тинаша, это и к вам относится, — перебила ее Мила.

— Как, должно быть, чудесно, беспристрастно на все смотреть!

Она зашагала к гадальной чаше, поставленной посередине покоев. Над чашей развернулась структура исследуемого заклинания. Встав перед неописуемо красивым заклинанием, Тинаша тихо, чтобы никто не услышал, проворчала:

— А я уж было чуточку обнадежилась.

Четыре столетия назад, когда она засыпала магическим сном, то отчасти надеялась, что Оскар в нее влюбится.

В стертой истории они с Оскаром обвенчались в пятьсот двадцать седьмом году по летоисчислению Фарсаса. Тинаша попросила Милу привести его к ней в тот же год. Но Оскар объявился на год раньше. Тинаша глупо, словно маленькая девочка, тогда понадеялась, что он пришел взять ее в жены.

Она быстро осознала, что ошиблась. А теперь понимала и то, насколько отличались он из давнего прошлого и нынешний. Но Тинаша все равно уповала, что между ними что-то образуется.

К сожалению, на самом деле Оскар ничего не чувствовал к ней. Она, не расценивая свои желания превыше его, избавит его от проклятия, как и жена Оскара в изначальной временной линии.

Тинаша глубоко и протяженно вздохнула, собираясь с духом:

— Я ему сейчас мигом изучу и сниму проклятие. А потом хоть трава не расти! Я в его жизнь никак не вмешиваюсь!

— Поступайте как считаете нужным, — произнес Легис.

Он и сам вздохнул, наблюдая за забавляющимся духом и яростной госпожой.

※※※

Лазар, услышав, что произошло, разинул рот.

— Вы выпроводили Тинашу? И еще и наговорили ей все это?

— Неважно. Все равно все так бы кончилось, — возразил Оскар.

— Еще как важно! Это же бессердечно! Что если она теперь не станет снимать проклятие? —воскликнул Лазар.

— Станет. Она ответственная. Может, в крайнем случае, еще как-нибудь несуразно меня проклянет, — ответил Оскар.

— … 

Лазар пораженно и в то же время укоризненно уставился на Оскара, но тот, не обращая внимания, продолжал работать.

Король распорядился выслать множество солдат в северную крепость Инурейд, чтобы те оставались начеку и были готовы выступать, что бы ни вытворил их враг.

Разочарованно вздохнув, Лазар покачал головой:

— Я просто знаю, что она бы вас ни за что не покинула.

Оскар сосредоточился на документах, не отвечая. Лазар простонал.

— Ваше высочество… нет, величество. Мне всегда казалось, что она вам нравилась, что бы вы ни говорили.

— Глупости. Она — будущая королева Тульдара. Пусть даже и так, у нас бы ничего не вышло, — ответил Оскар.

Лазар осознал, что сказал Оскар, и его глаза расширились:

— Погодите, то есть?..

— Займись делом. Вот, возьми, — приказал Оскар, передавая ему стопку документов.

Слуга-страдалец хотел было что-то сказать, но покинул кабинет. Когда дверь закрылась, Оскар нахмурился.

Нравится — не совсем то слово.

Он считал ее забавной, непредсказуемой.

Ее взгляд в пустоту раздражал, но теперь его беспокоило что-то иное. Что-то мешало расслабиться.

И все. Больше он не испытывал к ней никаких чувств.

Даже если бы Оскар всерьез допустил, что привязался к ней, в будущем она станет иноземной королевой. Однажды король одной из небольших восточных стран очаровался королевой соседней. Он разрушил ее страну, чтобы заполучить ее, но возлюбленная заслуженно его ненавидела до конца его дней.

Этот случай был уж совсем крайностью, но тем не менее Оскар считал, что навлечет неприятности, если Тинаша останется с ним. Он не мог поддаться желанию, а поэтому не стоило и задумываться над своими чувствами.

Впрочем, у Тинаши был Легис, и они казались довольно близки. Оскар не понимал, зачем ей сближаться еще и с ним.

— Не игрушкой же ее становиться… — раздраженно пробормотал он.

Король продолжил подписывать документы, крепче сжимая перо.

Продолжение следует...