День за днем становилось все жарче и жарче. Однажды после полудня в кабинете короля Фарсаса вниз головой зависла в воздухе девушка. Ее длинные черные волосы заплетались хвостом, а оделась она прохладно и скромно, подобно тому, что обычно носят дети. Но все же, несомненно, она должна была стать королевой Тульдара. Вяло свесив голову, она спросила владельца кабинета:

— Какая же… духота… Можно остужу?

— Конечно. Неужели настолько жарко?

— Я же раньше Тульдар почти не покидала… — напомнила Тинаша.

Она охладила кабинет магией и медленно полукругом опустилась на пол.

Фарсас и Тульдар граничили, но фарсасская столица была гораздо теплее соседской, расположенной на возвышенности, дальше к северу. Теплым к тому же Фарсас был и как страна в целом. Тинаше, выросшей на холодной родине, приходилось нелегко. 

Лазар почувствовал освежающую прохладу и поднял взгляд от перебираемых документов. Оскар, не отводя взор от своих, произнес:

— Раз ты спустилась к нам, завари-ка чай.

— Поражаюсь, как ты в такую жару еще и горячий чай пьешь, — ответила Тинаша.

Она приступила к делу. Рядом с разложенными вдоль стены чайными принадлежностями стоял кувшин с водой — добавили для Тинаши несколько дней назад.

Со столкновения с Друзой прошло больше двух недель, которые Тинаша проводила то в Фарсасе, то в Тульдаре. Примерно две трети от этих дней — около десяти — в Фарсасе. В Тульдар она наведывалась раз в трое суток, чтобы готовиться к коронации.

Однако на этой неделе на родину она не возвращалась. Оскар осознал это и наклонил голову.

— Ты в последнее время не торопишься в Тульдар. Что-то не так со снятием проклятия?

— Э-э… Небольшая загвоздка. Никак не могу понять одну часть…

— О?

— Считай, что я перевожу дух. Может, наведусь так на мысль, — сказала она.

Она вновь взлетела и несколько раз перевернулась, согнув колени. Оскар улыбнулся, все еще смотря на документы:

— Можешь просто смириться.

— Не могу! Еще чуток подожди, — настояла она.

— Что же, если не получится, ты родишь мне ребенка, так?

— Да. Только втемяшу ему про отца-негодника и сразу тебе передам.

— Сама-то тоже ведешь себя не ахти, — возразил Оскар.

Они игриво подшучивали друг над другом, но Лазар нахмурился, ощущая, что за этим крылось нечто большее.

Тинаше было уготовано стать королевой соседней страны. С точки зрения отношений между двумя королевствами она бы не желала рожать Фарсасу наследника. Оскар определенно это понимал, и тем не менее слуга не мог не беспокоиться.

Тинаша вновь спустилась. Чай как раз заварился, и она начала разливать. Она поставила чашку с жидкостью малинового цвета на стол и пристально посмотрела на Оскара.

— Будет девочка — себе оставлю.

— Меня и девочка устроит, — ответил он.

— Не ожидала. Но у тебя и выбора бы не было.

Они точно шутили, но тема принимала особенный оборот. Лазар встревоженно взмахнул руками:

— Н-но вы ведь все еще пытаетесь снять проклятие?!

— Да! Чуть с толку не сбилась! Я же засучив рукава тружусь! — воскликнула Тинаша.

— Понял-понял. Старайся тогда, — небрежно произнес Оскар.

Он отхлебнул из чашки. Вместе с паром от нее исходил приятный аромат. Ненадолго отложив документы, король взглянул на Лазара:

— Есть какие-нибудь любопытные слухи? Я бы не прочь прогуляться.

— Я бы в любом случае не давал бы вам повод сбежать из замка, — чопорно признал Лазар. — Но раз уж просите, поговаривают люди о непонятном городском культе.

— Культе? — заинтересованно переспросил Оскар.

Лазар обрисовал то, что знал.

Около месяца назад в столице возникло новое верование — в божество, но не в одно из фарсасских. Оно постепенно укоренялось, а последователи набирались.

— А что за божество? — уточнил Оскар.

— По-видимому, только последователям и известно. В этом веровании, похоже, сила ценится превыше всего, — ответил Лазар.

— Тогда оно опасно, — усевшись в кресло, сурово заявила Тинаша.

В Фарсасе царила свобода вероисповедания, но по большей части народ почитал одних и тех же древних божеств, например, Этею. Их статуи устанавливались в соборе замка и восточном храме, и люди им поклонялись.

Тульдар же был неверующим, как и можно было ожидать от магической страны. В его замковом соборе присутствовал алтарь, но никаких идолов.

Подперев подбородок ладонью, Оскар недовольно спросил:

— Это не надо расследовать?

— Ничего подозрительного не происходило. Тем, с кем деятельность культа пересекается, он не особенно приятен, но и только, — сказал Лазар.

— Понятно… — ответил Оскар.

Допив чай, он отставил пустую чашку. Чай быстро остыл, вероятно, из-за охлаждения кабинета. Тинаше, однако, все еще было жарко — она встала и пошла за кувшином с водой.

Когда она наливала воду, то кое-что вспомнила:

— О, точно, у меня на вечер договоренность с Легисом. Я вернусь в Тульдар.

— То есть до этого ты про нее запамятовала?

— Я-я не вычеркивала из головы… С ним я многому учусь. У вас довольно разные нравы, но по меркам короля он прекрасен, — объяснила она.

Когда Оскара косвенно упрекнули, он нахмурился. Отчасти потому, что не обращал внимания на взаимоотношения Тинаши и Легиса, но это не стоило беспокойства. Больше тревожило то, что Тинаша отозвалась о Легисе как о короле, хотя сама должна была править Тульдаром.

— Говоришь так, будто престол отойдет Легису, — отметил он.

— Ты это так воспринял?

Тинаша лукаво улыбнулась. Хотя она спала четыре столетия, ее тело сохранилось как у девятнадцатилетней. Легису сейчас было двадцать три, то есть, если бы не случилось ничего непредвиденного, королем он бы никогда не стал.

Оскару казалось это подозрительным, но он решил не расспрашивать. В конце концов, в юности Тинаша уже побывала королевой и отреклась. Неизвестно, к чему приведет будущее, как для нее, так и для него — молодого короля.

Тинаша отпила из чашки, и ее глаза расширились от потрясения. Когда она вылила воду обратно в кувшин, Оскар спросил:

— В чем дело?

— Да ни в чем… Отравлена просто, — беспечно ответила она.

Оскар с Лазаром побледнели. Король встал, отбросив стул, подбежал к ней и, одной рукой придержав ей подбородок, попытался сунуть два пальца другой в гортань, чтобы вызвать рвоту. 

Тинаша тут же его остановила:

— П-погоди-погоди! Магические зелья на меня не действуют!

— Так ты в порядке? Правда?..

— Да, — заверила Тинаша.

Оскар уже наполовину ввел пальцы в рот, поэтому ее глаза заслезились. Ее ответ убедил, король вынул пальцы. Тинаша же потерла шею.

— Магическая сила в моем теле настолько велика, что она расщепляет даже зачарованные зелья. Обычный человек, выпив воду, умер бы, но мне она просто показалась противной на вкус.

— Тогда хорошо… Нет, нет тут ничего хорошего, — ответил Оскар.

Кувшин предназначался Тинаше. К нему не притрагивались ни Оскар, ни Лазар, они пили только чай. Если бы все пошло не так, это бы вылилось в разрыв отношений с Тульдаром.

Однако Тинаша — жертва покушения с ядом — невозмутимо скрестила руки.

— Причины, по которым меня могут желать убить, несчетны. Даже предположить не могу, кому именно потребовалось. Судя по тому, что использовалось магическое зелье, кому-то, считающему, что я обычная принцесса.

— Расследую. А пока не снимай с себя защитный барьер, — наставил Оскар.

— Хорошо, — согласилась Тинаша.

— Прости за это, — пробормотал король, нежно гладя ее по голове.

Он выдал Лазару указания. Тот побледнел, но немедленно к ним приступил. Когда дверь за слугой закрылась, Оскар вздохнул: 

— Если ты не против, лучше останься в Тульдаре, пока мы не найдем причастных.

— Со мной все будет хорошо. Я больше о тебе беспокоюсь, завтра вернусь, — сказала Тинаша.

Прищурившись, она улыбнулась. Оскару захотелось обнять ее, но не стал — ущипнул за щеку.

— Ай! За что?! — возмущенно воскликнула она.

— Просто, — ответил он.

Она сердито глядела, поражаясь его безосновательности, а он ухмылялся в ответ.

※※※

Солнце зашло, и Тинаша телепортировалась через связывавший ее покои в замках Фарсаса и Тульдара круг.

Оскара отравление озаботило, но Тинаша все детство росла с мыслями о возможном покушении. Ей не казалось, что из-за этого стоило переживать. Поводов для убийства существовало множество.

Переодевшись, Тинаша отправилась в замковую библиотеку, где ее ждал Легис.

Она согласилась сегодня помочь ему просмотреть не предназначенные к выносу книги и упорядочить их.

Книги, по которым Тинаша с Легисом собирались пройтись, разрешалось читать только в библиотеке. Они касались наиболее недозволительной темы — запретных проклятий. Такие могли читать только верховный маг и члены королевского рода Тульдар. Хоть книг и не было много, сколько-то за девятьсотлетнюю историю королевства набралось.

Их пополняли и размещали вместе, но не придавая значения содержанию.

После сражения с Друзой Легис осознал их значимость. Он убедил короля дать разрешение на прочтение и упорядочивание.

Добравшись до библиотеки, Тинаша велела стражникам удалиться и вошла.

На первый взгляд библиотека представляла собой хранилище книг, плотно уставленное шкафами. Тинаша прошла через комнату томов и документов до дальней стены и коснулась двери. Та, откликнувшись на приказ правителя, беззвучно открылась внутрь. За дверью спиной к Тинаше стоял Легис с ветхим свитком в руках.

Заметив, что дверь отворилась, Легис обернулся:

— Простите, что утруждаю вас. Я подумал, покажется подозрительным, если займусь этим один.

— Все в порядке, мне вовсе не сложно. Даже любопытно, поэтому хотелось бы помочь, — заверила она его.

Они разложили все о запретных проклятиях на широком столе. Пролистав имевшиеся пятнадцать томов, Тинаша произнесла:

— В этих семи описывается противодействие проклятиям. Они полезные в зависимости от обстоятельств, позже добавлю в официальный перечень. Этот, этот и этот… думаю, лучше уничтожить. Слишком опасны. Также и эти два — они написаны на основе неверных предположений о магических законах. Что до последних трех, ничего опасного в них не содержится, пусть так и лежат.

Легис кивнул, упорядочил книги согласно мнению Тинаши, а также поместил те, от которых необходимо было избавиться, в запечатанный магией ящик. С дозволения короля их уничтожат.

Тинаша взяла самый новый том из пятнадцати. В нем маг из Тульдара рассуждал о запретном проклятии, которое можно было бы использовать против крупных городов.

Ей размышления казались пустыми. В одиночку заклинание могла сотворить только она или кто-то из ведьм. Таким могущественным магам не требовались построенные другими заклинания. А несколькими магами проклятия по природе не произносились.

— Впрочем, рвение этого мага я уважаю… — прошептала Тинаша.

Она слегка улыбнулась, помогая Легису расставлять тома.

По-настоящему опасные заклинания не найти нигде, даже в таких укромных местах.

О магии и о том случае в целом, когда четыре столетия назад едва не была уничтожена страна, ничего не сохранилось. Но Тинаша видела ее своими глазами. Она понимала, что если кто-либо жаждал силы для изменения порядка, запретное проклятие могло сотвориться в любой миг. 

Она, пожалуй, лучше кого бы то ни было осознавала, насколько проклятия являлись недопустимыми.

※※※

После посещения библиотеки Легис и Тинаша отужинали.

Король Кальст обследовал присоединенные земли Друзы, поэтому за длинным парадным столом они сидели вдвоем.

Легис уселся напротив Тинаши. Он спросил:

— Как вам в Фарсасе?

— Пекло. Поверить не могу, еще даже лето не наступило, — сказала она.

Она вздохнула, покачав головой. Легис рассмеялся.

В глубине души Тинаша радовалась, что это его удовлетворило. У нее и в мыслях не было рассказывать про сегодняшнее отравление. Тогда бы ей могли запретить возвращаться в Фарсас. Она улыбнулась, впрочем, не очень широко.

Легис же начал расспрашивать о событиях в Друзе. За обсуждениями виверн кое-что пришло ему на ум:

— Ох, точно, это не вы подарили дракона королю Фарсаса?

— Да, он ведь изначально и был хозяином Нарка, — вырвалось у Тинаши.

Она осознала, о чем проговорилась, когда Легис подозрительно на нее взглянул. Тинаша понадеялась, что тот не станет вдаваться в подробности. Но, к сожалению, стал:

— Что это значит? Насколько я полагал, дракон был вашим еще четыре столетия назад. И вы говорили, что спали, дожидаясь владельца Акашии, но почему именно этого? Согласно записям, один из прежних королей — прадед нынешнего — посещал Тульдар, и его дверь не пропустила.

Вопросы продолжали сыпаться. Тинаша стыдливо свесила голову, как пойманный за шалостью ребенок.

Обсуждая с Милой при Легисе причины ожидания до текущей эпохи, они не рассказывали о прибывшем из будущего мужчине. Полного объяснения Легис не слышал.

Он расплывчато понимал, что в чем-то сон Тинаши до настоящего был связан с долгом, и думал, что Тинаша помогала Оскару, поскольку именно тот ее разбудил.

Пусть Легис и не пронизывал взглядом, но не отводил его от нее. Тинаша, решившись, приказала всем прочим в помещении удалиться и, посерьезнев, заявила:

— Не знаю, поверите ли вы, но… в юности он меня спас.

— Что?

— Если коротко… То первым в другую эпоху отправился он. В прошлую… 

Глаза Легиса расширились. Должно быть, ему нелегко было в это поверить. Законами магии не предписывались путешествия во времени: не из-за недостатка магической силы, а попросту из невозможности. Исключение не представляли собой и высшие демоны.

Тинаша продолжила:

— Нынешний Оскар ничего не помнит. При спасении он изменил историю… и оставил Нарка в моих покоях. По-видимому, когда-то Нарк ему от меня и перешел. Не от той меня, что сейчас, я сама, разумеется, ничего не помню.

Девушка немного поморщилась, и Легис покачал головой. Чуть помолчав, он подытожил поразительный рассказ:

— Король Фарсаса познакомился с иной вами, получил от нее дракона… а потом отправился в прошлое и передал юной вам?

— Да.

— И этот король Фарсаса был точно таким же, как и правящий сейчас? Правда?

— Правда, хоть я и понимаю ваши сомнения. Нарк тому свидетель. Я тоже, — заявила Тинаша.

Легис глубоко вздохнул и уселся поудобнее.

Если она не лгала, то это пошатывало основы изучения магии.

Любой маг бы поднял на смех эту выдумку. Но Легис слушал ее из уст одной из наиболее признанных королев в истории Тульдара.

— Ему вы говорили?.. — поинтересовался Легис.

— Нет. С ним текущим это никак не связано. Он уже злился на меня за то, что я словно не на него смотрела, просил так не делать, — призналась Тинаша.

В ее взгляде проступило одиночество воспоминаний.

Прошло уже четыре столетия с их расставания. То незабываемое время сохранилось лишь как крупицы сознания юной девушки.

После ужина Легис и Тинаша разошлись. Принц направился вдоль коридоров, отказавшись от сопровождения.

Он невольно вздохнул.

Тинаша прояснила, что не знала, как Оскар вернулся во времени. Она и сама не была уверена, пока не проснулась, встретив его вновь.

Но, улыбаясь, она говорила: «Возможно, проклятие с него снимала другая я. Даже просто ради этого стоило спать до текущих времен».

Легис не мог не согласиться. Он и не предполагал, что Тинаша пережила настолько удивительные события — как и то, что она так дорожила Оскаром. Ее отречение от всего, сон длительностью в несколько веков был связан с ним.

— И я правда собрался с этим тягаться?

Легис улыбнулся, горько потупив взор.

Любопытно, что он не сердился. Достаточно было и того, что она счастливо улыбалась. Он уважал легендарную королеву с детства, а встретив вживую, изумился ее нежной и искренней улыбке. Тинаша казалась ему милой, она его очаровывала.

И между тем состязание еще не началось. У нее осталось лишь воспоминание из юности, даже не общее с Оскаром. Ему не стоило уступать только из-за него.

— Хватит об этом. Если подумать, что касается другой ее…

Тинаша сказала, что ради встречи с нынешним Оскаром пришлось проспать четыре столетия.

Тогда как же его узнала другая она?

Учитывая ее запас магической силы, Тинаша могла провести столетия в магическом сне. Даже не во сне — остановки течения времени для себя ей было бы достаточно. Женское тело Тинаши было настолько хорошо приспособлено к магической силе, что она прожила бы гораздо дольше обычного человека. 

Но, как было известно Легису, таким дали вполне определенное прозвище. Это слово было символом, который выделял женщин с неимоверной силой, которого сторонились и боялись.

Легис закрыл глаза в раздумьях, не переставая идти.

Спины кто-то коснулся. Но Легис никого поблизости не видел.

Он невольно развернулся, чуя неладное, и сосредоточил магическую силу в правой руке.

Но заклинание он так и не выпустил, как и не увидел лица человека позади. Легис окунулся во тьму ночи. 

※※※ 

Тинаша еще в кабинете проверяла, кто сотворил случайно выпитое ею зелье. Но итог — сотворено неизвестным.

По крайней мере это значило, что создатель не находился в замке, но все равно отравление здешнего напитка было неприемлемо. По приказу Оскара началось тщательное расследование, чтобы узнать, кто наливал воду и доставлял кувшин.

— Кувшин наполнила и принесла придворная дама по имени Клэрис. В этом году ей исполняется тридцать шесть. Никаких родственников, в замок на службу устроилась пять лет назад, — отчитался Лазар.

— Она не показалась подозрительной? — спросил Оскар.

— Что ж, она говорила, что ничего не знает, но уклончиво…

— Сам с ней повидаюсь, — с нескрываемым недовольством ответил король.

Присутствие Тинаши в замке не оглашали, но кто-то все равно нацелился на наследницу престола соседней страны. Если виновной окажется эта придворная дама, ее казнят независимо от обстоятельств.

— О, точно. Тинаша сегодня не появлялась. Она в порядке? — спросил Оскар.

Практически тут же раздался дверной стук. Оскар подумал, что стучалась она, и пригласил войти, но на его удивление вместо госпожи показался ее таинственный дух.

— Госпожа Тинаша просила передать, что сегодня не вернется. Причина держится в тайне: на принца Легиса ночью напали, он в коме. Госпожа осталась в Тульдаре, чтобы его лечить, — сообщила Мила.

Оскар и Лазар побледнели. За день покушались на обоих наследников престола Тульдара.

— Личность напавшего выяснили? — спросил Оскар.

— Нет. Госпожа Тинаша в ярости. Она в клочья готова порвать его, когда отыщет, — ответила Мила.

Помахав на прощание, таинственный дух исчез.

Лазар пораженно пробормотал:

— Интересно, не одних ли и тех же рук дело.

— Если так, то исполнено все ужасно хорошо, — отметил Оскар.

Тульдар и Фарсас граничили, но замки располагались далеко друг от друга. Расстояние ничего не значило бы для телепортирующегося мага, и все же между нападениями почти не было перерыва.

— Что, черт возьми, происходит?.. Я думал, таинственные заговоры закончились с поражением Друзы. Неужели не все?

Подперев подбородок ладонью, Оскар скривился и принялся размышлять о том, что вообще творилось.

※※※ 

Напавший на Легиса зачаровал принца двумя заклинаниями: одно для погружения в сон, а второе для беспробудности. Поэтому тот погрузился в кому.

Тинаша, проклиная сбежавшего злоумышленника, начала с поддержания его физического состояния и изучения заклинаний. Они перемешались — нужно было рассматривать их одновременно. 

Кальст, когда его известили о сыне, второпях вернулся в замок. Он спросил ее:

— Как все продвигается? Вы сможете ему помочь?

Тинаша, не прерываясь, ответила:

— К завтрашнему дню должна разобраться, как действует удерживающее его во сне заклинание. На снятие в крайнем случае уйдет три недели. Впрочем, поимка мага может подсобить.

— Я ужесточу охрану. Однако о проникновении в замок докладов не поступало…

— Все прошло слишком безупречно, мог посодействовать кто-то изнутри. Вы не знаете, над чем в последнее время работал Легис? — спросила она.

Кальст задумчиво поднес ладонь ко рту.

— Из наиболее значимого — занимался вопросом запретных проклятий… Остальное по мелочам, но я соберу все и набросаю список.

— Благодарю. Буду признательна, — ответила Тинаша.

Когда Кальст вышел, в помещении остались только двое стражников-солдат, Тинаша и лежавший без сознания Легис. Даже во сне принц выглядел благородно. Тинаша на него взглянула.

— К сожалению, для членов королевской семьи такое в порядке вещей…

Небрежно собрав черные волосы в хвост, она протянула левую руку так, чтобы ладонь нависла над телом Легиса.

В воздухе появилась структура из красных нитей.

Тинаша сердито уставилась на творение неизвестного мага и начала произносить заклинание.

※※※ 

Покончив с утренними делами, Оскар направился к помещению, где удерживали под стражей подозреваемую в отравлении придворную даму.

Когда Клэрис поняла, что ее посетил сам король, то содрогнулась и низко поклонилась.

Оскар сразу перешел к сути:

— Ты знаешь, зачем я здесь?

— Е-если чтобы спросить о яде, то я ничего не знаю… — пробормотала она.

Она потупила взор, дрожа от страха.

Оскар, грозно на нее глядя, пододвинул стул и сел. Он смотрел ей в глаза.

Глубоко вздохнув, он сурово, но спокойно произнес:

— Понятно, что ты не знала, так как это не оглашалось, но ту девушку я просил кое о чем очень важном. Ее старания служат продолжению королевского рода Фарсас. Вот почему она ко мне наведывается.

— К-кое о чем очень важном?.. — переспросила Клэрис.

— Да. За последние пятнадцать лет прочие решили, что все безнадежно. Лишь она пытается это исправить. Постигни ее горькая участь, и пострадает не только Тульдар. Королевскому роду Фарсас придет конец.

У Клэрис отвисла челюсть. Это походило на шутку, но взгляд короля был искренним, а также явно очень недовольным. Ее охватил ужас.

Побледнев, она закрыла обеими ладонями рот, пала ниц и зарыдала:

— П-пожалуйста, примите глубочайшие извинения. Я и не представляла…

— Откуда ты взяла яд?

— В городе, от незнакомца… Он сказал, принцесса Тинаша на самом деле ведьма, обольстительница, нацелившаяся на ваше величество… И также добавил, что, раз она ведьма, яд для нее не смертелен…

Оскар раздраженно цокнул. Он ожидал, что Клэрис действовала не одна, но след обрывался, если она не знала зачинщика.

— Как ты в это поверила? Да, обычной ее никак не назовешь, но не ведьмой же. Она королева Тульдара.

— Простите… — всхлипнула Клэрис.

Она, плача, прикрыла лицо.

Кто же дал ей яд и зачем? Знал ли он, что на Тинашу это не подействует, или же солгал, чтобы убедить Клэрис? — чем больше Оскар думал, тем сильнее болела голова.

— Доан придет допросить, изложи ему все. Ты не намеревалась убить, но яд смертелен. Надеюсь, ты понимаешь, что из этого для тебя следует, — сказал Оскар.

— Р-разумеется, — прошептала она.

На мгновение король посмотрел на нее жалостливо, но чувство тут же исчезло.

Тинаша ее простила, но некоторые проступки не сходят с рук просто так. Оскар прекрасно понимал, в чем проявлялся его долг.

По показаниям Клэрис составили описание того, кто ее обманул.

Он оделся в низко надвинутую, закрывавшую глаза мантию мага. По его словам, родом он был из Тульдара. Тинашу он обозвал пятой ведьмой, запечатанной прежде под замком. Клэрис поверила ему, так как он предоставил доказательства, что записи о рождении Тинаши, принцессы, в Тульдаре отсутствовали.

— Что ж, конечно, они отсутствовали. И как Легис это объяснял другим странам?

— Заверил, что Тинаша дальняя родственница, но роду королевскому принадлежит. А престол перейдет ей из-за магической силы… — ответил Лазар.

— И, полагаю, если кому-то взбредет в голову это проверить, никакой дальней родственницы не будет и в помине, — поразмыслил вслух Оскар.

Он собирался добавить, что Легису стоило бы подделать записи, но вспомнил, что принц лежал в коме, и промолчал.

Доан продолжил:

— Клэрис заявила, что не видела лица. Мужчина обратился к ней на базаре и, казалось, знал, что она служит в замке.

— Пока что поищи подходящего по описанию в городе. И опроси всех в замке, не замечали ли они никого подозрительного, — приказал Оскар.

— Да, ваше величество.

Доан удалился, чтобы приступить к заданию.

Если не поймать таинственного мужчину, без других зацепок со смертью Клэрис все и закончится.

※※※

С усыпления Легиса прошла неделя. Тинаша изучала чары, которым подвергся принц, а вместе с тем осваивалась с его обязанностями. За неделю она перебрала более пятидесяти задач, над которыми он работал, выискивая связи с напавшим.

Она бралась за нынешние его области деятельности, а подчиненные ему маги искали зацепки среди уже завершенных. Одного из магов звали Ренар. Он пришел отчитаться о завершении расследования.

— Кое-что вызывает подозрения. В прошлом году сменился верховный маг. Его высочество, по-видимому, захотел разузнать о нем подробнее, — объяснил он.

Не отрываясь от чар сна, Тинаша спросила:

— А что же подозрения вызывает?

— Думаю, его высочество проверял возникшие соображения, что Лоброс — так зовут нового верховного мага — тратит казенные средства. Исследовательские расходы Лоброса подсчитывались с тех пор, как он занял должность, — ответил Ренар.

Прервавшись, Тинаша скрестила руки и повернулась к Ренару.

— То есть растрата не подтверждена?

— Похоже. Я и сам пробовал покопаться в этом вопросе, никаких доказательств.

— А что по-твоему? Какой Лоброс из себя человек? 

— Низкий, — прямо высказался Ренар.

Тинаша невольно рассмеялась. Ренар вел себя смиренно и невозмутимо, он весьма впечатлил ее. За прошедшую неделю ей довелось много раз с ним пообщаться, и она расценила его как способного, заслуживающего доверия мага. Хоть одна в текущем положении оказалась ложка меда: Тинаша нашла того, с кем приятно работалось.

Будущая королева Тульдара поднесла руку к подбородку и изобразила редко выказываемую грозную улыбку. 

— Я тоже кое-что хорошее выяснила. И раньше бы смогла, если бы на чарах сосредоточилась.

— Чему из этого лучше уделить внимание? — спросил Ренар.

— И тому, и другому, я бы сказала. Устроим западню. Враг сейчас тише воды ниже травы, он ничего не предпринимает. Так подождем, пока он будет вынужден, — предложила Тинаша.

Она неустрашимо улыбалась. Ренар кивнул.

До сих пор они лишь старались перенести удар.

Однако теперь оборонявшаяся и нападавшая стороны сменились. Тинаша не даст спуску ни участникам заговоров, ни поддерживающим их.

Она дала указания Ренару, а затем приступила к своей части.

※※※

За пять дней до того, как Тинаша начала готовить ответный удар, замок Фарсас посетила необычная гостья.

Изначально Оскар не хотел ее впускать, но ему в голову пришла одна мысль, и гостью пригласили в тронный зал. Король явно повеселел. Присутствовавшие в зале министр внутренних дел Нессан, верховный маг Куму, Арс, перенявший должность намедни ушедшего в отставку Эттарда, а также маг Доан и Лазар с подозрением глядели на нее.

Прекрасная девушка сделала изящный реверанс и соблазнительно улыбнулась:

— Рада встрече, ваше величество. Меня зовут Далида. Узнав о наложенном на вас ведьмой проклятии, я поняла, что просто обязана прийти. Прошу, позвольте быть подле вас. Моей силы хватит, чтобы выдержать проклятие.

Все, кроме Оскара, растерялись и встревожились.

Далида направила взгляд карих глаз на Оскара. Она хорошо осознавала, как очаровывали ее длинные вьющиеся волосы и пышные изгибы, и умела этим пользоваться.

Встретившись с ней взглядом, король слабо улыбнулся:

— Откуда знаешь? Эти сведения не подлежали распространению.

— Я произошла из рода предсказателей. Наши гадания всегда точны.

— Занимательно. А почему именно сейчас пришла? — спросил Оскар.

— В прошлом месяце матушке явилось, что я та, кто исполнит предназначение. По правде говоря, мне бы хотелось прийти раньше. Но мы странники, долго добирались, — объяснила Далида.

Оскар, бесстрастно промычав, оценивающе и дерзко оглядел девушку с головы до пят. Та лишь улыбалась.

— Куму, сколько у нее магической силы? — спросил он.

— Довольно много, но не уверен, достаточно ли, чтобы совладать с проклятием… Думаю, принцесса Тульдара подскажет лучше,— ответил Куму.

— Какая жалость. Сейчас она занята, — пробормотал Оскар.

Они не виделись несколько дней, но королю казалось, что прошло уже немало. Его иногда навещала Мила, но обстановка в Тульдаре, похоже, не менялась. Тинаша безвылазно ухаживала за обращенным в кому Легисом.

Оскар положил одну руку на подлокотник, а другой подпер подбородок. Он беззаботно обратился к Далиде:

— Что же, поверю на слово. Если не справишься, то, полагаю, ты готова за это ответить. Покои мы подготовим. Селись, ни в чем себе не отказывай.

Все разинули рты. Лазар взволнованно поднял руку:

— П-погодите. Принцесса Тинаша…

— Помолчи, — приказал Оскар тоном, не допускающим отказа.

Лазар послушался. Король, прищурившись, оглядел остальных.

— Таково мое решение. Вы ведь не должны ему перечить?

Обычно король не вел себя так властолюбиво. Все растерялись, но кивнули в знак согласия.

Далила самоуверенно улыбнулась. Наблюдая за привлекательной девушкой, Доан представил, какой ужас их ждал по возвращении Тинаши. По спине пробежала дрожь. Очевидно, прекрасная принцесса привязалась к Оскару. Доан даже думать не желал о том, что произойдет, когда привязанность обратится ревностью.

Он заметил, что Арс смотрел на Далилу с теми же чувствами. Подчиненные короля, переглянувшись, вздохнули.

※※※

Обычно без разрешения к замковой библиотеке Тульдара, в которой хранились практически всевозможные рукописи и книги о магии, никто бы даже близко не подошел. Она была одним из запретных для посещения мест замка.

Верховный маг Лоброс вошел в хранилище книг, скрыв беспокойство. Размещенные в коридоре стражники молча поклонились. Лоброс был одним из немногих, кому дозволялось посещать библиотеку по своему усмотрению.

Оглядев безлюдное помещение, он направился к двери в дальнем конце, за которой находились наиболее важные тома… включая посвященные запретным проклятиям.

Он осторожно коснулся холодной поверхности двери и представился:

— Я Лоброс, верховный маг Тульдара. Прошу впустить.

Дверь медленно отворилась, и он взволнованно сглотнул. Верховным магом Лоброс был уже почти год, но сюда заходил впервые.

Обычно одного без разрешения в эту комнату не пустили бы даже верховного мага, поэтому Лоброс пребывал настороже. Он осветил помещение магией.

— Хорошо…

Убедившись, что дверь заперлась, Лоброс сотворил круг телепортации.

Через несколько мгновений из круга показалась белоснежная рука. Взявшись за нее, верховный маг вытянул девушку.

Появившаяся из портала девушка была молода и невысока. Оглядев уставившие комнату шкафы, она хмыкнула:

— И это замковая библиотека, где хранятся сведения о запретных проклятиях?

— Да. Давай побыстрее. Если слишком задержусь, меня заподозрят, — предупредил Лоброс.

— Тогда тоже помогай, — настояла она.

Лобросу упрек не понравился, но он начал прочесывать полки.

Вскоре они нашли то, что искали. Тома делились на две категории, помеченные надписями «Отложено» и «Уничтожить, причем последние были наглухо запечатаны. Девушка взяла один из отложенных и коварно ухмыльнулась.

— Вот они… Как только можно было эти величественные книги скрывать здесь все это время…

— Сплошь макулатура, потому и отложила, — раздался сзади бесчувственный голос.

Двоица судорожно осмотрелась. Возле одной из стен они заметили мужчину и девушку: Тинашу — следующую королеву — и Ренара — известного проницательного и способного мага.

Тинаша улыбнулась Лобросу:

— Обычно изнутри бы не удалось сотворить круг. Я кое-что на этот вечер поменяла. Как тебе, помогло?

— П-принцесса Тинаша… Что вам здесь нужно? — запинаясь, спросил он.

— Отговориться не дам. Только время зря потратим. Осознай уже, в каком ты сейчас положении.

Ее улыбка сломила Лоброса, и тот, простонав, пал на колени. Ренар подошел к нему и схватил за руку.

— Верховный маг Лоброс, позже вас ждет подробный допрос о содействии в нападении на принца Легиса и проникновении в закрытую часть библиотеки. О, и о растрате тоже.

Ренар надел запечатывающие украшения на Лоброса, и тот повесил голову.

Тинаша, однако, не обращала на верховного мага внимания. Она смотрела на проникшую девушку. Та, хоть и разволновалась, облизнула губы и улыбнулась:

— Как узнала? Нас выдал этот недоумок Лоброс?

— Нет. Зачарование, которое ты наложила на Легиса… Я долго рассматривала его и поняла, что оно устроено похоже с запретным проклятием, которое предназначалось против города. Ты знакома с магом, написавшим тот том? Может, ученицей была? — спросила Тинаша.

— Его написал мой дед. Труды всей его жизни были отобраны и сокрыты в замке. Он умер от разбитого сердца! — воскликнула девушка.

— Жаль, что его никто не предупредил, пока он не потратил на это свою жизнь… — ошеломленно пробормотала Тинаша.

Девушка возмущенно взвизгнула:

— С этой магией было бы проще простого уничтожить страну! Дедушка изобрел проклятие, чтобы мы могли поквитаться с угнетающей магов Таири! А вы запечатали работу и загубили его самого! Для него Тульдар был превыше всего на свете!

Она яростно топнула по зеркально-гладкому полу. Ренар безучастно улыбнулся:

— Я сам из Таири родом, но уничтожения стране никогда не желал. Запретное проклятие только испортит Тульдару международные отношения. Ценю заботу твоего деда о королевстве, но, разумеется, ты сама признаешь, что способ он выбрал не тот.

Тинаша улыбнулась. Девушка ненадолго оцепенела, но признавать не желала:

— Главное — обладать силой. С помощью его тома я докажу это.

— И флаг бы тебе в руки… — Тинаша, прислонившаяся было к книжному шкафу, выпрямилась и протянула руку к раздраженно метавшей взглядом туда-сюда девушке, — но вопрос-то совсем не в этом. Ты напала на Легиса. Рассей заклинание.

— Ни за что! Не с принца, который хотел уничтожить том с проклятием!

— Оно помечалось не как для уничтожения, а как отложенное. От него ведь ни вреда, ни толку.

— Замолкни! — взвизгнула девушка.

По комнате пробежалась ударная волна. Книжные шкафы покачнулись, едва не упав. Однако Тинашу, Ренара и даже дрожавшего Лоброса прикрыл барьер — они не пострадали.

Вздохнув, Тинаша закрыла глаза и очень медленно открыла их вновь.

Бездноподобные очи залучились подавляюще ярким светом. Улыбка на губах отражала то, как сильна была ее магия.

— Мне все равно, что ты не согласилась. Просто сама его сниму. Проклинать ты искусница, но, полагаю, в таком случае в схватках не сильна.

— Что ты?..

— Раз мы здесь все собрались, научу, что на самом деле значит обладать силой, — сказала Тинаша.

Тут же собралась невероятная магия.

Девушка раскрыла рот в неслышимом крике. На нее нахлынула чистая магическая сила.

※※※

— Лоброс часто теряет голову. Однажды, напившись в таверне, он проговорился о растрате сидевшей рядом девушке, после чего та, угрожая оглаской, принудила рассказывать обо всем, происходившем в замке, — доложил Ренар.

Тинаша, не оборачиваясь, мрачно улыбнулась.

— Имея возможности давления на Лоброса, она выжидала, пока не выпал случай достать книгу деда о запретном проклятии. А затем узнала, что Легис решил подобные пересмотреть.

— После нападения Друзы, очевидно, он бы не просто переложил этот том, а уничтожил. В любом случае, принца Легиса она захотела остановить, — предположил Ренар.

— Проклятия она творить умеет, но слишком небрежно продумала проникновение. Вся ее предусмотрительность в итоге пропала зазря.

— Похоже, она не учла вас, ваше высочество. Впадение принца в кому посеяло неразбериху в замке, она решила, что ничего не помешает, коль скоро Лоброс проберется в библиотеку. Что же, да и все это случилось лишь потому, что поползли слухи об уничтожении томов о запретных проклятиях, — заключил Ренар.

— Ты славно потрудился. Спасибо.

— Был рад помочь, — ответил он.

Тинаша улыбнулась, поняв, что он поклонился. Она взяла вместительную сумку, не отводя взор от гадальной чаши. В сумке лежали книги о запретных проклятиях.

— Ничего хорошего в их сохранении. Думаю, в конце концов нужно уничтожить и отложенные, — самоуничижительно произнесла Тинаша.

Сумка подожглась. Пламя палило лишь ее и содержимое и в конечном счете сожгло дотла. Тинаша взмахнула рукой, и осыпавшийся на пол пепел исчез.

— Через десять дней я закончу, но после того до восстановления Легиса пройдет еще неделя. Помешать ничему не должно. Работу его передавай мне, я с ним на это время останусь, — приказала Тинаша.

— Да, ваше высочество.

— Виновными займется Кальст. Набросай ему отчет, в нем же изложи, что случилось с Легисом. О, и разузнай кое-что еще.

— Что именно? — спросил Ренар.

— Лоброс настаивает, что об уничтожении книг о запретных проклятиях он узнал не сам. Слухи распустил кто-то другой, кто и сказал ему. Возможно, он так пытается выкрутиться, но расследуй, вдруг найдутся еще причастные.

Тинаша вспомнила об отравлении в Фарсасе. Если еще остались заговорщики, нельзя было усесться сложа руки.

Ренар согласно кивнул и ушел. Тинаша глубоко вздохнула.

Вопрос, похоже, разрешился, пусть и занял больше времени, чем хотелось бы. Если бы напавшая на Легиса девушка не узнала о растрате Лоброса, она бы, может, так и ненавидела бы правительство Тульдара, но мирно прожила жизнь.

Иногда, когда люди сталкиваются друг с другом, их судьбы опасно переплетаются. Если бы Тинаша не встретила его в юности, ее будущее бы в корне переменилось. Все бы стало точь-в-точь как в его рассказах: через четыре столетия он бы добивался женитьбы на ней.

— Да ни в жизнь…

Тинаша хихикнула, лишь задумавшись об этом. В отличие от Оскара из прошлого для нынешнего она была назойливым котенком. Он бы не женился на ней, даже если бы она предложила.

Щеки надулись, будто отвечая ее мыслям. Тинаша невольно заинтересовалась, как все сейчас обстояло в Фарсасе. Она же уже довольно давно туда не перемещалась.

На Оскара был наложен барьер против магии, если бы он подвергся действию заклинания, Тинаша тотчас узнала бы. Но она ничего не чувствовала, а значит, все шло благополучно.

Если бы Тинаша пожелала, она могла бы просто телепортироваться.

Но нельзя было. Когда они оба возглавят свои страны, им потребуется отдалиться.

— В любом случае, неважно. Не так уж он мне и нужен, — прошептала она.

Прекрасные губы при этом чуть скривились.

※※※

В излюбленном магами зале ожидания Фарсаса постоянно витал аромат чая.

Сильвия проводила там перерыв с двумя приятелями. Выглядела она необыкновенно угрюмо:

— Ненавижу ее.

— Не надо так уж прямо. Могут услышать, — нахмурившись и подняв взгляд от документов, упрекнул ее Доан.

Тинаша, принцесса Тульдара, вернулась на родину две недели назад и с тех пор так и не появлялась.

Так нелестно Сильвия высказалась о Далиде, буквально заменившей Тинашу.

— Чванливая такая, пренебрежительно на нас смотрит! Да кем она себя возомнила?! — воскликнула Сильвия.

— Фавориткой короля, — ответил Доан.

Сильвия раздосадованно проскребла ногтями по столу, отчего раздался неприятный звук.

Кав, читавший книгу, поднял взор:

— Но магической силы у нее много. Возможно, как маг она и правда нас превосходит.

— Превосходство между магами не одной магической силой определяется! — стукнув кулаком, возразила Сильвия.

Доан и Кав удержались от вздоха. Далида в самом деле повсюду высокомерно расхаживала, кичась милостью его величества. Но от фаворитки короля того и ожидалось, их это совсем не беспокоило. Они переглянулись, словно говоря, что недовольство Сильвии могло вызываться завистью.

— Ох, а может, принцесса Тинаша скоро вернется… — простонала Сильвия.

— Не пугай так, — попросил Доан.

— Почему? — переспросила она.

Доан преувеличенно пожал плечами. Его величество предупредил быть поосторожнее, поскольку Тинаша разрушит все, если разозлится. Тем не менее ярость эту, скорее всего, сам король и вызовет.

Потому напрашивался вопрос: зачем Оскар впустил Далиду. Она, несомненно, была притягательна, но король не поддавался женскому очарованию. Почему он повел себя необычно?

Кав не знал подробностей о текущих обстоятельствах, а потому бодро заявил:

— Если не рассматривать ее как личность, то королю она подходит лучше принцессы Тульдара, вам не кажется?

— Ты тоже языком чесать горазд, — отметил Доан.

— В чем это подходит?! Ты правда считаешь странствующую гадалку достойной короля? — прошипела Сильвия.

— Я хотел сказать, что его величество ни за что не смог бы жениться на королеве другой страны, — разъяснил Кав.

Беседу бросало из крайности в крайность. Далида пробралась в замок только благодаря наложенному на королевский род проклятию, но Тинаша его снимала. Если ее ничто не прервет, вопрос с проклятием будет решен. Напротив, любые помехи ничем хорошим могут не кончиться.

Однако, по словам Оскара, он и не собирался рассказывать Далиде о Тинаше. Подчиненные короля не знали, что делать, и беспрекословно слушались.

— Что же, его величество еще молод. Не стоит волноваться, — заявил Доан так, будто обсуждение начало его изводить.

Он встал, заканчивая разговор.

※※※

В то же время в кабинете Оскара Лазар недовольно передавал господину документы.

Он молчал и лишь подавленно смотрел на короля. Тот поначалу старался не замечать, но в итоге не смог и отложил перо:

— Что же ты так бесишь? Не кисни.

— Ваше величество… Я, к сожалению, не могу одобрить то, что вы ее подпустили к себе. Скажите, о чем вы думаете? — взмолился Лазар.

— Хороший вопрос.

Лазар — друг детства Оскара и королевский слуга — знал, что у короля было кого выбирать для женитьбы, а уж чтобы просто развлечься — и подавно.

Так зачем ему вдруг потребовалось общество такой девушки, как Далида? Если ради наследника, то лучше было подождать, пока Тинаша не снимет проклятие. А если ему захотелось обзавестись любовницей, по мнению Лазара, скорее следовало бы подбирать по родословной и ту, которая держит язык за зубами.

— Не говорите… что вы нарочно злите принцессу Тинашу? — ужаснулся Лазар.

— Она разрушит замок, и что дальше? Я не безумец, — возразил Оскар.

— Тогда предпочтения у вас не очень хороши. Мне жаль принцессу Тинашу. Она так старается над вашим проклятием, — признал Лазар.

— Ты нас свести хочешь или разлучить? Определись уж, — бесстрастно произнес Оскар.

— Надеюсь, ни то, ни другое! — воскликнул Лазар.

Отложив документы, король откинулся на спинку стула. Он глубоко вздохнул и скрестил ноги.

— Пока что не заморачивайся. Она лечит Легиса, какое-то время не вернется.

Утром из Тульдара донесли, что напавших схватили.

Но в итоге виновники оказались не связаны с тем, кто отравил Тинашу в Фарсасе. В Тульдаре расследовалось, был ли замешан кто-то еще, но неизвестно, выйдет ли из этого что-нибудь.

Лазар по-прежнему недовольствовал. Он поставил перед королем чашку с чаем. На вкус этот чай значительно отличался от тинашиного. Пока Оскар молча пил, он заметил, что слуга укоризненно на него глядел, и лукаво ухмыльнулся:

— А что, ее же по правде обнимать лучше, чем костлявую Тинашу.

— Вы худший! — воскликнул Лазар.

Он собрал обработанные Оскаром документы и, направляясь к двери, откровенно произнес:

— В любом случае, разберитесь уже с этим поскорее! Пока не вывели принцессу Тинашу из себя!

Он хлопнул дверью. Оскар начал было смеяться, но, резко замолкнув, сурово и величественно пробормотал:

— И впрямь, лучше бы всему закончиться до ее возвращения.

 ※※※

Далида бесшумно шагала по безлюдному коридору замка Фарсас, пока не остановилась перед дверью.

Как фаворитке короля ей разрешалось многое, но некоторые места все же оставались закрыты. Одно из таких мест — эта комната, накрепко запертая непроходимым барьером.

Далида поднесла руку к искусно сотворенному запутанному заклинанию.

На кончиках пальцев зажегся свет собственного… 

— Что вы здесь делаете? — вдруг раздался мужской голос.

Далида отдернула руку и медленно, уверенно обернулась.

Она увидела Арса, молодого военачальника Фарсаса, и непоколебимо улыбнулась:

— Ой, просто стало любопытно, что в этой комнате… 

— Это покои нашей гостьи из Тульдара, впрочем, на текущее время она вернулась на родину. Без ее согласия вход возбраняется, — сказал Арс.

— В самом деле? Прошу прощения, — извинилась Далида.

Развернувшись, она изящно и плавно ушла.

Арс подозрительно смотрел на нее, пока та не скрылась из виду.

※※※

Злоумышленники были пойманы, и теперь Тинаша снимала чары, а помимо того, выполняла ежедневные обязанности принца.

Ренар помогал ей, но даже притом она выполняла все чрезвычайно быстро и безошибочно. Не знавшие о ее прошлом, которые изначально осмеивали Тинашу как ту, «от которой и проку-то только в магической силе», были вынуждены изменить свое мнение.

Тинаша разложила документы рядом с собой в зале заседаний, заварила чай и, улыбаясь, подала чашку Ренару:

— Мне над чем только подобным не доводилось работать, но консерваторы ненавидели меня и каждый раз говорили, что я все делаю неправильно.

— Предположу, что им все казалось скорее не «неправильным», а реформаторским, — спокойно ответил Ренар.

Ренар завоевал доверие Тинаши, и недавно она рассказала ему о своем прошлом.

— Мы с матерью выжили только потому, что вы приютили беженцев из Таири. Спасибо, — непринужденно поблагодарил Ренар.

Тинаша горько и смущенно улыбнулась. Так как Ренар родился магом, его мать вместе с ним покинула страну, еще когда он был ребенком. Они поселились в Тульдаре, но если бы остались в Таири, то всю жизнь подвергались бы гонениям.

Тинаше приходилось занять престол уже во второй эпохе. Она начала вспоминать первую:

— Четыре столетия назад для правящей семьи несгибаемая мощь очень ценилась. Особенно с учетом того, что трон переходил сильнейшим. Но не знаю, так ли сейчас. Друза раскололась, а стоит ли другим странам угрожать — не думаю.

— Полагаю, в этом и есть вся суть силы. Если выставить ее напоказ в мирное время, все тут же начнут остерегаться. Однако кто знает, что может произойти, — сказал Ренар.

— Верно. Но будем мыслить шире. Опаснее всего, когда сила страны определяется не всеобщим развитием. Несравненная мощь таинственных духов Тульдара и Акашии Фарсаса ненадежна — она сосредоточена в отдельных личностях и родословных. Нужно, чтобы все становились сильнее, а не чтобы выделялись несколько избранных… Темные века прошли, я верю, что устои страны можно изменить.

Темными веками называли эпоху разрушительных войн, начавшуюся тысячелетие назад и продлившуюся семь веков. Почти все ныне существующие крупные страны образовались именно в это время.

В эту же эпоху Тульдар и Фарсас получили таинственных духов и Акашию, и те стали столпами, вокруг которых образовывались королевства. Сейчас обе страны вошли в Великие Нации, и Тинаше подобные средоточия силы казались бессмысленными.

Бои, в которых потребуется использование Акашии, не прекратятся — сражение с Друзой тому пример. Но Тинаша ожидала, что в будущем все изменится, ведь страны подписали соглашение о неприменении запретных проклятий в войнах.

Ренар благоговел перед ней и ее способностью смотреть в будущее. Он поклонился:

— Чего бы вам ни понадобилось, я исполню вашу волю, моя королева.

Тинаша вздрогнула.

Времена не перестают меняться, пока есть меняющие их люди.

※※※

Далиду, задремавшую в темноте на кровати, разбудил хлопок по белоснежному плечу. Она перевела взор. Стоявший возле кровати мужчина глядел на нее.

— Не спи здесь. Вернись в свои покои.

Лежа на спине, она посмотрела в его глаза цвета сумеречного неба.

— Какой же ты сухарь. Две недели, как мы знакомы.

— Неважно. Я не смогу спать, деля кровать, — возразил он.

— Ты с другими девушками тоже так обращался? — спросила Далида.

— М-м, можно и так сказать, — ответил Оскар.

Единственным исключением стал необыкновенный маг из Тульдара. Она так беззащитно заснула, что Оскар воспринял ее как котенка и не выгнал. Впрочем, котенок обладал раздражающими качествами: он занимал очень много места и никак не просыпался по утрам.

Далида пронзительно уставилась на юного короля.

Он стоял рядом с постелью, значит, встал, пока она спала. На мгновение она забеспокоилась, что он за это время мог сделать, но меча при нем не было, то есть с работой на сегодня закончил. По крайней мере Оскар никогда не держал при себе Акашию, если проводил время с ней. Разумеется, в таком случае он ее и не опасался.

 Далида очень медленно села на кровати. Она прикрыла сорочкой нагую кожу, от которой исходил сладкий запах. Краснота изогнувшихся в улыбке губ виднелась даже в темноте:

— Ох точно, я недавно потерялась в замке и обнаружила комнату, в которую не смогла попасть. Военачальник Арс разозлился, сказал, что она отведена кому-то из Тульдара.

— А, Тинаше-то? Ее покои не принадлежат Фарсасу, хоть и расположены в замке. Там всевозможные магические приспособления, естественно, что туда нельзя, — отмахнулся Оскар.

Он присел на кровать. Вероятно, помимо работы, ничто не могло вызвать у него интерес. После встречи с ним в тронном зале Далида не видела, чтобы он улыбался. И девичьим капризам он не потакал. Однако все это — лишь мнение ее самой.

Она прижалась к нему, нежно него посмотрела и игриво моргнула.

— Какова она? Весьма любопытно.

— Тебе не стоит беспокоится. Вскоре она станет королевой соседней страны, лучше снискать ее расположение. Только поэтому и пускаю ее туда-сюда. Вы бы не поладили.

— Правда?

— Какая ты настойчивая. Направь куда-нибудь еще свою любознательность. Если что-то нужно, я это для тебя устрою, — заявил Оскар.

Глаза Далиды расширились от его невиданной щедрости. Она лучезарно улыбнулась и, обвив руками его шею, прошептала на ухо:

— Не стоит. Мне достаточно быть рядом с тобой.

— Восхитительно, — тихо и ласково похвалил ее Оскар.

Впрочем, взгляд короля был бесстрастен и направлен за ее голову на зеркало.

※※※

В Фарсас Тинаша не заглядывала уже месяц как. Чаша терпения Сильвии практически переполнилась, потому что Далида целыми днями расхаживала по замку и указывала магам с солдатами. Из-за ее красоты и чувственности она не особенно раздражала мужчин, но вот женщины он нее были далеко не в восторге. Далида пренебрежительно ко всем относилась, и Сильвия с трудом сохраняла спокойствие.

Однажды во время очередного припадка ярости Сильвии, Доан и Кав твердо вознамерились не бередить душу. Они пошли перетаскивать книги по замковым коридорам. 

Погода за окнами без стекол была прекрасной. Казалось, что усеянное белыми облачками небо простиралось безгранично.

Чудесный вид отвлек Сильвию, и она чуть в кого-то не врезалась на повороте. Доан успел в последний миг ее придержать. Сильвия уже хотела было откланяться в извинении, но кем-то оказалась не кто иная, как Далида, та, кого Сильвия желала видеть меньше всего.

Далида раздраженно уставилась на всех них и Сильвию в частности, хмыкнула и, накручивая вокруг пальца вьющуюся красную прядь, гордо выпятила грудь:

— Понимаю, вы невероятно заняты, и тем не менее будьте любезны смотреть куда идете.

— Простите…

— Вы не согласитесь, что король ужасно опечалится, если со мной что-то случится? — промурчала Далида.

«Не опечалится», — повисло, чуть не сорвавшись, на языке Сильвии. Однако, сдержавшись, она поклонилась. Доан и Кав растерянно переглянулись.

Сильвия все еще сгибалась в поклоне, а Далида продолжала:

— Судя по всему, ты меня не особенно уважаешь. По тебе видно. Поражаюсь, как тебя к службе при дворе допустили. Ой, наверное, у тебя есть покровитель? Так завидую девицам с милыми личиками.

— … 

Кав чуть ли не слышал, как у Сильвии пульсировали вены. Побагровев от ярости, она вскинула голову и собралась уже выругаться, но Доан и Кав, бросив книги, завели ей руки за спину и прикрыли рукой рот.

— Сильвия, не надо. Сама знаешь, что не должна.

— Если хочешь что-то сказать, я всенепременно выслушаю, — съязвила Далида.

Сильвия в ярости всадила локтем Каву в живот. Маг согнулся в боли, а Сильвия, выпрямившись, сердито уставилась на Далиду. Ее трясло от ярости, и она открыла рот:

— Я…

Однако ее прервал раздавшийся сзади звонкий голосок.

— Доан, давно не виделись. Сильвия, Кав, привет и вам.

Они развернулись. Около окна стояла, улыбаясь, та самая исключительная девушка-маг, а с ней и таинственный дух.

Подол облегающего облачения мага Тинаши развевался на ветру. Из под него виднелись ноги, которые были настолько стройны, что выглядели хрупко. Она беззаботно улыбнулась.

— Доан, кто-то без меня ко мне в покои пробирался? Заметила, что пытались изменить структуру барьера… А что происходит?

Тинаша замолкла, видя, что Кав скорчился на земле, Сильвия широко раскрыла рот, а за ними стояла Далида, и в замешательстве наклонила голову.

По спине Доана пробежала дрожь. Он знал, что возвращение Тинаши близилось, но не ожидал, что та сразу столкнется с Далидой. Встретились бы они неизбежно, но Доан надеялся по возможности остаться в стороне.

Однако, собрав все душевные силы, он натянул улыбку и, подобрав книги, подошел к Тинаше.

— И правда давно. Наслышан, что в Тульдаре все разрешилось. Про барьер ничего не припоминаю, но разузнаю. А вообще, не хотели ли бы вы чай? Давайте пойдем и выпьем.

Доан, желая увести Тинашу, тараторил так быстро, что та и слова не могла вставить. Однако она уставилась на Сильвию через его плечо и нахмурилась:

— Что с Сильвией?

— Принцесса Тинаша… — пробормотала она.

Принцесса Тульдара вернулась. Силы покинули Сильвию, а глаза налились слезами. Тинаша пораженно подбежала к ней, собираясь расспросить, но Далида ее прервала:

— Вас, боюсь, я не знаю. Придворный маг?

Тинаша на миг окинула Далиду подозрительным взглядом, но затем слабо улыбнулась.

— Тинаша Тульдар. Рада встрече.

Глаза Далиды расширились. Красавицы вели себя донельзя непохоже.

Далида боялась Тинашу, а та стояла непоколебимо и благородно. Тинаше ни перед кем не нужно было отчитываться. Ее собранность и хладнокровие оттачивались годами. Она выглядела так, как могли только росшие стать правителями.

Скрестив руки и выпятив грудь, Далида напыщенно обратилась к Тинаше:

— Так-так-так. Вы, значит, принцесса Тульдара. Похоже, вы довольно близки с этой девушкой. Вам следовало бы поосторожнее выбирать друзей. По-видимому, она липнет ко всем власть имущим, не только мужчинам.

Ярость от уколов вогнала в краску Сильвию, но при Тинаше она не собиралась возражать.

Тинаша, ошеломившись, увидела, что Сильвия едва не плакала, и повернулась к Далиде. Она прищурилась и бесстрастно провозгласила:

— Не понимаю, о чем вы. Кто дал вам право, даже не представившись, раздавать мне советы? Если вы не научитесь себя вести, никто не прислушается к вам. Даже если, допустим, ваше мнение не будет столь ошибочно и смехотворно.

Далида на миг потеряла дар речи. Тем временем Тинаша перевела взгляд на Доана.

— Кто она?

Не спрашивайте меня! — мысленно прокричал он.

Но он все же неохотно ответил:

— Ее зовут Далида… Король выбрал ее как…

— Как кого Оскар ее выбрал?

— И что это ты замолчал? — раздался из-за угла голос.

Доан искренне, всей душой, хотел умчаться отсюда на всех парах. Он взглянул на Кава — тот совсем оторопел. Сильвия, стоявшая за Тинашей, побледнела.

Задавший вопрос повернул за угол и увидел черноволосую девушку. Его глаза расширились.

— Тинаша, так ты вернулась.

— Давно не виделись.

Она приподняла руку в знак приветствия. Месяц не видела короля Фарсаса. Тот как обычно улыбнулся.

— Как Легис?

— Исцелен, к счастью. Видимо, для меня не очень правильно заниматься его делами, вот меня от них и освободили, — ответила Тинаша.

— Не очень правильно? Ты же вскоре станешь королевой, — отметил Оскар.

— Да, но я намереваюсь в корне преобразовать страну, — прямо заявила она.

Оскар расхохотался. Далида, про которую все уже начали забывать, схватила его за руку — явно привлекала внимание. Все это время молча наблюдавшая Мила присвистнула.

— Ваше величество, вы были полностью правы. Мне никак с ней не поладить, — проворковала Далида, посмотрев на Оскара взглядом котенка.

Тинаша обомлела и перевела взгляд на Доана и Сильвию. Доан, побледнев, кивнул. Сильвия же все еще пыталась не заплакать — она покачала головой. По их противоречивым откликам Тинаша примерно поняла, что происходило, но не знала, как ответить. Она вновь посмотрела на Далиду. 

— Что же… Если бы мы с вами ладили, какой бы непорядочной меня считали другие. Меня все устраивает.

— Простите, что?! Ваше величество, скажите ей что-нибудь! — воскликнула Далида.

— Только скажи мне что-нибудь, Оскар, — пригрозила Тинаша.

Она повернулась к Далиде.

— Я выбираю друзей не по положению или влиянию. Это все ничуть не определяет мои взаимоотношения в обществе. Вы, пожалуй, ошибочно полагаете, что рядом с властным мужчиной сами таковой покажетесь? Мне все равно, если вы тщеславитесь чужим могуществом, но оскорбления товарищей не стерплю.

Когда Тинаша решительно и непоколебимо отчитала Далиду, та злобно поморщилась. Она не могла ничего возразить, и губы скривились в ярости.

Понимая, что ответа не предвиделось, Тинаша необыкновенно пленительно улыбнулась и смерила Далиду взглядом королевы. Улыбка сковывала, и Далида затаив дыхание позабыла даже о своем гневе.

Ее словно настигли леденящие душу чары. Тинаша завораживала так, что Далида не могла отвести взгляд.

Оскар вздохнул, смотря на то, как Тинаша обезволила Далиду и та побледнела. Он помахал черноволосой девушке не удерживаемой Далидой рукой.

— Ты ее сломишь. Не надо так с моей женщиной.

— Тогда держи ее в узде. Всякое может случиться, если она ходит без ошейника и цепи, — проворчала Тинаша.

— Я подумаю, — бесстрастно улыбнулся Оскар, уводя Далиду.

Далида пришла в себя и, обернувшись, победно улыбнулась. Тинаша же осталась спокойной, не удостоив ее ответом.

Когда Оскар и Далида скрылись из виду, Доан наконец вздохнул с облегчением.

Но прежде, увидев улыбку Далиды, он побледнел, поняв, что ничего не кончено.

— Кто эта грубиянка? Я была бы очень благодарна, если бы вы мне рассказали, — властным, не терпящим возражения тоном спросила Тинаша.

…

— А, ясно. Фаворитка короля, — сурово произнесла Тинаша.

Кав невольно съежился.

Чтобы исполнить просьбу Тинаши — рассказать о Далиде — они перешли в зал ожидания. Мила парила в воздухе, весело ухмыляясь:

— Что? Неужто вас опять отвадили, госпожа Тинаша?

— Мила, не понимаю, о чем ты? Ты что, считаешь, что я что-то испытываю к этому кретину?

Тинаша, улыбаясь, подняла взгляд на духа. Мила застыла.

— Ах-ха-ха-ха… Забудьте. Не злитесь, в самом деле.

— О, я не злюсь, — заверила Тинаша.

Фарфоровая ваза около стены звонко разлетелась. Цокнув, Тинаша призвала запечатывающую магию сережку и надела ее. Таинственный дух стремительно извернулась в воздухе.

— П-проведаю-ка Легиса.

Мила исчезла, и с Тинашей остались лишь три мага.

Не исчезай, когда так ее разгорячила, — подумали Доан и Кав.

Им нужно было утихомирить Тинашу прежде, чем та подорвет замок. Доан как лучше всего осведомленный о происходившем намекнул, почему Далиду пустили в замок:

— Послушайте, его величеству ведь нужно справляться с этим. А она говорит, что выдержит.

Чтобы ничего не разглашать, Доану пришлось выразиться неловко, но Тинаша его поняла. Она наклонила голову и нахмурила изящные брови:

— С ее магической силой… не выдержит. Умрет.

— Что?! П-правда?

— Правда. Количество магической силы, при котором это удастся, обычным не назовешь. Я смогу, потому что мой случай немного своеобразный: половину текущей силы приобрела при жизни. С врожденным запасом даже у самых могущественных магов не выйдет, — подтвердила Тинаша.

К Далиде все это время относились по-особенному, потому что полагали, что она выдержит проклятие Оскара. Но, если окажется, что нет, все станет совсем иначе. Она обманывала короля, при том что за это ее могли казнить, или же это ее обманули?

Доан, осознав все, подскочил:

— Доложу его величеству.

— Думаешь, он не знает? Это же удобный предлог, чтобы открыто ее баловать.

— Принцесса Тинаша…

Судя по тому, как Тинаша наговаривала на Оскара, она либо совсем не доверяла ему, либо очень сердилась. Доана покинули силы. Он оперся руками о стол, чтобы не упасть. Тинаша же продолжила, наигранно улыбаясь:

— Ой, или же он таким окольным путем обо мне беспокоится? Чтобы я больше не пыталась снять проклятие? Я же там в поте лица тружусь. Заботливый какой.

— Прошу, перестаньте…

Оконные стекла одно за другим потрескались. Сильвия напуганно отодвинулась. Тинаша призвала еще одно украшение — надела на палец кольцо. Поток магической силы в зале ничуть не притих

Тинаша не переставала улыбаться, но теперь во взгляде впервые проявилось раздражение. Улыбка исчезла с ее лица. Она помрачнела и беспечно зачесала волосы назад.

— Не знаю, что и сказать… Что за нелепость. Телепортируюсь отсюда. Видеть его не могу.

Было очевидно, о ком она говорила. Тинаша исчезла, сотворив заклинание.

Три мага по прошествии бури переглянулись с разными чувствами.

※※※

С севера город Фарсас просматривался издалека.

Тинаша телепортировалась высоко в небо заклинанием без произнесения. Она неподвижно зависла в воздухе, глядя вниз.

Вокруг не было ничего — только луга. Ее всплески магии останутся незамеченными.

Она сорвала с себя запечатывающие украшения и переместила их прочь. Тут же сверкнула молния. Тинаша наблюдала за своей буйствовавшей магической силой, ругаясь:

— Какой же он, правда… неисправимый… болван!

Слова, неудержимо рвавшиеся из нее, ей самой казались истерикой.

Ее ярость преобразовалась, обратившись пламенем. Тинаша собрала истекавшую вовне магию в руке, и та приняла вид сияющего светового шара. Она посмотрела на далекий замок, не выпуская шар из рук.

Желала бы уничтожить — даже отсюда дотянулась бы. И займет-то всего ничего.

Сила на то у нее была. Губы изогнулись.

— Такая я дура… — пробормотала она.

Она произнесла это вслух, и потому теперь сокрушалась еще больше.

Глупо было пользоваться силой в ребяческом порыве гнева. Как и то, что она из-за всего этого вышла из себя. Глупо и жалко.

Тинаша думала, что смирилась с тем, что он не питал к ней чувств. Но с тем, что он выбрал другую, а не стал до скончания веков ждать, пока она закончит с проклятием, ничего нельзя было поделать. То, что ее это уязвило, свидетельствовало о ее незрелости.

Она все это понимала, но все же огорчалась.

— Ненавижу тебя, Оскар! — воскликнула она, словно избалованная девочка.

Она рассеяла шар света.

Злилась она не на этого Оскара, на того, кого много лет назад встретила. Он без умолку болтал о жене: другой Тинаше. Казалось, что он всей душой ею дорожил. И что это говорило о ней текущей? Только одно: что она была недостаточно хороша, чтобы его привлечь.

— Обещал же, что сделаешь меня счастливой… 

Тинаша прикусила губу. Слезы полились ручьем.

Было ошибочно винить прошлого Оскара, она знала. Но у нее болела душа при воспоминании его слов. В конце концов она оказалась лишь изнеженной девчонкой.

Я спала не из любви или желания к нему. Как я вообще могу любить такого?

И все же Тинаше было одиноко. Словно ей одной не нашлось места в этой эпохе. Ни пристанища, ни объятий.

Подавив одиночество… останется ли она сама собой?

Предавшись грезам детства, Тинаша закрыла глаза.

Но мужской голос пронесся по небу и вырвал ее из созданной богатым воображением мечты:

— Что тут у нас? Прелестный же у тебя вид.

Тинаша удивленно открыла глаза. На такой высоте подобраться к ней никто не должен был. Но рядом парил сребровласый, черноглазый и ужасно красивый мужчина. Его очарование казалось нечеловеческим. Он дразняще улыбался.

— Трэвис… — пробормотала Тинаша.

Мужчина хмыкнул, недоверчиво на нее взглянув:

— Я полагал, четыре столетия минуло. Ох, ты же проспала, для тебя, наверное, наша встреча словно вчерашним днем приключилась? Да и для меня не то чтобы это долгий срок.

— Давно не виделись… Зачем пожаловал? — спросила Тинаша.

— Полюбоваться на твою угрюмую мордашку, — ответил он.

Он восторженно посыпал солью рану. Тинаша нахмурилась.

По прошествии четырех столетий Трэвис не изменился. Верховному демону нравились люди, он обожал совать нос в их дела. Страдания Тинаши были для него изысканной закуской, которую он мог уплетать, потягивая вино.

Однако Тинаша была благодарна ему за то, что он предложил заснуть и дождаться Оскара.

Понаслаждавшись с ухмылкой понурым выражением лица Тинаши, Трэвис театрально распростер руки.

— В чем же дело? Чтобы увидеться с ним, ты заснула магическим сном, а он твои чаяния не разделил? Бедняжечка.

Рану солил он обильно. Тинаша удрученно повесила голову и тихо возразила:

— Нет, все хорошо. Я ничего не ждала…

— Не надо этого напускного спокойствия. Только прискорбнее выглядишь, — заявил Трэвис.

— Угх…

Может, он наблюдал все это время, а может, рядом с ней умел выяснять, как все обстояло на самом деле. Трэвис глумливо засмеялся:

— Достаточно же просто ее убить. Ты мигом ее обратишь в пепел.

— Это не по-людски…

— А по чьему еще? Так поступает кто-то, кроме людей? Мы, демоны, точно нет, — фыркнув, язвительно произнес Трэвис.

Странно, но он был убедителен. Тинаша не знала, как ответить.

Люди находили возмутительно много поводов лишать жизни друг друга.

 Однако Тинаша не хотела убивать в порыве чувств. Как бы они ни были сильны, не желала им поддаваться. Если до того дойдет, лучше уж тогда вообще отказаться от них.

Девушка прикусила губу. Трэвис оценивающе оглядел Тинашу.

— Таинственные духи или как их там больше тебе не подчиняются?

— Вернула, когда отреклась от престола. Мила по-прежнему мне служит, но она сейчас в Тульдаре, — ответила Тинаша.

— Хм-м… — бесстрастно промычал Трэвис.

Он величественно протянул Тинаше руку, которая казалась прекраснее и милее многих женских. Тинаша посмотрела на него. Трэвис улыбнулся:

— Если не хочешь убивать, тогда можно и на тот свет, не правда ли? Жить так мучительно.

— Чего? — ошеломленно спросила Тинаша.

Он задал ей вопрос слишком непринужденно и резко, но тело бессознательно начало творить заклинание. Трэвис не шутил. Он никогда не относился к веселью легкомысленно. Тинаша знала это на своем опыте.

На его кончиках пальцах собралась невероятная, способная пошатнуть все небо магическая сила. Он беспечно ее выпустил.

— Нгх!

Всеразрушающая сила свирепо устремилась к ней, и Тинаша поставила защитный барьер.

Магический вихрь смел ее вместе с барьером. Тинаша воспользовалась им, чтобы отдалиться от Трэвиса.

Она задрожала. Сердце неудержимо забилось.

Трэвис довольно ухмыльнулся.

Второй удар подступал справа. Если бы он ее настиг, Тинашу бы разорвало, но она уклонилась.

— Ну же, дай мне попасть. Скучно играться, когда ты даже не защищаешься. Или просто сама с собой покончить желаешь?

— Не хочу я умирать, у меня еще остались дела… — заявила Тинаша.

В ее ладонях сотворилось заклинание. Мощный крест, появившись в воздухе, чуть было не полоснул Трэвиса, однако рассеялся по мановению его руки.

— Ты что, меня недооцениваешь? Если не стала сильнее за четыре столетия, тогда я разнесу тебе живот, — прошипел Трэвис.

Он зловеще улыбнулся. 

Тинаша, мчась по небу, взволнованно облизнула губы и произнесла короткое заклинание. Изменив направление ветра, она сместила надвигавшуюся на нее со всех сторон бесформенную магическую силу, перехватила ее и направила обратно. Неистовые ветра сурово завывали.

Не думала, что сражусь с ним вновь.

Столетия назад Тинаша со всеми двенадцатью духами потерпела сокрушительное поражение от Трэвиса. Пока она истекала кровью, Трэвис проникся интересом к ней и вылечил, оставив ее в долгу.

Теперь пришла пора расплачиваться по счетам. Тинаша не позволит ему убить ее. Она еще долг Оскару не вернула, даже не рассказала ему ничего. Она хотела жить.

На мгновение, показавшееся вечностью, Тинаша закрыла глаза.

Разомкнув их, она сосредоточилась на бое.

— Я сама решу, когда мне умирать, — заявила Тинаша.

Она сотворила до невозможности замысловатое заклинание. Белые нити расширялись, пересекались и делились, образовывая ужасающе плотную структуру.

Магическая сила все докажет, раз исходит из самого сердца. Тинаша с гордостью с этим справится.

Веря в себя, она выпустила силу.

※※※

Когда Далида вернулась в свои покои, ее одолело желание улыбнуться.

Она повстречалась с Тинашей. Та оказалась подавляюще красива и очаровательна, но в итоге король встал на ее сторону. Выбрал ее, а не милашку-принцессу. Это было превосходно.

Сев на кровать, Далида разместила на коленях туалетный чемоданчик, который принесла с собой в замок. Она раскрыла его и поддела тонкой пилочкой отверстие между зеркальцем и крышкой. Прорезь расширилась, и оттуда выпал клочок бумаги. Далида его развернула — на нем красовался магический знак.

Удерживая над ним руку, она произнесла заклинание.

— Да зазвучит мой глас, скованный крылом минувшего.

Магическая сила влилась в знак, и тот засиял. Над бумагой возникла магическая структура.

Спустя несколько мгновений из нее раздался старческий голос.

— Далида? Как все продвигается?

— Чудесно. Я завоевала благосклонность короля, — самодовольно сообщила она.

Собеседник ненадолго задумался и, чтобы удостовериться, спросил:

— А принцесса Тульдара?

— Встретились. Но она не помешает, — ответила Далида.

— Похоже, яд не подействовал. Выпроводи ее, если можешь. Также, если получится, уничтожь структуру, над которой она сейчас трудится.

— В ее покои не зайти. Если так нужно, пришли подмогу, — раздраженно пожаловалась Далида.

Собеседник хмыкнул.

— С этим никак. Ладно, тогда просто отгоняй ее. Что думаешь, сможешь пробраться в сокровищницу?

— Полагаю, да, если попрошу. Он сказал, что устроит все, что мне нужно, — похвасталась Далида.

— Осторожнее. Когда войдешь, отыщи шкатулку. В ней небольшая усеянная знаками сфера.

— Хорошо.

Далида управляла мужчинами для своих целей. Пока что этот оказался лучшим среди всех, и ей бы хотелось остаться здесь навсегда. На сердце теплело от его нежности, от власти, которой он обладал.

Однако необходимо было разделаться с тем, зачем она сюда явилась. В противном случае сбежать ей бы не удалось. Далиду пугал и старик, но тот парень — куда больше. 

В дверь вдруг постучали.

Слабо улыбнувшись, Далида прекратила разговор, сложила бумагу и, убрав ее на место, за зеркальце, захлопнула крышку. Затем она положила чемоданчик туда, откуда взяла — на туалетный столик.

Она невинно окликнула:

— Да, кто там?

— Я, — сказал любовник.

Войдя, он посмотрел на нее.

— Что ты делала?

— Ничего. Мечтала о тебе, — солгала Далида.

Оскар тихо усмехнулся. Далида нахмурилась: к поясу был пристегнут Акашия.

— Куда-то уходишь?

— Нет, никуда, — заверил король.

Он обнажил меч и направил острие на Далиду.

Она ошеломленно застыла, а Оскар, посуровев, но все тем же нежным голосом продолжил:

— Ты была очень осторожна. Я и не предполагал, что протянешь месяц, прежде чем выдать себя. Тинаша из-за тебя огорчилась. Снова все стекла менять.

— О-о чем ты?

— Не поняла, что ли, что с тебя не спускали глаз? Куму отслеживал разговоры, — объяснил Оскар.

Далида, побледнев, прикрыла ладонями рот. Она начала лихорадочно соображать, как оправдаться.

Нужно что-то сказать. Пути назад нет.

Собрав всю силу воли, она проникновенно взглянула на Оскара и вытянула обе руки в мольбе.

— Ваше величество, мне угрожали. Меня заставили. Мои чувства искренни.

— Арсу все это расскажешь, — заявил Оскар.

Он отшагнул, освободив проход в покои. Теперь Далида увидела, что за королем наготове стояли Арс и солдаты. Она ужаснулась, понимая, что это значило.

— Заключите под стражу. И наденьте на нее запечатывающие украшения.

— Слушаюсь, ваше величество, — ответил Арс.

В то время как Оскар убирал меч в ножны, военачальник схватил за руку Далиду. Та воскликнула:

— Ч-что ты вообще творишь?! Ты без меня обречен!

— Выкарабкаюсь. Я впоследствии и до тех, кто тебя послал, доберусь, а проклятие мне уже кое-кто снимает. Она даже ребенка родить от меня предложила, если не удастся. Странная, соглашусь. Но она потрясающая, и этого мне достаточно.

Глаза Далиды расширились до предела. 

Арс судорожно вдохнул. До сих пор о Тинаше от Оскара доброго слова не дождаться было. Военачальник прежде не понимал, правда ли король так к ней относился или же скрывал привязанность за оскорблениями.

И он это выяснил, но ничего не изменилось.

Из-за положений Оскара и Тинаши им тяжело было сойтись. Единственный возможный повод — если снять проклятие не получится. Арс потупил взор, осознавая всю сложность дел.

Солдаты увели невнятно и пронзительно вопившую Далиду. Арс хотел было попрощаться с королем и повернулся к нему, но тот отстраненно смотрел в окно.

※※※

Все болело. Тинаша не могла счесть раны.

Остановив кровотечение на ноге коротким заклинанием, она немедленно телепортировалась немного вправо.

Огромная черная пасть тут же пронеслась там, где она парила мгновения назад. Всплеск магической силы отдался болью, накатывавшей снова и снова. Тинаша провела окровавленным пальцем по воздуху.

— Взываю к первозданным водам, потоку жизни и смерти. Поглотите и подчините все.

Четыре толстых столба воды возвысились над ней и схлестнулись в ревущем водовороте. Тинаша указала на по-прежнему невозмутимого Трэвиса:

— Вперед!

Вода ужасающе быстро нахлынула на него со всех сторон, но он исчез.

Следя за тем, не появится ли он вновь, Тинаша начала новое произнесение:

— Да прозвучит мой глас и обозначит мои чаяния. Пусть дыхание ветра будет благословением. И проявится…

— Уж против меня не пытайся прибегнуть к двойному произнесению, — раздался прямо за ней голос.

Тинаша, разволновавшись, прервала заклинание, пригнулась и немедленно телепортировалась подальше.

— Ай!

Она запоздало осознала, что левую руку пронзила жгучая боль, и перевела на нее взор — куска плоти недоставало. Виднелась кость. Болело сильно, но Тинаша лишь приглушила боль и остановила кровотечение. Оторванную плоть быстро не залечишь, было не до такой роскоши.

Трэвис скучающе завис в воздухе. С его левой руки капала алая жидкость.

— Духов у тебя же не осталось? Тогда не подставляйся так, — протянул он.

— Да, но…

Мила ранее подмечала, что Тинаша никогда не вступала в ближний бой. Она, помимо двойных произнесений, больше ничего и не умела.

И тем не менее сейчас сражалась против практически всемогущего демона. Он существенно превосходил ее в магической силе, не говоря о боевых навыках. Ладно бы победить, Тинаша выжить не могла.

Думай… 

Тинаша выровняла дыхание и начала размышлять.

Клинки ветра устремились к ней со всех сторон. Они неумолимо и нескончаемо продолжали натиск. 

Удары не прекращались ни на мгновение.

Глубоко вдохнув, Тинаша ловко пробиралась через клинки, едва избегая каждого.

Я смогу… вывереннее, точнее… 

Она сосредоточилась, отбросив все мысли.

Тинаша четко ощутила все потоки магии, от тех, что за ней, до возвышавшихся сверху.

Многолетний опыт сочленялся, опережая на шаг все грядущее.

— Пой…

Появилось заклинание.

Оно состояло из множества чудесно переплетавшихся и удлиннявшихся магических нитей. Каждая была так тонка, что их едва удавалось различить, но они отразили клинки. Тинаша защитилась от града ударов, потратив как можно меньше магической силы.

Трэвис присвистнул.

— Наконец-то собралась с силами? В прошлую нашу схватку ты так не могла.

Да и несколько минут назад тоже. Тинаша превращалась в существовавшую лишь для сражений девушку — и неважно, в тылу или лицом к лицу.

Изумленно посмотрев на нее, Трэвис пробормотал:

— Но тебе еще расти и расти.

Он бросил в нее невидимую сеть.

Тинаша, заметив, отскочила, но сеть, словно живое существо, погналась за ней.

— Нгх!..

От тела Тинаши разошлись лучи света. Они разорвали сеть, но, к сожалению, та соединилась снова и продолжила преследование.

Она достала до ноги и, прорезав кожу, ухватилась за кость.

— А-А-А-А-А-А-А!

Тинаша не могла сосредоточиться из-за жгучей боли и разволновалась. Сеть начала оборачиваться вокруг всего тела. Девушка скорчилась в ужасных муках.

Трэвис усмехнулся.

— Что, уже все? Тоскливо. Сам виноват, что обнадежился. Может, мне доиграть с твоим мальчиком?

Боль замутняла сознание. Тинаша еле расслышала, что сказал Трэвис.

Что угодно, только не это.

— А-а…

Она испустила магическую силу — не заклинание — всем телом. Сеть, сгорев, исчезла.

Тинаша была вся изранена, но взглянула на Трэвиса с убийственно-суровым блеском в подобных бездне глазах.

— Я тебя даже близко к нему не подпущу.

— Прекрасно выглядишь… Признаю, мне радостно. Но, знаешь, так и окочуриться недолго, если столько крови в голову ударит.

— На клочки порву! — взревела Тинаша.

Обернув правую руку магией, она бросилась на него.

Магическая сила обратилась огромным черным серпом, которым Тинаша и нанесла удар.

Однако Трэвис ловко уклонился.

Серп разлетелся на части.

Тинаша, взмыв вверх, телепортировалась и начала произнесение.

То, как она вся в крови поднималась в небо, выглядело безумно прекрасно.

※※※

Отследив разговор Далиды, Куму вскоре выявил городское здание, в котором укрывался ее сообщник. Когда он доложил об этом Оскару, тот иронически улыбнулся:

— Тот самый культ, да? Понятно. Отправляйтесь туда и схватите всех. Никого не упустите.

Мередина поклонилась и вышла. Куму посмотрел ей вслед, после чего нахмурился.

— Ваше величество… С севера доходят мощные всплески магической силы.

— Как далеко с севера? — спросил Оскар.

— На полпути к деревне Теннет… Сила… так велика, как у запретных проклятий, — ответил Куму.

— Что ты сказал?

В культе не должно было быть способных на такое. Оскар, нахмурившись, задумался.

— Где Тинаша?.. — после недолгих размышлений спросил он.

— Не знаю… — признал Куму.

— Я поищу ее. Справишься с остальным?

— Да, ваше величество, — сказал Куму.

Оскар рванул из кабинета, убедившись, что Акашия был пристегнут к поясу.

Пожалуй, она сидела в зале ожидания с теми тремя магами. Он бежал, молясь, чтобы она там оказалась.

※※※

— Да обозначит мое дыхание и да вдохнут жизнь слова!

Когда Тинаша произнесла заклинание, сотни острых как копья лоз проросли из ее рук.

Они устремились к Трэвису. Тот щелчком пальцев возвел барьер, врезавшись в который, лозы остановились. Дождавшись, когда в барьер впечаталась последняя, Трэвис уничтожил его вместе с заклинанием Тинаши.

— Все небрежнее нападаешь, — отметил он.

Тинаша, не отвечая, телепортировалась в другое место и начала новое произнесение. Верховный демон бесстрастно на нее посмотрел.

— Значит, больше ни на что не способна…

Непостоянство человеческих душ иногда занимало, а иногда раздражало. Ради других люди преодолевали свои пределы, и это завораживало, но вместе с тем они теряли самообладание и не внимали предупреждениям. Трэвис быстро терял к таким противникам интерес.

Тинаша послала на него разрушительные волны магической силы, но он рассеял их легким взмахом.

— Тоска смертная. Я уже почти полностью разочаровался в тебе.

В ладонях возникло мощное заклинание, заключавшее в себе силу, более чем достаточную для убийства.

Но он увидел вдали, что Тинаша не опустила руки, а лишь горько улыбнулась.

Она направила окровавленную ладонь на Трэвиса:

— Завершись.

В воздухе появилась громадная клетка.

Искусно сотворенная магия, заточив Трэвиса, засияла все ярче и ярче.

Верховный демон пораженно уставился на запершее его заклинание.

— Ах ты… Двойное произнесение?

— Ты, наверное, даже не предполагал, что после твоих напутствий я попытаюсь еще раз. Я разделила заклинание на семь частей, каждую с двойным произнесением постепенно творила. И вот, объединила, — тяжело дыша, объяснила Тинаша.

Свет поглощал Трэвиса, но он громко и весело расссмеялся:

— То есть ты просто изображала буйство? Что за девушкой же ты выросла. 

— Без уловок я бы тебя не одолела, — признала Тинаша.

Она подняла руку и долила магическую силу в заклинание. Светящаяся клетка обернулась внушительной сферой, даже более грозной, чем запретное проклятие, разрушившее Инурейд. 

Не переставая творить заклинание, Тинаша обратилась к Трэвису:

— Я твоя должница. Не хочу тебя убивать.

Пусть он чуть ее не убил, в этой эпохе она оказалась лишь из-за него. Тинаша надеялась закончить ничьей.

Трэвис, к сожалению, не отвечал, сколько бы она ни ждала. Она засомневалась, что делать дальше.

Времени не оставалось. Решившись, Тинаша направила тот остаток магической силы, что был необходим для завершения заклинания.

По ее воле он летел по небу.

Вдруг раздался хлопок, словно что-то разорвалось.

— Чего?.. — недоуменно пробормотала она.

Заклинание не завершилось. Магическую силу, которую она направила, рассеяли.

Тинаша перевела взор на себя. В животе израненного тела проделали дыру величиной с голову ребенка.

Мгновения невообразимо тянулись. Распотрошенные внутренние органы и плоть вывалились с всплеском крови. Кровью наполнился и рот, помешав Тинаше закричать.

Сфера света, окружившая Трэвиса, без притока магической силы от заклинателя исчезла. Тинаша широко раскрыла глаза, уставившись на него и осознавая, что проиграла.

Магия больше не поддерживала ее в воздухе. Тинаша начала падать.

Не хочу еще умирать… 

Тинаша протянула руку, будто пытаясь к кому-то прикоснуться.

Но, словно сломанная кукла, она рухнула вниз.

Трэвис, улыбаясь, наблюдал за падением.

— Ты на верном пути, просто недостаточно продвинулась. Как тигренок — пока плохо управляешься с собственной силой.

Потянувшись, он призадумался.

В голову пришла одна мысль, и он с коварной улыбкой телепортировался.

※※※

Оскар добежал до зала ожидания и ужаснулся, не увидев там Тинашу.

— Не здесь? Почему? Вернулась в Тульдар?

— Она сказала, что куда-то телепортируется, не говорила, куда… — уклончиво ответил Доан.

Вероятно, это значило, что Тинаша негодовала после встречи с Далидой. Но Оскар не думал, что она отправилась в Тульдар. Наверное, ей захотелось побыть одной и успокоиться.

— Только не говорите, что на северные луга, — предположил Оскар.

Воздух за ним исказился, и оттуда выскочила красноволосая девочка. Завидев Оскара, она воскликнула:

— Спасите ее! Госпожу Тинашу убивают!

— Что? — ошеломленно переспросил Оскар.

Кому под силу убить королеву-ведьмоубийцу? — подсознательно подумал он, немедленно протягивая руку Миле:

— Перенеси меня к ней!

Таинственный дух взяла его за руку, и все вокруг изменилось.

Они телепортировались на безлюдные луга, о которых Оскар ранее догадывался. На земле посреди этой шири лежала девушка… а рядом с ней на коленях сидел мужчина. Мужчина повернулся, заметив, что Оскар и Мила прибыли.

Оскар его не знал, но опешил. Мужчина выглядел так, словно сошел с картины.

Однако потрясла юного короля не столько внешность мужчины, а девушка, лежавшая без сознания в крови у его ног. Белое платье было жестоко разодрано, от ее нежной красоты не осталось и следа. Словно ее с грязью смешали. Оскар ничего не понимал, но невольно бросился к ней, обнажив Акашию.

Губы Трэвиса чуть изогнулись в ухмылке.

— Подоспел муженек.

Не придав этому значения, Оскар продольно ударил Акашией с невидимой глазу скоростью. Меч должен был обезглавить мужчину, но не настиг его.

Телепортировавшись на несколько шагов назад, Трэвис покачал головой.

— Не размахивай этим, опасно же.

— Что ты с ней сделал? — спросил Оскар.

От властного, леденящего душу голоса у простого человека подкосились бы колени, но Трэвис остался невозмутим:

— О, ничего особенного. Просто поигрался. Всего-то.

Словно они детскими шалостями занимались. Однако говорил он явно злорадно. Кровь Оскара вскипела. Не сводя взгляд с незнакомца, он попросил стоявшую за ним Милу:

— Исцели Тинашу. И, если в ее состоянии можно, перемести отсюда.

— Х-хорошо, — согласилась Мила.

Судя по тому, как мужчина говорил, Тинаша еще была жива. Мила подлетела к госпоже, а Оскар шагнул вперед, встав на защиту обеих.

Ярость затуманивала взор и сжигала изнутри. Оскар перехватил Акашию.

— Даже не думай уйти живым, нелюдь.

— О? Ты понял, что я не человек? Неплохо. Любопытно, — ответил незнакомец.

— Довольно пустой болтовни, — отрезал Оскар.

Он резко вдохнул, затаил дыхание, а затем молниеносно рванул вперед. Мужчина раздраженно цокнул: Акашия вновь его настигал. Его ладонь засияла белым, но изошедшие из нее лучи отразились невидимым барьером, не достигнув руки Оскара.

Прекрасное лицо незнакомца исказилось в удивлении. Клинок тем временем приближался.

— Это ее барьер? Да вы шутите.

Акашия вот-вот рассек бы его надвое, пока он жаловался.

Незнакомец вновь телепортировался. Теперь он завис в воздухе, куда Акашия не дотягивался. Мужчина сурово уставился на Оскара:

— Не зазнавайся и ни в коем случае меня не недооценивай. Я спалю тебя так, что не останется и уголька, — убийственно произнес он.

Слабый противник бы упал в обморок, но Оскар непоколебимо уставился в ответ. Он хотел было выругаться, но до него донесся хриплый голос Тинаши:

— Не позволю его убить…

— Тинаша! — воскликнул Оскар.

Он обернулся. Тинаша при помощи Милы присела. Она болезненно побледнела, но смотрела на Трэвиса с самоотверженной решимостью.

— Ты и пальцем его не тронешь… что бы мне ни пришлось отдать взамен.

В покрытом кровью теле собралась огромная сила, достаточная, чтобы охватить и уничтожить весь луг.

Она явно была готова заплатить за это жизнью. Трэвис, видя ее жертвенность, лишь бесчувственно усмехнулся:

— Совсем потеряла рассудок? Он даже не удостаивал тебя взглядом. Нелепо…

Он не насмехался — жалел ее. Но выражение лица Тинаши не менялось. Трэвис вновь убийственно посмотрел на них с Оскаром, а затем раздраженно… пожал плечами.

— Сил больше нет. В другой раз с вами поиграюсь.

Он исчез, и от неожиданности Оскар взметнул брови.

— Кто он вообще такой? Или что такое?

— Верховный демон… Не удивилась бы, если бы он нас убил, — еле слышно произнесла Тинаша.

Убрав в ножны Акашию, Оскар подбежал к ней. Выглядела она кошмарно, кровь все еще покрывала ее. Но, что любопытно, ран на ее теле король не заметил. 

Повернувшись к Миле, он спросил:

— Раны ты исцелила?

— Скорее… сами закрылись, еще до меня, — ответила таинственный дух.

— Должно быть, Трэвис мной занялся. Он хорошо лечит… Я бы сама так искусно не заделала дыру в животе, — сказала Тинаша.

— Дыру в животе? — переспросил Оскар.

Он обеспокоенно перевел взгляд. Действительно, одна из прорех в ткани находилась снизу от груди. Казалось, что тело в порядке, но, судя по повреждениям одеяния, удар прошелся точно сквозь живот. Стройные ноги также были обнажены, и всю ее покрывали кровь и грязь, словно над ней жестоко надругались. Оскара охватило неописуемое негодование.

— Он знает, что ты духовный чародей?.. — спросил Оскар.

— Что? Думаю, да, — ответила она.

Оскару стало тошно. За недолгое сражение с верховным демоном король понял, что тот издевался над интересными ему людьми. Зная, что Тинаша духовный чародей, он мог нарочно пытаться уменьшить ее магическую силу.

Если бы Тинаша потеряла невинность, коронация бы страшно осложнилась. Оскар снял жакет и накрыл им Тинашу. Когда король взял ее на руки, то ощутил запах крови.

— Давайте пока что вернемся в замок. Можем прямо в твои покои? — спросил он.

Такой Тинашу нельзя было никому показывать. Мила сотворила круг телепортации, и Оскар, удерживая Тинашу на руках, встал на него. Та настороженно на него взглянула.

— Оскар… Испачкаешь же одежду кровью…

— И что с того? Я в любом случае на тебе женюсь, если после всего этого ты королевой не сможешь стать.

— Что?! П-почему?!

— Переговорю с Тульдаром. Разногласия, вероятно, возникнут, но возвращаться тебе не придется.

В покоях Тинаши царил полумрак. Окна занавесили — в помещение уже больше месяца как никто не заходил. Это стечение обстоятельств вышло как нельзя кстати. Оскар усадил Тинашу на кровать, а Мила бросилась в ванную. Тинаша непонимающе возразила:

— Что? Зачем тебе это? Проиграла я, тебе вмешиваться не стоит.

— По моей беспечности ты выбралась из замка одна. Если ты потеряла невинность, я возьму ответственность на себя, — ответил он.

— Но я не потеряла! Не пугай так! — взвизгнула во весь голос Тинаша.

Она пошатнулась от кровопотери. Оскар, придерживая, обхватил ее за плечи.

— Правда? Не надо мне лгать.

— Да, правда… Только внутренние органы. Похоже, он сотворил мне новые.

— Все верно! — крикнула из ванной Мила.

Оскар невольно вздохнул с облегчением. Тинаша возмущенно на него взглянула:

— У тебя же все равно появилась фаворитка, не неси подобной чепухи.

— Фаворитка? А, она-то, — произнес Оскар.

Он уже начисто забыл о Далиде. Тинаша нахмурилась и, надувшись, отвернулась.

— Позже я отблагодарю тебя и отчитаюсь. Почему бы тебе не вернуться к ней? Не хочу больше слушать ее пошлые издевки.

— Госпожа Тинаша, ванна готова. Давайте смоем кровь. В ней его магическая сила, она в яд превратится, если не поторопимся, — позвала Мила.

— Д-да, так не пойдет… Иду, — ответила Тинаша.

Она попыталась встать, но чуть не рухнула ничком — ноги обессилели. Оскар подхватил ее на руки.

— Ты еле живая. Как тебя такую оставить?

— Справлюсь!

— А что до Далиды: ее посадили под стражу. Фавориткой она никогда не являлась.

— Что? — воскликнула Тинаша.

Ее глаза расширились. Оскара перенес Тинашу и опустил ее в ванну, которую Мила уже наполнила теплой водой. Девочка бросила ему белые тряпки и бездумно произнесла:

— Госпожа Тинаша, вы ведь потеряли много крови и магической силы. Пусть вас разденет он. Быстрее будет.

— Не ребенок, сама разденусь… — раздраженно настояла Тинаша.

— Вы ни о чем не забыли? — спросил Оскар.

Таинственный дух не придавал значения тому, что мужчина дотронется до госпожи, а та дулась, потому что с ней обращались как с дитем. Но двигаться она действительно не могла — крикнула, когда попыталась поднять левую руку.

Оскар передал тряпку Тинаше.

— Прикройся спереди. Я мигом все смою.

— В-все тело болит… Как же мучительно после того, как восстанавливают органы… — удрученно пробормотала Тинаша.

Оскар снял с нее платье, уже и вовсе не напоминавшее одежду, и ужаснулся тому, что все тело покрывала кровь. Он зачерпнул ковшом воду и вылил Тинаше на спину. Вскоре ванную заполнил едкий запах крови.

Оттирая засохшие области, он проверял, не осталось ли ран под ними.

— Нигде не болит? Все раны лучше закрыть, пока в них вода не попала.

— С-сказала же, что справлюсь. И все же что ты там говорил про «посадили под стражу»? Неужто любимые побранились?

— Нет, конечно. Я все это время все ей дозволял, чтобы выяснить, что она предпримет. Она казалась подозрительной уже потому, что знала о моем проклятии, — объяснил Оскар.

Отодвинув волосы Тинаши, он облил окровавленные плечи и шею. Тинаша разинула рот:

— Ты подыгрывал ей, чтобы проверить подозрения? — уточнила она.

— Так тоже можно выразиться, да. Вероятно, она сообщница тех, кто тебя отравил. К сожалению, как и в тот раз, пойманы все, кроме основного злоумышленника.

— Ургх, — простонала Тинаша.

Она поджала губы, вспоминая, как, ничего не понимая, повздорила с Далидой.

— Сказал бы мне… Знала бы, тогда…

— Не разбивала бы окна?

— Я ни одно и не разбила сейчас! — воскликнула она.

Она собиралась уничтожить замок, но не стала же. Да и вообще, в итоге она просто порыдала. Тинаша зарылась в тряпку лицом, вспоминая, что хныкала как маленькая девочка.

— Стыдно как… Хочу сквозь землю провалиться…

— Что на тебя теперь нашло? И стыдишься ты точно не того, — пробормотал Оскар.

Он снова облил водой беззащитно-нагое тело Тинаши, причем так сильно, что та поежилась и тихо вскрикнула. 

— И расскажи лучше вот о чем. Что это был за демон? — попросил Оскар.

— Ох… — неловко произнесла Тинаша.

Она неохотно поведала ему о своенравном верховном демоне. Оскар не перебивал ее, но ущипнул за щеки, когда узнал, что на пороге смерти после сражения с ним она оказалась во второй раз.

— Ай! За что? — воскликнула она.

— Не якшайся больше с ним.

— Он сам ко мне лезет! Не знаю, зачем! — возразила она.

Похоже, она не лгала. Оскар недолго бился с Трэвисом, но осознал, насколько верховный демон был непредсказуем.

— Глаз да глаз нужен. С тобой, мягко говоря, хлопот не оберешься… — прошептал он.

Лишь ненадолго оставил Тинашу одну, а та чуть не умерла. Без его внимания она в какие только неприятности не угождала. Ерунда какая-то.

Кожа на спине, наконец очистившись, вновь стала белоснежной. Оскар медленно оттирал последние следы ран. Его пальцы были грубы, и Тинаша вздрогнула. Она укоризненно взглянула на него:

— Не надо. Оставь меня. К тому же, даже если бы я потеряла целомудрие, не брать же тебе из-за этого меня в жены.

— … 

Теплая вода тотчас немного остыла. 

— Ой, — пробормотала Мила.

Она пополнила ванную водой. Тинаша, не замечая, оттирала кровь с вымытых Милой колен. Оскар сухо произнес:

— Не из-за этого? А чего тогда будет достаточно, чтобы жениться на тебе-глупышке?

— Н-наверное, когда моя страна почти уничтожится… может быть…

— О? Так ты желаешь гибели своей родине. Хватает же наглости.

— Такого я не говорила! Что с тобой? Вот же! — взвизгнула Тинаша.

Оскар оттянул ее голову, завязывая волосы в хвост, отчего она по-кошачьи муркнула.

— В любом случае в следующий раз, если встретишься с ним, беги без оглядки. И меня зови. Говорил ведь, что спасу.

Тинаша невольно потупила взор, но спустя миг хмуро наклонила голову в сторону:

— Благодарю за беспокойство. С моими заботами мне и разделываться. Ты меня спас, но при одном неверном шаге погиб бы сам. Наc в конечном счете не связывает ничего… оставь меня.

Пытаясь отстраниться от Оскара, она походила на храбрившуюся девочку.

Она прикусила губу. Глаза налились слезами.

Оскар молчал. Тинаша взволнованно посмотрела на него и замерла. Он явно сердился, но не как обычно строго. Во взгляде бушевали иные чувства. Она хотела было извиниться, но упрямо сдержалась.

Некоторое время просмотрев ей в глаза, Оскар отвел взгляд.

— Раз так, то как хочешь.

Повернувшись, он вышел из ванной.

Воцарилась тишина. Тинаша глубоко вздохнула.

Она вновь оглядела живот. Оскар и Мила тщательно оттерли все тело добела. Меняя воду, таинственный дух усмехнулась:

— Госпожа Тинаша, зачем вы так высказались?

— Так это как?

— Не разрешили ему спасать вас, как он вызвался. Почему нет? Он и о женитьбе был готов на переговоры с Тульдаром.

— Но… ему только хуже будет. Нельзя.

Кроме как ради нее, у Оскара не было причин сражаться с верховным демоном или жениться на нелюбимой. Не тяготить же его так. Тинаша хотела спасать его, а не нагружать в придачу.

Слезы щипали глаза. Она крепко обхватила колени, прижимая их к груди. Мила поморщилась: совсем на госпоже лица не было.

— Думаю, тогда вам просто нужно сказать это ему. Сами же знаете, как неприятно, когда предложенную помощь отвергают.

— … 

— Кроме того, он не пустословил. Владелец Акашии… попросил меня сбежать вместе с вами. Он бы просто так не навлек на себя гнев победившего вас. Смертью чревато, — сказала Мила.

— Что? — воскликнула Тинаша.

Ее глаза расширились в удивлении. Мила передала ей новую тряпку.

— Не понимаю я вас, людей. И так коротка жизнь, а еще себе же палки в колеса ставите.

— Сами себе ставим… — пробормотала Тинаша.

В итоге она не понимала, как вести себя с Оскаром. Он изъявил желание ее спасать, но Тинаша боялась положиться на его доброту.

Тинаша не единожды говорила себе, что ничего большего от доброты ждать не стоит. Она уже выросла из бескорыстно любимой девочки и не хотела ни от кого зависеть, поддаваться слабости. Если с ним когда-нибудь придется расстаться, то сближаться было опасно.

Закрыв глаза, Тинаша вспомнила его слова из далекого прошлого:

Ты справишься.

Вера в его слова придавала ей веру в себя.

Она медленно выдохнула и взяла себя в руки.

Так она приходила в себя тысячи раз во времена правления.

Если не уметь обходиться самой, о правлении не может быть и речи. Так было всегда.

Однако вдруг сдерживаемые чувства вырвались наружу:

— Но в ту ночь я справилась не сама… 

В самую трудную минуту с ней стоял он. Она вовсе не была одинока.

Ком подступил к горлу. Тинаша уткнулась лицом в колени. Накатила дремота — наконец настигшее последствие тяжелых ран.

Ей хотелось просто уснуть в беспамятстве. Подобные размышления были выше ее сил.

Но и одной во сне оставаться не хотелось… 

Влажные ресницы медленно сомкнулись.

※※※

В итоге руководителей культа, пославших в замок Далиду, поймали. Соседи, почувствовав облегчение, увлеченно начали сплетничать о том, чем же эта подозрительная шайка так не угодила, что их выволокли аж в замок.

Куму и Арс поспешно отчитались, и Оскар явно разозлился:

— То есть мага, передавшего Клэрис яд, среди них не было?

— Далида сказала, что подчинялась ему же.

Если обобщить, то культ преследовал две цели.

Первая — добыть таинственную сферу, по слухам хранившуюся в сокровищнице Фарсаса.

Вторая — убить Тинашу или вывести ее из Фарсаса.

Оскар задумался, что их связывало.

— Может, мне взглянуть на сферу или что там. Кажется, с подобными вещами лучше не связываться.

— Не знаю… Сокровищница строго охраняется с проникновения сорокалетней давности, — ответил Арс.

— Сорокалетней, да? Это когда вор ускользнул, так ничего и не украв? — спросил Оскар.

— Украл ли он что-то — так и не разобрались, — уточнил Арс.

— Значит, пришла пора навести в сокровищнице порядок, — решил Оскар.

Он подписал документ и передал Куму. Арс продолжил:

— Похоже, между главой культа и магом, с которым общались Далида и Клэрис, возникли разногласия касаемо принцессы Тинаши. Культ желал ее смерти или же срыва снятия проклятия. Маг же просто отгонял ее подальше от Фарсаса. Многие слышали от него, что ее все равно не убить.

— Стало еще непонятнее. Какая разница, в Фарсасе она или нет, — произнес Оскар.

— Может, потому что Тинаша помешала бы Далиде выполнять свою часть? — предположил Арс.

— Я так подумал, поэтому и благоволил Далиде во всем. Что же, Тинаша ее так распекла, что, полагаю, все равно помешала, — бесстрастно отметил Оскар.

Арс искренне радовался тому, что все прошло без него.

Оскар, прищурившись, подпер подбородок ладонями.

— Мы столько времени потратили и так и не поймали того, кого выискивали. Досадно постоянно быть на шаг позади.

— Я ужесточу охрану в замке, — пообещал Арс.

Они с Куму вышли из кабинета. Оскар потер плечи.

— Все еще трясет… 

Вчерашнее недовольство не утихомирилось. Он полагал, что отчасти тому виной была одна непослушная девушка.

Раздражало даже вспоминать о ее упертости. Вот бы она хоть чуть-чуть полагалась на него при пребывании в замке. Они друг друга стоили — оба пытались взять все на себя, но Оскару бы хотелось, чтобы, если так Тинаша едва не доводила себя до смерти, она шла на уступки.

Оскара это беспокоило весь день. Лазар не заводил разговор.

Слуга и хотел бы узнать, помирились ли они с Тинашей, но ему казалось, что тогда король выпустит пар на него. Лазар понимал: пусть она часто сердила господина, они все равно сближались. Но, осознавая их положения, от этого он только больше волновался.

Если бы он все же спросил, Оскар, скорее всего, ответил бы: «Ничего я к ней не испытываю».

Лазар надеялся на это. Если бы Оскар в нее влюбился, то ему бы было невероятно тяжело потом с ней прощаться.

Не выказывая чувств, слуга взял связку документов. Затем он поднял взор — в дверь кабинета постучали.

За дверью оказалась красавица-маг. Она заплела длинные черные волосы в два хвоста, а выглядела неловко и смущенно.

— Что такое? Входи, — явно недовольно произнес Оскар.

— Хорошо… — сказала Тинаша.

Она закрыла за собой дверь, подошла к столу и, колеблясь, уставилась на Оскара. Тот заметил и положил на ладонь подбородок. Тинаша взволнованно заговорила:

— Прости, пожалуйста, за вчерашнее. Мне не следовало так себя вести с тобой, если ты спас меня.

— Ничего, — кратко ответил Оскар.

Он сдержался, чтобы не произнести «Нас ведь правда в конечном счете ничего не связывает». Только бы навлек еще одну ребяческую перебранку. Оскар хотел хоть какие-то приличия соблюдать, даже если она не будет.

Немного помолчав, Тинаша продолжила;

— А еще… у меня просьба.

— Какая?

Ее взгляд привлекательно заблуждал. Оскар прищурился, а она решительно сказала:

— Не обучишь меня фехтованию?.. Эм-м, когда тебе удобно.

Лазар чуть не выронил связку. Подбородок Оскара соскользнул с ладони. Тинаша смутилась.

— Э-э… что-то не так?

— Нет… — ответил Оскар.

Он почесал голову и дал знак подойти поближе. Тинаша, обогнув стол, встала рядом. Оскар, не вставая, повернулся к ней, попытался придумать, как на это ответить, а затем неловко улыбнулся:

— Ладно. Я уже скоро корнями врасту в эти бумаги, тоже превосходная возможность размяться. Через час закончу, подготовься и жди меня.

— Спасибо! — широко улыбнувшись, воскликнула Тинаша.

Она словно расцвела и выбежала из кабинета, не пытаясь скрыть ребяческое счастье. Оскар, смотря ей вслед, пробормотал:

— Невероятно… Так беззащитно себя ведет. И вечно что-нибудь выкидывает.

Оскар произнес это так нежно, что глаза Лазара расширились.

Он ускорился, чтобы сдержать слово. Раздражение прошло, и король странно повеселел.

Продолжение следует...