────────── ◆◆◆ ──────────

«Что за чушь я сейчас услышала? И с какой стати я должна этого стесняться?»

Дейзи, честно говоря, гордилась своей божественной красотой, и её лишь до глубины души возмущало, что всякие извращенцы смеют пялиться на неё своими сальными буркалами.

— Тут нечего стыдиться, Изи. Виноваты те ублюдки, которые глазеют на тебя, не зная своего места. В чём твоя-то вина?

— Ах, нет, всё не так. Я вовсе не смущаюсь…

— Только скажи слово. Этим мерзавцам… я лично выколю их дерзкие зенки до единого.

— Да правда же, дело не в этом! — проблема заключалась не только в его дурацком и неловком вопросе, который он выпалил без зазрения совести.

— Ох, ладно. В любом случае, пожалуйста, не носи больше такое тесное белье. Вот почему у тебя вечно пучит живот и несварение.

Раздался едва слышный щелчок, от которого у неё снова побежали мурашки по спине. Его шаловливые пальцы опять умудрились расстегнуть крючок её бюстгальтера.

— Если у тебя нет подходящего, давай купим новое. Самое дорогое, всех цветов радуги.

«Этот сумасшедший опять за своё».

Разумеется, это заметила только Дейзи, ведь внешне Максим не выдал себя ни единым жестом, но внутри у неё всё закипело от злости. К слову, как он вообще догадался, что на ней лифчик меньшего размера? Она натянула его только потому, что после стирки он оставался единственным чистым.

А у него, надо признать, намётанный глаз. Груди, конечно, сразу стало дышать легче, но всё же — как он смеет распускать руки и трогать её исподнее при посторонних?! Такую наглость она спускать на тормозах точно не собиралась.

Дейзи испепелила его взглядом и, процедив слова сквозь зубы, с угрозой предупредила:

— Мне это очень сильно не понравилось. Не смей больше так делать.

— Прости. Больше не буду.

— Раз виноват, тогда… уф… отпусти меня уже.

— Погоди минутку.

И сколько бы Дейзи ни вырывалась, Максим, очевидно, влюблённый по уши, лишь преданно смотрел на неё масляными глазами, после чего снова крепко прижал к себе и нежно поцеловал в макушку.

— Я так скучал по тебе, Изи.

Они не виделись всего два дня, но Максим вёл себя так, словно только что вернулся с очередной многолетней бойни — его нежность граничила с каким-то отчаянием.

«Ему что, действительно так сильно нравится запах моей макушки?»

Типичный извращенец. Он снова шумно, до неприличия глубоко вдохнул её запах и тихонько рассмеялся, будто опьянев от этого аромата.

«О боже… умоляю, прекрати. Если у тебя опять встанет, позориться придётся мне».

Самого Максима реакции собственного тела, похоже, ни капли не смущали. Но как только Дейзи представила, как Роза — эта ядовитая дрянь — станет безбожно высмеивать и подкалывать её, раздражение вспыхнуло с новой силой.

Приняв это во внимание, Дейзи едва заметно отставила бёдра назад, уточке подобно, ровно настолько, чтобы избежать пикантного контакта с его нарастающим возбуждением. Затем она мягко упёрлась ладонями в его ключицы — аккуратно, чтобы не обидеть и не создавать неловкости.

— Кстати, а кто это с тобой…? — Дейзи поспешно перевела тему, спасаясь от двусмысленного положения.

И впрямь, Максим ведь пришёл не один, с ним кто-то был. Неохотно отстранившись, великий герцог лучезарно улыбнулся и по-хозяйски приобнял Дейзи за плечи.

— Ах, ты о ней? Я подумал, что Изи тоже не помешает своя собственная Карен. Вот и подсуетился.

Даже представляя новую помощницу, Максим говорил о ней так, словно речь шла о неодушевлённом предмете.

Карен… значит, это горничная.

Шатенка с простоватым, бесхитростным лицом оказалась на редкость высокой и крепко сбитой девицей. Честно говоря, Дейзи ещё никогда не видела, чтобы на ком-то так безобразно и мешковато сидела форма служанки. В её осанке сквозила какая-то угловатая, железобетонная стойкость — она была похожа скорее на заправского солдата, чем на горничную.

— Моя супруга интересуется тобой. Повтори то, что мы учили.

Максим тоже почему-то обращался с ней как со своим армейским подчинённым.

— Здравия желаю, Ваша Светлость! Я Мэриголд, отныне перехожу в ваше личное распоряжение в качестве ординарца великой герцогини! Обязуюсь служить верой и правдой!

Она отчеканила это приветствие с такой военной точностью, что сомнений не оставалось — перед ними стоял самый настоящий солдат. К тому же, «ординарец»? Для обычной горничной это звучало дико и неестественно.

«И где только он её откопал? Жутко интересно узнать её подноготную».

Лицо Дейзи сделалось слегка натянутым, пока она разглядывала эту исполнительную Мэриголд.

— Эм, Макс? Ординарец? Ты, должно быть, имел в виду горничную, верно?

— А, Мэриголд назвалась ординарцем? Она у нас девка стеснительная, вот и оговорилась со страху. Эй, Мэриголд, ты что, не можешь сообразить нормально?

Стоило Максиму окликнуть её, как Мэриголд по стойке смирно выпалила на автомате:

— Виновата, товарищ командир… То есть, господин хозяин! Исправлюсь!

— Упор лёжа принять. Отжаться.

По этой ледяной команде Максима Мэриголд без лишних слов рухнула на пол в позицию для отжиманий.

— Раз — соберись с мыслями. Два — держи удар. Пошла.

— Есть!

— Раз.

— Соберись с мыслями!

— Два.

— Держи удар!

— Раз.

— Соберись с мыслями!

— Два.

— Держи удар!

«Господи Иисусе. И это непотребство происходит прямо у меня на глазах? И эта особа должна быть моей горничной?!»

Лицо Дейзи мертвенно побледнело.

— Вольно.

Только после этой милости Максима Мэриголд поднялась с пола и выровняла осанку. После этого импровизированного наказания глаза Мэри зажглись ещё более яростной, прямо-таки калёной решимостью, какая бывает у бывалых рубак.

— Отныне ты не ординарец, а горничная. Уяснила?

— Так точно!

— Раз уяснила, представься заново как положено.

— Будет сделано! — чётко гаркнула Мэри. — Здравия желаю, Ваша Светлость! Я Мэриголд, старшая горничная Вальдекского особняка, прикомандирована к вам в качестве личной служанки! Готова отдать жизнь за Вашу Светлость!

Теперь её прошлое было ясно и без лишних расспросов. То, как она чеканила слова, словно на плацу перед генералом, лишний раз подтверждало: Мэри — стопроцентный вояка. Более того, она казалась живым воплощением солдафона — слепо покорная приказам и напрочь лишённая какой-либо гибкости ума.

«Святые угодники. В каком-то извращённом смысле она — идеальная женщина для Максима фон Вальдека».

Он ведь на дух не переносил, когда ему перечили или задавали лишние вопросы (исключением была разве что его благоверная Дейзи), поскольку свято верил в незыблемость субординации.

Ей и с одной Розой хлопот выше крыши. А тут ещё одна служанка, приставленная явно с какой-то подозрительной целью? Было очевидно, что это ходячее недоразумение только спутает Дейзи все карты в деле с разводом. Пожалуй, лучше всего будет сразу отказаться.

— Макс, спасибо за заботу, но у меня уже есть своя личная горничная.

Теперь пришёл черёд Дейзи разыгрывать свою карту.

— Это Роза, она присматривала за мной ещё в доме Терезо. Отец лично прислал её, переживая, что в особняке Вальдеков мне будет одиноко, — представила она девушку мужу. — Ну же, Роза, это Макс. То есть, великий герцог Вальдек. Поприветствуй его как следует.

—……

Дейзи покосилась в сторону и обнаружила, что Роза стоит с совершенно ошалелым видом, в упор разглядывая Максима.

«О боже правый. Только не говорите, что эта дура опять втюрилась. Похоже, любовь с первого взгляда. Очнись, умоляю».

Дейзи чувствительно ткнула Розу локтем в бок, и только тогда та соизволила выдать благонравное приветствие.

— Рада нашему знакомству, Ваша Светлость. Меня зовут Роза. С сегодняшнего дня мне доверено прислуживать великой герцогине.

Но даже после этого чинного поклона взгляд Максима остался пугающе равнодушным. Чтобы разрядить эту неловкую тишину, Дейзи рассудила, что лучше будет отвесить комплимент, пускай и насквозь фальшивый. Как ни крути, Роза не была красавицей, но сейчас этот обман был жизненно необходим для выживания.

— Роза — очень толковая горничная. Она знает каждую мою привычку до мелочей. И она очень добрая.

Однако от этой вынужденной лжи у Дейзи аж кожа зазудела, словно её всю разом обсыпало крапивницей. Она с силой вдавила пальцы ног в паркет, отчаянно пытаясь удержать уголки натянутой улыбки, чтобы те не задрожали.

— И что ещё… Она чертовски сообразительна, и — о! У неё невероятно шустрые и ловкие руки.

Карен ведь стояла прямо здесь, а Роза умудрилась свистнуть дорогущую шпильку и глазом не моргнуть. Ручки у неё и впрямь работали со скоростью молнии.

Роза слушала эти дифирамбы с выражением глубочайшего, спесивого удовлетворения на лице.

— Когда живёшь с ней, понимаешь, что нет такого угла в доме, куда бы ни приложилась её рука! Она так дотошно обо всем заботится, чтобы мне было уютно, даже там, где я сама не вижу. Вот прямо сейчас она навела идеальный порядок в моей шкатулке с драгоценностями. Верно ведь, Роза?

— Да, Ваша Светлость. Там был жуткий кавардак. Я сразу поняла, что обязана быть здесь и взять заботу о вас на себя.

— Вот именно. И как бы я без тебя жила?

— Я так растрогана, что вы цените мои труды. Я тоже безгранично счастлива оказаться здесь, в доме Вальдеков.

Дейзи по-хозяйски обняла Розу за плечо, разыгрывая перед мужем сцену искренней привязанности к любимой служанке. Роза в обычной ситуации содрогнулась бы от таких нежностей, но в данных обстоятельствах покорно подыграла.

Максим молча подошёл к туалетному столику и тихонько приоткрыл шкатулку Дейзи.

— Тут пусто.

—……

— И это ты называешь «навела порядок»?

«О нет. Эта дрянь так и не бросила свои старые привычки».

Похоже, одной лишь изумрудной шпилькой дело не ограничилось. Дейзи яростно стиснула зубы и со всей дури ущипнула Розу за плечо, отчего та аж подпрыгнула на месте.