Когда Гария прибыла в Эстхельм незадолго до полудня, она увидела суматоху возле гильдии авантюристов ещё до того, как успела сдать доставку.

Сахар. Несколько мешков — как раз для огромного срочного заказа в одной из городских пекарен. Тяжёлая липкая ноша перепачкала Гарии всю сумку изнутри. Теперь придётся потратить немало времени, вычищая её водой и куском мыла.

Мысль эта наводила на девушку тоску, но стоило ей увидеть Рёку, как всё тут же вылетело из головы. Та, как обычно, оказалась в центре всеобщего внимания. На этот раз её окружила толпа авантюристов на открытом дворе гильдии, где обычно тренировались и спарринговали.

Она пока не спарринговала и не держала оружия. Пока. Но Гария видела ясно, как собственный уровень: Рёка собиралась драться. В такие минуты на лице девушки появлялось... особенное выражение.

Внешне она казалась привычной Рёкой. Иными словами, всё то же бесстрастное лицо, не выдающее ровным счётом ничего, и отстранённый, замкнутый взгляд, так завороживший Гарию в день их первой встречи.

Но в такие мгновения, пусть маска и оставалась непроницаемой, Гария видела, как из-за неё проглядывает совсем другая Рёка. И глаза — да, смотреть нужно было именно туда. В глазах Рёки тлел слабый, яростный огонёк.

Отнюдь не добрый. Бесстрашный, да — дикий настолько, чтобы помчаться в Альбез и доставить целебные зелья попавшей в беду команде. Но точно такой же...

Тот же самый сорт безумия, что погнал её в Высокие перевалы. Гария размышляла об этом, и вывод, к которому она пришла, Рёке бы очень не понравился.

... Но это немного напоминало Гарии то, как смотрела на неё Персуа. Вот только если взгляд Персуа зло цеплялся за вес Гарии и за любого, кто ей не нравился или посмел задеть, то у Рёки он был обращён ко всему миру сразу. И ярче всего разгорался, когда она смотрела в зеркало. Он сквозил в её взгляде и сейчас, пока она готовилась к схватке с женщиной в серебряных доспехах. Пылающее презрение к собственной безопасности.

Это заставило Гарию замяться, но доброта пересилила любопытство. Именно она и побудила девушку осторожно протиснуться сквозь толпу авантюристов, чтобы удержать Рёку от драки с кем-то опасным.

---

Рёка растягивала ноги, наклоняясь к носкам, когда увидела, как кто-то приподнял парня в кожаном доспехе и переставил его в сторонку. Красная от смущения Гария то и дело извинялась, протискиваясь на свободное место, ближе к Рёке.

Хм. Но ведь Рёка сама предложила Гарии прийти в город, верно? Просто... странно. Казалось, будто разговор с Гарией произошёл давным-давно. А ведь она уже тогда бодрствовала — и так и не сомкнула глаз с тех пор.

Усталость. Это плохо. Для того, что предстояло, Рёке требовалось быть на пике формы.

Рёка кивнула, когда Гария с опаской подошла ближе. Она бы улыбнулась — или хотя бы подумала об улыбке, — но настроения не было. Нужно было сосредоточиться.

— Привет.

— Эм, привет, Рёка. Что происходит?

— Да так, ничего особенного. Видишь вон ту? В серебряных доспехах? Вызвала меня на бой.

Рёка кивнула через двор туда, где Ивлон разговаривала с Церией, Кальрузом и ещё несколькими членами Рогов Хаммерада. Гария бросила на неё взгляд, сглотнула и наклонилась, шепча Рёке:

— Рёка? Ты сделала что-то, что её... эм, разозлило?

Рёка оскалила зубы. Возможно, это сошло бы за улыбку.

— Не думаю. Во всяком случае, пока нет. Она предложила «дружеский» спарринг. Я согласилась. А что?

Губы Гарии шевельнулись. Городской бегун повернула голову, вглядываясь в воительницу. Голос её звучал чересчур буднично, когда она снова повернулась к Рёке:

— Да так. Ничего. Просто... это Ивлон Байрес, капитан Серебряных копий. В этих краях она знаменитость.

— Мне говорили.

— И она вызвала тебя? На бой?

— Ну, на спарринг. В драку это решила превратить я.

— Зачем?

Рёка помедлила. Она окинула взглядом Ивлон через разделявшее их пространство. Та была примерно ровесницей Рёки, может, на год-два старше — и сейчас улыбалась, отвечая встревоженной Церии. Затем повернулась, встретилась с Рёкой взглядом и вежливо кивнула.

Босоногая девушка отвела взгляд. Принялась разминать другую ногу и пробормотала Гарии:

— Я... просто хочу немного начистить ей рожу, понимаешь? Больно уж она красивая и безупречная.

Гария ждала продолжения, но Рёка лишь выпрямилась и снова принялась тянуться к носкам, дыша глубоко и размеренно.

— И всё?

— Ага.

— Рёка, это же... Я знаю Ивлон. Серебряные копья однажды помогли отогнать бандитов, которые на меня напали. И я слышала о ней. Она правда хороший человек! Добрая, помогает бедным, её команда берётся за поручения, чтобы помочь людям, даже если награда грошовая...

— Поняла я. Замечательный человек. Популярная девчонка. Любимица публики.

Выражение лица Рёки ясно говорило, что она этого мнения не разделяет. Её глаза блеснули кремнёвым холодом, метнувшись к Ивлон.

— Думаешь, она не такая?

— Может, такая. Может, нет. Просто она... напоминает мне тех, кого я терпеть не могу. Да и выглядит слишком милой для авантюристки. Не люблю добреньких. Они вечно что-то скрывают. Это всегда маска, ясно? Как у Фальса.

В этих словах было столько всего намешано, что Гария просто опешила. Она посмотрела на Ивлон, потом на Рёку.

— В этом нет никакого смысла. Фальс... да, у него есть недостатки, но он не плохой человек. В мире есть хорошие люди. Как... как Рога, например.

Она ждала, что хоть капля этого здравомыслия проймёт Рёку, но городской бегун лишь покачала головой.

— Наверное. Может быть. Жаль, правды мы так никогда и не узнаем. Ладно, я готова.

Рёка закончила растягивать подколенные сухожилия и со вздохом выпрямилась. Разговор с Гарией... отвлекал. Толкового объяснения для неё у Рёки не было — во всяком случае такого, которое можно внятно сформулировать. Просто она так чувствовала. Больше всего на свете Рёка сейчас хотела подраться с Ивлон.

Авантюристка заметила её пристальный взгляд и снова улыбнулась. Рёка помрачнела. Эта улыбка. Эта вежливая мелкая улыбочка. Она предельно ясно говорила: Ивлон прекрасно видит, что Рёка нарывается на драку, — и знает, что всё равно победит. До смерти хотелось стереть её с лица Ивлон. Рёка буркнула в сторону:

— Слишком уж привлекательная, вот и всё.

Гария покачала головой. Казалось, она боролась с собой, но в конце концов выпалила:

— Да вы обе выглядите как... как принцессы!

Рёка уставилась на бегунью. Гария смущённо смотрела в ответ.

— Правда. Вы обе выглядите... куда красивее, чем я. Или Персуа. Да вообще кто угодно. Не понимаю, почему тебе так приспичило с ней драться.

— Она тоже хочет меня проверить. Она работает на Магнолию.

— Она родственница леди Магнолии, Рёка.

— Хм-м.

— Ты хоть знаешь, что она однажды одолела пятерых мужчин разом? Причём голыми руками!

— Но в доспехах ведь, да? Так что не совсем голыми руками. Сама попробуй вырубить кого-то в латах. Держу пари, без брони те [Бандиты] вполне могли с ней сладить. А я справлюсь, даже если она её не снимет.

Гария была готова рвать на себе волосы. Она схватилась за голову и тут же пожалела об этом, когда засахаренные ладони прилипли к взмокшим волосам.

— Но их всё равно было пятеро, Рёка! Большинство авантюристов и с оружием против пятерых не выстоят!

Рёка знала, что это чистая правда. Она понимала, что это... наверное... впечатляет, но даже наедине с собой не желала придавать этому особого значения. Гария не умолкала. Рёка раздумывала, не пропустить ли её слова мимо ушей, но всё же нехотя слушала.

— Я знаю, она не станет калечить тебя... если только ты сама не попытаешься её покалечить. Но авантюристы Серебряного ранга — это не тот мужик, с которым ты сцепилась в таверне, Рёка. Если ты заставишь её драться всерьёз, она... что ты делаешь?

— Разминаюсь.

Босоногая бегунья ещё не закончила предбоевую растяжку. От ног она перешла к рукам. И если за тем, как она тянется к носкам и растягивает ноги, авантюристы наблюдали с интересом, то следующая фаза разминки оказалась... необычной.

Рёка принялась махать руками, словно веерами. Выглядело нелепо, она знала. Будто ребёнок изображает цыплёнка. Но без этой растяжки было не обойтись, если она собиралась пробивать хуки в бою. Она начала вращать руками — сперва в одну сторону, затем в другую.

Авантюристы посмеивались. Рёка не обращала внимания. Она подняла руку, перехватила локоть и плавно завела его за спину. Затем повторила то же самое со второй рукой.

Вся разминка заняла минут пять. Рёка проделала всё: от наклонов к носкам и растяжки ног до вращения бёдрами, словно крутила невидимый обруч в замедленной съёмке.

Закончив, Рёка почувствовала, что каждая мышца её тела готова к бою. А ещё у неё появились зрители. Помимо авантюристов, уже наблюдавших за ней и Ивлон, к толпе примкнула кучка предприимчивых уличных торговцев и изрядное число прохожих. Обступив ринг, они уже делали ставки, болтали, что-то жевали и посмеивались над чудачествами Рёки.

Ивлон улыбнулась, когда Рёка вышла в центр круга. Она кивнула Церии и сделала несколько шагов навстречу Рёке.

— Любопытно. Вы весьма гибки. Это должно помочь вам в бою?

— А вы перед боем не разминаетесь?

Остальные авантюристы расхохотались или заухмылялись. Ивлон покачала головой и сухо ответила:

— Не так. Вряд ли хоть кто-то из знакомых мне воинов стал бы вытворять подобное — тем более перед публикой.

— Жаль. Значит, у меня одним преимуществом больше.

Удивительно, думала Гария, глядя на Рёку, насколько эта девушка была абсолютно — да и вообще всегда, если подумать, — уверена в себе. Даже стоя перед авантюристкой в полных доспехах. По крайней мере, в бою. В разговорах с [Регистраторами] в гильдии бегунов она и то тушевалась сильнее. Но прямо сейчас... Ивлон повернулась туда, где стояли Рога Хаммерада.

— Прошу прощения. Я лишь заверяла ваших друзей, что этот дружеский поединок ничем вам не повредит. Если позволите мне минутку, я сниму броню.

С этими словами Ивлон принялась снимать латные рукавицы, но Рёка покачала головой.

— Можешь оставить доспехи. Рукавицы тоже.

Толпа переговаривалась и шутила в ожидании начала поединка, но от слов Рёки воцарилась тишина, словно кто-то применил заклинание [Тишина]. Ивлон вскинула брови, а позади неё Церия хлопнула себя ладонью по лбу.

— Я бы не хотела вас покалечить.

— Покалечат не меня.

— Рёка, не будь идиоткой!

Церия шагнула вперёд и зашипела на босоногую бегунью. Она понизила голос, чтобы слышали не все, но в наступившей тишине её слова прекрасно разобрали все вокруг.

— Ты с ума сошла? Нельзя драться с кем-то в латах! Ивлон — капитан Серебряного ранга. Даже если она будет бить вполсилы, она тебя покалечит. Это просто спарринг — никто из вас не должен пострадать.

— Правда? Ну тогда давай устроим серьёзный бой.

Церия застонала, а Кальруз одобрительно осклабился. Минотавр смотрел на Рёку с уважением — её бравада пришлась ему по душе. Чего нельзя было сказать о Церии. Она прошипела Рёке на ухо:

— К Ивлон нельзя относиться легкомысленно, Рёка. Она благородна, горда... пусть даже сейчас проявляет терпение. Перестань ей грубить.

— Поверь, я отношусь к ней серьёзно. Но мне хочется узнать, каково это — драться с кем-то в доспехах. И к тому же... ты ведь ни разу не видела меня в драке, верно?

Церия моргнула, глядя на Рёку. Она смерила её взглядом с ног до головы.

— Нет... но...

— Доверься мне.

— Если мисс Рёка Гриффин уверена в себе, я поверю ей на слово, Церия.

Ивлон улыбнулась полуэльфийке, встретив её тревожный взгляд. Между ними промелькнуло немое понимание, остроконечные уши Церии чуть поникли, и она отступила назад.

Теперь Рёка и Ивлон остались одни в центре круга. Рёка пружинила на носках, наблюдая, как авантюристка снимает поясные сумки и меч.

— Боюсь, однако, Церия права, Рёка. Мне бы очень не хотелось, чтобы вы переломали руки о мои доспехи или чтобы я рассекла вам лицо рукавицами. Уверена, я смогу дать вам достойный бой и без брони.

— Всё в порядке. Шлема на тебе всё равно нет.

Слова Рёки снова вызвали ропот в толпе, и отнюдь не доброжелательный. Со своего места Гария видела, как некоторые авантюристы — особенно женщины в латах из Серебряных копий — раздражённо или откровенно злобно хмуро смотрели на Рёку.

Но Ивлон лишь вежливо улыбнулась. Улыбкой, кстати говоря, весьма похожей на улыбку леди Магнолии. Улыбкой истинной [Леди], не выдающей ровным счётом ничего.

— Что ж, хорошо. Мне говорили, вы занимаетесь каким-то видом рукопашного боя? Вы назвали его... ММА? Признаться, сама я не обучалась ему систематически. По большей части я самоучка.

— Да. Я занимаюсь смешанными единоборствами. Муай-тай.

— И вы искусны в этом... муай-тай?

— Там, откуда я родом, — да.

— Занятно. Тогда начнём? Полагаю, из вежливости мне следует уступить вам право первого удара.

Ивлон сделала несколько шагов вперёд и вскинула руки в латных рукавицах в подобие боксёрской стойки. Гул в толпе нарастал, пока Рёка кружила вокруг воительницы, подняв кулаки.

Её стойка отличалась от той, что была бы в спарринге по муай-тай. Рёка вела себя так, будто это поединок по ММА, хотя сама она в официальных боях никогда не участвовала. Но она тренировалась в расчёте на призрачный шанс, что родители когда-нибудь позволят ей выйти в ринг.

Она опустила центр тяжести, расставила ноги шире, кулаки держала свободными, не сжимая до белизны. Перенеся больше веса на переднюю ногу, она не спускала глаз с Ивлон.

Теперь, стоя лицом к лицу с противницей, Рёка на долю секунды пожалела, что согласилась драться против брони. Выходить голыми руками против латника — полнейший идиотизм. Она это знала.

Но часть её жаждала именно этого. Ей нужен был вызов; хотелось узнать, до какого предела она способна дойти при столь неравных шансах. А больше всего ей хотелось победить даже закованную в полные латы Ивлон. Честно говоря, хотелось просто безумно.

Воительница медленно поворачивалась вслед за Рёкой, пока босоногая девушка кружила вокруг неё. Ивлон ждала первого удара, как и обещала.

Что ж, её это более чем устраивало. Рёка сделала финт руками. Руки Ивлон инстинктивно вскинулись для блока. Перенеся весь вес на переднюю ногу, Рёка крутанулась на месте и выбросила заднюю ногу вверх и назад, метя в голову Ивлон вертушкой — ударом ноги с разворота.

Нога Рёки взметнулась вверх, и Ивлон едва успела прикрыть голову руками. Несмотря на броню, от силы удара она пошатнулась.

Именно этого момента Рёка и ждала. Ещё до того, как полностью восстановить равновесие, она скользнула вбок и выбросила кулак в голову Ивлон.

Её руки двигались с невероятной скоростью. Гария даже не успела заметить, как Рёка нанесла молниеносный джеб прямо в лицо авантюристке.

Правый кулак Рёки устремился вперёд — удар должен был прийтись ровно в кончик подбородка. Но ещё до того, как он достиг цели, закованная в серебро рука метнулась вверх и перехватила кисть Рёки.

Со своего места Гария увидела, как расширились глаза босоногой бегуньи. Рёка вывернула корпус и шею, уходя от кулака Ивлон, но увернуться чисто не вышло — её держала чужая хватка. Латная рукавица задела челюсть Рёки по касательной и рассекла кожу до крови.

Толпа авантюристов взревела от восторга, когда Ивлон разжала пальцы. И весьма благоразумно — во взгляде Рёки вспыхнула чистейшая ярость. Сплюнув кровь, девушка процедила сквозь зубы отборное ругательство.

Ивлон вежливо улыбнулась Рёке, снова поднимая кулаки. Свет блеснул на полированном металле и капельках крови на её правой рукавице.

— Я понимаю вашу гордость, Рёка Гриффин, но и у нас, авантюристов, есть своё достоинство. Вы недооцениваете нас на свой страх и риск. Вы точно не хотите, чтобы я сняла броню?

Она сказала это зря. Церия что-то крикнула Рёке, но Гария видела, что творится в глазах бегуньи. Медленно выпрямившись, та стёрла остатки крови с разбитых губ.

— Теперь я буду драться всерьёз.

Ивлон едва заметно вздохнула, но тут же снова подняла глухую защиту, настороженно следя за Рёкой. Она не собиралась недооценивать соперницу, пусть и достала её первой.

Рёка на миг замерла, вперившись в Ивлон тяжёлым взглядом. Затем медленно двинулась вперёд, подняв руки к голове.

Авантюристы Эстхельма больше всего на свете ценили чужую смелость. Половина толпы подбадривала Рёку, смеясь и улюлюкая, пока та наступала на Ивлон, а вторая половина спорила, сумеет ли она вообще хоть раз попасть противнице по лицу.

Глаза Ивлон сузились, когда дистанция сократилась. Прежде чем та успела сделать выпад, воительница шагнула вперёд и нанесла молниеносный удар в голову Рёки.

Рёка не столько уклонилась, сколько припала на одну ногу и сместила голову вниз. Металлический кулак просвистел в считанных сантиметрах, вызвав дружный вздох толпы. Но ни одна из них не собиралась останавливаться.

Едва Рёка ушла от первого удара, вторая рука Ивлон взметнулась апперкотом прямо в лицо. Но Рёка снова отшагнула назад, разминувшись с кулаком буквально на волосок, и тут же хлестнула тыльной стороной кулака прямо в лицо Ивлон.

Авантюристка снова успела заблокировать удар, но бить ногой Рёка и не собиралась. Она юркнула за спину Ивлон, пока та неповоротливо разворачивалась в тяжёлых латах. Рёка зацепила её ногу сзади своей и резко выбила из-под неё опору, отправив закованную в броню воительницу кубарем на землю.

Лязг металла стал единственным звуком в повисшей тишине. Ивлон перекатом вскочила на ноги, готовая к атаке, но Рёка просто стояла в защитной стойке, выжидая.

— Что ж.

Была ли это кривая усмешка? Она на мгновение мелькнула на лице Ивлон, прежде чем воительница пошла в яростную атаку. Ивлон ринулась на Рёку, осыпая её серией стремительных ударов и заставляя ту пятиться и уклоняться.

Бой всё равно оставался неравным. Даже Гария видела, что Рёка преимущественно защищается, не в силах достать Ивлон, пока та прикрывает лицо.

Бой не был равным.

Но вокруг стояла тишина. Теперь все авантюристы следили за Рёкой как ястребы. Она отступала, выманивая Ивлон на себя, непрерывно двигалась, то и дело огрызаясь резкими выпадами в голову противницы, и тут же выскальзывала из зоны поражения.

Рёка ошиблась со временем для одного из ударов, и Ивлон накрыла её градом атак. Рёка пропустила удар в корпус и скользящий по плечу — но тут же врезала ногой Ивлон прямо в живот с такой силой, что авантюристка попятилась.

Рёка снова бросилась на Ивлон. Увернувшись от размашистого удара, она оказалась за спиной воительницы. Шагнув одной ногой за спину Ивлон и подтолкнув её локтем, она бросила женщину назад через своё колено. И вновь металлический лязг разрезал абсолютную тишину.

На этот раз Рёка не позволила Ивлон подняться. Она нависла над авантюристкой, пока та пыталась оторваться от земли. Ивлон развернулась и выбросила кулак — так быстро, что Гария едва уследила. Но Рёка этого и ждала. Отклонившись назад, она перехватила руку воительницы.

Гария увидела, как Ивлон попыталась ударить снизу вверх, мелькнуло смазанное движение — Рёка закружила вокруг неё... секунда неразберихи, и вот уже Рёка выкручивает руку Ивлон вверх, впечатав колено ей в спину.

Всё было кончено. Рёка заламывала руку так высоко, как только позволяли сочленения доспехов. Она уже собиралась перейти на удушающий захват, как вдруг увидела, что рука Ивлон упёрлась в землю...

Взрывная сила сбросила Рёку — Ивлон резко подалась всем телом назад, стряхивая соперницу. Развернувшись, она врезала ногой, и от этой мощи Рёка покатилась по земле.

Ивлон ещё пыталась размять руку, разгоняя боль, когда увидела, как Рёка единым слитным перекатом вскочила на ноги. Воительница моргнула — и впервые пропустила кулак в лицо. Удар Рёки слегка запрокинул её голову. Пока Ивлон приходила в себя, ещё два молниеносных джеба пришлись ей в щёку и челюсть.

Четвёртый удар Ивлон поймала стальной хваткой. Рёка приготовилась защищаться, но ответного удара в металлической рукавице не последовало.

Капитан Серебряных копий качала головой и что-то говорила. Сквозь гул крови в ушах Рёка сообразила, что вокруг вовсю кричит толпа. Авантюристка отпустила её руку, опустила стойку и принялась массировать ушибленные губы.

Бой был окончен.

---

— Что это вообще было?

Это был первый вопрос, который Гария смогла задать Рёке, когда выдалась минутка. Главным образом потому, что все остальные выстроились в очередь за едой в гильдейской трапезной.

Рёка пожала плечами и с кислой миной ковырнула еду. Не то чтобы она не проголодалась — аппетит был зверский, — но отвечать на расспросы ей уже осточертело.

Нехотя откусив кусок сочной колбаски, она ответила ошарашенной девушке напротив:

— Это броски. Специальные приёмы, чтобы опрокинуть соперника. Ты что, никогда не видела, как людей роняют на землю?

— Ну, видела, конечно, но...

Гария замялась, пытаясь подобрать слова.

— У тебя это вышло так легко. Ивлон была в латах, а ты просто швырнула её на землю — дважды!

— Лучше бы мне удалось удержать её внизу.

Рёка хмыкнула, с ожесточением жуя еду. По крайней мере, теперь она могла распробовать вкус. Целебное зелье полностью залечило все её травмы — как и ссадины Ивлон.

Гария недоверчиво уставилась на неё:

— Ты повалила капитана Серебряного ранга. Любой бы этим гордился!

Рёка улыбнулась:

— Ага. И мне удалось ей врезать.

— Последние два удара были лишними.

Голос Церии заставил обеих бегуний поднять головы. Полуэльфийка оперлась о длинный стол и нахмурилась, глядя на Рёку.

— Незачем было бить её столько раз. Это должен был быть лёгкий спарринг, а не попытка сломать ей челюсть.

Рёка и не думала раскаиваться.

— Упс.

Церия издала звук, похожий на помесь вздоха с шипением, и мрачно выругалась себе под нос. Церия Истокоход была так зла, что, казалось, вот-вот начнёт метать искры из глаз — пока внезапно не успокоилась.

Она выпрямилась и молча отступила. Рёка ждала продолжения, но Церия просто ушла. Бегунья выглядела почти разочарованной. Она умирала от голода — и её всё ещё слегка потряхивало от адреналина после боя.

Усевшись напротив Рёки, Гария ткнула вилкой в тарелку. До сих пор никто, кроме неё, так и не подсел к Рёке в трапезной, несмотря на множество сидевших вокруг авантюристов.

Как и следовало ожидать, Рёка выбрала дальний угол за самым удалённым от двери столом, чтобы к ней приставало как можно меньше народу. Но казалось, немало авантюристов были бы не прочь подойти и поболтать; решились лишь немногие.

Это были члены Рогов Хаммерада и капитаны Серебряного ранга, с которыми Рёка уже познакомилась. Двое из них — лучник Сервиал с длинным луком и Ивлон — сели рядом с Рёкой.

Возможно, не нарочно, но Сервиал сел прямо рядом с Рёкой, оказавшись между двумя девушками. Не то чтобы они выказывали друг другу открытую враждебность — напротив, вели себя вполне вежливо.

И если Ивлон держалась учтиво и искренне восхищалась Рёкой после схватки, то в ответах и репликах самой Рёки сквозила колкость, не оставшаяся незамеченной за столом.

Ивлон вежливо жевала варёный побег спаржи — или какого-то похожего на спаржу овоща — и говорила, обращаясь ко всему столу, но прежде всего к Рёке и Гарии:

— Понимаете, дело не в том, что нам не хватает денег или работы. Заказы есть всегда, да и вылазки в руины Альбеза чаще всего приносят приличную прибыль. Но в долгосрочной перспективе на этом далеко не уедешь.

Сервиал кивнул. Он ткнул вилкой в еду и поморщился:

— На нашем уровне ремесло авантюриста — не сахар. Мы уже достаточно сильны, чтобы нам не стоило тратить время на поручения по зачистке гоблинских племён, если только они не огромные, но нам всё ещё не хватает мощи тягаться с монстрами посильнее. Рано или поздно удача закончится, и мы получим травму, от которой уже не оправиться... или погибнем. Вот почему эти новые руины могут стать нашим шансом. Если сумеем проникнуть внутрь и раздобыть серьёзные магические артефакты или снаряжение, то легко сможем достичь Золотого ранга.

— Вопрос лишь в том, оправдает ли награда такой риск. Пока что команда Сервиала — «Безупречный полёт», — моя и команда Кальруза единственные, кто готов сунуться туда первыми.

— Пришлось постараться, но Церия убедила меня, что руины могут быть набиты древними артефактами. Судя по всему, они очень похожи на древние склепы.

Сервиал осушил кружку и вежливо кивнул остальным:

— Но мы пойдём осторожно. И я, и Ивлон полезем туда исключительно ради сокровищ.

Рёка поёрзала на месте. Она взглянула через весь зал туда, где всё ещё раздавали еду авантюристам. Возможно, дело было в его габаритах, но Кальруз застрял в самом хвосте очереди и откровенно злился из-за ожидания. Он то и дело раздражённо зыркал на забитый под завязку стол, где сидела Рёка.

— А как же Кальруз?

Ивлон вежливо усмехнулась, а Сервиал покачал головой:

— Ему просто нужен вызов. Этому тупому минотавру плевать, с какими врагами драться, лишь бы получить опыт. Он из старой породы. Смерть или слава, третьего не дано. Не то что мы.

Рёка кивнула. Ей показалось, что она всё поняла из одного лишь контекста. Если Ивлон и Сервиал были авантюристами, которые полагались на магическое снаряжение вкупе с уровнями, чтобы стать сильнее, то Кальруз принадлежал к тем, кто считал, будто новые уровни — это всё, что нужно. Она посмотрела на Сервиала:

— Какая вообще разница в уровнях между Серебряным рангом и Золотым?

— Разница? Ну... может быть всего пара уровней, смотря какое снаряжение. Не забывай, в большинстве случаев Золотой ранг дают всей группе разом. Полагаю, Серебряный ранг — это в лучшем случае чуть за двадцать, а Золотой начинается где-то с двадцать четвёртого уровня.

— Разумеется, личное мастерство тоже играет немалую роль.

Ивлон кивнула в сторону Кальруза, который нетерпеливо ждал свою порцию, явно недовольный тем, что пропускает разговор и торчит за спинами авантюристов рангом пониже.

— У Кальруза ещё нет тридцатого, но он чертовски близок. К тому же он минотавр. Он вполне мог бы пробиться в команду Золотого ранга, но захотел сам командовать.

Наконец виновнику разговора шлёпнули на тарелку двойную порцию. Минотавр тяжело протопал к столу и замер, обнаружив, что сесть негде.

Он сделал два шага к Рёке и ткнул пальцем в Гарию. Девушка вздрогнула, когда Кальруз прорычал на неё:

— Ты. Бегунья. Встала.

— О-ой. Да, конечно.

Гария уже собралась выскользнуть из-за стола, но Рёка и — к всеобщему удивлению — Сервиал ухватили её за одежду.

— Остынь, Кальруз. Нельзя вот так просто прогонять людей. Возьми стул или садись на том конце стола.

Кальруз свирепо уставился на Сервиала сверху вниз:

— Она не воин. Это место предназначено для авантюристов, а не простых бегунов.

Рёка вскинула брови. Видимо, её саму в расчёт не брали. Гария пискнула и задрожала рядом.

— Я... я могу уйти. Ничего страшного. Я не хотела мешать...

Противостояние закончилось тем, что кто-то изо всех сил отвесил Кальрузу пинка под зад. Он даже заметил замах, но полуэльфийка всё равно влепила ему удар. Кальруз резко обернулся — и она рявкнула на него:

— Ах ты упрямый идиот. Дай Гарии спокойно сидеть. Для минотавра, вечно рассуждающего о чести, ты напрочь о ней забываешь, когда дело касается не-воинов.

Рёка опустила тарелку, которую уже приготовилась запустить ему в физиономию, а Сервиал перестал подаваться назад.

— Я защищаю достоинство...

— Да заткнись ты, Кальруз. Разве благородно задирать ту, кто доставляет посылки для таких, как мы? Так поступает гордый воин Бериада Дома Миноса? Садись.

Эти слова заставили окрестных авантюристов притихнуть — особенно остальных членов Рогов Хаммерада, — но Кальруз и бровью не повёл. Он плюхнулся за стол, игнорируя Гарию, словно табуретку под ногами.

— Честь — для тех, кто её заслужил. Я не знаю характера этой бегуньи.

Рёка нахмурилась, но промолчала, пока Гария торопливо уткнулась в тарелку, боясь поднять глаза на Кальруза. Ей много чего хотелось высказать, но куда больше тянуло просто швырнуть порцию минотавра ему в морду.

Опасаясь, что минотавр сорвёт злость на Гарии, Рёка с неохотой сдержалась. Но замашки минотавра её бесили.

Впрочем, когда Рёка задумалась об этом, она вспомнила, что ни разу не слышала, чтобы Кальруз говорил о чём-то дельном с той девушкой. Он говорил своё, она — своё, когда они сидели в трактире, но друг к другу они почти никогда напрямую не обращались.

Пока Рёка буравила взглядом Кальруза и её бесстрастное лицо слегка темнело, Ивлон толкнула локтем Сервиала. Высокий лучник посмотрел на Рёку и непринуждённо заговорил:

— Твоё мастерство рукопашного боя просто невероятно. Теперь понятно, как тебе удаётся отбиваться от бандитов и гоблинов.

— М?

Рёка подняла голову, сообразила, что обращаются к ней, и пожала плечами:

— Помогает.

— А ты, случайно, никаким другим оружием, кроме кулаков, не владеешь? Луком, например?

С другого конца стола возразил Джериал:

— Погоди-ка секунду, Сервиал. Если уж вербовать Рёку, то у Рогов Хаммерада право первого предложения!

Состром и остальные авантюристы загалдели в знак согласия, а бойцы «Безупречного полёта» закричали со своего стола через весь зал. Сервиал рассмеялся, примирительно вскинул руки и снова посмотрел на Рёку:

— Оружием я не пользуюсь. И мне это неинтересно.

— Жаль. Но надеюсь, если увидишь заказ от нас, то подумаешь над ним. На самом деле, если хочешь, мы могли бы договориться направлять запросы на доставку только тебе, когда окажемся поблизости.

Вот это привлекло внимание Рёки. То, что предлагал Сервиал, было чем-то вроде персонального контракта через гильдию бегунов. В таком случае он мог бы давать ей эксклюзивные заказы.

— Зачем? Доставить целебные зелья может любой бегун.

— Но ни у кого не хватит духу сделать это, когда на наши головы обрушивает заклинания лич.

Эта реплика принадлежала Сострому и встретила горячую поддержку остальных авантюристов. Сервиал кивнул:

— Вся суть жизни авантюриста — найти надёжные связи. Вроде первоклассных бегунов, как ты. Иметь того, на кого можно опереться во время вылазок в подземелья, куда лучше, чем отправлять срочный запрос и гадать, окажется ли присланный бегун хоть на что-то годен.

Он пожал плечами:

— Мы, конечно, не планируем попадать в переделки, но если уж припрёт... На нашем уровне приходится заводить друзей и укреплять связи. Мало кто об этом задумывается, но иначе просто не выжить. Либо мы доверяем друг другу свои спины, либо поляжем все вместе.

Что-то в этих словах задело воспоминания Рёки. Она хмыкнула и вперилась взглядом в Сервиала. Слова сорвались с языка прежде, чем она успела себя остановить. Та же злость и то же презрение выплеснулись наружу:

— Когда ты так говоришь, то звучишь в точности как бегуны.

Атмосфера за столом на мгновение обледенела. Гария уставилась на Рёку округлившимися глазами и попыталась вжаться в спинку скамьи. Улыбка Сервиала дрогнула, но вернулась на место:

— Правда? Обычно это не комплимент. Гильдия бегунов и гильдия авантюристов не особо ладят. Они считают нас тупоголовыми громилами, а мы их...

— Трусами.

Кальруз хмыкнул и схарчил полколбаски одним махом.

— Я бы не сказала «трусами».

Ивлон возразила, но большинство авантюристов, похоже, были согласны с Кальрузом. Ивлон вздохнула и ободряюще улыбнулась Гарии:

— Не все из вас такие. Просто это неудачное сравнение, Рёка.

— А по-моему, очень точное.

Рёка нарочито закинула в рот последний кусочек колбаски и отпила из кружки, чувствуя на себе десяток взглядов. Сервиал всё ещё улыбался, но улыбка вышла натянутой:

— Вот как? И на кого же из бегунов мы похожи?

— На парня по имени Фальс. Он говорит то же самое, что и ты. Бегуны должны держаться вместе, чтобы выжить. Пожертвовать личным ради блага группы. «Работайте сообща или сдохнете».

Задумавшись, Сервиал подпёр щёку рукой. Он по-прежнему улыбался, но в глазах зажёгся слабый огонёк злости. Рёка узнала в нём нечто похожее на свой собственный гнев. Внутри неё всё... ощетинилось. Куда сильнее, чем обычно.

— С этим я могу согласиться. И Фальса я знаю. Он не трус, хотя и воплощает почти всё, что мне не нравится в гильдии бегунов. Но в одном он прав. Мир суров. Ты, однако, не согласна?

Рёка оставила вопрос висеть в воздухе. Она допила всё до капли, восстанавливая потерянную с потом влагу, вытерла рот и пожала плечами:

— Я не командный игрок.

Эта фраза поставила крест на разговоре. На такое и возразить-то было особо нечего. Гария нервно хлебала суп, стараясь ни с кем не встречаться взглядом. Ивлон перегнулась через стол и улыбнулась Рёке:

— Что ж, в любом случае, если ты захочешь поработать на какую-то из наших команд, мы с радостью договоримся. С твоими навыками нам не придётся волноваться, что тебя прогонят монстры. Вообще, если есть желание присоединиться к нашей экспедиции в руины возле Лискора, чтобы доставлять припасы, мы могли бы заключить сделку.

Кальруз неодобрительно мотнул головой в сторону Ивлон. Церия так и не села, но потянула Сервиала в сторонку, когда тот поднялся. Она ткнула Кальруза в затылок — тот не обратил внимания. Она кивнула Ивлон, и воительница в латах поднялась с вопросительным взглядом. Пока Рёка переговаривалась с Кальрузом, Ивлон, Сервиал и Церия отошли к стойке, чтобы переговорить без лишних ушей.

---

— Церия, о чём ты хотела поговорить?

Сервиал держался с ней вежливо. Пусть он и был капитаном другой команды, «Безупречного полёта», он знал, что она, ну... полуэльфийка.

Старше. Не то чтобы она большую часть жизни прожила среди других рас, помимо полуэльфов, но это имело вес. Полуэльфийка-[Элементалистка] виновато улыбнулась, отводя его и Ивлон чуть дальше.

— Да так, Сервиал, ничего особенного. Просто хотела извиниться за поведение Рёки. И перед тобой тоже, Ивлон.

— Она дерётся лучше, чем я думала. Да и вызов ей бросила я сама.

Голос капитана Серебряных копий звучал слишком уж вежливо и нейтрально, чтобы обмануть Церию или Сервиала. Полуэльфийка скривилась:

— Я знаю, что она производит скверное впечатление. Думаю, её просто... выбили из колеи Высокие перевалы.

— Выбили из колеи?

— Она прибежала сюда только сегодня утром, пробежав от самых окрестностей Селума досюда. Без остановки. Её едва не прикончили монстры, и я считаю... она великолепный бегун. Спасла наши жизни.

— Теперь понимаю почему, учитывая её приёмчики.

И снова тон Ивлон оставался чересчур сдержанным, но по мере того, как Церия выкладывала подробности, воительница заметно смягчалась. Полуэльфийка кивнула, не спуская с Рёки глаза:

— По-моему... лучше всего дать ей немного пространства. Этот придурок Кальруз наседает на неё. Да вы и сами знаете, что Магнолия Рейнхарт что-то с ней затевала.

Вот тут Ивлон замялась и виновато кивнула Церии:

— Моя тётушка бывает чересчур настойчива. Если взглянуть с этой стороны...

— Выходит, она не спала как минимум сутки? А потом примчалась сюда и полезла в драку с капитаном Серебряного ранга? Замашки у неё точь-в-точь как у авантюристки Золотого ранга.

— Эго тоже под стать. Но дайте ей время. Она резкая — а кто из нас паинька? К тому же две недели назад ей повозкой переломало обе ноги.

— Ей что?!

Церия с облегчением выдохнула. Она принялась пересказывать обоим капитанам эту историю, и к тому моменту, как закончила, оба смотрели на Рёку куда более дружелюбно. Ивлон протяжно вздохнула:

— Если посмотреть на это так, я бы, наверное, тоже бросалась на всех подряд. Спасибо, что рассказала, Церия. Неудивительно, что Кальруз и Джериал так высоко о тебе отзываются.

— Просто добавила немного здравого смысла.

Полуэльфийка отмахнулась. Тем временем подошёл Джериал и уважительно закивал.

— Может, дадим Рёке остыть? Джериал, ты чего здесь забыл? Я же просила тебя увести Кальруза. Если он пошутит про её грудь...

Церия нахмурилась на Джериала, но мужчина виновато развёл руками:

— Он меня отпихнул. Они с Рёкой как раз обсуждали удары руками и ногами. А он в этом толк знает.

Церия вытянула шею, заглядывая через его плечо, и вдруг встревожилась. Она от души врезала Джериалу кулаком по плечу, и тот обиженно поморщился, пока Ивлон и Сервиал оборачивались.

— Да что такое? Они просто увлеклись.

— Ах ты мешок с древесной смолой, Джериал. Я же велела тебе увести его, пока...

---

Кальруз знал о рукопашном бое куда больше, чем ожидала Рёка. Она нехотя признала, что он разбирается в борьбе, удержаниях, бросках, ударах руками и ногами. Они довольно мирно сравнивали приёмы, хотя минотавр без конца твердил, что Рёка «просто существенно мельче» женщины-минотавра.

— Я не говорю, что твоя техника хуже. Но размер имеет значение, как и Навыки. Есть ли у тебя хоть один для рукопашного боя? Так я и думал. Видишь ли, бегунья Гария, всё это похвально. Но воин есть воин, а бегун — бегун. Даже Рёке Гриффин стоило бы бежать от любых монстров, каких она встретит. Одних её кулаков не хватит, чтобы выжить в руинах Лискора.

Рёка вскинула брови, глядя на Кальруза. Она беспокойно шевельнулась на месте, пока Гария сбивчиво поддакивала внушительному, полному спеси минотавру.

— Думаешь, я не смогу постоять за себя? Ты же видел, как я дерусь.

У минотавра в зубах застрял кусочек колбасы. Он поддел его длинным ногтем.

— Я лишь констатирую истину. Твои кулаки мало что смогут сделать большинству монстров, с которыми сталкивается моя команда. И того меньше, учитывая, что ты женщина и оттого слабее.

В наступившей тишине он огляделся. Быть может, Кальруз и не заметил, как напряглась спина Церии и как полуэльфийка резко повернула голову. Но вот взгляд Рёки он проигнорировать точно не мог, и обращался он именно к ней.

— Разве это не правда? Люди от рождения слабее минотавров. Точно так же и вы, женщины, слабее мужчин.

— Вот как. Так, значит, ты считаешь?

— Кальруз. Почему бы тебе не заткнуться? Рёка, давай мы уберём этого идиота с твоих глаз. Мы тебе...

Кто это предостерегающе заговорил — Церия или Ивлон? Рёка пропустила слова мимо ушей. Она протянула руку и отодвинула тарелку Кальруза, как раз когда минотавр потянулся за колбаской. Он поднял на неё взгляд.

— Ладно. Теперь твоя очередь. Ну давай.

На мгновение минотавр опешил. Затем на его лице появилось снисходительное веселье.

— Ты. Ты, Рёка Гриффин, хочешь драться со мной?

Он рассмеялся, но Рёка даже не улыбнулась. Как и остальные авантюристы. Джериал повысил голос, шагая к ним:

— Рёка. Это плохая идея.

Она не обратила на него внимания.

— Я абсолютно серьёзно. Сразись со мной. Если только не боишься продуть?

---

— Ну ты и идиотка.

На этот раз Церия не ограничилась словами. Она от души стукнула Рёку кулаком в плечо. Это было нечестно — но ведь последние семь минут она точно так же тыкала пальцем в грудь Кальрузу, пытаясь заставить его отступить, — и теперь взялась за Рёку, раз тот отказался.

— Минотавров не вызывают на бой! Чем ты думаешь? Ты вообще думаешь?

Рёка пожала плечами, вновь разминаясь на тренировочной площадке. Нервы звенели, а в груди клокотала чёрная бездна злобы.

— Ты слышала, что он сказал про женщин.

— Слышала. И доля правды в его словах есть, пусть даже он и преподнёс её с бычьим упрямством. Но это же Кальруз. И даже если он ведёт себя как кретин, есть огромная разница между тем, чтобы осадить его, и тем, чтобы вызывать его на бой. Ты ведь понимаешь, что проиграешь?

— Не факт.

Церия ошеломлённо уставилась на Рёку, пока та делала растяжку на полу. Она беспомощно посмотрела на Ивлон:

— Помоги мне вправить ей мозги!

Ивлон кивнула. Почему-то теперь она горой встала за Рёку, что лишь доказывало, какой двуличной сукой она была. О, мисс Высокомерие теперь захотела дружить на почве женской солидарности? Рёку тошнило от такого пустого флюгерства.

— Церия права, Рёка. Одно дело бравада, и совсем другое — вот это. Драться со мной в доспехах — одно дело, но Кальруз — минотавр. В рукопашной он оторвёт мне голову, даже не напрягаясь.

— И оторвёт, если ошибётся!

— Значит, придётся уворачиваться.

Рёка проигнорировала глухой вопль ярости Церии. Она смерила взглядом Кальруза. Минотавр между тем спокойно доедал обед, держа тарелку и выжидая, пока она закончит растяжку. Его будничное равнодушие лишь раздувало пламя у неё в животе.

— К тому же я с самого начала хотела бросить ему вызов. Проверить, на что я способна.

— Как насчёт вогнать в землю, когда он тебя туда втопчет?! Рёка! Он весит как минимум на две сотни фунтов больше тебя!

— Размер — это ещё не всё.

— В драке это чертовски важно!

Церия была права, конечно. Рёка впервые взглянула на Кальруза как на потенциальную угрозу. Если смотреть на Кальруза со стороны, он был просто громадиной, порой до неудобства большим. Но как противник? Он был куда страшнее любого человека, какого Рёка когда-либо видела.

В нём было футов шесть и семь дюймов росту? Может, на пару дюймов больше, и это даже без рогов. А тело — чистые мускулы. Не такие, как у людей, а мускулы минотавра — то есть он выглядел сплошной стеной жил и сухожилий.

Бросить ему вызов было величайшей глупостью на свете. Но Рёке действительно, до безумия хотелось попробовать. Ей просто хотелось врезать минотавру — почти так же сильно, как хотелось врезать Ивлон.

Ивлон. Авантюристка задумчиво изучала Рёку. От этого Рёке снова захотелось ударить и её. Она так устала и... и была настолько взвинчена, что желание вломить хоть кому-нибудь казалось прекрасной идеей.

Например, Церии, если это заставит полуэльфийку заткнуться.

— Зелья не сращивают раздробленные кости! Ты же знаешь. А если ты разозлишь его...

— Слушай, я всё равно это сделаю. Ты дашь мне сосредоточиться или пойдёшь отсюда и заткнёшься?

Тишина. Рёка подняла глаза и увидела обиженный, полный упрёка взгляд Церии. Сердце босоногой девушки болезненно сжалось, но она заглушила и боль, и чувство вины. Нужно было сосредоточиться.

Рёка была в ярости. Она чувствовала, как злоба бурлит внутри — кипящий, клокочущий ком чистейшего бешенства. Откуда он взялся?

С Высоких перевалов — вот откуда. От того, что едва не погибла и была беспомощна, несмотря на все годы изучения боевых искусств. От Териарха с его подавляющей магией и надменностью. От гильдии бегунов и тупых людишек. От необходимости мириться с нелепой системой уровней этого мира и, не в последнюю очередь, — от этой идеальной леди-рыцаря и минотавра-женоненавистника. Всё это клокотало в Рёке, рвалось наружу, и сдержаться она не могла. Ей хотелось ударить кого-нибудь, а Кальруз был отличной крупной мишенью.

Ивлон вздохнула.

— Раз уж ты намерена идти до конца... вложи в первый удар всё, что у тебя есть.

Церия с горечью произнесла:

— Он примет каждый удар, просто чтобы показать, что может. Это у минотавров в порядке вещей — знак неуважения. И... ухаживания.

— Прекрасно.

Рёка перевела взгляд на Кальруза. Минотавр доел. Он не спеша поднялся, вышел в центр круга и скрестил руки на груди, ожидая, пока она закончит.

Наконец девушка встала. Она сгорала от жажды драки, её прямо трясло. Рёка не могла стоять смирно и пружинила на ногах от нервного возбуждения.

Церия смерила девушку взглядом, когда та проходила мимо. Рёка остановилась.

— Что?

— Ты... ты улыбаешься.

Неужели? Рёка не знала. Она знала лишь то, что готова — готова причинить кому-то боль сильнее, чем когда-либо в жизни. Её колотило от желания ударить. Она зашагала к Кальрузу, и минотавр бесстрастно взглянул на неё сверху вниз.

— То, что ты затеяла — глупость, Рёка Гриффин. Есть вещи, которые невозможно превзойти.

Он действительно, виртуозно умел наступать ей на больные мозоли. Рёка стиснула зубы и осклабилась в ответ:

— Да неужели? Посмотрим, что ты скажешь через пару минут.

— Как пожелаешь.

Кальруз небрежно поднял одну массивную ладонь и поманил Рёку пальцем. Прочие авантюристы загудели, подбадривая Рёку вломить ему изо всех сил. Вторую руку минотавр даже не потрудился поднять.

Он собирался блокировать её одной рукой? Впрочем, его шерсть и мускулатура наверняка выдержали бы любой удар, на какой она была способна. Рёка знала это. Поэтому она впечатала стопу в пол перед Кальрузом и скрутила корпус.

Одним из ключевых принципов сокрушительных атак было вращение. Рёка перенесла весь вес на переднюю ногу, крутанулась на ней и со всей набранной инерцией впечатала пятку в минотавра.

Удар с разворота пяткой назад. Рёка метила высоко. Но нога всё равно пришлась минотавру в живот, а не в грудь. Она ощутила попадание и услышала, как минотавр охнул, когда у него перехватило дыхание. В этот выпад она вложила весь вес.

Таким ударом отправляли в нокаут, и применяли его редко — слишком тяжело попасть чисто. Но Кальруз был самонадеян. Он опустил защиту, а Рёка себя не сдерживала.

Выражение лица минотавра изменилось. Он явно пытался скрыть боль, но рука рефлекторно опустилась, прикрывая живот, а сам он едва заметно присогнулся. Рёка ждать не стала. Едва стопа коснулась пола, она использовала её как опору и взметнула вторую ногу.

Разворот — и круговой удар пришёлся прямо в лицо Кальруза. Нос она ему не сломала, но разве что потому, что у минотавра не было аккуратного мясистого хрящика, как у людей.

На этот раз он взревел, но Рёка ещё не закончила. Приземлившись, она принялась осыпать минотавра градом тяжёлых ударов.

Он отмахнулся широким замахом. Рёка поднырнула под руку и дважды врезала ему в живот. Кальруз вскрикнул, когда удары пришлись точно туда, куда до этого прилетела пятка, и оттолкнул её свободной рукой.

Рёку отбросило в сторону, но она приземлилась, прыгнула и ударила минотавра ногой в грудь. Тот отшатнулся с возмущённым видом. Она принялась колотить его по груди.

Вот теперь он по-настоящему разъярился. Кальруз ударил кулаком куда быстрее, чем можно было ожидать при его габаритах, но Рёка проделала то же самое, что и с Ивлон. Голова и тело непрерывно двигались — она ныряла и уклонялась, заставляя минотавра бить мимо.

Лоу-кик. Рёка осыпала ноги Кальруза мощными ударами, внутренне морщась от отдачи. У минотавра были толстенные ноги и стопы, похожие на человеческие, и при ударах казалось, будто лупишь по бейсбольной бите.

Он чуть не достал её апперкотом. Рёка осклабилась, развернулась и снова пробила прямой удар ногой в живот. Вскинула руки, дважды ударила под дых...

И тут он ударил.

---

Рёка резко вскинулась и почувствовала, как множество рук вдавливают её в пол. Кто-то навалился сверху. Кто-то лёгкий?

Пара остроконечных ушей и ореховые волосы. Церия прикрывала Рёку собой, крича на кого-то. На кого?

Громкий рёв ярости заставил Рёку сесть. Она подняла глаза и увидела, как десяток мужчин едва удерживают Кальруза, рвущегося к ней. Глаза минотавра и впрямь покраснели от ярости, а из обеих ноздрей сочились струйки крови.

Что стряслось? Рёка попыталась пошевелиться, почувствовала острую мучительную боль в груди и поняла: она пропустила удар. Удар.

Дышать не получалось. Чёрт, она едва могла пошевелиться. Кальруз что-то орал, в ушах звенело, а Церия твердила ей лежать смирно. Но кровь Рёки всё ещё горела огнём. Ей всё ещё хотелось драться.

Она поднялась.

— Стой!

Церия толкнула Рёку в плечо, пытаясь усадить обратно, но девушка смахнула её руку. Она вскинула кулаки, но тут уже Гария, Ивлон и Церия разом вцепились в неё, оттаскивая назад.

В нескольких футах от них Джериал крыл всё матом и изо всех сил тянул на себя Кальруза, пока минотавр ревел вызов в лицо Рёке.

— Остынь, Кальруз! Стой смирно, мёртвые боги тебя дери!

Церия отчаянно увещевала Рёку, пока та рвалась к минотавру:

— Ты всё доказала, Рёка. Никто тебя не недооценивает. Давайте остановимся, пока кто-нибудь всерьёз не покалечился.

Язык не слушался головы. Рёка предприняла несколько попыток.

— Нет. Продолжим.

— Ты с ума сошла?

— Я не закончила. Отпустите Кальруза. Я с ним разберусь.

Мужчины, державшие минотавра, вытаращились на Рёку, а затем с удвоенной силой вцепились в разъярённого гиганта.

— Довольно!

Вперёд шагнул ещё один мужчина и встал между Рёкой и Кальрузом. За спиной у него висел огромный топор, а сам он был почти столь же кряжист, как минотавр, разве что ростом пониже. Он свирепо уставился на Рёку.

— Джериал, уйми своего капитана. А ты, девка, отступи!

Грегор, один из капитанов Серебряного ранга, нахмурился, глядя, как мужчинам наконец удалось оттеснить Кальруза назад. Минотавр всё ещё тяжело дышал, но глаза уже не полыхали бешеным алым цветом.

— Что за нелепое зрелище. Что вы оба устроили? В гильдии авантюристов допустимы только тренировочные спарринги, а не дурацкие кулачные бои.

Он указал пальцем на Рёку:

— Ты безмозглая бегунья, а вызов минотавру лишь доказывает твою непроходимую тупость. Как бы хорошо ты ни владела кулаками, против монстров это не поможет. Ты видела тварей на Высоких перевалах. Их шкуры не берут мечи и даже боевые секиры.

Рёка сверлила его взглядом. Его слова были чистой правдой, и оттого кололи особенно больно.

— Я выжила.

— Значит, чудо спасло. Судя по твоим замашкам, удивительно, как ты до сих пор не свернула себе шею. Ты либо самоубийца, либо дура. Даже авантюристы не выкидывают таких фокусов.

— Мне топор для работы не нужен. И твои поучения мне тоже без надобности. Отойди. Я разберусь с Кальрузом, если вы все не будете путаться под ногами.

Грегор лишь беззвучно открывал и закрывал рот от ярости.

— Ах ты слепая, высокомерная... если бы Церия не кинулась наперерез, он раздавил бы твою башку, как спелый плод. Тебе с ним не совладать. Отступи.

Рёка смерила Кальруза взглядом. Он сдерживался — из последних сил, — но она знала: отпусти его эти люди, он тут же бросится на неё. И ей хотелось сделать ровно то же самое. Кровь буквально кипела.

— Я всё ещё могу драться.

— Будь ты хоть 20-го уровня, он всё равно раздавил бы тебя, как букашку! И никакой ты не воин. Боевых Навыков у тебя нет, сколько я ни смотрел...

— Мне не нужны Навыки, чтобы драться.

— Но у тебя ведь вообще нет уровней.

Все замолкли. Побагровевший Грегор замер, уже готовый закричать, и уставился на заговорившую. Ивлон улыбнулась Рёке и вежливо кивнула.

— Я не понимаю. И, если честно, не поверила тёте, когда она рассказала мне об этом. Но ведь это правда, так? До этой минуты я не могла в такое поверить, но ведь это правда. У тебя нет ни уровней, ни вообще каких-либо классов, верно?

Рёка молча уставилась на неё. В животе взметнулась волна ярости. Да как она смеет? Откуда она знает?

— Ни единого.

Голос Сервиала раздался из-за спины Рёки. Он пристально изучал её. Когда она резко обернулась к нему, он постучал пальцем у глаза.

— [Оценка]. Навык, который порой получают [Меткие стрелки]. Я не вижу ни твоего уровня, ни твоего класса.

Даже Кальруз опешил от этого откровения. Авантюристы переглянулись, и до Рёки донёсся шёпот:

— Без уровней?

— Почему?

— Она что, какой-то получеловек... нет, монстр?

— Да кто вообще отказывается от уровней? Она дура?

— Проклятая?

Рёка стиснула зубы.

— Мне не нужны уровни, чтобы драться.

Грегор недоверчиво покачал головой:

— Ты что, совсем тупая? Как ты вообще продержишься против монстра хоть секунду без уровней?

Клокотавшая в Рёке ярость овладела её языком.

— Дело не в уровнях. Ваша дурацкая системка мне даром не нужна. Я не считаю, что кому-то нужны уровни или классы. Всё это чушь, и это делает вас трусами. Серебряный ранг? Золотой ранг? Вы просто прикрываетесь этими словами, потому что у вас кишка тонка драться.

Слова сорвались с губ Рёки прежде, чем она успела себя остановить. Она ткнула пальцем в Грегора, чьё лицо наливалось багровой краской. Но все авантюристы слушали, и Рёка уже не могла замолчать.

— Я пересекла Высокие перевалы без единого уровня. И сделала это, потому что не боялась и мне не требовалось полдюжины людей в доспехах, чтобы держать меня за ручку. А будь у вас хоть капля смелости, вы бы не сидели сиднем, ноя о том, как опасны какие-то там неисследованные руины.

— Ты и вправду считаешь, что можешь превзойти всех нас, даже не повышая уровень, да?

Ивлон пристально смотрела на Рёку, на этот раз без тени улыбки. Даже Гария взирала на Рёку так, словно видела её впервые. Церия... Церия выглядела расстроенной. Злой — но смотрела на Рёку так, будто в ней просто горько разочаровалась.

Да пошли вы к чёрту. Они её не знали. Рёку тошнило от каждого здесь и от всего происходящего. Она не стала отвечать Ивлон. Просто утёрла сочившуюся изо рта кровь. Но это само по себе было ответом.

— Какое высокомерие.

Раздалось из толпы. Рёка развернулась, и на сей раз кровь в её жилах яростно ревела. Ей уже было плевать на всё.

— Серьёзно? Высокомерие? Всё, что я вижу — это сборище трусов, которые боятся и пальцем пошевелить, пока не поднимут уровень. Людей, вынужденных сбиваться в стаи, чтобы прикрыть собственное убожество.

Среди авантюристов пронёсся ропот жгучего гнева. Рёка подняла кулаки.

— Я сражусь с вами по очереди или со всеми разом. Давайте. Ну же, нападайте.

— Хватит!

На этот раз Рёку толкнула Церия. Полуэльфийка была в ярости.

— Ты несёшь чушь. Но я не позволю тебе стоять здесь и калечить себя. Прекрати, иначе мне придётся применить магию...

Это был всего лишь слепой порыв. Но стоило ему зародиться, Рёка уже не могла остановиться. Её рука метнулась вперёд и чиркнула Церию по подбородку. Полуэльфийка моргнула, пошатнулась и осела на пол.

Рёка уставилась на полуэльфийку — ярость мигом затмило внезапное раскаяние. Она не хотела. Она просто хотела заставить мага замолчать хоть на секунду. Но как и прежде, как уже столько раз бывало, тело начало двигаться раньше, чем сообразили мозги.

Яростный рёв вырвался из груди Кальруза. Он принялся раскидывать авантюристов, отчаянно пытавшихся его удержать. Он подошёл к Рёке, и та напряглась.

Но бить не стал. Вместо этого Кальруз бережно подхватил Церию на руки. Он посмотрел на Рёку сверху вниз, буквально кипя от бешенства.

— Ты растоптала честь Церии. За это мне следовало бы вызвать тебя на дуэль настоящим оружием.

— Ну так рискни.

Внутри Рёки что-то надламывалось. Она была переполнена яростью и уже не думала о последствиях. Кальруз, казалось, мелко задрожал от её вызова, но неимоверным усилием воли отвернулся.

— Ты не стоишь потраченного на тебя времени.

Гнев Рёки вспыхнул с новой силой. Она бросила слова в спину минотавру, слыша каждый слетающий с губ звук, пока частица её существа истошно вопила замолчать.

— А я не думала, что ты трус, Кальруз.

Джериал метнулся вперёд. Не к Рёке, а вместе с остальными Рогами Хаммерада, вцепившимися в минотавра. Кальруз повернул голову, и глаза его потемнели от прилившей крови и ярости. Но он не шелохнулся, держа обмякшую Церию на руках. Голос его дрожал от бешенства:

— Я ошибся в тебе. Ты не воин. Ты просто задира, которой непременно нужно кого-нибудь поколотить.

Он зашагал прочь. Рёка крикнула ему вдогонку:

— Кальруз! Сразись со мной! А ну вернись, трус! Боишься?!

Спина минотавра напряглась, но он продолжил идти. Грегор в ярости уставился на Рёку, его рука дёрнулась к рукояти топора.

— Хватит! Я не намерен стоять тут и слушать это. Если хочешь драки, попробуй свои кулаки против моего топора, девка.

— Ну давай.

Рёка подняла руки, но вперёд шагнула Ивлон.

— Довольно. Держи себя в руках, Рёка Гриффин.

Внутри Рёки что-то рвалось. То же самое чувство, в точности то же самое. Часть её разума истошно кричала, требуя опустить кулаки, извиниться. Упасть на колени и склонить голову перед Церией и Кальрузом. Но как и прежде, как бесчисленное множество раз, когда её вышвыривали из школы, она перешагнула горизонт событий ярости.

Ей просто хотелось ударить. Врезать по чему-нибудь. И теперь, когда она извергла наружу всю скопившуюся желчь, Рёка умела лишь нападать. И она ударила.

Её кулак смазался и исчез из виду, метнувшись к лицу Ивлон. Но путь ему преградила и перечеркнула серебряная вспышка.

Рёка почувствовала, как встречный удар оторвал её от земли. Она попыталась шагнуть вперёд, но тело внезапно забыло, как держаться на ногах. Она осела на пол: руки и ноги попросту отказали.

Мир закружился, и Рёка увидела лицо Ивлон, полное сожаления и досады. Голова запрокинулась назад...

---

А когда Рёка очнулась, она была одна. Не физически одна, но всё равно в полном одиночестве.

Небо поглотили сумерки. Тренировочная площадка гильдии авантюристов опустела — остались лишь Рёка и полуэльфийка, сидевшая на полу рядом с ней.

Церия подняла взгляд, когда Рёка села. Босоногая девушка огляделась — голова кружилась, — и стоило Рёке открыть рот, как Церия коснулась волшебной палочкой её головы.

— [Тишина].

Рёка онемела. Рот девушки открывался, но наружу не вылетало ни звука. Церия посмотрела на неё и покачала головой. Она завела руку за спину, подняла рюкзак Рёки и аккуратно положила его рядом с ней. Затем Церия вздохнула и устремила взгляд в небо.

— Не знаю, каково это было — перебраться через Высокие перевалы. Ты отделалась одними царапинами, но козы-пожиратели? Гаргульи?

Губы Рёки всё ещё кривились от возмущения, ярость вновь начинала закипать — но Церия говорила размеренно, чётко, словно истинный [Маг], и, возможно, дело было в её чарах, но Рёку вдруг овеяла прохлада. Бурлящий гнев... утекал. Остывал, и вместе с этим накатила волна вины, сковывая всё внутри стужей. Полуэльфийка продолжала:

— Такое не может не подкосить. Гниль древесная, да будь у меня нога сломана, мне бы этого хватило, чтобы расклеиться на месяц. Я понимаю. Но... слепо бросаться на всех вокруг — этому нет оправдания. Знаешь Ханта, нашего соратника? Он напивается до чёртиков. Кальруз несколько раз чуть не выставил его из отряда. Не потому, что тот бездарь или дурак, а потому, что пьяным лезет в драки. И даже пьянка — не оправдание. Понимаешь меня?

Когда она вновь взглянула на Рёку, та молчала. Слушала — и Церия неторопливо продолжила:

— Ивлон Байрес — хороший авантюрист. Вечно в тени своего брата, какого-то известного [Рыцаря] из команды Золотого ранга. Я с ним не встречалась, но знаю, что она производит впечатление заносчивой особы. Что ж, имеет право. Ты имеешь право на то, чтобы это тебе не нравилось, и, пожалуй, даже на то, чтобы разок ей врезать. Но с какого момента виновата уже не она?

Она потёрла подбородок, и Рёка увидела слабый синяк, проступающий на светлой коже. Теперь пыл Рёки угас окончательно, и она уставилась себе на колени. Голос Церии звучал вежливо — колко, — и каждое слово вонзалось Рёке под рёбра, словно кинжал.

— На своём веку я повидала немало спеси. В основном от людей, но и от каждого народа, включая мой собственный. Однако человека, отвергающего законы этого мира лишь потому, что они ему не нравятся... такого я ещё не видела. Да и давненько меня не бил тот, кого я зову другом.

Она посмотрела на Рёку. Девушка не смогла встретиться с ней взглядом.

— Если ты хочешь и дальше драться с каждым, кто протягивает тебе руку помощи — что ж, я положу цветок на твою могилу. Но до тех пор приведи в порядок свою бестолковую человечью голову. Тебе повезло... очень повезло, что у Кальруза есть честь и что остальные авантюристы прислушались к Ивлон и Сервиалу, иначе тебе пришлось бы несладко.

Рёка молчала. Она смотрела в землю, заливаясь краской стыда. Память возвращалась лишь сейчас. Пелена слепой ярости... Церия заговорила резко:

— Я понимаю, Рёка. Правда понимаю. Но ты ещё более безрассудная, чем Кальруз. И да, отчасти это его вина, но выглядело всё это откровенно позорно.

Церия покачала головой, когда Рёка открыла рот, пытаясь хоть что-то сказать.

— Нет. Помолчи. Я зла на тебя, Рёка. И я ухожу, пока эта злость не утихнет. Рога Хаммерада и остальные авантюристы отправляются в руины Лискора. Все мы. По крайней мере, ты расшевелила народ — Грегор и Менес снова с нами. Но это не отменяет того, что только что произошло.

Маг-полуэльфийка поднялась и отряхнула мантию. Она взмахнула волшебной палочкой, и Рёка почувствовала, как заклинание спало.

— Пусть мы встретимся в новых лесах, Рёка Гриффин. Если захочешь поговорить... найди нас в Лискоре. Но повторишь хоть что-то из этого, и с тобой разберусь уже я, а не Кальруз или Ивлон. А я кулаками не бью.

Лишь тогда девушка поняла, что часть этого холода в воздухе была вызвана магией, а не только ледяной пустотой в животе. Полуэльфийка указала вниз, и сковавшие Рёку иней со льдом оттаяли. В руке мага возник ледяной цветок — и она позволила ему растаять. После чего развернулась и зашагала прочь.

Молча Рёка смотрела Церии вслед. Тысячи слов кружили в голове, она приоткрыла рот, чтобы окликнуть её. Сказать... прости.

Но что-то держало её за язык. Она сама прикусила язык и боролась с собой. Неугасшее желание обложить Церию бранью и дать ей пинка в спину. Но зачем — почему? Той единственной, кто проявил к ней доброту? Он был там, демон на самом дне её естества.

Двери гильдии авантюристов закрылись за Церией в полной тишине.

Девушка сидела в центре тренировочной площадки и чувствовала, как синяки и ушибы начинают пульсировать болью по всему телу. Она всё ещё была истощена, всё ещё избита. Но каким-то образом всё это служило лишь фоном для невыносимой, жуткой пустоты в сердце.

Она сделала это. Как и прежде, снова и снова. Поглядите — девчонка, уничтожающая всё, к чему прикасается. Скитающаяся из школы в школу, нигде не приживающаяся, затевающая драки с друзьями и каждым, кто перейдёт ей дорогу.

Ребёнок, которому не на ком сорваться и который решает воевать со всем миром. Босоногая бегунья, говорящая на языке кулаков. Сердце, полное чёрной ярости и ранящих слов, сеющее скверну везде, куда бы она ни пришла.

Злая девчонка. Бешеная собака. Берсерк. Одержимая самоубийственным соперничеством. Одиночка без друзей. Пропащая душа.

Рёка Гриффин.

Она и прежде теряла друзей. Наживала врагов, сжигала мосты. Куда бы она ни шла, из каждой школы, куда её переводили, она уносила лишь горькие воспоминания. Всякий раз, теряя контроль, она оставляла после себя лишь слёзы и сожаления. Ей было не привыкать стирать улыбки с чужих лиц.

Но ещё никогда не было так больно.

Рёка поднялась на ноги и почувствовала, как сгущается тишина. Тишина и пришедшее вслед за ней пустое отчаяние. Она взглянула на пол и увидела кровь благородного создания. Оглянулась и поняла: за спиной никого нет. Знакомое, мучительное зрелище.

Она едва чувствовала руки. Она была истощена, выбита из сил, раздавлена виной и зла на весь свет. Она не знала, что делать.

Ноги Рёки медленно пришли в движение. Она сделала шаг, затем ещё один. Подобрала рюкзак с пола и зашагала вперёд.

Она покинула гильдию авантюристов. Не обращала внимания на окликающие голоса, на шансы повернуть назад. Увидела нарядную розовую карету, не взглянула на [Горничных] и [Ассасинов], пытавшихся преградить ей путь. Она просто побежала дальше.

Прочь, прочь, всё дальше прочь. Пока не забрезжит рассвет и не угаснет день. Бег от страха и от друзей, стремление всегда бежать, вечно быть в полёте. И хоть сердце обливалось кровью и ныло, она снова бежала вперёд.

К Лискору и Кровавым полям за ним, без всякого плана. Навстречу смерти и неизвестности. Бег. Вечный бег без единой передышки. Оставляя кровавые следы из невыплаканных слёз и разорванных уз.

Бег.

Бегство. И всё же... среди этой скорби, на пути её саморазрушения, друзья — если они вообще у неё были — ждали её возвращения. Но другая группа, троица, последовала за Рёкой из Эстхельма, мерно двигаясь следом без капли прощения или сочувствия в сердцах.

Персуа позволила Рёке скрыться вдали, прежде чем велеть Ториске и Клодейлу следовать за ней. Её немигающий взгляд без колебаний провожал силуэт Рёки. Она смотрела так неотрывно, что не обращала внимания на Ториску, каждые несколько секунд облизывавшую губы и запинавшуюся от оправданий, и на нервное дыхание Клодейла, хотя они толком ещё и не начали бежать. В дорогу они отправились налегке — лишь несколько вещей в заплечных мешках да оружие на поясе.

Персуа следовала за Рёкой, неся в себе ту же бездну, с которой та воевала в глубинах собственной души. Только в её бездне не было места раскаянию. И крупицы этой бездны — порой — просачивались у неё из глаз.