— Пожар! Тушите пожар!

Из всех способов проснуться такой вопль снизу был всё же лучше ножа в грудь. Но «Рога Хаммерада» уже через пару секунд вскочили с постелей и неслись вниз по лестнице.

Клубы чёрного дыма валили из кухни, откуда, кашляя и задыхаясь, вывалилась Эрин. Следом за ней выскочил Торен с дымящейся, объятой пламенем сковородой в руках. Он метнулся на улицу, и «Рога Хаммерада» увидели, как скелет швырнул сковороду на землю и принялся топтать то, что в ней было.

Дым понемногу рассеивался, но всё ещё резал глаза. В воздухе тяжело висел неприятный запах горелого жира и углей.

Эрин уставилась на авантюристов, глядевших на неё с лестницы. Она слабо улыбнулась и помахала рукой.

— Ой. Привет. Эм... Блинчиков никто не хочет?

---

К немалому удивлению Эрин, «Рога Хаммерада» прекрасно знали, что такое блины. Похоже, те не были изобретением современной эпохи, и она напекла гостям несколько тарелок с горкой, пока все не наелись до отвала.

Блины — это здорово. Блины легко готовить. Эрин поручала Торену мешать тесто, пока сама пекла их на сковороде над огнём. Она орудовала лопаткой и щедро смазывала сковороду маслом, чтобы они не прилипали. Сначала она попыталась переворачивать их в воздухе, как повара по телевизору, но быстро бросила эту затею: блины раз за разом приземлялись то на Торена, то прямо в огонь.

Она присоединилась к ним под конец трапезы, когда уже нажарила критическую массу блинов. Эрин жевала свою порцию, пока авантюристы проедали себе дорогу обратно в мир бодрствования.

— И что всё это значило?

Эрин посмотрела на лысого мага, пытаясь вспомнить его имя. Соулсторм? Как-то так.

— А, ну... я пыталась научить его готовить.

Эрин указала на Торена, когда скелет вошёл в комнату с кувшином молока. Она подставила стакан, чтобы он налил ещё, пока остальные авантюристы ошарашенно таращились на неё.

— Что? Я думала, это просто. Занимательный факт: ни капельки не просто.

— Скелет... готовит?

— Ну, он и так делает всю остальную работу по дому. Если бы он мог пожарить яичницу, помешать суп или перевернуть блины, моя жизнь стала бы ещё проще. Но, э-э, скелеты не особо понимают разницу между «поджарилось» и «сгорело дотла».

Джериал переглянулся с полуэльфийкой и покачал головой. А вот Церия выглядела заинтригованной.

— А идея неплохая. Я до сих пор не понимаю, о чём думал Пайсис, оставив тебе всего одного скелета в качестве стража, но, полагаю, на большее твоего запаса маны просто не хватило бы.

Эрин замерла с вилкой, застрявшей в блине.

— Моего чего? У меня нет никакой магии. В смысле, я не умею колдовать.

Церия нахмурилась.

— Правда? И кто тебе это сказал?

— Пайсис.

— А-а. Но я говорила не о сотворении заклинаний. Я имела в виду твой внутренний запас маны.

Церия огляделась и наткнулась на непонимающие взгляды — за исключением второго мага.

— Да ладно вам. Вы же все знаете, что внутри вас есть магия, верно?

Джериал в замешательстве посмотрел на свой живот.

— Есть?

— Разумеется. Магия — часть нас. Она в воздухе, которым мы дышим, в еде, которую мы едим... У всех нас есть собственный запас маны, пусть даже крошечный. Мой народ генерирует уйму внутренней магии просто фактом своего существования, поэтому из нас выходят отличные маги. А вот люди...

Она пожала плечами и откусила кусок блина. Прожевала и продолжила с набитым ртом:

— Не особо. Но бывают исключения, и из них получаются хорошие маги. Однако даже если вы не творите заклинаний, внутри вас всё равно есть толика маны. Достаточная, чтобы поддерживать простейшие чары или снабжать призванное существо магией, необходимой для выживания, если оно не способно существовать само по себе.

— То есть во мне есть магия? Внутри меня? Значит ли это, что если бы не Торен, я бы... смогла творить заклинания?

Церия помолчала и сочувственно покачала головой.

— Прости. Но если Пайсис тебя проверял, это вряд ли. Может, шанс и есть, но...

— Оу.

Эрин сказала это тихо. Она молча продолжила есть, пока остальные авантюристы разговаривали.

— Я бы хотел наведаться в город и забрать нашу долю припасов. Нам также нужно заглянуть в гильдию авантюристов и убедиться, что нам всё ещё разрешён вход в руины. Но, э-э, мы не можем пойти, если та авантюристка всё ещё поблизости.

Кальруз нахмурился, проглотив два блина за один укус.

— Гази Всеведущая. Будет крайне неудобно, если она решит побеспокоить нас сейчас. Я пойду с вами.

Эрин моргнула и подняла взгляд от тарелки.

— Гази? А, она ушла.

Остальные «Рога Хаммерада» уставились на неё.

— Ты уверена?

— Ага. Она сказала, что уходит искать какую-то вещь. Где-то в другом месте.

Эрин заметила, какими взглядами обменялись авантюристы за столом, но не поняла, что это значило. Такой взгляд явно говорил о чём-то важном, не раскрывая подробностей. Он мог означать, что мир меняется и собравшиеся стоят на пороге новой эпохи. А мог намекать, что какой-то бедолага наступил в собачье дерьмо и не заметил. Поди разбери.

— Ну что ж, это всё упрощает. По крайней мере, на данный момент.

Джериал покачал головой и поднялся из-за стола.

— Посмотрим, нужно ли сделать что-то ещё в городе. Кальруз, ты всё ещё хочешь пойти с нами?

Минотавр фыркнул.

— Незачем больше тратить время на пустую болтовню и полировку оружия. Завтра мы сражаемся. Передай остальным: когда придёт время, я буду готов.

Авантюристы кивнули и гурьбой потянулись к выходу. Эрин посмотрела на их грязные тарелки, молча указала на Торена, а затем на стол. Скелет послушно подошёл и принялся собирать посуду.

Кальруз всё ещё ел, но Эрин слышала, как остальные авантюристы спорили, как провести последний день. Одни хотели накупить безделушек и отослать родным, другие — разузнать, какие в городе есть развлечения. Прикрывая за собой дверь, Джериал буднично что-то сказал остальным, и Эрин отчётливо услышала:

— Странно. А этот большой камень вчера тут был?

Эрин подскочила на месте.

— Стойте!

Распахнув дверь, она нагнала авантюристов на спуске с холма. Эрин отчаянно замахала руками и что-то бессвязно закричала:

— Стойте! Ни с места! Дальше не ходите!

Они обернулись и уставились на неё. Эрин дрожащим пальцем указала на огромный, до подозрительности неприметный валун, который совершенно невозмутимо перегородил им дорогу в город.

— Стойте прямо там! Если камень шевельнётся, ударьте его или шарахните заклинанием, или ещё чем-нибудь!

— Ударить камень?

Озадаченный Джериал и остальные авантюристы уставились на затаившегося каменного краба. Церия же, напротив, прищурилась и отступила на пару шагов.

Эрин метнулась в трактир и через пару секунд выбежала обратно с корзиной, полной сердцевин семян. Кальруз вышел следом и уставился на гигантский валун.

— О чём ты беспокоишься?

Эрин осторожно взяла одну из сердцевин. Она сердито зыркнула на Кальруза и указала на валун:

— Там монстр.

Он прищурился.

— Я его не вижу. Он прячется в земле?

— Нет!

Эрин снова ткнула пальцем.

— Видишь? Вот эту штуку?

Кальруз посмотрел. Нахмурился.

— Это валун. И что с того?

Церия кашлянула.

— Вообще-то нет, Кальруз. Это монстр, прячущийся под камнем. То, на что ты смотришь, на самом деле панцирь.

Авантюристы мгновенно отреагировали на новость. Несколько человек выругались, а державшие оружие отступили, крепче перехватив рукояти.

— Ты уверена?

Полуэльфийка кивнула. Её мудрые полуэльфийские очи... выразительно скользнули по краю камня, где не было ни мха, ни других признаков того, что тот давно врос в землю, а затем переместились на лицо Эрин.

— Я сперва не заметила, но с этим валуном определённо что-то не так. Он выглядит слишком... не к месту. Видите, как вокруг примята трава? И он совсем не осел в землю, как должен был бы со временем.

Джериал нахмурился, наполовину обнажив меч.

— Я тебе верю, но моё [Чувство опасности] молчит.

— Не на всё срабатывает [Чувство опасности]. А если это атака из засады, тебе пришлось бы оказаться вплотную к твари, и к тому моменту ты был бы уже мёртв.

Он дунул в усы.

— Справедливо. Ну и как будем разбираться? Замораживающие заклинания, а потом бросаемся в атаку?

Кальруз кивнул. Он потянулся к секире.

— Я расколю его панцирь.

— Не нужно.

К удивлению авантюристов, Эрин вышла вперёд.

— Я вполне могу его прогнать.

На лице Кальруза застыло крайнее недоверие.

— Невозможно.

— Смотри и учись.

Эрин прицелилась и бросила. Первая сердцевина безвредно шмякнулась о панцирь каменного краба. Вторая и третья угодили туда же, и по боку валуна потекли синевато-серые семена вместе с жидкостью.

Авантюристы только начали переминаться с ноги на ногу, как вдруг каменный краб резко поднялся на лапы. Они тут же вскинули оружие, но гигантский краб припустил наутёк, пока Эрин швыряла ему вслед новые сердцевины. Благодаря её Навыку каждая из них точно попадала в панцирь, пока беглец не перевалил через холм и не скрылся из виду.

Эрин с улыбкой обернулась и увидела, что «Рога Хаммерада» пялятся на неё с разинутыми ртами.

— Как ты это сделала?

Она показала им сердцевины и рассказала о странных деревьях во фруктовом саду, который нашла. Церия нахмурилась, глядя на маленькие косточки.

— Кажется, я понимаю, о чём ты. Можно взглянуть на одну из этих... э-э, сердцевин?

— Держи.

Эрин небрежно бросила сердцевину Церии. Полуэльфийка взвизгнула, в панике поймала плод и замерла, бережно сжимая его обеими руками, словно взведённую гранату.

— Древоложеская гниль! Не смей так делать!

— Почему?

Рука Церии дрожала; она с величайшей осторожностью держала сердцевину на ладони. Глаза её полезли на лоб:

— Мы это пили? Ты в своём уме?

— Только внешнюю часть! Я умею выбирать такие, где сердцевина целая! Честное слово! Вы же не умерли, значит, я права.

Эрин поспешила успокоить Церию. Полуэльфийка была бледна как полотно, но мало-помалу смирилась с мыслью, что Эрин, скорее всего, их не отравила.

Джериал в замешательстве нахмурился, глядя на сердцевины в корзине Эрин.

— Это объясняет, почему краб сбежал. Но почему он боится капли яда? Он же во много раз больше нас.

— Должно быть, у него слабая сопротивляемость яду. Или же его организм не умеет выводить накапливающиеся токсины так, как наш. Эти крабоподобные твари могут остаться больными на всю жизнь, если не проявят осторожность.

Джериал и остальные авантюристы тихо переговаривались, пока Эрин отдавала сердцевины Торену, чтобы тот унёс их обратно в трактир. На этот раз — подальше от кухни.

— Ну что ж, ты спасла наши шкуры от неприятной стычки. Тварь была здоровенная, а мне совсем не улыбается тратить ещё и целебные зелья перед походом в руины.

— Хм.

Кальруз скрестил руки на груди и уставился на то место, где сидел каменный краб. Особого впечатления на него это, похоже, не произвело.

— Ступайте. Я останусь здесь.

Церия и остальные с любопытством посмотрели на него.

— И что будешь делать? Спать?

— Нет. Учить.

---

— Только Кальрузу могло прийти в голову учить [Трактирщицу] драться.

Джериал покачал головой. Они с Церией протиснулись в местную гильдию авантюристов Лискора. Здание оказалось куда меньше тех, к которым они привыкли, и жизнь внутри кипела вовсю. Бесчисленные авантюристы Бронзового ранга пытались сдать трофеи за награду или урвать те немногие поручения, что ещё висели на доске заказов.

— Сюда.

Церия указала направление, и они встали в самую короткую очередь. Разговор продолжался, пока замученная регистраторша-дрейк разбиралась с авантюристами перед ними.

— В смысле, зачем ей вообще тренировки? Ты же видел, как лихо она разделалась с той крабовой тушей.

— Это совсем не то же самое, что уметь драться. К тому же эти сердцевины мало чем помогут против шайки разбойников или даже нескольких гоблинов.

Церии пришлось повысить голос, чтобы перекричать стоявший в зале гомон. У регистраторши была лужёная глотка, и та вовсю пользовалась ею, распекая стоявшую перед ней очередь:

— Слушайте, мне плевать, как там заведено в человеческих городах. Мы не выплачиваем награды за избиение [Громил]. Да и откуда вы вообще знаете, что они были виновны? Вы что, просто отколотили каких-то пацанов? Впредь пусть этим занимается Стража. Следующий!

— И всё же. Думаешь, он собирается учить её владеть оружием? За день?

— Это же Кальруз. Он наверняка ожидает, что Эрин окажется точь-в-точь как дети минотавров. Они с пелёнок растут, зная, как обращаться с клинком.

— Злобные гоблины? Ограбили вас? И что мы, по-вашему, должны делать? Идите и объявите награду, раз вас это так задело. Но это же гоблины. Возьмите меч и разберитесь сами!

— Надеюсь, он не будет слишком строг с ней. Не хотелось бы, чтобы он случайно её покалечил.

— Вы, люди, вечно за всё переживаете. Она ведь как-то дожила до сегодняшнего дня. Кальруз её не убьёт к нашему возвращению. Наверное.

— Нет, больше поручений нет. Извините. Следующий! Вы двое — человек и, э-э, остроухий человек! Полагаю, вы полуэльфийка, но поправьте, если ошибаюсь.

Джериал и Церия подняли взгляд. Селис махнула им рукой, и они подошли ближе.

— Чем могу помочь? И если вы насчёт ночлега или припасов, даже не утруждайтесь. В гильдии всё подчистую закончилось.

— Нет, эм, дело не в этом, мисс.

Джериал прочистил горло и улыбнулся Селис. Дрейк на улыбку не ответила.

— Мы из «Рогов Хаммерада». Мы и ещё четыре группы несколько дней назад подавали запрос на вход в руины в составе экспедиции. Мы хотели узнать, получили ли разрешение...

— А-а, так вы из этих.

Глаза Селис округлились, и она уставилась на Джериала с Церией.

— Вы одна из первых за долгое время команд Серебряного ранга не из дрейков в нашем городе. Я думала, вы будете покрупнее. И разве в вашей группе нет минотавра? Пожалуйста, сделайте так, чтобы он ничего не разнёс.

Она затараторила дальше, не дав авантюристам вставить ни слова:

— В любом случае гильдия уже одобрила вашу заявку, так что беспокоиться не о чем. Можете смело идти.

Церия и Джериал озадаченно переглянулись. Джериал снова кашлянул в кулак.

— Эм. А нам разве не нужны никакие печати? Грамоты или подтверждение того, что нам разрешён вход?

На этот раз растерялась уже Селис.

— А зачем вам всё это? Вы же авантюристы, так? Просто идите, убивайте монстров и постарайтесь не сдохнуть.

— О, просто...

— Просто в человеческих городах деятельность авантюристов куда сильнее зарегулирована.

Церия наклонилась над стойкой и улыбнулась Селис:

— Мы не хотим создавать проблем, всё-таки мы здесь чужаки.

Селис улыбнулась Церии, скользнув взглядом по её заострённым ушам.

— Что ж, ценю такой подход. Большинство из вас, людей... э-э, тех людей, что сюда приходят, плевать хотели на наши законы. Если бы вы смогли зачистить эти руины, чтобы они все убрались отсюда, думаю, город закатил бы в вашу честь грандиозный праздник.

— Есть к чему стремиться. Мы выдвигаемся завтра. Так, чисто для ясности: нам точно ничего больше делать не нужно?

Селис отмахнулась:

— Всё в порядке. Идите когда хотите — только не притащите неприятности наружу. У Стражи и без того дел невпроворот.

Она уже повернулась, чтобы позвать следующего авантюриста, когда подошла другая дрейк и тронула её за плечо. Та что-то шепнула Селис на ухо, и регистраторша окликнула Джериала и Церию, которые как раз собрались уходить:

— Стойте! Вы двое!

Они обернулись. Селис снова улыбнулась им:

— Прошу прощения, но вы же с севера, верно? Тут по городу шатается один назойливый человек-[Гонец] и донимает всех подряд.

— Вот как?

Заинтригованные Джериал и Церия вернулись к стойке. Сплетни и слухи были хлебом насущным любого авантюриста, а политика живо интересовала их даже в таких городах, как Лискор.

— Судя по всему, он явился от имени какого-то цветка. Нет... а! Поняла. Дом Рейнхарт. Так куда понятнее.

Селис закатила глаза. Казалось, это имя звучало для неё смутно знакомо, но не более того. Зато для людей севера...

— Дом Рейнхарт? Какая именно леди?

Усталое пожатие плеч [Регистраторши] говорило само за себя. Это даже не входило в её обязанности — но поскольку её бабушка была [Мастерицей гильдии] авантюристов, люди иногда обращались за помощью именно к ней.

— Я не спрашивала. Он так сам говорит. Хочет поговорить с кем-то важным. Ну, у нас есть Совет, но они не собираются выслушивать каждого заезжего человеческого дворянчика. А этот упорный и не желает уходить. Это что, важно?

— Это же одна из Пяти Семей!

— Эти... а, да. Я знаю. Но это ваши северные Пять Семей. Здесь у них нет никакой власти. Вам вообще повезло, что я это название вспомнила — я вряд ли даже смогу назвать все пять.

Если уж на то пошло, осознание того, что весть исходила от северных владык, лишь убавило у дрейков желание выслушивать [Гонца]. Но у Церии возникло предчувствие, что она точно знает, кто именно прислал его...

— Ты не знаешь Пять Семей наизусть?

Селис закатила глаза и раздражённо дёрнула хвостом. Она свирепо уставилась на Сострома. Сострома, который ничего не знал о Гази из Рейма, но зато прекрасно знал об этом.

— Послушай. Это ваши Пять Семей. Не мои. Хочешь, назову все шесть Городов-Стен? Легко. Любой ребёнок назовёт. Впрочем, кажется, я вспомнила. Это Рейнхарт, Вельтрас, Эль... нет, погоди...

Джериал с улыбкой пришёл ей на выручку, пока она хмурила брови:

— Семьи Рейнхарт, Вельтрас, Терланд, Веллфар и Эль были первыми людьми, когда-либо поселившимися на этом континенте. Они принадлежали к аристократии — были роднёй королей с континента Терандрия. Они и по сей день баснословно богаты и влиятельны.

Селис кивнула, не без благодарности.

— Вот видишь? Я так и знала. Просто имена забыла. Вот, к примеру, Эль? Что это вообще за имя такое? Вечно у вас, людей, какие-то странные имена.

Она покачала головой и продолжила:

— Я знаю, что они влиятельные, но Лискором не правит человеческая знать. У них здесь буквально нет никакой власти, так что если какая-то там «Рейнхарт» желает поговорить с Советом...

Её взгляд красноречиво говорил, что всё это сплошная морока, и неудивительно, что Совет не желает с этим связываться. Не то чтобы Совет Лискора вообще много чем занимался. Но тут вмешалась Церия и перегнулась через стойку. Занятые [Регистраторы] и та дрейк, что пришла к Селис за советом, не проявляли особого интереса. Ровно до тех пор, пока Церия не назвала другое имя — имя, с которого [Гонцу] следовало начать с самого порога:

— А как насчёт Магнолии Рейнхарт?

Люди с севера Изрила заблуждались, полагая, будто имена Пяти Семей здесь будут иметь такой же безоговорочный вес, как и на севере. Но это второе имя?..

Джериал увидел, как Селис мгновенно вскинула голову. Перо замерло над гроссбухом, глаза округлились.

— Магнолия Рейнхарт? Погодите, вы думаете, это от неё?

— Да какая разница? Она из дома Рейнхарт, так что это наверняка она.

Состром всё ещё был уязвлён, но Селис посмотрела на него так, словно перед ней стоял круглый дурак.

— К чёрту Рейнхартов! Леди Магнолия сражалась в Антиниумских войнах! Она сняла осаду с Лискора! Наане — бегом в Совет! Передай им, что это от неё, а не от какой-то там случайной [Леди]! Какая же глупость... Да она едва ли не единственный человек, которого мы вообще стали бы слушать!

На землях дрейков она была одной из считаных людей, чьё имя знали все. Разве что ещё Тирион Вельтрас, полководец, сама Магнолия Рейнхарт, да, может, ещё какая-нибудь матриарх вроде Мавиолы Эль... но Магнолия была единственной, кого здесь хотя бы отчасти могли уважать.

Вторая регистраторша буквально бегом бросилась из здания. Селис посмотрела ей вслед и покачала головой. Она взглянула на «Рогов», а те воззрились на неё с лёгким торжеством. Хотя сами они, по иронии судьбы, даже не представляли истинного веса имени Магнолии в Лискоре. Селис обвела взглядом бурлящий зал, набитый преимущественно людьми, и вздохнула. Затем улыбнулась Джериалу и повысила голос:

— Следующий!

---

Эрин сжала пальцы в кулак. Она подняла руку, готовясь нанести удар. Затем заколебалась:

— А ты блокировать не будешь?

Кальруз покачал головой:

— Бей со всей силы. Я хочу почувствовать твой удар.

Эрин кивнула. Снова занесла кулак и снова заколебалась:

— Ты точно уверен, что я могу тебя ударить?

Кальруз нетерпеливо фыркнул:

— Если сумеешь меня ранить, я сию же секунду повешу секиру на стену и перестану быть воином.

— Ну ладно. Сам напросился!

Эрин крепко сжала кулак. Быстро вдохнула и выдохнула несколько раз, пытаясь собраться с духом. Почему-то, хотя Кальруз просто стоял в траве перед её трактиром, он внезапно показался ей огромным — ещё выше и мощнее, чем был на самом деле.

Полтора центнера чистого веса и добрых два с лишним метра сплошных мускулов нависли над Эрин. Она сделала глубокий вдох и атаковала:

— Кия-а!

Эрин постаралась ударить сильно и быстро. Её кулак врезался Кальрузу в живот, и она взвизгнула:

— Ай!

Его пресс был словно из камня.

— Попробуй ещё раз.

Эрин попробовала. Её кулак отскочил от его живота.

— Ай! Почему у меня такое чувство, будто я себе делаю больнее, чем тебе?

— Твоя стойка ужасна.

— Спасибо.

— Это не комплимент.

Кальруз вздохнул:

— Ты даже не умеешь правильно бить кулаком?

Эрин уставилась на него:

— А что, можно бить как-то правильно? Разве не надо просто сжать кулак и...

Она рассекла воздух кулаком и осеклась, увидев выражение лица Кальруза.

— Ну я же не знаю! Я ни разу в жизни не дралась до того, как попала сюда!

Теперь настала очередь Кальруза с недоумением разглядывать Эрин:

— Ни разу?

— Ни разу.

— А твоё создание? Уж оно-то наверняка умеет сражаться.

Кальруз указал на Торена, который молча наблюдал за тем, как минотавр учит Эрин. Скелет сжал кулак. На взгляд Эрин, выглядело вполне сносно, но Кальруз лишь бросил мимолётный взгляд и покачал головой:

— Стыд и позор, что ни ты, ни твой... питомец не умеете защищаться. Вас что, никогда не учили драться?

Минотавр выглядел одновременно удивлённым и раздосадованным. Он хмуро мотнул головой:

— Вижу, мне предстоит многому тебя научить. Начнём с того, как наносить удар.

— А как насчёт твоего Навыка? Эта атака, [Удар молота], была потрясающей! Может, научишь меня этому?

— Тот, кто не умеет даже правильно ударить кулаком, никогда не освоит Навык.

Звучало разумно, но у Эрин накопилось ещё полно вопросов. Вчера ей толком не удалось расспросить Кальруза — надо было готовить ужин.

— Ладно, твой Навык супер-сложный. Но как ты это делаешь? В смысле, это магия?

Кальруз фыркнул:

— Я не маг. Это был Навык. Он позволяет мне превзойти мой сильнейший удар и превратить его в нечто ещё более сокрушительное.

— Ага... Всё равно не понимаю.

Эрин указала на секиру Кальруза:

— Если ты замахиваешься этой штуковиной со всей силы, как ты можешь ударить сильнее, чем твой самый сильный удар? Эм. В смысле, я хотела сказать...

— Это преодоление собственных пределов.

Кальруз похлопал по рукояти секиры за спиной. Торен едва сумел выдернуть её из земли, но минотавр крутил ею с поразительной лёгкостью.

— В этом есть искусство. Мой народ редко прибегает к магии. У нас есть боевые маги, и мы учимся в таких местах, как Вистрам, но куда чаще мы чтим воинское мастерство.

Он пренебрежительно хмыкнул:

— Тем не менее мы уважаем искусство войны в магии, инженерии и в любых других проявлениях. Мы понимаем, что значит оттачивать технику и учиться методично. И главное — мы чувствуем ход битвы. Чтобы постичь и использовать подобные Навыки, ты должна забыть о своих слабостях и бить всем сердцем.

— Звучит глубокомысленно. Прямо как боевое искусство.

Эрин ожидала, что он одарит её непонимающим взглядом, но минотавр лишь улыбнулся, и в его синих глазах блеснул огонёк:

— Дом Миноса учился у [Мастеров боевых искусств], заложив эти знания в основу наших тренировок по рукопашному бою. Я удивлён, что тебе это знакомо. Большинство изрильцев — неотёсанные [Дебоширы]. Что тебе известно о подобных вещах?

Тут уж Эрин сама растерялась; она принялась что-то показывать руками, выделывая каратистские взмахи ладонями:

— Я знаю, что это круто! Это вроде как... эм... способ драться руками и ногами? Наносишь удары по-особенному. И там ещё работа ног и всякое такое.

Кальруз аж поморщился, глядя на неё, но всё же медленно кивнул:

— Это... доказывает, что само понятие тебе знакомо, пусть ты и не смыслишь в этом ровным счётом ничего.

— Эй! Справедливо.

Он продолжил:

— Я знаю одну женщину из людей, которая дерётся кулаками. Она... умелая. Но дикая. И она не понимает. Она бьётся с хитростью и грацией, но лишь на пределе своих возможностей. Она не верит, что может пойти дальше. А значит — никогда и не сможет.

Он уставился вдаль:

— Ей не хватает широты взгляда. Я заставлю её это понять.

Эрин ничего не поняла, но было приятно видеть, что Кальруз в кого-то втрескался. Оставалось только надеяться, что та особа питает слабость к огромным... парням-быкам. Правда, насчёт его любовных перспектив у неё были смутные сомнения, но она продолжила расспросы:

— Так в чём же секрет Навыка в отличие от просто хорошей драки? В желании?

Кальруз вернулся к их беседе, которая, как поняла Эрин, сильно отличалась от того, что мог бы рассказать какой-нибудь земной боец. Было просто умение драться — и были Навыки. И именно о Навыках пытался втолковать ей Кальруз.

— Не только в желании. Это доведение одного-единственного удара до мига совершенства. Но сейчас это для тебя недостижимо. Пока что ты должна научиться просто наносить удар.

Он выставил перед собой здоровенную ладонь — вдвое больше её собственной:

— Бей в мою ладонь. Я покажу, как нужно атаковать.

Эрин сжала кулак. Кальруз тут же покачал головой:

— Не так. Ты сломаешь пальцы, если ударишь криво.

Он поднял вторую руку и сжал кулак. Тот походил на мохнатый кирпич, и Эрин невольно подумала, что от неё останется, если он врежет ей такой махиной.

— Вот так. Бей костяшками вот здесь и здесь. И держи большой палец снаружи кулака.

Кальруз указал на указательный и безымянный пальцы Эрин, демонстрируя на собственном кулаке. Она повторила за ним, неловко переставив пальцы в нужное положение.

— А затем при ударе шагай вперёд и доворачивай корпус вот так.

Он подал бёдра вперёд, выбросив молниеносный джеб. Эрин заморгала. Она ощутила порыв ветра от движения его руки.

— Ладно, дай я попробую. Вот... так?

Она ударила его в ладонь. Вышло заметно лучше — получилось вложить вес. Кальруз хмыкнул и кивнул:

— Ещё.

Эрин била снова и снова, меняя руки по его команде. После ещё нескольких попыток он кивнул:

— Хорошо. Это правильная техника. Теперь — бей ногой!

Он показал Эрин, как пробивать ногой в корпус, и велел попробовать. Дважды она шлёпнулась на землю, но минут через десять уже лупила с такой силой, что ему приходилось блокировать удар двумя руками вместо одной.

— Теперь — скелет. Бей его.

Эрин покосилась на Торена. Тот сразу вскинул руки, подражая Кальрузу, но минотавр указал на него пальцем:

— Ты. Штуковина. Уворачивайся от неё.

Скелет молча повернул череп к Кальрузу, словно раздумывая, стоит ли слушаться. Но всё же принялся уклоняться влево и вправо.

— Попробуй попасть по нему.

Эрин попыталась. Торен увернулся. Он оказался весьма шустрым. Она сыпала ударами рук и ног, но он ловко уходил от каждого выпада.

— Ты мучительно медлительна. Двигайся быстрее! Бей не туда, где он стоит, а туда, где он будет!

Кальруз то давал советы, то сыпал насмешками, пока вспотевшая Эрин пыталась попасть. Она выбросила кулак в сторону Торена, но тот с лёгкостью отклонился назад.

— Быстро. Быстрее. Руку одёргивай резче.

Эрин безрезультатно гонялась за Тореном несколько минут, а затем остановилась и сердито уставилась на Кальруза:

— Почему я учусь драться на кулаках? Разве мне не следует учиться владеть мечом?

Он покачал головой:

— Я учу тебя прописной истине. Ты должна уметь драться без оружия, иначе это станет слабостью, которой воспользуются другие. К тому же ты совсем не чувствуешь хода боя. Ты должна научиться бить противника, прежде чем будешь достойна взять клинок.

Он посмотрел на Торена. Скелет ничуть не запыхался, уворачиваясь от Эрин — за неимением лёгких, — а вот сама Эрин взмокла от пота и жадно хватала ртом воздух.

— Что ж. Попробуем иначе. Скелет встанет в защиту, а ты должна её пробить. Бей кулаками, пинай. Уничтожь своего противника.

Что-то в том, как он это произнёс, покоробило Эрин. Она встала в стойку перед Тореном и выбросила кулак. На этот раз скелет заблокировал удар.

— Ай.

— Если сломаешь пальцы или рассечёшь кожу — есть зелья. Продолжай атаковать.

Эрин послушалась. Торену блокировать её удары давалось куда труднее. Она была сильнее него, о чём даже странно было подумать. Эрин била, и скелет слегка пятился по траве, принимая её кулак на руку. Она ударила ногой, и он споткнулся.

Эрин подождала, пока Торен восстановит равновесие, но в ответ раздался лишь неодобрительный рык Кальруза:

— Не останавливайся! Развивай атаку! Твоя цель — победить врага. Сделай ему больно. Милосердие — роскошь, которую могут позволить себе лишь сильные. Бей, пока он не рассыплется на куски!

И снова эти слова задели Эрин. Но она всё равно ударила. Это было легко. Пока Торен лишь держал блок и не скакал вокруг, она могла сделать обманный замах, а затем врезать ногой...

На этот раз её подсечка выбила у скелета опорную ногу. Он рухнул на одно колено, а Эрин шагнула вперёд и врезала ему кулаком по лицу. Череп мотнулся в сторону. Не обращая внимания на саднящую руку, Эрин снова занесла кулак, чтобы сбить его с ног окончательно.

Она уставилась на пустой череп и замерла. На секунду ей показалось, что она снова лежит на земле и смотрит снизу вверх на вождя гоблинов с мечом в руках. В нос ударил запах горелой плоти.

Она вспомнила. Вспомнила другое лицо. Клбкч. И лужа зелёной крови. Она держала его на руках, когда он умирал.

Торен медленно выпрямился и поднялся на ноги. Он уставился на Эрин — как и Кальруз. Сама она не знала, что её лицо стало смертельно бледным, а тело внезапно забила дрожь.

— Я не могу.

Кальруз покачал головой:

— Ты должна. Ты должна научиться драться.

— Нет.

Эрин покачала головой — или её трясло всем телом? К горлу подкатила тошнота. Казалось, её сейчас стошнит.

— Я не могу. Из меня никакой воин.

Непрошеными с губ сорвались слова, которые снились ей накануне. Её детский стишок.

— Король умён, на месте он сидит: шагнёт вперёд — и сразу же убит.

Кальруз уставился на неё.

— И что это значит?

— Это значит... это значит, что раньше, когда бы я ни попадала в беду, из-за меня постоянно гибли люди. Или я сама убивала. Я едва не погибла. Я не могу. Лучше пусть Торен учится драться. Учи его.

Эрин указала на Торена. Скелет кивнул, но Кальруз покачал головой.

— Твой король. В час нужды даже он защищается сам, разве нет?

Он имел в виду настоящих королей, но это правило действовало и в шахматах.

— Только в крайнем случае.

— Об этом крайнем случае я и говорю. Настанет день, когда ты непременно останешься одна и некому будет тебя защитить. Что ты тогда сделаешь — умрёшь или будешь сражаться?

Достойного ответа у Эрин не нашлось. Она понурила голову, и тогда минотавр негромко произнёс:

— Бить лежачего противника, пожалуй, и впрямь дурно.

В голосе Кальруза прозвучало нечто такое, что заставило Эрин поднять взгляд. Следующие слова он не пролаял, а произнёс тише, тщательно их подбирая.

— Возможно... да. В тебе больше чести, чем я думал. Ладно. Времени у меня мало, так что я просто научу тебя драться. Если будешь упражняться со своим созданием, то сможешь быстро освоить основы.

Он махнул рукой, и Торен снова встал в стойку.

— Скелет будет блокировать. Просто бей по нему. Он мёртв, так что без разницы, что ты делаешь. Забудь пока о смерти и сече. Познай лишь чистоту боя.

Это звучало получше. Эрин кивнула и выпрямилась. Сжала кулак и ударила, а Торен выставил блок.

— Это не значит, что надо бить как жалкий слабак! Бей сильнее!

Эрин ударила.

— Ой.

Мягких мест у Торена отродясь не водилось. Эрин ударила снова, и её кулак врезался в костяную руку.

— Ай.

Спустя несколько минут Кальруз велел Эрин учиться ставить блоки. Теперь атаковал Торен, нанося тяжёлые удары по её ладоням и рукам. Но защищаться оказалось легко. Удивительно легко было предугадывать каждое движение. Руки у Эрин саднило, но скелет так ни разу и не пробил её защиту — ни кулаком, ни ногой. Должно быть, он поддавался, как и Кальруз, но минотавр, похоже, был доволен.

— А теперь — спарринг.

— А отдохнуть нельзя?

Эрин пожаловалась, потирая руки. Ей нужно было целебное зелье. Она уже чувствовала, как наливаются синяки.

— Нет. Считай это последней проверкой. Вы двое — спаррингуйте друг с другом. Вы стоите друг друга. Одинаково слабы. Что ж, скелет хотя бы умеет драться, так что для тебя это будет хорошей практикой.

Ей хотелось запротестовать, но спорить с Кальрузом было хуже, чем сдвигать с места упрямого быка. Эрин поплелась к Торену; скелет уже поднял блок. Он сделал обманное движение. Чисто механически она заблокировала удар.

Блокировать было легко. Бить было легко. Слишком легко. Драка... Эрин совсем не любила драться.

Торен ударил ногой в корпус, отбросив руку Эрин в сторону, и тут же заехал кулаком ей в грудь.

— Ай! Эй...

Его кулак врезался ей в челюсть. Эрин пошатнулась, и тут её захлестнула злость. Она перехватила его кулак и врезала Торену по черепу. На этот раз он отступил. Скелет внимательно оглядел Эрин и рванул на неё.

Это было слишком быстро. Раньше он себе такого против Эрин не позволял. Но теперь она была в ярости. В последний момент она шагнула в сторону и на полном ходу впечаталась в него сбоку. Торен растянулся на земле, и едва он попытался подняться, как Эрин заехала ему ногой по рёбрам.

Она не видела, как округлились глаза Кальруза, пока отбивала атаки Торена: тот сыпал быстрыми ударами кулаков и ног в лицо и по корпусу, но так и не мог попасть. Эрин действовала на одних инстинктах. Торен был таким медленным. Он был боевой машиной, но и дрался именно как машина. Без капли выдумки.

Она наступила ему на стопу и толкнула на землю. Торен перекатился, спасаясь от удара ноги, и вскочил. Сделал ложный выпад в лицо. Эрин даже не шелохнулась. Она прямо чувствовала, что удар фальшивый. Сбитый с толку Торен отдёрнул кулак. Эрин безуспешно врезала ему в плечо. Беда заключалась в том, что она никак не могла причинить ему настоящей боли. Он состоял из одних костей.

Но она побеждала. Она это чувствовала.

Эрин всё ещё мутило. И она вымоталась. И руки болели. Но внутри зарождалось и кое-что ещё.

Досада. И крупица злости.

Нет — не просто крупица. Тихий океан, притаившийся прямо под толщей её мыслей. Часть её души ненавидела насилие. Но другая вздыхала с облегчением оттого, что она может дать сдачи. И хотела, чтобы она больше никогда не была беспомощной. Это была злость и что-то ещё.

И выпустить это наружу было... приятно.

Торен выбросил кулак и получил встречный кросс в челюсть. Эрин понятия не имела, как назывался этот приём. Она просто увидела брешь и ударила.

Она ударила ногой — Торен заблокировал. Увернувшись от кулака, летящего в бок, она сбила его руку вниз и врезала по предплечьям, которыми тот прикрывал лицо.

Его защита затрещала. Эрин ощутила прилив сил. Она начала бить быстрее, вкладывая в удар бёдра, как показывал Кальруз. Больше силы. Благодаря своему Навыку она была сильнее Торена.

Ей просто хотелось свалить этого дурацкого скелета с ног. Он пёр на неё снова и снова. Плевать ему было на удары. Он был мёртв, и у него не было плоти, чтобы покрываться синяками. Но он не сдерживался, а её руки уже ныли от боли.

Торен только что пнул Эрин по ноге, заставив её покачнуться. Но стоило ему броситься на неё, как в голове у девушки что-то щёлкнуло. Она выпрямилась, подняла руку, сделала шаг и ударила ногой.

Одна из ног Торена отломилась. Сами кости уцелели — просто нога отстегнулась в сочленении, и скелет рухнул. Он вскинул руки и увидел, как кулак Эрин летит ему прямо в голову.

Она почувствовала это. Идеальный удар. Момент истины. Эрин вложила в выпад всё тело, бросив весь вес в удар, который пробил блок Торена и врезался точно туда, где был бы нос, будь он живым.

Бац.

Голова оторвалась. Словно в замедленной съёмке, Эрин увидела, как череп скелета слетает с плеч. Она заворожённо смотрела, как голова Торена летит прочь с вершины холма, скачет по склону и замирает футах в пятидесяти.

Ошарашенная, Эрин уставилась на всё ещё стоявшее обезглавленное туловище Торена. Секунду спустя оно подкосилось и повалилось на траву.

Она посмотрела на свою руку. Кожа на костяшках лопнула, сочилась кровь. Но она это почувствовала. Она ударила Торена сильнее, чем била кого-либо или вообще делала что-либо в своей жизни. Она почувствовала это.

Эрин огляделась. Ей хотелось узнать, об этом ли толковал Кальруз. Она посмотрела на минотавра. Тот глазел на неё, разинув пасть и вытаращив глаза.

Спустя несколько мгновений Кальруз захлопнул рот. Он уставился на Торена, затем на Эрин. Несколько раз прочистил горло и снова поглядел на девушку:

— ...Ты можешь это повторить?

---

— Только гляньте на это.

Джериал присвистнул и подозвал Церию. Та прервала разговор с Ивлон, и обе девушки подошли посмотреть, что там такого интересного.

Сервиал держал массивный арбалет — гладкий чёрный металл и заострённая смерть. Заряжен он, конечно, не был, но стоило только взглянуть на него, как обеим авантюристкам стало ясно, какая в нём таится мощь.

Он ухмыльнулся Ивлон и протянул оружие ей. Та осторожно взяла его и с любопытством принялась разглядывать механизм.

— И где ты такое раздобыл, Сервиал? Никогда не видела арбалетов подобной работы.

Он расплылся в улыбке до ушей, наблюдая за тем, как она его осматривает:

— А всё потому, что сработан дварфами. На заказ. Видал когда-нибудь такую красоту, Джериал? Тот же лук, только взвёл — и жди, когда понадобится выстрелить. Настоящее произведение искусства. Чистейшая дварфосталь, прямо из кузниц Деритал-Вела.

Джериал забрал арбалет у Ивлон, пока Церия закатывала глаза. Парень восхищённо воскликнул:

— Красотища. У Стэна-Арбалетчика лучшие из тех, что я видел, но он позеленеет от зависти, стоит ему увидеть твой. А как дальность по сравнению с луком?.. Надо устроить состязание между тобой и Мэриан на дальность, точность и убойную силу.

Церия не разделяла восторга обоих спутников, но охотно слушала, пока Сервиал расхваливал достоинства оружия:

— Он обошёлся нам почти во все имевшиеся золотые, но оно того стоило. Мы одним выстрелом раскололи броню каменного голема, а уж сколько врагов со щитами из него уложили — и не сосчитать.

— И это ваш козырь для экспедиции?

— В тесных коридорах нам, возможно, придётся несладко, но с этой штукой мы внесём свой вклад по полной.

— Что ж, у нас тут всё готово. Боевой план составили, моя группа и Рога Хаммерада готовы. Менес говорит, что у его людей зелий маны в достатке. Не учтена только группа Грегора. Где он?

Сервиал осклабился:

— Грегор занят разбором последних авантюристов, которые рвутся в экспедицию. Говорит, скорее всего, завернёт всех, но ведь никогда не знаешь, кто может подвернуться.

Джериал нехотя вернул арбалет Сервиалу. Он легко мог представить «Рога Хаммерада», где каждый вооружён этим смертоносным оружием. Ну... каждый, кроме Кальруза и Церии.

— Нашли кого-нибудь толкового?

— Кое-кого.

Ивлон пожала плечами и принялась загибать пальцы в латной рукавице:

— Несколько [Магов], один Серебряный ранг с мечом и щитом... немного, но лучше, чем ничего. Я обратилась к тому магу, о котором ты говорил, Джериал, но он мне отказал.

Церия сердито зыркнула на Джериала, а тот старательно отвёл взгляд.

— Это была, э-э, просто мысль. Любая помощь нам не помешает.

Сервиал пожал плечами. Он принялся аккуратно снимать тетиву с чёрного арбалета.

— Чего уж теперь переживать из-за одного-двух мечей. Нас пять команд авантюристов. Считая добровольцев, наберётся больше сорока душ, и все мы — Серебряный ранг. Если и есть на свете команда Золотого ранга получше нашей, я бы на неё взглянул.

Джериал кивнул. Он с жадным блеском в глазах проводил арбалет, который Сервиал убирал в футляр, а затем поднял голову. Ивлон и Церия тоже подняли глаза.

Они сидели за отдельным столиком в гильдии авантюристов. Но тут к ним кто-то подошёл. Дрейк. На вид он был... молодым, насколько они могли судить. Его чешуя была более светлого оттенка синего, чем у большинства сородичей, и он улыбался. По крайней мере, это походило на улыбку. Только уж очень зубастую.

— Эм. Прошу прощения? Я слышал, ваша команда отправляется в руины. Вы не возражаете, если я присоединюсь к вашей группе?

Авантюристы переглянулись. Ивлон прочистила горло и улыбнулась дрейку:

— Мне очень жаль, но бойцов у нас хватает, а экспедиция предстоит опасная. Мы не можем брать новичков или тех, кто не является авантюристом.

Дрейк удивился.

— А откуда вы знаете, что я не авантюрист?

— У тебя нет ни оружия, ни доспехов, и ведёшь ты себя как гражданский.

— Оу.

Дрейк кивнул.

— Но я всё равно считаю, что вы могли бы согласиться взять меня. Мои навыки могут оказаться полезными, к тому же я... я хотел бы стать лучше.

— Вот как? И какой же у тебя класс? Да и имени твоего я, кажется, не расслышала.

Смутившись, дрейк слегка склонил голову:

— Простите, забыл представиться. Меня зовут Олесм. Я [Тактик]. Двадцать четвёртого уровня.

---

Церия и Джериал вернулись в трактир и застыли на месте. Вместо ужина их ждало необычное зрелище. Все Рога Хаммерада сидели в траве и наблюдали, как Кальруз гоняется за Эрин. Он осыпал её ударами кулаков и ног — не в полную силу и скорость, на какую, как они знали, был способен, но достаточно ощутимо: Эрин с воплями носилась кругами, отчаянно уворачиваясь.

— А-а-а-а! Помогите!

Эрин пригнулась и юркнула в сторону, пока огромный кулак Кальруза со свистом рассекал воздух над её головой. Тот свирепо на неё зыркнул:

— Хватит бегать! Не... не приседай вот так! Если уж отступаешь, делай это быстро и без лишних движений. Никогда не поворачивайся спиной к врагу!

— Кальруз! Ты что творишь?

Церия бросилась вперёд. Эрин юркнула ей за спину. Полуэльфийка преградила путь Кальрузу, когда тот попытался двинуться за девушкой.

— Отойди, Церия. Я учу её драться.

— Издеваясь над ней?

— Она должна научиться драться с противником, который сильнее и крупнее её.

— Да, но всему есть предел. Я бы ни за что не полезла в драку с минотавром. Если у меня когда-нибудь кончится мана и не останется зелий, я просто сделаю ноги.

— Вот именно!

Эрин старалась держаться за спиной Церии, сердито сверля минотавра взглядом:

— Я голодная! И устала! Я весь день участвую в этих дурацких спаррингах! Я даже не обедала!

— Это правда?

Осуждение обеих женщин Кальруза нисколько не смутило. Он лишь фыркнул и промолчал. Церия скрестила руки на груди:

— Уверена, Эрин была рада поучиться у тебя, но если она больше не хочет, ты должен с этим считаться.

Кальруз пренебрежительно махнул рукой:

— Бегство ничего не решит. Она должна отточить свои инстинкты. Я отпущу её отдыхать, когда она нанесёт мне хоть один нормальный удар. А теперь отойди...

Он отстранил Церию. Полуэльфийка зарычала, но тут Эрин метнулась вперёд:

— На, получи!

Эрин вмазала ногой снизу вверх. Кальруз тут же попытался сжать бёдра, но было поздно. Джериал, Состром и все остальные мужчины в Рогах Хаммерада поморщились, когда Кальруз взревел от дикой боли.

Отскочив назад, Эрин остановилась в десяти футах и уставилась на Кальруза:

— Ну как тебе, придурок? Доволен?

Церия покатилась со смеху, пока Кальруз ругался на своём языке, издавая гортанные звуки и пытаясь разогнуться. Одной рукой он прикрывал своё... причинное место, испепеляя Эрин взглядом.

— Это... был бесчестный удар.

— Зато ты получил именно то, чего хотел. Будешь и дальше за мной бегать — я... я ещё раз так врежу!

Он буравил её взглядом, но Эрин и сама умела смотреть волком, к тому же она зверски устала и была на взводе. Наконец он шумно выдохнул через ноздри; на лбу у него вздулись вены.

— Иди. Отдыхай.

Прежде чем он успел передумать, Эрин дала дёру. Церия всё ещё заливалась смехом.

Кальруз повернулся к Торену и указал на него пальцем:

— Я займусь тобой. Если ты должен её защищать, то обязан драться лучше. Давай. Бей меня.

Скелета дважды просить не пришлось — он тут же ринулся на Кальруза. Рога Хаммерада принялись делать ставки, сумеет ли он хоть раз попасть по минотавру.

Торен сделал обманное движение и попытался повторить приём Эрин. Его нога взмыла вверх. Кальруз на лету перехватил её и прищурился на скелета.

Эрин как раз налила себе кружку воды и вышла наружу ровно в тот миг, когда Кальруз зашвырнул череп Торена с холма. Она прочистила горло, и Рога Хаммерада оглянулись на неё.

— Если вы закончили мутузить моего скелета, никто не хочет перекусить?

---

— Это было уморительно.

— Это было подло.

— В жизни ничего смешнее не видела.

Церия всё ещё тихонько посмеивалась, сидя с Кальрузом в трактире и уплетая пасту. Для Эрин это было дежурное блюдо, когда не хватало времени или сил. Вскипятить воду, бросить макароны, нарезать лук, добавить немного масла с прочими подручными припасами — и готово. Проще некуда.

Кальруз всё ещё хмуро сверлил взглядом свою тарелку, но от эриновского удара ниже пояса — в самом прямом смысле — уже почти отошёл. Он покачал головой, пока полуэльфийка продолжала подтрунивать над ним:

— По крайней мере, она смогла меня достать, пусть и исподтишка. Это похвально.

Церия перестала смеяться и на мгновение стала серьёзной:

— Но если серьёзно, Кальруз, почему ты так упёрся в эти тренировки? Я думала, ты просто покажешь ей, как правильно бить, а не попытаешься за вечер выковать из неё авантюристку.

Минотавр хмыкнул и отправил в рот вилку с внушительным комом лапши в соусе:

— Так и планировалось. Но она показала, что способна на большее.

— Да ну?

Он буркнул:

— Она... талантлива. Очень талантлива, Церия. Всего за пару часов она смогла одолеть скелета в рукопашной. А затем открыла Навык. Получила его прямо в пылу тренировки.

Церия в этот момент пила синий сок. Она поперхнулась, и Кальрузу пришлось похлопать её по спине, пока она не перевела дух.

— Ты шутишь.

— Нет.

— Это невозможно.

— Такое бывает редко, но мне доводилось слышать о подобном. Однако я никогда не видел, чтобы это происходило в первый же день тренировок. У Эрин Солстис есть чутьё на битву. Я встречал таких, как она. Она одарена. Талантлива. Досадно, что она никогда не училась боевому ремеслу раньше.

— Хватит, а то у меня уши горят.

Эрин улыбнулась Кальрузу, ставя на их столик ещё одну тарелку с дымящимися колбасками. Оба одобрительно замычали, но минотавр окликнул Эрин, когда та уже собиралась уйти на кухню:

— В тебе есть потенциал. Но если на тебя нападут прямо сейчас, того, чему я тебя научил, не хватит. Ты должна упражняться. Тренироваться. Помни, что пока ты всё ещё слаба.

— Ой, да знаю я. И глупостей делать не собираюсь, даже если научусь драться. Да и вообще, если на меня кто нападёт, я просто швырну в них банку с кислотой.

Церия замерла, потянувшись за самой большой колбаской на тарелке:

— Чего?

Эрин осторожно достала одну из баночек, которые приготовила для гоблинов, показала её Кальрузу с Церией и объяснила, откуда та взялась. Тем временем Церия отодвинула свой стул как можно дальше от светящейся зелёной жидкости.

— У тебя... у тебя вообще чувства опасности нет? Почему ты обращаешься с этой дрянью с таким легкомыслием? А если уронишь?

— Эй, не я же её таскаю! У Торена нет мяса, которое могло бы раствориться, а штука-то полезная.

Церия покачала головой:

— Вы, люди... нет, ты просто безумная. Уж прости, Эрин, но так оно и есть.

Джериал перегнулся через стол, разглядывая банку с кислотой. Он поднял взгляд на Эрин:

— Продашь одну?

— Ты? Ты что, с ума сошёл, Джериал?

— Она может пригодиться, Церия. К тому же, если я уберу её в ранец, она не разобьётся.

— Твои похороны. Только не вздумай подходить ко мне в бою.

Эрин довольно закивала и взяла у Джериала серебряные монеты.

— У меня ещё полно, если надо.

Джериал замялся. Он окинул взглядом банку с кислотой и покачал головой:

— Одной хватит. Она может здорово пригодиться, но я лучше доверюсь привычной экипировке, чем буду полагаться на неё.

— Кстати об этом...

Церия прокашлялась и кивнула остальным Рогам Хаммерада. Те собрались вокруг стола, и полуэльфийка указала на здоровенный тюк, который они с Джериалом притащили из города:

— Пора. Ивлон закупила припасы, а я раздам их сейчас, чтобы вы успели уложить всё по рюкзакам. Каждому полагается сухой паёк, вода, по четыре целебных зелья и по четыре зелья маны. Факелы и огниво — в общем, весь базовый набор, а ещё мы возьмём с собой пару тележек.

Эрин полюбопытствовала:

— Всего четыре целебных зелья? А не лучше ли набрать, ну не знаю, побольше? Тогда ведь можно лечиться снова и снова, разве нет?

Авантюристы рассмеялись, но без снисходительности. Церия с улыбкой покачала головой и пояснила:

— Возможности исцеления не безграничны. После определённого числа зелий организм попросту... сдаёт. Да и к тому же, если мы получим столько ран, что потребуется больше нескольких зелий, мы уже в глубокой беде.

Джериал кивнул, раздавая увесистые свёртки с сухпайком и фляги с водой:

— Самый затяжной наш бой случился когда-то давно, против лича из нежити. Зелья подошли к концу, а половина нашего отряда еле двигалась из-за последствий исцеления. Нельзя во всём полагаться на магию.

— Только во всём самом важном.

Церия пробормотала это себе под нос и улыбнулась Джериалу, когда тот метнул в неё сердитый взгляд. Кальруз прочистил горло, и все присутствующие затихли.

— Я не мастак произносить речи. Но завтра мы идём в новые руины, и там мы можем найти сокровища за гранью мыслимого или же величайших врагов. Как бы то ни было, мы идём вместе. Рога Хаммерада вернутся с триумфом.

Он поднял кружку:

— За честь и славу.

— За честь.

Рога Хаммерада чокнулись кружками. Эрин молча наблюдала, как они осушили их залпом. Она была поражена. Даже Церия справилась. Трудно было ожидать, что столь хрупкое тело способно вместить столько выпивки — особенно когда она повторила фокус.

— Ты и правда можешь столько пить?

Церия ухмыльнулась и пожала плечами:

— Оно не такое уж крепкое. Да и выступаем мы ближе к полудню. Если сильно надерусь, попрошу кого-нибудь подлечить меня. Или выпью зелье маны.

Эрин недоумённо посмотрела на неё. Церия пояснила:

— Зелья маны и выпивка плохо сочетаются. Выпью — и всё полезет наружу. Мерзко, зато действенно.

Почему-то мысль об изящной полуэльфийке, блюющей, будто студентка колледжа после бурной попойки, покоробила Эрин сильнее всего остального.

— Главное, по пьяни не хлебни кислоты.

Церия содрогнулась, а Джериал покачал головой:

— Не переживай. Я надёжно её припрятал.

Спать они разошлись рано. Эрин это удивило. Она бы и сомкнуть глаз не смогла, но, возможно, дело было в выпивке.

Рога Хаммерада гурьбой поднялись наверх. Эрин осталась в общем зале. Спать ей ещё не хотелось. Точнее, она вымоталась, но какая-то часть её существа всё ещё бодрствовала.

Она сидела в пустой комнате и смотрела, как Торен бродит вокруг, собирая кружки и выметая пыль. Эрин рассеянно потёрла костяшки правой руки. Они всё ещё ныли.

Она уставилась на руку. Обычная рука. Она так долго двигала ею шахматные фигуры, что пальцы покрылись мозолями. Но теперь она смотрела на свои костяшки. Никогда прежде она никого и ничего не била. А сегодня победила в бою.

Эрин сжала пальцы в кулак и вздохнула. Покачала головой:

— ...И надо же мне было оказаться способной именно на такую дрянь.

[Получен навык: Мощный удар!]