Да, Тан Улин сейчас поступал именно так. В его глазах Се Се перестал быть человеком, превратившись в кусок металла, который он ковал. Его сознание постепенно погрузилось в то самое особое состояние, которое возникает во время ковки — ясное, почти пустое. Движения Се Се, прежде слишком быстрые, чтобы уследить, теперь казались замедленными, словно все его действия подчинялись невидимым законам физики, и каждое движение обретало предсказуемую траекторию.

Вольфрамовый молот тысячекратной ковки взметнулся в воздух, дважды подряд блокируя атаки Се Се.

Прежде чем Се Се успел начать третью атаку, он внезапно почувствовал, как зловещий вихрь обрушился на него. Тан Улин вновь нанёс удар своим вольфрамовым молотом. По пронзительному свисту, с которым молот рассекал воздух, можно было судить о чудовищной силе этого удара.

Се Се поспешно уклонялся, но Тан Улин уже раскрыл свои два вольфрамовых молота тысячекратной ковки, обрушив на него шквал ударов, словно ураган. В воздухе завывали потоки ветра от молотов, поднимая тучи пыли с земли. Се Се, не в силах противостоять этой ярости, отступал шаг за шагом.

Клинок Светлого Дракона не смел принимать прямой удар. Се Се, как мастер духа ловкого типа, даже против грубой силы Тан Улина, не мог полноценно использовать потенциал своего боевого духа. Разрыв в физической мощи между ними оказался поистине колоссальным.

Се Се мелькнул и стремительно отступил, увеличив дистанцию между собой и Тан Улином, а тот и не стал преследовать — он и так не смог бы догнать. Инстинктивно остановив свои молоты, он остался в прежней позе: прищурив глаза, пристально глядя на Се Се.

«Вот же сволочь!» — мысленно выругался Се Се с заостренным взглядом.

Глубоко вдохнув, Се Се принял серьёзное выражение лица. Правая рука, сжимающая Клинок Светлого Дракона, слегка сместилась в сторону, а левая поднялась в боевой стойке. Вся его аура резко преобразилась — духовная сила вспыхнула с новой яростью.

Кончиками пальцев ног слегка коснувшись земли, Се Се снова рванулся вперёд. Его тело, будто освобождённое от земного притяжения, оставило в воздухе едва уловимый призрачный след, а скорость возросла минимум на тридцать процентов.

Тан Улин синхронно взмахнул двумя молотами, словно вихрь, управляемый самой природой.

Се Се, находясь в воздухе, лёгким касанием Клинка Светлого Дракона по вольфрамовому молоту тысячекратной ковки Тан Улина оттолкнулся, перевернувшись, и мгновенно нанес удар левой рукой.

«Пфф!» — раздался тихий звук, и на спине Тан Улина появился кровавый порез.

Резкая колющая боль мгновенно вырвала Тан Улина из того особого состояния. Он пошатнулся, ощутив на спине жгучий дискомфорт. В тот же миг из его позвоночника хлынул поток тепла.

Тан Улин не испугался, а обрадовался — неужели наконец проявится золотая чешуя?

Неужели для её появления действительно необходимо подвергнуться атаке?

Однако едва он успел выпрямиться, как тепло, поднявшееся в его теле, бесшумно рассеялось. В этот раз не произошло обжигающего усиления, как в прошлый раз, когда на нем появилась золотая чешуя.

— Стоп! — У Чанкун, незаметно появившийся в центре поля, остановил поединок.

— Победа за Се Се!

Се Се глубоко вздохнул, в глазах мелькнула тень гордости: наконец-то он победил! По его лицу потекли слезы…

«Однако у этого парня та загадочная золотая чешуя так и не проявилась. Неужели он всё ещё пытается скрыть свои способности? Или, действительно, как он говорил, он не может контролировать золотую чешую?»

У Чанкун холодно обратился к Се Се:
— Ты возместишь Тан Улину стоимость школьной формы.

— Э-э… — Се Се замер. — Разве я не победил? Разве не должна быть награда? — У него потемнели глаза. Почему этот Тан Улин вечно заставляет его тратиться!

«Почему?!» — мысленно выкрикнул Се Се.

У Чанкун оглядел весь класс и ледяным тоном произнёс:
— Схватка окончена. Знаете, какое впечатление вы на меня произвели?

— Гнилое дерево не поддается резьбе!* — холодный божественный мужчина продолжил.

— Не зря вас определили в пятый класс — вы и вправду полный мусор. Но даже если вы — кусок ржавого железа, я выкую из вас сталь. Вы видели сегодняшний бой? Боевой дух Тан Улина — что это? Общепризнанный бесполезный боевой дух — сине-серебряная трава. И всё же он дошёл до финала и едва не одержал победу!

«Это же я победил, хорошо?!» — в душе Се Се кипели горечь и гнев. Почему преподаватель говорит так, будто он проиграл?!

У Чанкуну было все равно, что тот думал и продолжил:
— Он полагался не только на сине-серебряную траву, но и на физическую силу. Возможно, кто-то скажет, что физическая мощь важна лишь на начальном этапе. Когда духовная сила возрастёт и появятся духовные навыки, она станет бесполезной. Но я заявляю: вы даже не имеете права мечтать о множестве навыков! Спросите себя: сколько из вас достигнет второго духовного кольца? Сколько освоит новые навыки? А ваше тело — единственное, что вам подконтрольно. Что даст вам закалённая плоть?

— Духовная сила больше не является барьером для становления мастером меха. Мощные духовные инструменты накопления позволяют даже обычным людям управлять ими. Но крепкое тело — основа всего. Без должной физической подготовки вы не выдержите ударов внутри кабины и напряжённых боев. Поэтому, учитывая слабость ваших боевых духов, с завтрашнего дня в нашем классе будут проводиться специальные тренировки по физической подготовке. Утром — физическая нагрузка, днём — теория. Сегодняшние утренние занятия завершены. Обдумайте сегодняшний бой. После обеда теория медитации. Свободны!

Эта речь стала самой длинной из всех, что холодный божественный мужчина произносил в роли классного руководителя. В ней не было и намёка на нравоучения — только холодные факты. Называл ли он их мусором или объявлял о специальных тренировках, каждое слово звучало с железной уверенностью.

— Се Се, Тан Улин — вы двое за мной. Сказав эти последние слова, У Чанкун развернулся и направился к учебному корпусу.

«Неужели дадут награду?» — глаза Се Се радостно блеснули. Ещё до поступления в академию он слышал, что за победы в поединках обычно вручают призы, причём довольно ценные. Ведь он — чемпион пятого класса, а учитель У, такой могущественный, наверняка приготовил что-то особенное. «Что же это будет?» — в голове уже рождались красочные фантазии.

У Чанкун привёл их в свой кабинет. Помещение было до жалкого мало — всего десять квадратных метров. Помимо письменного стола, книжного шкафа и стула, здесь ничего больше не помещалось.

— Когда я называл вас мусором, это касалось и вас двоих! — Первые слова холодного божественного мужчины мгновенно развеяли радостное настроение Се Се.

Разве не должно быть награды? Хотя бы слова поддержки...

У Чанкун посмотрел на Тан Улина:
— Сегодня ты справился неплохо, но не раскрыл свои сильные стороны полностью. Твоя сине-серебряная трава, должно быть, мутировала — её прочность превышает обычную. Однако твоя духовная сила слишком слаба, чтобы продержаться долго. Если противник превосходит тебя в духовной силе, у тебя нет шансов. И что это за молоты у тебя?

— Я учился кузнечному делу. — с неохотой сказал Тан Улин.

* Идиома, подчеркивающая бесполезность усилий в обучении «негодного материала»