Тан Улин выходил из Академии Красной Горы с лицом, на котором читалось всё его недовольство. За все свои юные годы он ещё ни разу не чувствовал себя таким подавленным, как сегодня.

Он рос в простой семье скромного достатка, но в атмосфере любви и гармонии. Родители души в нём не чаяли, и даже когда он ошибался, терпеливо объясняли, как нужно поступать.

Но сегодня в академии он впервые столкнулся с настоящими «трудностями». Из-за сине-серебряной травы одноклассники сторонились его, а учителя едва скрывали равнодушие.

Особенно это проявилось во время вечерней медитации — у его места преподавательница задерживалась меньше всего.

— Неужели мой боевой дух и правда такой никчёмный? — недовольство на лице Тан Улина постепенно сменилось упрямой решимостью. — Даже если он плох, я всё равно стану великим мастером духа! Папа говорил: «Успех — это девяносто девять процентов труда и лишь один процент таланта». Раз мой дух слаб, я буду трудиться в сто раз усерднее!

От природы жизнерадостный, Тан Улин быстро справился с подавленностью — стоило ему принять решение, как весь дневной груз словно испарился.

«Но почему я снова хочу есть?». Мальчик недоумённо потёр живот. В академии полагался сытный обед — да ещё и без ограничений. У учеников класса мастеров духа и еда была лучшего качества.

Он съел так много, что мгновенно заработал прозвище «рисовое ведро»*. Его порция превысила половину от общего объёма, съеденного всеми одноклассниками — даже взрослый не осилил бы столько!

Раньше он ел много, но не настолько! Да и сейчас ещё только день, а он уже снова голоден.

«Дома поищу что-нибудь вкусненькое», — подумал Тан Улин, и глаза его сразу заблестели от предвкушения.

Но вдруг его внимание привлекла маленькая фигурка, притаившаяся у обочины...

Послеполуденное солнце уже не пекло так сильно, как в полдень, но ясная погода сохранялась, и его лучи по-прежнему согревали кожу приятным теплом. Внимание Тан Улина привлекло серебристое мерцание — у обочины сидела на корточках девочка, казавшаяся младше его.

Но самое необычное — её короткие серебряные волосы. Под солнцем они переливались, будто жидкий металл, слепя глаза неожиданными бликами.

Казалось, неведомая сила связала их — девочка подняла взгляд. Её лицо было перепачкано грязью, а поношенная одежда делала её похожей на маленькую попрошайку.

Но помимо серебряных волос, в ней было нечто особенное — её глаза.

Её огромные глаза сверкали, словно два прозрачных аметиста — даже на расстоянии Тан Улин различал в них своё отражение. Длинные ресницы изящно изгибались кверху, будто крылья бабочки.

Тан Улин и сам обладал красивыми глазами, поэтому большие выразительные глаза ровесников всегда вызывали у него симпатию. Неосознанно он замер на месте.

Их взгляды встретились — но девочка не отвела глаз. В её красивых, широко распахнутых глазах читалось лишь недоумение и настороженность.

— Девочка, где твои родители?

В этот момент к девочке подошла компания подозрительных молодых людей, явно привлечённых её серебряными волосами.

Девочка даже не взглянула на них, снова опустив голову.

Молодые люди переглянулись.

— Такие серебряные волосы — редкость! — фыркнул один. — Может, она с другого континента? На чёрном рынке за таких иноземцев хорошие деньги дают, особенно учитывая её фиолетовые глаза.

В глазах остальных засветилась жадность, и они молча переглянулись.

Парень, что говорил первым, присел на корточки перед девочкой:

— Эй, малышка, где твои родные?

Девочка лишь молча покачала головой, не поднимая глаз.

— А кушать хочешь? — парень слащаво улыбнулся. — Давай я тебя угощу? Всё за наш счёт!

Девочка снова замотала головой — на этот раз так сильно, что серебряные пряди хлестнули её по щекам.

Парень подмигнул подельникам, схватил девочку за руку и рывком поднял с земли. Остальные тут же сомкнули кольцо, отрезая ей путь к отступлению и скрывая происходящее от посторонних глаз.

Ещё до того, как её испуганный вскрик успел раздаться, один из них уже перекинул её через плечо, как мешок.

— Эй, вы что это делаете?! — раздался звонкий детский окрик, заставивший молодых людей вздрогнуть.

Обернувшись, они тут же покраснели от злости — перед ними стоял коротышка, ростом не доходящий им по пояс, но прекрасный на вид.

Один из парней, стоявших сзади, с холодной злобой в глазах внезапно пнул Тан Улина:

— Мелкий, не лезь не в своё дело!

Удар отбросил мальчика на два метра. Он грузно приземлился, подняв облако пыли, лицо и одежда мгновенно покрылись слоем грязи.

— Вы хулиганы! — закричал он, подскакивая на ноги. Несмотря на боль, мальчик бросился вперёд, перекрыв дорогу молодым бандитам.

Тот, что держал девочку, скривился в звериной ухмылке. Улица постепенно оживала — прохожие начинали останавливаться, привлечённые шумом.

Ловким движением в его ладони материализовался леденящий кровь кинжал.

— Сваливай, пока цел! — парень размахивал лезвием перед лицом Тан Улина.

Но мальчик лишь упрямо сжал кулаки:

— Зло всегда получает по заслугам! Я — мастер духа, и не боюсь тебя! Отпусти её!

С этими словами он поднял правую руку. Голубоватое сияние окутало ладонь, и сине-серебряная трава прорвалась наружу, сопровождаемая слабыми волнами духовной энергии.

Но что можно сделать с духовной силой третьего уровня? Этого хватит лишь на небольшое преимущество перед обычными сверстниками. Без духовного зверя и его духовного кольца боевой дух бесполезен в реальной схватке. Именно поэтому лишь достигнув десятого уровня, можно перейти из статуса ученика в настоящего мастера духа.

Парень застыл на месте, и товарищ дёрнул его за рукав.

С обычным ребёнком можно было бы не церемониться — при должной осторожности всё бы сошло с рук. Но дитя, обладающее духовной силой, — совсем другое дело.

Такие дети находятся на особом учёте — их данные есть даже в Пагоде Духов. Если с ним что-то случится, федеральное правительство устроит тотальный розыск. Да и свидетелей вокруг уже собралось предостаточно...

— Чёрт возьми! — сквозь зубы процедил главарь, с неохотой опуская девочку на землю. Вся компания тут же ретировалась, поджав хвосты.

Девочка пошатнулась и шлёпнулась на мостовую. Тан Улин тут же подскочил к ней, присев на корточки:

— Не бойся! Я настоящий мужчина и защищу тебя!

Девочка подняла на него глаза. Вблизи её фиолетовые глаза казались ещё прекраснее — будто две прозрачные аметистовые лужицы, подёрнутые влажной дымкой.

— Не плачь, не плачь! Я уже прогнал этих хулиганов. Меня зовут Тан Улин, а тебя?

Девочка замерла на мгновение, словно решаясь, но наконец прошептала:

— Я... На’эр.

---

* Обжора риса, судя по всему