Закари вошел в ванную комнату. За время разговора с Бьянкой вода в ванне, заранее подогретая для купания, успела слегка подостыть.

— Желаете, чтобы я долил горячей воды? — предложил слуга.

— Нет, все в порядке. Оставь меня.

Уверенно ответил Закари, с легкостью скидывая с себя одежду. Его хорошо натренированное тело, закаленное в боях, украшало множество мелких шрамов, среди которых местами мелькали и более крупные рубцы, свидетельствующие о тяжелых ранениях в прошлом.

Хотя большинство из них были еще с того времени, когда он был юн и вспыльчив, однако немало травм Закари получил уже после того, как женился. Но несмотря на это, Бьянка не имела ни малейшего представления о том, как и когда у него появились какие-либо шрамы.

Пар почти рассеялся, и Закари опустившись в ванну ощутил, что вода уже не была столь горячей, отдавая лишь слабым теплом. Но ему и этого было достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно, ведь в такие моменты не было нужды оглядываться по сторонам в ожидании внезапного удара в спину.

Он глубоко вздохнул, будто выпуская наружу скопившееся напряжение, пока усталость и следы долгих военных походов медленно растворялись в теплой воде.

Возвращаясь домой после очередной войны, он первым делом всегда принимал ванну, это стало для него своеобразным ритуалом, появившимся вскоре после женитьбы.

За время военной кампании кровь, грязь и стойкий запах пота крепко въедались в его одежду и тело. Это было неизбежно. Поскольку в условиях боевых действий редко удавалось даже ополоснуться, поэтому обычно все ограничивалось лишь быстрым умыванием лица и шеи. Ведь для рыцарей, возможность вздремнуть или убийство еще хотя бы одного противника были намного важнее личной гигиены.

Разумеется, не было и шанса, что молодая аристократка сможет понять все тяготы военной жизни.

И как же отреагировала Бьянка, когда впервые встретила Закари, вернувшегося с войны?

Она отпрянула назад, а ее очаровательное маленькое личико скривилось от отвращения, будто ее вот-вот стошнит.

После того случая Закари, возвращаясь с войны, сразу же шел принимать ванну, чтобы при случайной встрече с Бьянкой не вызывать у нее неприятных ощущений. Муж, одно только присутствия которого вызывает у его собственной жены рвотный рефлекс…

Наверное, это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Однако Закари прекрасно понимал, что даже после того, как он искупается, Бьянка не станет радостно ждать встречи с ним, а тем более приветствовать. Она не любила его, презирала и ненавидела. По одному только ее взгляду можно было понять, что она чувствует, слова были излишни. И действительно, позже она и сама не раз признавалась в этом.

Именно поэтому он совершенно не мог понять, что сегодня случилось. Закари, лениво растянулся в ванне, вспоминая сцену развернувшуюся всего несколько минут назад. Внезапный визит и неожиданное предложение, которое он даже не надеялся когда-либо услышать из уст Бьянки.

Что, черт возьми, с ней могло случиться, пока он был на войне? Сегодня она предстала перед ним совершенно в другом свете, но несмотря на все ее слова - это все та же прежняя Бьянка.

“Интересно, что ты подразумеваешь под словом «наследник», ведь стоя передо мной, ты дрожишь, боясь, что я прикоснусь к тебе”, — пробормотал про себя Закари.

И все же - это был явный отказ. Ее тело сжалось еще до того, как он успел притронуться к ней, даже просто стоя рядом, она вся дрожала. Ее зеленые глаза были полны страха перед тем, что он может что-то с ней сделать. И невзирая на ее бессмысленные попытки скрыть весь ужас в своем сердце, для него она была как на ладони.

Дела обстоят так же как и всегда. Закари усмехнулся. Он не собирался серьезно относиться к ее предложению о наследнике, ведь ничего не изменилось, потому что она была все той же Бьянкой.

На следующий день около полудня в одном из коридоров замка Арно вспыхнул внезапный переполох. В этом не было ничего удивительного, что первое время после возвращения рыцарей с войны в замке становилось особенно шумно. Незамужние девицы и мальчишки, чьи сердца пылали мечтами о рыцарской доблести, все они толпились и кружили вокруг статных мужчин в доспехах, стремясь привлечь внимание хотя бы одного из них и услышать рассказы о сражениях и героических подвигах из первых уст.

Истории, которыми делились рыцари, были захватывающими, как сказания о легендарных воинах, победивших великого дракона. И хотя девушки были более заинтересованы в достижении личных целей, как-никак эти рассказы были единственным источником развлечения, позволяющим оживить и разнообразить их мирную повседневность в этой тихой, спокойной обители. Так что если удастся, пусть даже ненадолго, привлечь рыцаря и уговорить его поделиться своими подвигами, то это считалось невероятной удачей.

Однако сегодня суматоха поднялась по иной причине. Откуда то доносился женский плач, всхлипы и звонкое эхо пощечин.

Обычно замок Арно был оазисом мира и тишины, как озеро в предрассветные часы, так что любой внезапный шум в его стенах звучал с особой резкостью и пронзительностью.

И все же это место, где живут люди, как бы то ни было, иногда мелкие проблемы и споры случались. Но на этот раз все было иначе, ведь источником переполоха оказалась сама хозяйка замка Арно, Бьянка.

Обычное поведение Бьянки можно было назвать тихим и спокойным, но если говорить откровенно, то она казалась абсолютно равнодушной ко всем окружающим и предпочитала уединение в своих покоях. Ее безразличие было настолько велико, что люди в замке уже начали сомневаться, способна ли она испытывать какие-либо чувства и эмоции.

Тем не менее, будучи дочерью графа, она была строга в вопросах иерархии и тщательно следила за тем, чтобы ее приказы выполнялись вовремя. И кроме того, главный управляющий поместьем, Винсент, ставил ее требования превыше всего, старательно отбирая и обучая слуг, чтобы они не делали глупости и не позволяли себе лишних слов перед Бьянкой.

Только благодаря этому у нее почти не было конфликтов с прислугой. Даже если она случайно слышала сплетни за своей спиной, то никогда не обращала на них внимания, она лишь невозмутимо отводила взгляд, гордо задрав подбородок, словно для нее это не имело никакого значения. Ведь в ее мире они были не больше, чем глупые подчиненные, которые болтают просто для того, чтобы похвастаться и покрасоваться друг перед другом.

Несомненно, для них Бьянка была неприятной и придирчивой, но служить ей было довольно легко. Поэтому слуги не могли понять ее внезапное поведение сегодня.

Служанка заметно дрожала, ее завораживающие золотистые волосы выбившиеся из-под чепца были сильно растрепаны, а щека распухла и покраснела, в то время как ее лицо застыло в недоумении от всего происходящего. Остальные горничные, не зная, что и делать, лишь топтались на месте.

Бьянка пронзительно смотрела на служанку с золотистыми волосами. И хотя сама Бьянка была на полголовы ниже остальных, ее ледяной взгляд и аура, полная гнева, казалось делали ее облик гораздо внушительнее.

— Мне все равно, что вы обо мне думаете или говорите за моей спиной. Мне это не интересно, — холодно сказала Бьянка, в ее голосе не было ни нотки жалости.

Действительно, до сих пор было именно так.

"Госпожа такая бесчувственная, ни капли благодарности за подарки, которые получила от графа"

"Я так раздражена, что она заставляет нас выбивать пыль с гобеленов почти каждый день."

"И почему граф до сих пор живет с такой женой?"

Множество подобных сплетен и комментариев неоднократно доходило до ушей Бьянки, но с ее стороны никакой ответной реакции на подобные разговоры никогда не следовало. Наверное потому что их слова не были полной ложью, а с некоторыми комментариями Бьянка могла даже согласиться.

Но все таки есть предел того, что она могла игнорировать.

Несмотря на свое безразличие к словам окружающих, существовал лишь один момент, который она никогда не потерпит и не простит. Это когда подчиненные осмеливались забыть свое место и смотреть на нее свысока.

— Как ты смеешь сравнивать меня, вашу хозяйку, с собой? Непростительная дерзость.

Тонкая бледная рука Бьянки резко рассекла воздух, звонко ударив по щеке белокурой служанки. Ее ладонь зарделась и опухла так же как и щека провинившейся горничной и хотя ее пальцы горели от боли, Бьянка лишь мельком взглянула на них и сухо произнесла:

— Несите розги. Видимо, мне самой придется наказать ее.

Одна из оторопевших служанок, наблюдавшая за происходящим со стороны, очнулась и поспешила принести розги, как и было приказано.

Услышав о наказании, светловолосая служанка, не желая мириться с жестокостью судьбы, зарыдала еще громче. Ее плач привлекал внимание, а облик казался еще более вызывающим и будто говорил “За что? Что я сделала не так?”.

Бьянка же бесстрастно наблюдала за развернувшейся сценой. Слезы, катились по красивому лицу служанки, придавали ей особенное очарование, ее фигура была довольно привлекательной, должно быть, она сильно полагалась, на свое милое личико, говоря подобные слова.

Подумав об этом снова, Бьянка потеряла дар речи, чувствуя разочарование. Как могло так случиться, что она оказалась в таком нелепом положении? Она перебирала в памяти оскорбления, которые слышала недавно.

Слухи о том, что вчера Бьянка искала Закари, а после даже была в его покоях, быстро распространились по всему замку. Это было ожидаемо, ведь, чтобы найти его, она направилась в вестибюль, где в то время собрался весь рыцарский орден.

Всем было любопытно, с какой стати Бьянка сама пошла искать Закари, и, хотя она была женой графа, она единственная в замке Арно, кто всегда открыто избегал и игнорировал его.

Именно поэтому личные отношения графской четы вызывали нескрываемый интерес у служанок. Граф Арно был не только молод и красив, но и к тому же богат и влиятелен, не говоря уже о его превосходной физической форме. Для них он словно принц из волшебной сказки.

Среди служанок было немало тех, кто желал привлечь внимание графа, надеясь завоевать благосклонность и стать его любовницей. Более того, тот факт, что у него уже есть супруга, их совсем не останавливал, они даже не считали ее серьезным препятствием. Другое дело, если бы граф действительно искренне любил свою жену, однако все знали, что их брак существовал лишь номинально, поэтому многие служанки все еще питали надежду обрести свое счастье.

Бьянка, разумеется, была в курсе всех этих мечтаний. Однако, если бы служанки оставили эти мысли при себе и держали язык за зубами, ничего подобного, как сегодня никогда бы не произошло.

И вот, в одном из замковых коридоров, горничные, как всегда, занятые своей работой, начали оживленно перешептываться о событиях минувшего вечера и о том, как Бьянка отправилась искать Закари, но, войдя в его покои, была быстро выставлена за порог.

Так случилось, что Бьянка случайно проходила мимо, когда горничные, увлеченные болтовней, невольно повысили голос, обсуждая последние новости, и совершенно не подозревали о присутствии хозяйки.

— Так ты хочешь сказать, что никто не слышал, что произошло внутри?

— Думаешь, что кто-то решиться подслушать, зная, что дворецкий стоит на страже прямо около двери?

— Хммм.

— Разве это не хорошо, раз госпожа сама пошла к графу? А если это верный знак того, что вскоре они станут ближе.

— Наверняка это очередная прихоть мадам, вот что это!

— Тем не менее, за последнее десять лет подобного еще не случалось. Быть может, госпожа передумала?

Горничная, начавшая разговор, надулась от обиды, осознав, что ее собеседница, похоже, имела совсем другое мнение. Это была светловолосая девушка по имени Анте, которая и дальше продолжила возмущаться, опровергая слова другой служанки.

— Ха, госпожа? Передумала, говоришь? Но вопрос в том, примет ли граф такую госпожу? Честно говоря, она довольно мрачная, тебе не кажется?

— Анте!

— Все же так думают, а не только я. И рыцари, и слуги.

Игнорируя предостережение собеседницы, светловолосая горничная Анте не унималась и высокомерно вздернув подбородок, заговорила еще громче.