Пытаясь вспомнить его имя, Бьянка невольно нахмурилась, но спустя пару мгновений решила не тратить время напрасно. Да и к тому же, она не считала важным запоминать имена всех рыцарей и служащих замка, ведь в случае необходимости можно просто спросить.

— Ваше имя?

— Роберт, — произнес мужчина, крепко стиснув зубы, пытаясь скрыть нарастающее раздражение.

Роберт не только занимал пост заместителя главнокомандующего Арно, но также являлся его давним приближенным, а поскольку они были примерно одного возраста, то их отношения больше походили на дружеские. Именно поэтому, когда поступило предложение о помолвке от семьи Бланшфор, он не раз высказывал Закари свое мнение касаемо выгодного приданого Бьянки.

И хотя сегодня Роберт впервые разговаривал с графиней лично, однако до этого момента они неоднократно пересекались в замке. Поэтому он никак не мог понять, как же так вышло, что госпожа даже не знала его имени? Следом в голове у рыцаря возник еще один вопрос: а знает ли она вообще о его существовании?

В глазах Роберта неведение Бьянки лишь доказывало ее полное равнодушие к Закари.

Подумать только: пока ее муж рисковал жизнью, сражаясь в бесчисленных войнах, и жил месяцами среди луж крови и мертвых тел, кишащих червями, Бьянка наслаждалась роскошью. Скупая одно за другим дорогие атласные и шелковые платья на заработанные супругом деньги, она абсолютно не интересовалась ни Закари, ни его жизнью.

Внезапная волна гнева захлестнула Роберта, он изо всех сил старался сохранять спокойствие. Однако быстро умерить пыл и скрыть эмоции от окружающих было уже невозможно.

Несмотря на непонятную ей враждебность со стороны мужчины, Бьянка оставалась невозмутимой. Конечно, ее это немного раздражало, впрочем, видеть подобную реакцию было для нее не впервой. Но кто действительно удивил ее сегодня, так это дворецкий Винсент, неожиданно вставший на ее защиту.

— Сэр Роберт, довольно. Вы проявляете неуважение к госпоже. Немедленно отпустите, — строго предупредил Винсент.

Хотя он занимал лишь скромную должность дворецкого, благодаря своей многолетней преданной службе, именно Винсент был самым давним и верным советником Закари, поэтому Роберт никак не мог игнорировать его слов. Авторитет дворецкого был очевиден, пока Бьянка всеми силами пыталась вырвать розгу из рук Роберта, тот даже не думал ослабить хватку, но одно слово Винсента заставило рыцаря в то же мгновение отпустить рукоять прута.

Дворецкий всегда подчеркивал значимость соблюдения иерархии в замке. Он считал важным сохранить существующий порядок, поэтому уделял особое внимание взаимоотношениям между людьми различных должностей, рангов и статусов, следя за безупречным исполнением приказов и стараясь полностью исключить даже малейший намек на неповиновение.

Поэтому, даже зная, что Винсент ее недолюбливает, Бьянка не могла его ненавидеть, но и не испытывала к нему никакой симпатии.

Бьянка тихо вздохнула. Она не могла поверить, что ей сейчас придется оправдываться. Это было крайне унизительно для нее, но, подавив все свои чувства, она заговорила спокойно и равнодушно.

— Я вообще-то проявила достаточное великодушие.

— Великодушная госпожа не станет сечь людей розгами, — решительно возразил Роберт.

Он считал, что хлестать человека, как скотину, за небольшую провинность, было неприемлемо суровым наказанием, и такой метод наведения порядков среди служанок казался ему чрезмерным.

Роберт, славившийся своей честностью и благородством среди трех капитанов Закари, всегда относился к женщинам с особым почтением и питал к ним слабость, но только к тем, кого считал олицетворением истинной леди. В его взгляде, устремленном на Бьянку, ясно читалось лишь осуждение, ведь он видел в ней воплощение жестокости и бессердечия.

Бьянка, стоя лицом к лицу с Робертом, не могла не понять ход его мыслей. Он внезапно появился и, не зная всех обстоятельств, разумеется, решил, что перед ним стоит злобная женщина, обрушивающая свою ярость на бедных служанок. Ухмылка скользнула по ее губам, ведь подобные заблуждения для нее давно перестали быть неожиданностью.

— Госпожа права. Это было справедливое и милосердное решение. Служанка, забывшая свое место и обязанности, действительно заслуживает даже более сурового наказания, — вмешался Винсент.

Судя по всему, горничная, которая привела дворецкого, сумела объяснить ситуацию лучше, чем предполагалось, что стало полной неожиданностью для Бьянки. Она посмотрела на служанку, принесшую розги, но девушка со светло-каштановыми волосами, почувствовав на себе пристальный взгляд, еще ниже склонила голову.

Когда даже столь холодный и безразличный человек, как Винсент, который никогда не испытывал теплых чувств к Бьянке, неожиданно встал на ее сторону и признал, что наказание было более чем справедливым, Роберт, ошеломленный таким развитием событий, растерялся и замолчал.

— Что это значит…

— Я честно могу понять, когда меня называют мрачной, в конце концов, это правда. Пусть хоть все до одного думают, что я ужасная и бесчувственная женщина, которая бездумно разбрасывается деньгами мужа направо и налево, ведь это тоже правда.

Бьянка, без нотки эмоций, монотонно повторила нелестные слухи, которые служанки нередко распускали за ее спиной. Роберт, услышав неожиданное заявление, нахмурился, не понимая сути происходящего. Однако, по мере того как Бьянка продолжила пересказывать сплетни, то с каждым новым словом лицо рыцаря становилось все более и более мрачным и недоумевающим.

Видеть, как самоуверенность мужчины сменяется тревогой и беспокойством, было довольно забавно, настолько, что она едва не рассмеялась вслух. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы и самой не потерять маску невозмутимости, поэтому Бьянка еще крепче сжала в руке розгу.

Анте, притаившись за спиной Роберта, еле сдерживала торжествующую улыбку, которая медленно расползалась по ее лицу. Было ясно как день, поверив в свое спасение, она думала, что теперь будет свободна. Как наивно…

Ведь хозяйка этого дома — Бьянка, а Роберт — всего лишь рыцарь. Со стороны Анте было глупо предполагать, что госпожа просто отступит только из-за его вмешательства.

Коварная улыбка мельком скользнула по губам Бьянки.

— Но даже если я злая и мрачная женщина, это никак не значит, что ты можешь войти в спальню моего мужа вместо меня.

От этих слов глаза Роберта еще больше расширились. Сомневаясь в услышанном, он повернулся к служанке, прятавшейся за его спиной, словно спрашивая ту, действительно ли она так сказала. Воспользовавшись моментом, рука Бьянки резко взметнулась, и розга с пронзительным свистом разрезала воздух. Движение было настолько четким и молниеносным, что ни у кого не возникало сомнений, что госпожа продумала свои действия заранее.

В ту же секунду на лице служанки, застигнутой врасплох, появилась алая полоса — острый конец прута рассек нежную кожу, отчего капли крови брызнули вокруг.

— Ааааа!

Анте схватилась за лицо и рухнула на пол. Ей было невыносимо больно, но осознание того, как выглядит ее лицо, залитое кровью, пугало ее гораздо сильнее самой боли.

“Как же так, почему это случилось со мной? Вокруг столько свидетелей… Неужели ей просто все равно, что подумают другие люди? Кто-то же должен был ее остановить?”

Мысли Анте были вполне логичны, однако для Бьянки честь и достоинство значили гораздо больше, чем болтовня окружающих. Ведь если бы ее хоть немного заботило чье-то мнение, она бы никогда не оказалась в одиночестве в стенах своего же дома.

На этот раз Бьянка даже не пыталась скрыть свою улыбку. С чувством полного удовлетворения она наблюдала за Анте, которая излишне наиграно прижимала руки к лицу, изображая предсмертные муки.

— Надеюсь, этот инцидент послужит тебе хорошим уроком и заставит задуматься над своими ошибками, — сухо добавила Бьянка.

Посреди развернувшейся сцены ее голос прозвучал крайне равнодушно, будто она вслух читала меню на ужин.

Слезы ручьем текли из глаз Анте, а на ее прежде светлой и нежной коже теперь виднелись красные следы пощечин и свежая рана, залитая алой кровью.

Роберт стиснул губы, смотря на последствия своей роковой невнимательности, если бы он тогда не обернулся, ничего подобного точно не случилось. Да, Анте безусловно вела себя неподобающе, распуская нелестные слухи, но разве она заслужила такое жестокое наказание? Не может быть, чтобы во всем была виновата только служанка, ведь именно поведение графини спровоцировало и породило множество слухов, учитывая то, как она жила все эти годы?

— И все же, Вам не кажется, что наказание зашло слишком далеко?! — крикнул Роберт, пристально глядя на графиню.

— Разве? Что именно? — ответила Бьянка, недоуменно наклонив голову.

Она не могла понять, почему рыцарь задал такой вопрос, поэтому решила вновь взвесить все нанесенные ей оскорбления и последовавшее наказание. Анте не только оскорбила и оклеветала свою хозяйку, но и посмела возжелать женатого господина. В прежние времена за такие проступки ее раздели бы догола, высекли плетью и навсегда изгнали из поместья.

Еще пару мгновений Бьянка все так же загадочно стояла, слегка склонив голову набок, обдумывая свое решение, а затем кивнула в знак согласия. Ее мнение осталось неизменным, она отнеслась к служанке более чем великодушно.

Если бы Роберт более тщательно проанализировал ситуацию, то осознал бы, что Анте за свои грехи заслуживала даже большего наказания. Однако многолетняя неприязнь к Бьянке застилала ему глаза, мешая увидеть истину.

Внезапно над всей суматохой раздался низкий голос, сразу же заглушивший все прочие звуки.

— Что за шум?

Одного короткого вопроса, произнесенного властным тоном, было достаточно, чтобы собравшиеся замолкли в ту же секунду, словно их всех разом окатило ледяной водой. Взгляды устремились к источнику голоса; им оказался не кто иной, как хозяин замка, Закари де Арно. Появление лорда заставило всех замереть, и каждый, не смея даже шевельнуться, пристально наблюдал за его реакцией, потому что в этих стенах именно он принимал любое окончательное решение.

Закари был одет в черный меховой жилет поверх повседневной одежды, и простые кожаные сапоги, которые обычно носили рыцари. Его серебристые волосы были слегка взъерошены и местами небрежно ниспадали на лоб, отчего его внешность больше напоминала молодого, пылкого воина, нежели хозяина замка и лорда окрестных земель.

Однако один лишь взгляд в его глубокие, темные глаза давал понять, что этот человек обладает внушительным опытом, мудростью и властным характером, которые он приобрел, пройдя сквозь десятилетие сложных жизненных испытаний, выпавших на его долю не только на посту лорда, но и с самого детства.

Все склонили головы в поклоне перед Закари, и только Бьянка осталась стоять прямо. Высоко подняв подбородок, она нервно закусила нижнюю губу, ведь его появление совсем не обрадовало ее.

“Почему? Почему именно сейчас?”

Закари был справедливым лордом, редко выносившим суровые наказания без веской на то причины. Но невзирая на то, что его руки были обагрены кровью многочисленных сражений, в мирное время он отличался удивительной мягкостью и добросердечием.

Однажды он простил человека, осмелившегося украсть полмешка пшеницы из личных графских запасов. И хотя, по закону, за это преступление следовало отрубить руку, лорд сжалился над ним и просто отпустил его, велев отдать долг целым мешком зерна в следующий урожайный год.

Интересно, как такой снисходительный человек отнесется к текущей ситуации с Анте? А если бы он узнал, какие слухи распространяла горничная, встал бы на сторону Бьянки? К сожалению, у нее не было в этом полной уверенности. Но одно знала наверняка: она ни при каких обстоятельствах не станет пересказывать Закари все то, что сегодня услышала из уст Анте. Несмотря на то, что несколько минут назад Бьянка в присутствии слуг не раз повторяла слова служанки, однако смелости рассказать об этом мужу у нее не нашлось.

Да и, к тому же, Бьянка даже не стала оправдываться и отрицать слова горничной, когда та оскорбляла ее, называя мерзкой рептилией. Кроме того, разве не поэтому он прогнал ее из своих покоев накануне вечером? В такой ситуации повторить слова Анте было бы еще более унизительно.

И служанка также знала об этом.

Они будто снова поменялись местами, радость приближающейся победы охватила Анте, в то время как Бьянка ощущала нарастающее беспокойство.