Няня рассказывала ей, что во время первых интимных отношений с мужчиной она будет испытывать сильную боль, словно ее плоть разрывает на части, и кровь прольется между ее ног. Даже если она никогда не чувствовала эту боль раньше, она знала, что это причинит ей дискомфорт, но ведь будет всего лишь немного крови. Разве это может напугать ее, если она и так уже каждый месяц проходит через нечто похожее?

Однако то, что действительно ее смущало, это необходимость раздеться и предстать перед Закари полностью обнаженной. От одной только мысли о том, что она откроет свои самые интимные места перед этим мужчиной, по ее спине пробежал холодок. Ее муж, вероятно, разочаруется, увидев, что ее фигура менее привлекательна по сравнению с другими девушками ее возраста...

Бьянка не испытывала ни малейшего чувства неполноценности из-за своего невысокого роста или недостаточно пышной груди, как у ее сверстниц. Она никогда не видела в этом ничего плохого.

Несмотря на это, Бьянку беспокоило, что Закари скажет, глядя на ее тело, потому что она не любила, когда ей указывали на ее недостатки. Кто будет рад, если над ним будут открыто смеяться из-за его внешности? Бьянка не была достаточно уверена в себе, чтобы спокойно справиться с этой ситуацией и пришла к выводу, что именно это было причиной ее смятения.

Хотя само по себе предположение, что Закари будет насмехаться над ней, было ошибочным с самого начала. Но в глазах Бьянки он был именно таким человеком. Неприятный мужчина, который всегда ранил ее чувства.

Однако она не могла отказать ему, так как у нее не было для этого веских причин. Несмотря на то, что как хозяйка замка, Бьянка пренебрегала своими обязанностями, но как жена она была обязана делить постель с мужем, этого нельзя было избежать.

Няня Джейн, которая умерла, когда Бьянке было тринадцать, перед смертью предупредила ее, что она должна достойно принять своего мужа в первую брачную ночь, сохранить свою аристократическую гордость и ни в коем случае не смущаться и не терять самообладание.

Джейн сказала, что первая брачная ночь случится, когда ей исполнится шестнадцать, но это произошло только после ее восемнадцатилетия. Бьянка не считала, что это было заботой о ней. Это было скорее равнодушие, а не забота. Он бросил ее, когда она была ему не нужна, а теперь он пришел к ней только для того, чтобы развеять опасения своих вассалов.

Пока Бьянка изо всех сил пыталась успокоиться, неделя пролетела незаметно, и наступил тот самый день. Она привлекательно нарядившись, покорно встретила его у кровати.

Бьянка не могла остановить дрожь во всем теле, но упорно пыталась скрыть ее, изображая непринужденность. Она высоко держала подбородок, а из-под каштановых ресниц вызывающе блестели ее светло-зеленые глаза. Бьянка думала, что это не так уж и страшно. До тех пор пока они не легли в постель.

Из рассказов няни она понимала, что подразумевается под интимной связью между мужчиной и женщиной, но столкнувшись с ней в реальности, все оказалось совсем иначе. Бьянка зажмурила глаза и прикусила губу, боясь закричать.

Острая боль пронзала ее содрогающееся тело.

Каждый раз, когда Закари двигался, тело Бьянки безудержно тряслось. Она чувствовала себя словно в маленькой лодке, попавшей в шторм посреди океана, беспомощно качаясь туда-сюда и неспособная найти устойчивое положение. Настолько она была бессильна.

Бьянка чувствовала сильную боль, шевелясь и сопротивляясь она неосознанно попыталась отползти от него. Но не успев моргнуть, она оказалась в ловушке, когда Закари поймал ее руки, беспомощно цепляющиеся за простыни, и накрыл своим телом. Он был намного крупнее хрупкой Бьянки, когда Закари держал ее в своих объятиях, она не могла даже шевельнуться.

Лежа лицом вниз на кровати, слабая дрожь сотрясала тело Бьянки, а ее длинные каштановые волосы беспорядочно развевались по бледной спине. Горячее, наполненное похотью, дыхание Закари коснулось ее уха, отчего она чуть было не потеряла сознание.

Той ночью Закари так и не отпустил Бьянку. Он снова и снова безжалостно вторгался в нее, а у Бьянки не было другого выбора, кроме как продолжать принимать его, даже когда она полностью обессилела, а ее лоно до предела наполнилось влагой. Так продолжалось всю ночь до самого рассвета.

Её первый опыт принес ей только шок и страх. Она чувствовала себя, словно ее терзал голодный зверь. Это было ужасно, и какой бы обязанностью это ни было, она не желая повторять печальный опыт в постели с супругом, с тех пор отчаянно пыталась отказать ему в этом.

Но, если бы Закари проигнорировал ее отказы, Бьянке не осталось бы ничего другого, кроме как подчиниться. К счастью, у него не было желания принуждать ее, вместо этого он спокойно смирился с тем, что она отказывалась с ним спать.

Однако, это не означало, что они больше никогда не спали вместе после той ночи. Закари приходил к ней каждый раз перед тем, как отправиться на войну. С устрашающим выражением лица, молча, без лишних слов, он хватал и тянул ее за руку в постель. Это были единственные дни, когда Бьянка не отказывала ему.

Несмотря на то, что Закари считался непобедимым воином, война – вещь непредсказуемая. Может быть, поэтому у него возникло желание, чтобы она зачала ему наследника на тот случай, если он погибнет на поле боя, или это были надоедливые просьбы его вассалов, убеждающие его в этой необходимости.

Если Закари не отправлялся на войну, то он никогда не искал Бьянку, да и она сама

не стремилась этого делать. И вот, однажды, она случайно услышала, как сплетничают служанки. Пронзительный голос одной из них ясно донесся до ушей Бьянки, стоящей поодаль.

— Он такой навязчивый. Будь то конюхи, рыцари или слуги – они все одинаковые. Они все жаждут только одного. Как же это раздражает.

— О боже, милочка, хоть ты и говоришь, что тебе не нравится, но всегда виляешь хвостом перед ними.

— Ну, это потому, что вместо человека, который мне нравится, ко мне липнут все эти бесполезные идиоты.

— И кто же избранный? Сэр Гаспар? Или сэр Роберт?

— Хммм…

— Может быть это наш господин?

За невзначай заданным вопросом служанки последовал заливной смех. Это звучало и впрямь как смешная шутка, однако ее собеседница не стала ничего отрицать. Заметив это, служанка стала озираться по сторонам и почти шепотом обратилась к своей напарнице.

— Если госпожа об этом узнает, она накажет тебя.

— Она совсем не заботится о нашем хозяине. О, бедный господин. Все другие недостойные мужчины постоянно бегают за юбками, а наш благородный хозяин привязан к жестокой госпоже, которая управляет им как собачкой. Не думаешь, что это странно? Они не спят вместе даже три раза в год? Ты считаешь, что это возможно?

“Плохая госпожа”

Бьянка усмехнулась. Она знала, что никогда не нравилась слугам и горничным замка, но никогда не думала, что они будут так сплетничать. Особенно когда речь коснулась ее интимной жизни с Закари.

— Я уверена, что у него точно есть любовница. Прошло уже более десяти лет с тех пор, как он женился, неужели ты думаешь, что он все это время воздерживался?

— Ложь! Наш господин не такой!

— В чем-то он точно не такой, как все. Однако признай, довольно трудно поверить в это, учитывая поведение других мужчин.

— Ах… Я так хочу, чтобы меня обнял наш господин. Его крепкая грудь…

— Ну хватит уже. Проснись.

Горничные продолжали болтать, уходя дальше по коридору, но Бьянка, стоявшая в стороне, замерла, прислушиваясь к их разговору. Ее сердце сжалось, услышав, что у Закари возможно есть любовница... Беспокойство и непонятное чувство отвращения, словно камень стояли у нее в горле, не давая вздохнуть.

Любовница!

Как она не догадалась об этом раньше?

Оглядываясь назад, она поняла, почему Закари так легко отступал, когда она отвергала его ухаживания, а также почему их первая брачная ночь была отложена до ее восемнадцатилетия. Все это имело смысл, если бы у него была любовница.

После того дня Бьянка начала еще больше избегать Закари, а недоверие к мужчинам и страх перед интимными отношениями полностью овладели ее сердцем.

---

Во времена ее несчастного брака, одна судьбоносная встреча перевернула жизнь Бьянки с ног на голову.

Именно тогда она встретила свою роковую любовь в лице красивого мужчины по имени Фернан. Он был сверстником Бьянки и прекрасен, как теплое утреннее солнце. Закари производил впечатление холодного и грубого воина, словно камень, тогда как Фернан, певец-менестрель, одарял ее своей добротой и нежностью, словно легкий ветерок.

Он говорил ей много ласковых и нежных слов, которых она никогда раньше не слышала от своего мужа Закари. Неудивительно, что наивная Бьянка, ничего не зная о мужчинах, так легко влюбилась в его доброту. Вскоре после встречи с Фернаном ее чувство страха и недоверия к противоположному полу стало постепенно угасать.

Однако страх перед интимной близостью все еще преследовал ее. Было ясно, что Бьянка без памяти влюблена в Фернана, и он не мог смириться с мыслью, что она все еще не отдалась ему. И вот однажды наедине, он с любовью смотрел на нее своими сверкающими голубыми глазами, и, прикоснувшись к ее изящной руке, сказал:

“Миледи, разве вы не хотите меня? Взгляните, я так желаю вас…”.

В ту же секунду он потянул ее руку к твердой выпуклости между ног.

Бьянка разволновалась, когда кончики ее пальцев соприкоснулись с жгучим жаром его плоти. Обескураженная ситуацией, она отвела растерянный взгляд, не зная, что делать дальше, а ее белые щеки теперь пылали, как спелые персики.

Все еще боясь интимных отношений с мужчинами, сердце Бьянки замерло, когда она увидела, как Фернан так пылко желал ее. Биение ее собственного сердца громко отдавалось в ушах. Бьянка, словно одержимая, приподняла подол своей юбки.

Это был некий порыв.

Фернан притянул ее ближе, приняв вид ее слегка обнаженной лодыжки в знак согласия, и увлек Бьянку в густой кустарник.