[ — Это Кондитер Четыре. Есть ли кто-нибудь живой там?..]

Трансляция шла с коротковолновой рации из ближайшего универмага – именно там, согласно заданию, в последний раз видели цель для спасения.

[ — Универмаг полностью захвачен зомби. Все, кто был со мной… погибли.]

Голос молодого человека дрожал от слёз.

[ — Я прячусь в кладовке на верхнем этаже, но они уже знают, что я здесь. Через несколько часов… а если не повезёт, то через несколько минут… они выбьют дверь.]

Его последние слова оборвались вместе с сигналом.

[ — Всем в Тэджоне… я никогда не забуду время, проведённое с вами. Молюсь, чтобы вы все смогли…]

Щёлк.

Рация замолчала.

— Тц, – у Ведьмы скривилось лицо.

Хан Джэхи осторожно спросил:

— Мы же… пойдём?

— …

— Вроде недалеко…

Джэхи пробормотал, кивая в сторону универмага. Ведьма тяжело вздохнула.

— Ладно. Близко. И миссию лучше выполнить, наверное.

— Вуху-у!

— Но запомни, Паря, – Ведьма ткнула в него пальцем, — Я тебе не нянька. Если всё пойдёт по пизде, я и тебя брошу. Выживай сам. Понял?

— Ага! Не переживай! Если у меня и есть талант, то это – выживать!

Джэхи уверенно кивнул, будто это было самой очевидной вещью на свете.

Ведьма резко выдохнула.

— Ладно. Пошли, – она схватила меч и бросила усталым голосом, — Раз уж вышла на работу, надо отработать по полной.

***

Тэджон. Универмаг. Кладовка на верхнем этаже.

ТУК! ТУК-ТУК-ТУК-ТУК!

Буэ-э-э-э-э!

Зомби, ломившиеся в дверь, визжали, размахивая конечностями. Стальная дверь была толстой, но бесконечные удары постепенно делали своё дело.

— Угхх…

Внутри дрожал мужчина в поварской форме. Полноватый, с веснушчатым молодым лицом.

Он морщился от звуков скрипящего металла, готового вот-вот поддаться, но не останавливался.

— Не знаю, доберётся ли сюда кто-нибудь… но я должен передать это будущему.

Он лихорадочно строчил что-то на листе бумаги, разложенном на столе.

— Исследования, которые мы проводили в этом городе!..

С выражением мрачной решимости он собрался дописать своё завещание.

И в этот момент…

ТР-Р-РА-АХ-Х!

Дверь кладовки разлетелась.

— Нет, я ещё не закончил! – вскрикнул он.

В тот же миг десятки зомби ворвались внутрь – с вытянутыми руками, разинутыми пастями, жаждущими плоти.

БУЭ-Э-Э-Э-Э!

— А-а-а-а-а, чёрт возьми!

Мужчина схватил со стола скалку и приготовился к последнему бою.

Как тут…

— Нашёл тебя!

Голос мальчишки разнёсся из дальнего конца коридора.

Вспых!

В одно мгновение. И глазом не успел моргнуть.

Десятки зомби, тянувшихся к нему, вдруг разлетелись в стороны, словно кегли.

— А?..

Пока мужчина стоял ошеломлённый…

БАХ! ХРУСТ! БУХ! У-УМФ!

Разбросанные зомби превратились в кровавое месиво на стенах и потолке под аккомпанемент отвратительных звуков.

Прежде чем он успел осознать произошедшее, перед ним стоял мальчик.

Тот самый – человеческий шар для боулинга – Хан Джэхи, который только что врезался в зомби на сверхскорости. Ну как врезался, немного оттолкнул их.

— Ты в порядке? Мы здесь, чтобы спасти тебя! – Джэхи сиял улыбкой, стараясь его успокоить.

Однако в следующую секунду его лицо исказилось. Он зажал рот рукой и пошатнулся к углу кладовки.

— Ур-р-р, секундочку… я слишком быстро двигался, желудок…

— Что?..

— Плюс я впервые толкал что-то, используя способность, так что чувствую себя немного… бле-е-е-е…

Джэхи наконец упёрся в стену и начал давиться.

Мужчина растерянно смотрел, не зная, что делать, затем протянул пухлую руку, чтобы похлопать его по спине. Джэхи продолжал рыгать, бормоча что-то между «извините» и «спасибо».

— Невероятно.

Ведьма, вошедшая в кладовку чуть позже, цокнула языком.

— Один заход – и ты уже выдохся? Серьёзно?

— Угх, не весь… но почти. Если немного отдохну, восстановлюсь…

— Блять, ну ты и преждевременный.

Джэхи вздрогнул.

— Эй, как ты можешь такое говорить при ребёнке?! П-преждевременный?!

— Ребёнке? Не смеши меня. Ты вор, который угодил за решётку. И как ещё назвать парня, который кончает за секунду и падает?

— Есть куда более крутые варианты! Например… скорострел!

Игнорируя протесты Джэхи, Ведьма кивнула на мужчину.

— Так ты тот, кто передавал сигнал – Кондитер?

— Д-да? Точно. Я Кондитер Четыре.

Джэхи, наконец переведя дух, оживился.

— Номер четыре? Значит, есть ещё?

— Нас четверо… ну, было. Мы исследовали «рецепт» вместе в этом универмаге, но потом начался этот ад, и… ну.

Кондитер грустно посмотрел на зомби-месиво по комнате. Если приглядеться, некоторые из них были в таких же поварских формах, как у него.

Джэхи покрылся холодным потом и поспешил сменить тему.

— Т-так, этот «рецепт», который вы исследовали… это случайно не лекарство от зомби-инфекции?

— Лекарство? Нет, вообще нет, – Кондитер покачал головой, — Рецепт. В прямом смысле. Кулинарный.

— ?..

— Мой позывной – Кондитер, не заметил? Как и следует из названия, я пекарь.

Джэхи моргнул и указал на него пальцем.

— Погоди, то есть… ты настоящий пекарь? Тот, кто печёт хлеб?

— Именно.

— Не учёный, разрабатывающий лекарство, не мэр Тэджона или чей-то сын-конгрессмен, или чёт такое?

— Сколько раз повторять? Я просто пекарь.

Кондитер поднял лист, на котором только что писал.

Это был настоящий рецепт, испещрённый пропорциями муки, сахара, масла, яиц, дрожжей и прочего.

Взгляд Джэхи стал стеклянным.

— Тогда исследования, которые вы проводили в Тэджоне, это…

— Да! – Кондитер выпрямился, сияя от гордости, — Я искал легендарный рецепт Жареного Соборо!

Джэхи и Ведьма переглянулись в полном недоумении.

Что он сейчас сказал?

Жареное Соборо?

***

— Тридцать лет назад, до того как мир скатился в ад… кондитерская «Симчхондан» здесь, в Тэджоне, была самой известной в стране.

Кондитер болтал без остановки, яростно засовывая свои исследования в рюкзак.

— Я пришёл сюда, чтобы найти рецепт их фирменного творения – легендарного Жареного Соборо! И заодно подобрать другие рецепты, конечно!

Джэхи слушал, слегка разинув рот. Затем осторожно спросил:

— Этот… рецепт хлеба действительно того стоит, чтобы лезть в город, кишащий зомби?

— Ретро сейчас в тренде! Всё, что было популярно тридцать лет назад, продаётся как горячие пирожки! Люди сходят по этому с ума!

Кондитер продолжал лекцию, даже упаковывая вещи.

— Мои родители были из Тэджона, и когда они говорили о времени до войны, всегда вспоминали хлеб из «Симчхондан». Жареное Соборо, которым они делились при первой встрече. Они мечтали попробовать его снова.

— Хм…

— Их уже нет, но именно тогда у меня появилась идея! Если бы я восстановил рецепты легендарной «Симчхондан» и объявил себя её преемником, это был бы оглушительный успех! Все ностальгируют по довоенной эпохе!

— …

— Наследие «Симчхондан» прервалось, когда пал Тэджон, так что кто первый встал, того и тапки!

Как пираты, ищущие мифические сокровища, они были пекарями, которые пробрались в Тэджон в поисках призрачного рецепта – Жареного Соборо.

Они были Кондитерами.

Хотя теперь, когда остальные превратились в зомби, остался лишь один.

— …Бабка-Ведьма, – прошептал Джэхи, — Мы… точно по адресу? Может, ошибка какая…

Неужели правительство действительно запустило секретную операцию, чтобы спасти человека, ищущего рецепт хлеба?

В этом вообще был смысл?!

— Да, и что? Ничего страшного. Мы нашли Кондитера в Тэджоне. Неважно, искал он лекарство от зомби или рецепт хлеба. Доставим его и миссия выполнена.

Ведьма выглядела так, будто её это вообще не волновало.

Её взгляд упал на Кондитера, который теперь засовывал ингредиенты в огромный рюкзак, и она наклонила голову.

— Но всё же… Жареное Соборо было вкусным, но не настолько, чтобы ради него рисковать жизнью.

— Боже правый! Ты его пробовала?!

— Ты как думаешь, сколько мне лет? Я ела его в молодости.

Ведьма жила в мирные времена Республики Корея, до Войны Врат.

Джэхи пробормотал пустым голосом:

— Ты даже пробовала легендарный хлеб? Повезло… Я за всю жизнь ни куска торта не видел…

Ведьма бросила на него холодный взгляд, но ничего не добавила.

— Я готов!

Закончив сборы, Кондитер подбежал к ним, таща рюкзак, который казался больше его самого.

Ведьма глянула на часы и кивнула.

— Хорошо. Миссия оказалась проще, чем я думала. Теперь надо найти укромное место и ждать.

Но не тут-то было.

Бип-бип-бип!

Как раз когда они собирались уходить, на столе запищал коммуникатор.

— О? – воскликнул Кондитер, бросаясь к устройству.

В эфире раздался усталый женский голос:

[ — Кондитер Четыре, ты ещё жив?]

— Директор?!

Лицо Кондитера просияло.

— Боже, вы живы! Слава богу, я думал, все погибли…

[ — Да. Я чудом выбралась. Мы с другими выжившими эвакуировались в подвал станции Тэджон.]

Женщина на другом конце усмехнулась без радости.

[ — Но мы слишком близко к новым Вратам… Атаки зомби не прекращаются, и Эрозия Реальности усиливается. Хех. Похоже, это конец.]

— Что?

[ — Кондитер, ты наша последняя надежда. Ты должен…]

Помехи усилились, связь начала рваться.

[— Жареное Собо… пусть внешний мир узна… что Тэджон существо…]

Кш-ш-ш-ш…

Клац!

— …

Кондитер тупо уставился на устройство, затем резко развернулся, дрожа всем телом.

— П-пожалуйста…

— Не-а, – Ведьма оборвала его, не дав договорить.

Когда Кондитер запнулся, она холодно продолжила:

— Наша миссия – спасти тебя, а не защищать каждого выжившего в этом городе. Собирайся и уходим.

— Я не прошу защищать всех! – закричал Кондитер, указывая в сторону станции Тэджон, — Врата рядом со станцией открылись вчера – они совершенно новые! Из-за них зомби обезумели!

— …

— Если вы просто закроете эти Врата, зомби успокоятся, и выжившие смогут продержаться!

Ведьма поковыряла в ухе, выглядея скучающей.

— И зачем, спрашивается, нам это делать?

— Что?.. Разве вы двое не… Охотники? Герои справедливости, убивающие монстров и закрывающие Врата?

— Ты ошибся адресом, – Ведьма постучала по взрывному ошейнику на своей шее – Гильотине, — Мы не герои справедливости, а чёртовы заключённые, которых заставили работать под страхом смерти.

— Но…

— Нам плевать на всё, что вне миссии. Неважно, сколько невинных умрёт или наступит конец света. Если это не часть задания – для нас это ничего не значит.

И текущая миссия Чёрного Парада – спасти Кондитера.

Рисковать жизнями ради других выживших, не являющихся целью, – абсолютно бессмысленно.

— Хнгх!..

Кондитер стиснул зубы, а затем с драматизмом, на который было способно его пухлое тело, плюхнулся на пол.

— Тогда я никуда не пойду! Буду лежать здесь и не сдвинусь ни на сантиметр!

— Как хочешь. Мне даже проще будет, если ты связан.

Ведьма оглядела кладовку, заметила верёвку и взяла её.

Джэхи в ужасе схватил её за руку.

— Бабка, да ладно тебе! Ты слишком жестока! Хотя бы попробуй его уговорить…

— Сколько раз повторять, Паря? Моя жизнь важнее успеха миссии.

Ведьма фыркнула и проверила натяжение верёвки.

— В рот палец не клади – руку откусят. Он хочет, чтобы мы закрыли Врата? Потом попросит спасти других выживших. Потом – сопроводить их из Тэджона. А дальше что? Кормить и одевать их, что ли? Запросы никогда не кончатся.

— Э-эм…

— И ты думаешь, закрыть Врата легко? Это операция, требующая десятков обученных Охотников, и даже тогда успех не гарантирован. Что мы вдвоём сможем сделать?

— …

— Ну вот и отлично. Мы уходим.

И в этот момент…

ТР-РА-АХ-Х!

Обломки двери кладовки отлетели в сторону.

Ведьма, Джэхи и даже Кондитер, изо всех сил пытавшийся сравняться с полом, резко повернули головы ко входу.

— Что, ещё зомби при… а? – Джэхи открыл рот, увидев, кто это.

Да, это был зомби. Но…

Ведьма, тоже узнавшая фигуру, пробормотала в шоке:

— Твою дивизию… ну и что это за ебака?

В кладовку ввалилось нечто.

— …Гр-ра-а.

С головы до ног в крови. Одной руки нет. В животе зияет дыра.

Это был Примерный Ученик… или то, что от него осталось.