— Подумать только, наша дочь уже натворила дел, и нас вызвали в школу.

Уинтер с нескрываемой гордостью оглядел школу. В отличие от тихого Тео, о котором в школе и не слышно было, Оливия с первого же дня своего поступления устроила настоящий ураган.

В отличие от Уинтера, который был в прекрасном расположении духа, Виолетта лишь вздыхала, и он не упустил случая её поддеть.

— Это Тео в тебя пошёл, такой до неприличия спокойный. Он весь день ходил с кислой миной только потому, что я запустил фейерверк на церемонии поступления. А Олив? Посмотри на неё! Она на свой день рождения приглашает весь класс на вечеринку в отель.

— И это повод для гордости?

— Конечно. Разве не здорово, что она позаботилась обо всех без исключения? Наша дочь, кем бы ни стала, добьётся многого.

Виолетту же ждала череда поступков, которые она и представить себе не могла. Дверь кабинета директора открылась, и Уинтер увидел растрёпанную после драки Оливию, а рядом с ней — мальчика с синяком под глазом.

В тот же миг лицо Уинтера стало ледяным. Он смерил мальчика взглядом и спросил:

— …Ты ударил мою дочь?

Мальчик сжался, ощутив его враждебность, и тогда вмешался директор:

— Вовсе нет. Мисс Оливия в одностороннем порядке применила насилие.

Уинтер уже собирался сказать, что его ангельская дочь и мухи не обидит, но его опередила Виолетта:

— Это правда?

Оливия тут же вскочила и с лицом, очаровательным, как у её матери, заявила:

— Джед сказал, что я буржуйка, которая выросла, не зная трудностей!

— Так он же не соврал, — буркнул на это Джед.

Оливия фыркнула, скривив губы точь-в-точь как Уинтер, когда его что-то поражало.

— Ты дурак? Какая я тебе буржуйка? Моя мама — Виолетта Блуминг Лоуренс. Я не просто богатая, я богатая и родовитая. Так что я не буржуйка, болван.

— Что-что? И ты из-за этого его ударила?

— А то! Если ошибаешься, то иногда приходится учиться на тумаках.

Оливия съязвила, и назревал уже второй раунд, но Виолетта, успевшая поздороваться с уже пришедшими родителями Джеда, повысила голос:

— Оливия Блуминг Лоуренс!

— Но ведь Джед первый начал дразниться!

— И кто тебе сказал, что это даёт право применять силу?

При виде холодного лица Виолетты не только Оливия, но и все присутствующие в кабинете директора замолчали. Она повернулась к директору и вежливо произнесла:

— Мы будем признательны, если наказание определит школа.

— Что? Но всё же заставлять мисс Оливию заниматься общественными работами…

— Прекрасно. Так и поступим.

Услышав это, Оливия с потрясённым видом подошла к Виолетте, схватила её за воротник и спросила:

— Правда? Мама, ты не против, если я буду ухаживать за клумбами?

— Я и сама этим постоянно занимаюсь.

— Н-но Олив не любит ухаживать за клумбами.

Оливия, кажется, с опозданием поняла, в каком оказалась положении. Она захлопала ресницами, пытаясь разжалобить мать. Виолетта на миг почти поддалась чарам дочери, которая в критических ситуациях, совсем как отец, пускала в ход всё своё обаяние. Но, крепко зажмурившись, она снова открыла глаза и твёрдо произнесла:

— И всё же придётся.

Родители Джеда были из обедневшего дворянского рода и примчались в школу в страхе перед семьёй Блуминг Лоуренс — самой влиятельной и богатой на континенте. Увидев, как всё обернулось, они вздохнули с облегчением. Мать Джеда обратилась к директору:

— Поскольку наш сын первый начал задираться, мы были бы рады, если бы Джеду назначили такое же наказание.

Раз родители с обеих сторон сами просили наказать их детей, лицо директора, опасавшегося последствий, заметно посветлело.

— В таком случае, Оливия и Джед, вам обоим назначается десять часов общественных работ. Явитесь в выходные для ухода за клумбами.

Когда решение было принято, обе семьи вышли из кабинета. Получив ещё один выговор от Виолетты, Оливия с недовольным лицом подошла к Джеду.

— Джед.

— Чего? — спросил тот, вздрогнув.

— Прости.

— …Я… я тоже, прости.

— Кстати, я тебе нравлюсь?

От слов Оливии Виолетта застыла с открытым ртом. Уинтер же помрачнел, столкнувшись с темой романтических интересов дочери лет на десять раньше, чем ему хотелось бы.

— П-почему ты так думаешь? — серьёзно переспросил Джед.

— Если да, то перестань.

— А?

— Я — Оливия Блуминг Лоуренс. С чего бы мне влюбляться в задиру? Я и на тех, кто за мной усердно ухаживает, не всегда обращаю внимание.

Оливия отчеканила это, вежливо поклонилась родителям Джеда, резко развернулась и крепко обняла Виолетту.

— Я извинилась! Мам, ты больше не злишься?

— Да, ты молодец… — растерянно ответила Виолетта, всё ещё пребывая в шоке. Тем временем Уинтер подхватил Оливию на руки.

— Ну что ж, доченька. Может, завтра сходим с папой купим тебе одежду для общественных работ?

— И цветы для клумбы тоже купим. Пользуясь случаем, посажу в школе фиалки. Чтобы каждый раз, глядя на них, вспоминать о маме.

— Да, да. Какая умница. Уже такая заботливая дочь.

Уинтер шёл по коридору, оживлённо болтая с дочерью так, словно был готов достать для неё звезду с неба. Виолетта коротко кивнула родителям Джеда и последовала за ними.

Все трое направились к кабинету студенческого совета, где был Тео.

В Королевской школе, помимо повседневной, у каждого ученика была и парадная форма, скроенная по образцу той, что носили королевские рыцари двести лет назад. Её надевали по особым случаям, и, судя по всему, сегодняшнее собрание было важным, потому что Тео тоже был в парадной форме.

— Все старшие девочки смотрят только на брата, — сказала Оливия. — Даже когда говорят другие.

— Похоже, если успеваемость у одноклассниц Тео упадёт, ответственность придётся брать нашему дому, — цокнул языком Уинтер. Затем он тут же повернулся к жене и спросил: — Ты тоже носила такую форму?

— Конечно.

— Тогда почему её нет ни на одной из картин, что я купил? Кто-то успел её припрятать?

— Видимо, её там и не было.

— Не ври так неумело. Где она? Я немедленно пошлю людей.

— Именно поэтому и нельзя.

Когда Виолетта отказала, Уинтер достал оружие, которое приберёг для такого случая.

— Припоминаю я тот угольно-чёрный жареный цыплёнок, которым ты накормила меня на мой день рождения.

— …Должна быть в кладовой кабинета студенческого совета.

Как только Виолетта неохотно ответила, Уинтер тут же отыскал глазами дверь в кладовую. Он уже строил план, как бы выкупить картину, пожертвовав на строительство ещё одного школьного корпуса, когда их заметил Тео. Он обрадовался и ненадолго вышел из кабинета.

— Вы уже здесь?

— Оливия тут немного набедокурила, — ответил Уинтер.

— Точно. Совсем немного, — поддакнула Оливия.

Тео обеспокоенно посмотрел на них, но тут же мягко улыбнулся и сказал:

— Мы уже почти заканчиваем.

Он собирался вернуться, но трое мальчиков, по-видимому, его друзья, высыпали наружу.

— Отец Тео! А можно мы проведём новогоднюю вечеринку нашего курса в вашем отеле?

— Тео не даёт нам даже спросить вас!

Тео смущённо попытался затолкать друзей обратно в кабинет.

— Я же сказал, нельзя.

— Почему это нельзя? Неужели я не могу сделать такую малость для своего сына?

Уинтер нахмурился, и за него ответила Виолетта:

— Он просто не хочет использовать отель в личных целях. Это естественно.

— Какая принципиальность, вся в нашу Принцессу.

Виолетта метнула в него сердитый взгляд, и Уинтер тут же переключил всё своё внимание на жену, но пришёл в себя, лишь когда она глазами указала на Тео.

— Используйте Столичный отель. Я предоставлю вам зал для мероприятий. Расходы беру на себя.

Ошеломлённые мальчики переспросили:

— Что? О-отец Тео, вы всё оплатите?

— Много ли вы, дети, потратите, — отмахнулся Уинтер.

Тео выглядел встревоженным, но под радостные возгласы друзей вернулся в кабинет. Как только он объявил, что новогодняя вечеринка пройдёт в Столичном отеле «Карник», студенты взревели от восторга.

Теперь, когда место для вечеринки было определено и даже нашёлся спонсор, собрание затянулось. Спустя долгое время оно наконец закончилось, и Тео вышел.

Когда они покидали здание школы, Виолетта протянула руку, и Тео, застенчиво улыбаясь, крепко её сжал. Другую руку Тео взяла Оливия, а её вторую руку — Уинтер.

Когда все четверо вышли во двор, они увидели, что снег, начавшийся некоторое время назад, уже успел укрыть землю. Семья направилась к Художественному музею «Лакраунд» — одному из зданий королевского дворца, ныне открытому для публики.

В музее, который только что распахнул свои двери, уже толпилось множество людей. Увидев семью Виолетты, они встретили их радостными возгласами.

Пока Тео смирно следовал за родителями и вежливо кланялся всем взрослым, которых ему представляли, Оливия быстро подружилась со сверстниками и с весёлым смехом носилась по снегу.

Виолетта, с улыбкой глядя на дочь, подтолкнула Тео в спину.

— Тео, иди тоже поиграй.

— Мне уже десять, я могу и попозже поиграть!

— Я позову тебя позже, а пока иди.

Услышав слова матери, Тео, которому и самому не терпелось порезвиться, немного подумал, кивнул и побежал к школьным друзьям, уже махавшим ему.

Тем временем Уинтер принёс два бокала тёплого вина, один из которых протянул жене, и изумлённо спросил:

— Эти сорванцы хоть понимают, насколько важен сегодняшний день?

— Не такой уж он и важный.

— И правда, что с детей взять.

Уинтер рассмеялся и поднял взгляд на стену, где висели портреты всех королей Лакраунда. Последний из них был скрыт под белой тканью.

Кто-то потянул за верёвку, ткань соскользнула, и взорам предстал портрет Виолетты. Один из членов Совета прикрепил под ним табличку. На ней было написано имя Виолетты, титул «Последняя королева Лакраунда» и срок правления — 0 дней.

— Срок правления — ноль дней, — с улыбкой произнесла Виолетта. — Забавная вышла затея.

— Какая ещё затея? Жители Лакраунда любят тебя, а Совету и впредь придётся постоянно упрашивать тебя заняться международными делами. Но ты так упрямилась, что они пошли на компромисс, лишь бы хоть как-то вписать твоё имя в историю.

— Что неверно, то неверно.

— Да-да. Я ведь люблю в тебе даже твоё ужасное упрямство.

Виолетта рассмеялась от его шутливого тона. Она посмотрела на надпись под своим портретом и пробормотала:

— Теперь монархия действительно и окончательно пала.

— И всё благодаря тому, как чисто ты всё завершила.

— «Чисто» всё завершилось благодаря вам.

Уинтер взял руку жены и, раз за разом целуя её тыльную сторону, сказал:

— Тогда будем считать, что это наша общая заслуга.

— Прекрасный вывод.

— Я говорил, что люблю тебя?

— Каждый день, не пропуская ни одного.

— Это всё потому, что я так сильно люблю тебя, моя Принцесса.

От его лукавства Виолетта снова рассмеялась и ответила:

— Я тоже тебя люблю.

Услышав её слова, Уинтер просиял так, словно впервые в жизни услышал признание в любви.

Когда официальная часть закончилась и началась вечеринка, Виолетту окружили люди, желавшие её поздравить. Уинтер, который в это же время отбивался от тех, кто пытался завести деловые разговоры, вдруг взглянул на Виолетту. Она стояла у окна и молча наблюдала за Тео и Оливией, увлечённо лепившими большого снеговика. Однако вскоре ей пришлось вновь повернуться к гостям, чтобы принять очередные поздравления.

Уинтер, счастливый от того, что жена думает о том же, что и он, подошёл к ней.

— Удели мне минутку.

Дамы, беседовавшие с ней, укоризненно посмотрели на него.

— Вы и так весь день не отходите друг от друга, и снова хотите увести свою жену?

— Вот именно! А нам было так интересно.

Несмотря на упрёки, Уинтер невозмутимо ответил:

— Разве до вас не дошли слухи, что я без жены просто умираю? Считайте, что спасаете мне жизнь.

С этими словами он взял Виолетту за руку и повёл к выходу. Выбравшись из толпы, Виолетта прошептала ему:

— Спасибо.

— Пойдём скорее играть с нашими малышами.

Виолетта с улыбкой кивнула.

Супруги вышли из музея, и Оливия радостно подбежала к ним, подпрыгивая на месте.

— Давайте слепим большого снеговика! Огромного!

— Мы за этим и вышли, — ответил Уинтер и принялся катать уже довольно большой снежный ком. Тео присоединился к нему, катая свой ком рядом.

— Когда вернёмся домой, снова сделаете нам какао, — сказал он.

— А, и мне! — радостно добавила Оливия.

— Похоже, любовь к твоему какао — это у нас семейное, — весело заметила Виолетта.

— Похоже на то. Кстати, Виолетта, если ты тоже примешь участие в лепке снеговика, какао покажется ещё вкуснее.

— Пожалуй, вы правы.

Виолетта согласилась, с улыбкой взяла Оливию за руку и пошла лепить снеговика.

- fin.