Виолетте в здоровом теле Уинтера было одновременно и комфортно, и неуютно. Даже в карете, сделанной специально под его телосложение, потолок казался низким и давил.

Открывая окно, чтобы выглянуть наружу, Виолетта бросила взгляд на часы, что были на запястье её мужа.

— ...Он и правда не снял часы.

На её бормотание отозвался Хайель, который не мог позволить себе и минуты отдыха, проверяя документы.

— Он очень ими дорожит. А ведь обычно ему вещи быстро надоедают.

— Какое счастье.

Виолетта невольно улыбнулась.

После этого она ещё какое-то время разглядывала часы.

*

Проснувшись в теле своей жены, Уинтер нахмурился, почувствовав озноб.

— Чёрт, и дня здоровой не бывает. Сменили врача, а он всё равно коновал.

Раздражённо высказавшись, он поднялся и посмотрел в зеркало. На Виолетте было тёмно-жёлтое платье, подходившее для конца лета.

Всё же сегодня наряд был довольно светлым.

Уинтер некоторое время полюбовался лицом своей жены, а затем принялся обыскивать всё вокруг.

Возможно, где-то осталась хоть какая-то зацепка, объясняющая обмен телами. Было невыносимо обидно, что это происходило из-за его родословной, а он сам не знал, как это контролировать.

Обыскав всё вокруг, он нашёл под кроватью пузырёк с лекарством.

На этикетке было написано: «Обезболивающее».

— Лекарство от менструальной боли?

Пока Уинтер размышлял вслух, в комнату незаметно вошла Джен и тут же выхватила у него пузырёк. Увидев, что он пуст, она вспылила:

— Молодая госпожа! Вы снова выпили все обезболивающие? Я же говорила, что вредно принимать столько лекарств!

— ...

Если бы не её беспокойство о жене, Уинтер бы уже вспылил и швырнул что-нибудь в ответ на такой шум.

*

Вскоре Уинтер прибыл в поместье Блуминг.

Выйдя из кареты у места проведения чаепития, он увидел длинные столы, накрытые нежно-розовыми скатертями и заставленные угощениями. Повсюду стояли нарядно одетые гости.

В стороне приглашённые по случаю возобновления чаепитий певцы развлекали публику.

В этот момент Кэтрин, любезно приветствовавшая гостей, поспешно подошла и крепко сжала руку своей невестки.

— Виолетта, ты уже успокоилась?

— А? Да, да…

Слегка обеспокоенный тем, что Виолетта могла быть всё ещё расстроена, он ответил уклончиво. Кэтрин повела его к столу, говоря:

— Уинтер мне рассказал. Ты, оказывается, так расстроилась... Мне было так жаль.

— Вот как.

Уинтеру было неловко принимать извинения, предназначенные Виолетте, поэтому он ответил небрежно и оглядел собравшихся. В этот момент к нему обратился проходивший мимо мужчина:

— Принцесса, сегодня вы особенно прекрасны.

Уинтер было решил, что это комплимент, и собрался ответить, но Кэтрин мягко взяла невестку под руку и сказала:

— Не корите больше Виолетту. У любого проступка есть срок давности, не так ли?

Так это был не комплимент?

Пока Уинтер колебался, мужчина продолжил:

— Вы вечно её защищаете, вот она до сих пор и мнит себя принцессой.

Всё-таки это была насмешка. Уинтер, который мог бы и не понять этого без помощи Кэтрин, укоризненно произнёс:

— Зачем вы пристаёте к замужней женщине?

— Э-это потому что принцесса…

— Боже, какая наглость.

Виолетта бы наверняка сочла любое его слово наглым. Уинтер решил поступить так же и сделал строгое лицо. Мужчина вздрогнул и замолчал.

В мире определённо было слишком много никчёмных людей.

Уинтер двинулся сквозь толпу.

Он знал, что у Виолетты здесь не было подруг, поэтому решил, пользуясь случаем, поделиться ценной информацией и помочь ей завести знакомства.

Уинтер держал в руках всю торговлю в этом регионе, так что среди гостей он то и дело замечал знакомые лица.

— Говорят, у въезда на Рион-роуд скоро откроется много магазинов.

— Интересно, что будет во втором здании?

Люди, с которыми он несколько раз встречался по делам, обсуждали здание, принадлежавшее Уинтеру. Он тут же вмешался в разговор:

— Слышал, там будет театр.

Стоявшая рядом женщина спросила:

— Откуда вы знаете?

— Муж рассказал.

— О, правда?

— Спрашивайте, что ещё интересно. Сегодня я поделюсь с вами информацией, которая принесёт деньги.

Уинтер машинально сложил большой и указательный пальцы в кольцо, изображая монету, но тут же спохватился, что его жена никогда бы так не сделала, и убрал руки за спину.

Люди, словно только этого и ждали, начали наперебой задавать вопросы.

— Господин Уинтер недавно созывал всех торговцев с главной улицы, это правда?

— Зачем всех? Только владельцев элитных магазинов.

— А, но всё-таки созывал?

— Слухи быстро разлетаются.

И впрямь, слухи разлетались быстро. Люди жадно ловили каждое слово, чтобы услышать «приносящую деньги информацию» от жены Уинтера Блуминга.

Вдруг он услышал небольшой шум и, обернувшись, увидел знатную даму, которая в растерянности смотрела на своё платье, залитое едой. Уинтер без особого интереса отвернулся, но стоявшая перед ним женщина заметила:

— Как только господин Уинтер простил свою жену, тут же нашлась другая коза отпущения.

Услышав слово «простил», Уинтер нахмурился и снова посмотрел в ту сторону.

Дама, ошеломлённо глядя на своё платье, стояла в тени дерева, словно провинившаяся.

— Почему она там стоит? — спросил Уинтер.

— Не беспокойтесь о ней. Она столько вам досаждала. Сама виновата.

Окружающие тут же подхватили её слова.

Поняв, что отношения Уинтера и Виолетты наладились, самые проницательные аристократы принялись извиняться и оправдываться за прошлое.

Он не знал всех подробностей, но понял главное: всё это время Виолетта считалась грешницей, не прощённой мужем, и стоило ей одеться не в тёмное и скромное, как того требовал её «статус», она тут же подвергалась нападкам и осуждению.

«Ты не мог бы пойти со мной всего один раз? Только один».

«Тебе ничего не нужно делать. Просто покажись, чтобы все знали, что ты пришёл».

Виолетта всегда просила его мягким голосом и с нежным выражением лица.

Позже она и злилась, и умоляла, и настаивала, но до самого дня обмена телами Уинтер так и не выполнил её просьбу.

Уинтер, всю жизнь проклинавший свою кровь, никогда ещё не был так благодарен за своё происхождение, как в эти дни.

Если бы не обмен телами, он бы до сих пор ставил работу превыше всего.

*

Приближалось время прибытия Виолетты, и Уинтер нетерпеливо ждал у места, где останавливались кареты.

Ему так много хотелось у неё спросить.

Он хотел узнать всё о прошлых приёмах. Ему было интересно, как она жила всё это время.

Пока он нервничал, к нему подошёл его младший брат, Диев.

— Виолетта, что вы здесь делаете?

Уинтер раздражённо обернулся.

— Жену… то есть мужа жду.

Услышав это, Диев сочувственно произнёс:

— Но он ведь ни разу не приходил.

— Сегодня придёт.

— Виолетта, — Диев тихо вздохнул. — Перестаньте ждать того, кто не придёт, и положитесь на меня.

— ...С какой стати я должен на тебя полагаться?

От такой наглости у него невольно вырвался грубый тон. Но Диев, не обратив на это внимания, ответил:

— Долго вы ещё будете так одиноки?

— У меня сейчас нет друзей, потому что я сама отстранилась от мира…

— Хватит упрямиться, Виолетта.

Диев как ни в чём не бывало обнял невестку за плечи.

При виде этого Уинтер нахмурился и грубо оттолкнул Диева. Тот лишь усмехнулся.

Эта усмешка заставила Уинтера замереть. Реакция Диева была такой, будто он привык, что его отталкивают.

Уинтер почувствовал, как кровь закипает в жилах.

В этот момент издалека донёсся стук колёс кареты.

Увидев, как из неё выходит его старший брат, Диев вздрогнул и быстро ретировался.

Уинтер тут же подбежал к карете. Виолетта испуганно отшатнулась.

— Если мы прикоснёмся, то снова поменяемся телами.

— Меняемся. В монастыре Кантус будешь ходить за мной по пятам и отчитывать за каждый шаг. Сейчас есть дела поважнее какой-то там поставки вина.

— Какие ещё срочные дела?

— Представление. Ты же говорила, что хорошо бы представить мужа другим. Вот и представь сегодня.

С этими словами Уинтер крепко обнял её.

В тот же миг их тела поменялись обратно. Уинтер не отпускал Виолетту, и она обеспокоенно спросила:

— Что-то случилось?

— ...Этот ублюдок Диев... он всегда так к тебе приставал?

— ...

— Я с ним разберусь.

Пробормотал он, долго не в силах выпустить Виолетту из объятий. Сначала она от удивления даже не шевелилась, но потом подняла руку и нежно погладила Уинтера по спине.

Спустя долгое время Уинтер наконец отпустил её и сказал:

— У тебя сильный жар.

— Немного, со вчерашнего вечера.

— Надо сменить этого проклятого врача. Разве это нормально — постоянно болеть?

— Но с тех пор как моим лечащим врачом стал Берилл, головные боли почти прошли. Наверное, лекарства хорошие.

Сегодня Уинтер был немногословен. Виолетта, чувствуя себя виноватой за то, что оставила его одного на приёме, посмотрела ему в глаза и продолжила:

— Спасибо, что пришёл сегодня. Правда.

— ...Угу.

В этот момент к ним с ласковой улыбкой подошла Кэтрин.

— О, Уинтер. Какими судьбами ты нашёл время?

— Моей жене здесь кто-то не нравится, вот я и пришёл выяснить, кто именно.

Он произнёс это таким тоном, будто и не было никакой подавленности, а он готов был ринуться в бой. Виолетта вздрогнула и потянула его за рукав.

— Когда я такое говорила?

— Мысленно.

— Это выдумки.

— Ты что, не знала, что я большой мастер выдумывать?

Уинтер засунул руки в карманы, нахмурился и оглядел толпу.

Виолетта хоть и беспокоилась, но чувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Она и раньше думала, что было бы хорошо, если бы муж пришёл, но не знала, что с ним будет так надёжно.

Конечно, было бы лучше, если бы он пришёл до того, как она задумалась о смерти, но она верила, что и сейчас ещё не поздно.

Тем не менее, опасаясь, что Уинтер слишком разойдётся, Виолетта последовала за ним, но внезапно остановилась от приступа тошноты.

В последнее время, с тех пор как врач сменил лекарства, её иногда подташнивало, но так дурно ей стало впервые.

Виолетта остановилась и на всякий случай посчитала дни.

С тех пор как они с Уинтером провели ночь вместе, прошла всего неделя.

Даже если она была беременна, симптомы вряд ли проявились бы так рано. Наверное, это просто побочный эффект от обмена телами.

— Быть того не может.

Она прошептала это, успокаивая себя, но ничего не могла поделать с маленькой надеждой, за которую так хотелось уцепиться.

С тех пор как они с Уинтером сблизились, Виолетта часто представляла, как расскажет мужу, если вдруг у них появится ребёнок.

Если бы у неё под сердцем был ребёнок, она бы ни за что не смогла выпить яд.

Хоть это и маловероятно, но лучше всё же воздержаться от алкоголя.