Студия пропахла тошнотворным смрадом.

В ослепительном свете прожектора появилось нечто, передвигающееся на двух ногах, с головой свиньи. Истощённое, иссохшее тело. Из глаз огромной мёртвой свиной головы, венчавшей существо, сочилась кровь.

– [Одну секунду. Он у нас молчаливый творец... А! Вот и ваше оборудование, маэстро!]

Тринадцать серебряных подносов, подвешенных на тросах, спустились с потолка. Массивные круглые подносы были искусно декорированы причудливой гравировкой.

На них, словно гроздья винограда, висели кричащие лица. Бесчисленное множество лиц, искажённых ужасом.

– [Давайте же познакомимся с нашими полными энтузиазма участниками, подавшими заявки в хор!]

На шести возвышениях вспыхнул свет, осветив бледных, как полотно, людей.

– [Вижу знакомые лица с прошлой недели! Ха-ха, смогут ли наши участники, 99 раз подряд одержавшие победу, установить 100-й рекорд в новой рубрике?]

– [Не переключайтесь! Скоро всё узнаете!]

Вааа!

Зрительские трибуны пустовали, но механически воспроизводимый шум заполнял пространство, имитируя восторженную толпу.

– [Но первая честь должна быть отдана первому участнику!]

Ведущий встал перед одним из сотрудников, чьего имени я не знал. Сотрудник в маске крота съёжился.

– [Внимание, первый вопрос.]

Вспышка света.

[Вопрос: Какое из следующих существ имеет самую большую продолжительность жизни?]

1. Свинья

2. Человек

3. Кролик

4. Блоха

– Ч-человек. Номер 2, человек!.. – пролепетал сотрудник.

– [Правильно!]

В глазах за маской крота мелькнуло облегчение.

Да, в обычной Викторине по Вторникам за этим последовали бы аплодисменты, и очередь перешла бы к следующему участнику. Но в новом сегменте появился новый этап.

– [Поздравляем с успехом, господин Крот!]

Дирижёр с окровавленной свиной головой поднял свою костлявую руку и взмахнул серебряной дирижёрской палочкой.

И голову сотрудника в маске крота оторвало.

– [Какая же прекрасная нас ожидает мелодия!]

Шлёп.

Безголовое тело участника, словно сломанная кукла с оборванными нитями, рухнуло на пол.

– ...!

Одна лишь голова сотрудника взмыла в воздух и оказалась выставленной на одном из серебряных подносов. Рот все ещё открывался и закрывался в беззвучном крике.

– [Мы поможем каждому участнику раскрыть свой талант. О, это потрясающе. Воистину потрясающе...]

Свинья подняла обе руки, и вдруг из сотрудника, беззвучно открывавшего и закрывавшего рот, полился чистый, пронзительный крик. Пантомима мелодии.

– Ч-человек. Номер 2. Человеееек!

Завывания, словно кто-то насильно сжимал голосовые связки, превращая их в духовой инструмент.

– [И вот первый участник хора занял своё место!]

Началась репетиция хора. Голова непрерывно повторяла последние слова, произнесённые перед смертью.

==================

Хор Жертвоприношений состоит из одного дирижёра и 13 серебряных подносов, которые он призывает.

На подносах размещаются головы участников ток-шоу, отобранных по результатам конкурса в рамках передачи того дня.

Каждая голова, спаянная с подносом, издаёт различные звуки и фразы, формируя а капелла.

Максимальное количество голов, зафиксированное в записях: 7.

Одна (1) голова: вызывает лёгкую головную боль, тревогу, резкие перепады настроения.

==================

Если бы я просто читал эту крипипасту, удобно устроившись в кресле... Возможно, я бы подумал, что для такой ужасной ситуации эффект от одной головы довольно сносный.

Но оказавшись в этой безумной ситуации лично, такие мысли в голову не придут.

Как, например, тому сотруднику, который был в это непосредственно вовлечён.

– Ааа!! С-Сиён, Си!..

Сожжение заживо.

Свет над ещё одним подиумом погас. Пепел от сгоревшего тела прилип к полу.

Оставшаяся голова продолжала издавать жуткие звуки.

– Ч-человек. Номер 2. Человеееек!

– [Следующий участник... О, ещё одно новое лицо. Господин Медуза! Посмотрим, сможет ли он создать прекрасную гармонию с хором!]

– [Итак, вопрос...]

– Не знаю! Не знаю ответа!

Сотрудник в маске медузы закричал раньше, не дожидаясь, пока ведущий закончит объявлять вопрос.

Похоже, его инстинкты подсказали, что лучше провалить викторину и получить наказание.

– [Как необычно!]

Поразительная способность к принятию решений.

...Бессмысленная, конечно.

– [Участник выбыл.]

Его голова взорвалась.

Словно фейерверк, из хлопушек выстрелили конфетти, а прожектора, отражаясь в свете зеркального шара, накрыли сиянием всю студию.

Записанный шум зрителей, смесь сочувствующих вздохов и восторженных криков, разнёсся по залу.

– [Вот незадача, участник не прошёл отбор! Как жаль...]

– [Он не смог присоединиться к великому хору!]

– ...

Вот именно.

«Система наказаний отменена, если не отвечаешь на вопрос – просто выбываешь.»

Я моргнул.

Всё происходящее казалось нереальным.

То, что за 5 минут с начала записи погибло половина людей.

И то, что выхода нет.

Нас осталось трое.

Старший специалист и координатор из отряда D.

И я.

– [Тогда давайте поприветствуем следующего участника! О, знакомые лица!]

– ...

Я припомнил один факт, который до сих пор игнорировал.

...Что я никогда не встречал имён этих начальников в <Архиве Исследований Тьмы>.

Точно так же, как и имени моей коллеги-новичка, Ко Ёнын.

Я воспроизвёл, о чём подумал, когда услышал имя Ко Ёнын:

> Либо она относительно легко справлялась с историями ужасов и рано уволилась.

> Либо быстро погибла.

– [Господин Барсук!]

Первым из нашей команды упомянули координатора.

Пак Минсона.

Он стоял на самом дальнем от меня подиуме, и та часть его лица, что было видно из-под маски, была мёртвенно-бледной.

Смертный приговор, который скоро станет и моим...

– [Ваша очередь отвечать на вопрос!]

Нет.

«Соберись!»

Я ударил кулаком по животу, скрытым за подиумом. Боль немного прояснила голову.

«Трус ты или нет – это не оправдание.»

Эта ситуация выходит за рамки обычного страха.

«Представь, что это катастрофа.»

Как если бы я стал свидетелем стихийного бедствия. Да, именно так... Если я поддамся панике, то мне конец. Я не выживу.

Нельзя забывать. Здесь, из всех присутствующих, у тебя самые высокие шансы на выживание!

Нужно думать.

«Так.»

У меня есть информация и предметы.

– [Господин Барсук, вы готовы?]

Пока внимание ведущего и персонала отвлечено, нужно попытаться что-нибудь сделать. Есть ли хоть что-то, что я могу сделать? Хоть что-нибудь?

Я отчаянно пытался вспомнить все, что у меня есть. И лихорадочно прокручивал в голове особенности этой крипипасты.

«Мне многого не нужно.»

Только бы выбраться отсюда.

Я ведь не рассчитываю на то, что это безумное ток-шоу закроют, верно? Мне нужно просто поставить его на паузу, всего лишь на мгновение...

А.

Я поднял голову.

Прямо передо была спина ведущего. Он собирался задать вопрос координатору Паку.

– [Вижу, вы готовы! Хорошо...]

Он стоял очень близко.

«...Тогда!»

Я спрятал дрожащие руки под подиумом. Слегка пригнувшись, я достал из внутреннего кармана пиджака два предмета.

Дешёвую наклейку с улыбающимся смайликом и жестяную бутылку с надписью «Выпей меня».

«Быстрее.»

Я открыл бутылку.

И сунул туда наклейку со смайликом, предварительно сорвав с той упаковку.

Быстрее, быстрее, чёрт тебя дери.

– ...А. Можно мне сказать пару слов зрителям перед ответом?

– [О, конечно!]

Координатор, делая вид, что смотрит в камеру, посмотрел в мою сторону.

На подиумы, где стояли я и старший специалист.

– ...У меня в больнице лежит родственник, и я был бы очень признателен, если бы кто-нибудь после съёмок навестил его! Если это возможно.

– [Как трогательно!]

– [Итак, ваш ответ?]

Координатор, обливаясь холодным потом, выдавил улыбку.

– Не знаю......

– Подождите.

Я поднял левую руку.

– Ведущий.

Отвлекая таким образом внимание,

Я правой рукой быстро прилепил несколько влажных наклеек со смайликами к основанию телевизора-головы ведущего.

– ...

Кап.

Капля воды упала на пол.

Попало ли это в камеру? Заметили ли?

Нет, если бы заметили, моя голова уже бы взорвалась.

– [О, господин Косуля! Вы хотите что-то сказать?]

Не заметили.

Я сглотнул.

Повернув голову, я увидел, что координатор смотрит на меня с недоумением.

Похоже, он был удивлён, что я осмелился прервать ведущего и заговорить без разрешения, и при этом не сгорел заживо.

Конечно, это был рискованный шаг.

«Но у меня были основания.»

Разве ведущий сам не сказал?

-Это запись, а не прямой эфир, так что всё будет даже проще, чем раньше! Ха-ха!

Иными словами, съёмки идут не в прямом эфире.

«В таком случае, если я не буду мешать процессу или вести себя неадекватно, то, возможно, это не будет расцениваться как помеха для съёмок.»

Просто поднять руку и обратиться с личной просьбой не должно расцениваться как помеха!

– [Господин Косуля?]

Прокатило.

– Да, я...

Я мельком взглянул на основание телевизора ведущего, откуда упала капля воды.

И, понизив голос так, чтобы меня слышал только ведущий, сказал:

– У меня сильно кружится голова. Можно мне немного... отдохнуть?

– [.......]

То, что я сейчас сделал...

Смайлик-наклейка – предмет, который при наклеивании на разумное существо вызывает у него лёгкое чувство дружелюбности к пользователю.

И он был пропитан Напитком в Банке из Пикник-Набора Алисы – предметом, который усиливает этот эффект в два раза.

...Конечно, отсюда возникает вполне резонный вопрос.

-Можно ли считать ведущего разумным существом?

Ведущий определенно не человек.

Но он же разумен, верно?

Нет, он должен быть разумным. Я поставил на это свою жизнь.

И пути назад уже нет.

Что, если меня сожгут за то, что я помешал съёмкам? Ну, раз уж всё равно помирать, то лучше быстро и безболезненно, чем в мучениях.

Рубашка на спине промокла от холодного пота насквозь.

Ведущий издал звук...

– [Вот это да!]

– ...

– [Такая страсть к съёмкам! Как же я вас понимаю... Хмм. Господин Косуля, грешно бы было сказать, что вы поскупились на усилия.]

– [Что ж...]

Экран ведущего потемнел.

Он поднял правую руку и...

– [Стоп! Снято! Возьмём небольшой перерыв!]

Музыка стихла.

Сотрудники зашумели.

– [Ха-ха, прошу прощения. Мой экран потускнел. Гримёр!]

Сотрудник без лица с гримёрными принадлежностями подбежал к ведущему и начал старательно протирать экран старого телевизора.

Ведущий, закончив с гримёром, остановил его и указал на меня.

– [Ах, да, будьте добры, проводите этого участника в гримёрку. Он обещал принести мне воды.]

Затем он подмигнул мне своими смайлик-глазами на экране телевизора и быстро напечатал, а затем стер текст:

[Отдохни и выпей водички!]

– ...Спасибо.

Получилось.

«Пока все идёт хорошо.»

Я, пошатываясь, спустился с возвышения и последовал за гримёром.

Несмотря на то, что съёмки прекратились, жуткая свиная голова все ещё неподвижно стояла посреди сцены, взмахивая дирижёрской палочкой.

И извлекая из человеческих голов на серебряных подносах чудовищные звуки.

«Терпи.»

Не смотри.

Я, превозмогая дрожь в ногах, пересёк сцену...

– [Съёмки возобновятся через 30 минут!]

И в этот момент, когда я проходил мимо другого подиума...

Старший специалист, стоявшая там, быстро сунула мне что-то в руку.

– ..!

Я тут же посмотрел на неё.

Она произнесла одними губами:

– Проверь. Один.

Что это?

***

Меня провели до двери за съёмочной площадкой.

Дверь эта вела в типичную гримёрку в стиле старого Голливуда.

За исключением того, что стены были оклеены невероятным количеством чёрно-белых афиш телепередач, словно оберегами.

– Спасибо.

Гримёр молча кивнул и быстро исчез.

Щёлк.

– Хаа.

...Я жив.

Всего на 30 минут, но моя запланированная смерть отложена.

«Нужно что-то сделать за это время.»

И у меня появилась новая зацепка.

Я тут же разжал пальцы и посмотрел на то, что дала мне старший специалист.

Предмет, который она пыталась передать мне в этой критической ситуации, был...

– ...Пуговица?

Обычная пуговица от костюма.

Но она также могла быть кнопкой, которую можно нажать.

Внутри чувствовалось пустое пространство, как будто её можно было вдавить.

– ...

Способ узнать наверняка был только один, а время поджимало.

«Она дала мне её, потому что посчитала, что она поможет.»

Я тут же нажал на пуговицу.

Пи-ли-ли...

...

Щёлк.

– [Ли Джахон слушает.]

– ...!

– [Кто это? Вы нажали кнопку вызова Ын Хадже, старшего специалиста.]

Ли Джахон, руководитель команды.

Командир отряда D, который, как говорили, ушёл на выездное задание, ответил на вызов по пуговице.