Шесть часов вечера, солнце клонилось к закату.

На фасад здания где-то в Сеуле лёг тусклый отсвет заката.

Холодное, стерильное пространство первого этажа с современной планировкой.

Служебная пристройка Daydream Inc.

Вход в здание ограничен: допускаются только уполномоченные лица.

Это и есть лобби служебной пристройки Daydream Inc.

Обыкновенно пустынное и промозглое, сейчас это безжизненное пространство наполнилось оживлённым гулом голосов.

– Ого, ну и обстановка.

– Здравствуйте. Да-да. Приятно познакомиться...

Несколько десятков вчерашних выпускников в чёрных деловых костюмах собрались вместе и обменивались приветствиями.

Лица сияли предвкушением и волнением.

Иначе и быть не могло.

– Поздравляю с зачислением.

– Ха-ха-ха, спасибо. И вас тоже!

Ещё бы – они только что прошли отбор в Daydream, знаменитую фармацевтическую компанию, за последние несколько лет ставшую горячей фишкой фондового рынка!

Компания разослала им письма и собрала здесь, в пристройке рядом с сеульской штаб-квартирой.

Памятка для нового сотрудника: ориентационная программа

Сегодня – первый день ориентации.

– Два дня и три ночи ориентации в сеульской пристройке – да тут прямо роскошь, нет?

– Согласен. Правда. Ого, тут прямо как в лобби какой-нибудь галереи.

– Э-эх, крупная корпорация, что тут скажешь... А, тут одни сотрудники отдела продаж?

– Судя по всему, да. Поговорил тут с людьми – все из отдела продаж.

– Значит, новенькие из других отделов собираются где-то поблизости.

Упивавшиеся радостью от зачисления люди со смехом болтали друг с другом.

Да и к чему враждовать? Все они – победители, прошедшие отбор в крупнейшую фармацевтическую компанию, коллеги одного набора, и теперь будут видеться каждый день!

Нашлись и те, кто покровительственно заговаривал с кем-нибудь, оставшимся в стороне от общей беседы.

– Простите, вы тоже новый сотрудник?

– ...

Среди шумной толпы новичков один человек молча вглядывался в интерьер пристройки, и поднял голову.

Ровесник с осунувшимся лицом.

Поэтому бойко завладевший разговором новичок с лёгким самодовольством продолжил обращаться к нему.

– Поздравляю с зачислением! Давайте трудиться вместе!

Однако...

– Спасибо.

И всё.

– ...

– ...

Тишина.

«Что за...»

Где это видано – настолько нелюдимый новый сотрудник в отделе продаж.

Как его вообще взяли после собеседования?

Пока повисшую тишину ещё можно спасти, заговоривший первым новичок поспешно затараторил.

– Ха-ха, вообще-то... у меня друг уже работает в Daydream.

– О-о.

– Правда?

– Ого, в каком отделе?

– Да-да. Вроде бы в исследовательском?

Со всех сторон посыпались бурные отклики!

Про себя новичок облегчённо выдохнул – настрой удалось спасти, – и продолжил с напускной беззаботностью, не то хвастаясь, не то нет.

– Нет, вот что странно: наоборот, отговаривал меня сюда идти. Устроишься – пожалеешь, и тому подобное.

– Ха-ха!

– Друзья, которые раньше устроились, вечно такое говорят.

– Вот-вот!

– ...

Люди рассмеялись, восприняв рассказ как типичную жалобу современного офисного работника на переработки.

Однако...

– ...Отдел.

– Что?

Молчавший всё время человек разомкнул губы.

– Тот ваш друг, в каком отделе он...

И тут.

– [А-а, проверка микрофона.]

– ...!

Все разом вскинули головы.

– [Ого-го, собрались-то как славно. Ну, начинаем~]

Динамик, закреплённый в углу стены.

Из него полился голос – бодрый и лёгкий.

Обходительный мужской тембр.

– [Приветствую новых сотрудников, прорвавшихся сквозь конкурс сто сорок два к одному! Я – руководитель первой исследовательской группы Квак Чеган, и сегодня проведу вашу ориентацию.]

– [Начнём с аплодисментов?]

Ура-а-а!

Новички дружно и с удовольствием захлопали, хотя лёгкое недоумение всё же мелькнуло.

– А почему через динамик?..

Почему не покажется лично?

– Хм, наверно, нам предстоит что-то делать самим?

– [Ого. Верный ответ!]

– ...!

С-слышит, значит!..

– [Так точно, так точно. С этой самой секунды вы, новенькие, будете развивать командный дух и корпоративную преданность через одно о-очень занимательное мероприятие!]

– [Ну, задание лёгкое, так что считайте, что просто развлечение. И призы имеются!]

Новички мигом настроились на позитивный лад.

– Значит, хотят, чтобы коллеги побыстрее сблизились!

– Только лучше. Ха-ха.

Тем более сейчас крупные корпорации и известные стартапы проводят ориентации на удивление креативно и необычно.

– Где-то даже устраивают настольный детектив «кто убийца» по мотивам компании.

– [...А-а, занятная затея. Наше мероприятие – в том же духе. А то, а то~ Ну-с, ну-с, тогда...]

Тон голоса из динамика приподнялся – с ноткой азарта.

– [Начинаем ориентацию для новых сотрудников!]

Тогда же.

Вспых-вспых-вспых-вспых-вспых.

В вестибюле пристройки вспыхнул свет.

– ...!

Под ярким сиянием ламп накаливания проступило то, что прежде скрывала темнота.

Вдали, за тёмным коридором, теснились стальные двери.

– ...

Трудно сказать что именно, но они не столько охраняли что-то, сколько отсекали и запирали – массивные, чужеродные.

«Зачем в служебной пристройке такое?..»

Но прежде чем удивление успело оформиться, взгляды притянуло самое освещённое место.

Одиноко стоявшая стойка вестибюля.

А на ней – бросавшийся в глаза предмет.

– А!..

Новички заморгали, вглядываясь.

Чёрный цилиндрический ящик.

– Лотерейный барабан?

Большой и потрёпанный.

Настолько обшарпанный и помятый, что совершенно не вписывался в современное, чистое мраморное лобби пристройки.

Верх барабана из плотной чёрной бумаги закрывала крышка, не позволявшая заглянуть внутрь, но по её силуэту угадывались три отверстия.

На каждой круглой крышечке – номер.

⓵ ⓶ ⓷

– [Так, подходим по одному и тянем жребий. Тянете следующий по порядку номер, и так по кругу.]

– [А, давайте сразу покажу на примере. Трое ближайших к ящику – тяните по одному номеру!]

– А, есть!

Под общий шёпот трое указанных, чуть нерешительно переглядываясь, всё же вышли вперёд.

И вытянули жребий.

Шелест.

На каждой бумажке значилось следующее.

⓵ 6-й этаж

⓶ 322

⓷ напел одну колыбельную

(шрифт: Makan Hati Cyrillic)

– Что за...

– [Так, а теперь... снова смотрим на стойку. За лотерейным барабаном – видите маркерную доску?]

Взгляды устремились к доске.

На ней – отпечатанная фраза.

Я спускаюсь на подземный ⓵___,

перед дверью ⓶____

⓷____________________

– [Подставляете то, что написано на вытянутых жребиях, по номерам – и фраза готова!]

– [Выполнить получившееся – и есть задание. Проще некуда, правда? Ха-ха!]

Стоило подставить бумажки по номерам – фраза сложилась.

Вот так.

Я спускаюсь на подземный 6-й этаж,

перед дверью 322

напел одну колыбельную.

– ...

– ...

От получившейся фразы повеяло необъяснимой жутью.

«Подземный?..»

И тут.

– [Ах да, чуть не забыл. Команду с лучшим результатом ждёт шикарный приз.]

Словно уловив общее настроение, из динамика последовала бодрая мотивация.

– [А именно: 100 баллов, которые можно тратить в корпоративном магазине как наличные!]

Сто баллов?

– Можно узнать, что на них купить?

– [Разумеется. На эту сумму можно приобрести даже робот-пылесос!]

– О-о!

Если хватает на робот-пылесос, сумма внушительная!

Настроение разом взлетело.

Вместе с азартом вернулись здравый расчёт и чувство реальности.

«В худшем случае – испытание на храбрость, не более.»

«Не дураки же в компании сидят, чтобы подвергать людей настоящей опасности.»

Тем более народу так много, да ещё и тройками – обстановка не из тех, где можно по-настоящему испугаться.

Даже если приготовили какой-нибудь сюрприз с пугалками, уровень наверняка рассчитан так, что выдержит и самый трусливый!

Новички переглянулись, закивали и заулыбались.

– Простите, нам нужно идти по лестнице?

– [Ой, ну это ж сколько сил потратите? Можете пользоваться любым работающим лифтом. Ха-ха-ха!]

– [Ну-с, формируйте команды, как пожелаете, и вперёд!]

– Есть!

Оживлённо переговариваясь, с раскрасневшимися лицами они опускали руки в чёрный ящик и тянули жребий.

Жребий, решавший судьбу.

– Удачи!

– Мы втроём пойдём первыми. В лифт – сюда, да?

– Поехали. Подземный шестой этаж!

Настроение лучше некуда.

До тех пор, пока тридцать четыре минуты спустя двери вернувшегося лифта не разъехались, явив коллег, от которых осталась лишь нижняя половина тела.

– А-А-А!

– АХ!

И продолжилось.

Дзынь.

Дзынь.

Дзынь.

Звук прибывавшего лифта.

С каждым лязгом раздвигавшихся дверей рвущиеся крики людей сливались в разноголосый хор и заполняли лобби пристройки.

Крики, ужас, паника.

Один за другим прибывавшие лифты через раз оказывались набиты «тем, что когда-то являлось телами».

Чудовищные останки, встретить которые в реальности не хватило бы воображения. Кровь, нечистоты, куски внутренностей, порой – пепел и лёд, фрагменты человеческой кожи, испещрённые надписями от шариковой ручки.

Попадались и те, кто собственной кровью выводил на зеркале лифта гротескные фразы и символы, пока не истекал кровью.

– А-А-А-А-А!!!

Те, кто возвращался живым, тоже утратили рассудок.

– Бежать! Бежать надо! Бежать!

– П-простите. Простите, пожалуйста, что стучала в дверь...

Обезумевшие, бормочущие себе под нос.

А потом стали появляться более-менее вменяемые.

– Э-этот в порядке!

– ...

– Что, чёрт возьми, произошло?! Что это такое?!

Новый сотрудник, державший мёртвого коллегу перед дверью лифта, точно щит, проговорил мертвенно-бледными губами:

– Там кто-то есть.

Там, внизу, за дверями.

– Кто?? Кто именно?!

...

– С-странный сотрудник.

И хлынули свидетельства выживших.

Тихий, безжизненный коридор, открывавшийся за дверями лифта.

Множество стальных дверей и странная отметина, которая почему-то имелась лишь на той самой двери, к которой они направлялись. Звуки, доносившиеся только из-за неё, кровяной запах, отблески света...

И то, что они увидели через крохотное отверстие над номерной табличкой. Внутри.

Сотрудника.

– На нём форма сотрудника... но что-то не так. Не так...

В обличье ребёнка, в докторском халате, с кислородным баллоном, с охапкой воздушных шаров, в ковбойской шляпе и с деревянными руками, в маске льва из Пукчхон [1]...

От описания зловещих и гнетущих обличий у слушавших стыла кровь в жилах.

И ещё.

– О-он реагировал.

– ...!

– Реагировал на наши действия! П-преследовал, и вот... так!

Головы повернулись.

К фрагментам тел, заполнившим лифты.

– ...

– ...

Новички осознали.

«Выполни составленную фразу» – такое задание.

По сути – ритуальное самоубийство из фильма ужасов.

И они угодили в катастрофу, не укладывавшуюся в рамки реальности.

– Нет!

Примерно половина новичков, ещё не спустившихся на задание, с посиневшими лицами переглянулись и бросились к главному входу.

Но единственная дверь пристройки оказалась уже заблокирована.

Люди облепили опущенные рольставни.

– Помогите!

– Т-телефон не ловит. Что делать?

– Это... это розыгрыш. Точно. Д-да, тут камеры и всё такое...

– Откройте дверь! Откройте, пожалуйста!

Бам! Бам! Бам!

Сколько ни колотили по рольставням до крови на руках – ни звука в ответ.

Кое-кто из новичков сообразил, что остался другой способ связи.

– Динамик!

Они гурьбой бросились к динамикам, из которых звучал голос «руководителя группы Квак Чегана», и принялись изливать мольбы о помощи, отчаяние и ужас.

Но...

– [(Бип-) Ответственный сотрудник отсутствует. Активирована система автоматических ответов.]

Голос «руководителя группы Квак Чегана» из динамиков больше не раздавался.

Вместо него по кругу звучало записанное жизнерадостное сообщение.

– [Главный вход открывается после того, как все участники предпримут попытку выполнить задание. Через тридцать секунд любая попытка принудительно вскрыть рольставни повлечёт смерть по протоколу безопасности.]

– [Участники ориентации, не сдавайтесь!]

Би-би-би-бип- Бип!

– А-А-А!

У двоих, попытавшихся взломать рольставни, разнесло головы.

Столпотворение ада.

– А, а-а-а-а...

– Хррхх...

Каким образом, что происходит – непостижимо.

При виде зрелища, не укладывавшегося в голове, гомон, напротив, стих.

С той секунды оставшиеся в лобби люди сбились в кучу у стойки и полдня просидели, дрожа.

Время от времени слышался шёпот и кто-то порывался отыскать выход, но к лифтам не приближался никто.

Ни намёка на то, что кто-нибудь возьмётся за задание.

Тогда последовал убийственный стимул.

– [В связи с задержкой выполнения задания более чем на шесть часов сообщаем следующее.]

– [Если в течение пяти минут следующий участник не войдёт в лифт, будет применена смерть по протоколу безопасности.]

– ...

– ...

Новички обвели друг друга трясущимися взглядами.

Кого-то.

Нужно отправить.

Посадить в лифт.

Кого?

– Блять...

Тот самый новичок, ещё несколько часов назад щеголявший рассказом о «друге в компании», забился как можно глубже в угол, стараясь избежать этих взглядов.

И, обливаясь холодным потом, снова перечитал фразу, которую составил его отряд.

Я спускаюсь на подземный 13-й этаж,

перед дверью 666

стучу в дверь и вхожу внутрь.

Конец.

С такими зловещими числами на руках шансов выжить нет.

«Бежать...»

И тут.

– Следующие по очереди! Те, кто тянул жребий!

Чёрт!

– Вон они, вон те люди!

– ...!

Толпа навалилась и силой затолкала его отряд в лифт.

Он отбивался как безумный, но против численного перевеса устоять не удавалось. Оружия ни у кого не нашлось.

– Нет!

– [Двери закрываются.]

Он вскочил на ноги и, барахтаясь в панике, отчаянно потянулся к кнопке открытия.

Кто-то из его отряда перехватил руку и отвёл вниз.

– ...!

– Поздно.

Вжум.

Двери сомкнулись.

– Хик!

Не успев даже разозлиться, парализованный страхом, он обернулся – осунувшийся ровесник смотрел прямо на него.

Тот, что оставался странно тихим.

Но сейчас заговорил спокойно, размеренно.

– По протоколу безопасности погибли люди. А значит, оставаться в лобби – та же смерть...

– ...

– Раз уж так вышло, придётся действовать.

– Н-нет!..

– Успокойся и подумай. Целыми и невредимыми вернулось немало людей.

Ровесник положил руки ему на плечи – словно призывая взять себя в руки.

– ...Как минимум одна из трёх команд определённо заявляла: «ничего не произошло».

– ...!!

И правда.

– Ничего особенного не случилось...

– Т-там просто стоял... кто-то в форме, похожей на спецназовскую, и молча на нас смотрел.

– Говорю же, внутри вообще никого не оказалось!

– Даже среди тех, у кого что-то произошло, половина вернулась живой. Так что уж лучше шанс здесь, чем верная смерть в лобби.

– ...

– ...Будем осторожны и будем двигаться, опираясь на показания тех, кто побывал до нас.

Тяжело дыша, двое новичков медленно кивнули.

Благодаря хладнокровию, граничившему с опытом бывалого.

Щеголявший россказнями новичок не удержался и спросил:

– Простите, а вас как зовут?..

– ...

Молчавший разомкнул губы.

– Чан Хоун.

Дзынь.

Лифт прибыл в подвал.

По старому коридору, выстроенному стальными дверями, новички ступили дрожащими ногами.

И нашли нужную комнату.

666

Набрав воздуха в грудь, приложили руку к двери.

Тук-тук-тук.

* * *

Приснился сон.

Странный, диковинный кошмар.

Надо же – попасть внутрь жуткой вики с крипипастами, которую я так любил.

Во сне я стал элитным сотрудником чудовищной фармацевтической компании, запихивавшей работников в крипипасты, чтобы получать ингредиенты для зелий.

А ещё – внедрился шпионом в Управление по Контролю Сверхъестественных Катастроф, спецучреждение, спасавшее людей из крипипаст.

И крипипасты из вики <Архива Исследований Тьмы>, в которые я попадал по ходу дела.

Магазин, где играешь в прятки с призраками. Викторина, где ошибка стоит жизни. Свиток, где затаился чхангви. Выставка, взимавшая плату за вход человеческими органами. Жуткий тематический парк...

Отчаянные, леденящие дни на грани жизни и смерти.

И всё же – встречи с людьми, которых невозможно забыть.

– Ким Солым. Слышите?

– Косуля, семнадцать сотрудников спаслись, услышав твоё объявление по трансляции!

– Пускай твоё желание обязательно исполнится.

– Всё наладится, Виноград.

Отпечатки – жгучие, неизгладимые.

Из тех снов, знаете? Когда при пробуждении детали уже ускользают, но яркое впечатление и отзвук остаются, как как будто тебя ударили.

Особенно если финал – кошмарный и оглушительный.

Пережить смертельные опасности, вынести ужас, отработать в компании крипипаст, и в тот самый момент, когда пригубил заветное Исполнение Желания...

Насамомделея■■■■■■аэтонедругоймиркудаменязанеслоаменяпригласилиимоётелонечеловеческоеи■■■■■■■осозна■■■.

Нет!

Не хочу просыпаться.

Не хочу знать правду.

Не хочу осознавать, что по-прежнему нахожусь в Daydream Inc.

...

А в следующую секунду осознал.

Заснуть мне не дано.

– Ха-ах...

Предрассветный час.

Я вскинулся на кровати, судорожно втянув воздух.

Вернее, должен был раздаться звук «вдоха».

Будь у меня нормальные голосовые связки.

– ...

Я потянулся рукой к горлу.

Фшшш – странный звук, как выходящий пар.

Рука в глянцевой перчатке коснулась не кожи – а покрывавшего горло фрагмента рабочей одежды из материала, напоминавшего резину.

Ощупал. Силуэт человеческий.

Но пальцы добрались выше – до того места, где от головы расходились диковинные бесчисленные рога, похожие на рёбра, – и я отдёрнул руку.

– ...

Осознал снова.

Заснуть мне не дано.

— Ви-и-и-и-иу!

— Ваша рабочая смена. Подъём. Ваша рабочая смена. Подъём...

Я поднялся с железной кровати и приступил к сегодняшней смене.

Согласно контракту.

𓆩♡𓆪

[1] Пукчхон саджаталь (북청사자탈) – это традиционная корейская маска льва, используемая в танцевальном представлении Пукчхон саджа норым. Родом из уезда Пукчхон провинции Хамгён-Намдо (ныне территория Северной Кореи). Маска имеет крупные размеры и украшена разноцветными нитями, имитирующими гриву льва. Внутри одной маски обычно находятся два танцора. Маска считается оберегом. Традиционно танец исполнялся в первое полнолуние нового года (Тэборым), чтобы изгнать злых духов и призвать удачу и мир в деревню.