Я уже не раз косвенно слышал о директоре Хо.

В основном в контексте офисной политики.

Он протеже элитного отряда А и Ли Бёнджина, ответственного за проверку руководств.

– Тот руководитель команды всегда был близок с отрядом А. Ну, знаете. Так называемая... «одна фракция.»

– Директор Хо присматривается к координатору Ким.

– Он лучший из начальников в этой компании. Не упусти свой шанс.

Вот так я уже несколько раз получал от людей из его фракции предложения присоединиться к ним...

Но я и подумать не мог, что виновник торжества вот так без предупреждения, – столь же внезапно, как сотрудник из соседнего кабинета, – появится в офисе отряда D!

– ...!

Я рефлекторно вскочил с места и поклонился.

– Здравствуйте, директор Хо.

– А, вы сразу догадались...

Только что упомянул директора Чхон абы как, а теперь притворяется, будто ему не по себе!..

«Он ведь вломился сюда, уже зная, что я получил от директора Чхон интересное предложение...»

...Постойте.

«Только что... директор Хо сказал, что у него тоже есть предложение?»

Предложение?

Я посмотрел на молодого мужчину с неизменно добродушным лицом.

Он заговорил добродушным тоном под стать:

– Прошу прощения. Вы, верно, напряглись, потому что я внезапно заговорил о внушающем трепет человеке?

– Нет. Это мне жаль. Я не смог поприветствовать вас как следует...

– А-а! Мне такое не по себе, да и не особо интересно. Говорите проще.

Ещё чего.

«Бессовестный тип, что ли.»

Или... он намеренно нагнетает обстановку.

Как бы то ни было, я кивнул и демонстративно глубоко вздохнул, чтобы показать, что немного расслабился.

«Наверняка он ждал примерно такой реакции.»

И точно, директор Хо с мягким выражением на лице продолжил.

Хотя содержание его речи мягким было не назвать.

– Попробую угадать. Директор Чхон, вероятно, сделала вам предложение, связанное с элитным отрядом. Хм, что-то вроде формирования для вас нового элитного отряда.

– ...

Ух, вот же.

Мне можно вот так взять и всё выложить?

Но если не выложу, тоже наверняка возникнут проблемы, от чего ничуть не легче.

Я быстро работал мозгами.

– Вроде того... А! Прошу прощения. Я так растерялся... Позвольте, я провожу вас в более удобное место.

И, словно только что вспомнив, я прервал разговор, проведя директора Хо к гостевому дивану в офисе отряда D.

– [Выигрываете время, чтобы разобраться с привередливым гостем. Превосходно, господин Косуля! Выглядит очень естественно!]

Одобрение от ведущего викторины крипипасты, сжигавшего тех, кто вёл себя неестественно. Меня пробрала дрожь, но это к лучшему.

Я быстро сбегал в кладовую, приготовил печенье, зелёный чай и кофе и вернулся.

– Вам приготовить чай или кофе?

– А, просто приготовьте себе то, что нравится вам, Солым, а меня угостите оставшимся...

Он не понимает, что такое поведение у вышестоящего иначе как пассивно-агрессивным не назвать?!

Я, оценив его реакцию, протянул ему зелёный чай, а себе, словно предпочитая его, взял кофе и поклонился.

– Спасибо, что берёте мои вкусы во внимание.

– Не стоит.

Директор Хо пригубил зелёный чай и произнёс какую-то банальность, мол, тёплый и хороший.

– Послушайте, я пришёл вовсе не для того, чтобы давить на вас, Солым... Я хочу, чтобы вы чувствовали себя свободно. Я зашёл, чтобы познакомиться и поговорить.

Должен же он понимать, что нет такого работника, который не знал бы, что если и впрямь вести себя с директором панибратски, тебе придёт п****ц.

Однако следующих его слов я не ожидал.

– Сотрудников Отделения Полевых Исследований часто не удаётся видеть долго... поэтому, когда я встречаю кого-то, кто, по всей видимости, задержится надолго, я часто прихожу поздороваться.

– ...

– На самом деле, вклад Отделения Полевых Исследований в нашу компанию огромен, но даже в Департаменте Разработок есть люди, которые сидят за столами, твердят про «эффективность, эффективность», крутят ручки и относятся к полевым исследователям как к временной рабочей силе.

Глаза директора Хо на секунду дрогнули.

– Вы, возможно, сочтёте меня идеалистом, но мне такая ситуация не по душе. Не согласитесь?

– ...

Казалось бы, какое тёплое заявление, а?

Меня же, наоборот, жуть взяла.

«...Директор этой компании не должен так говорить.»

Будучи топ-менеджером, он мог бы сам решить эту проблему, так зачем он ищет согласия у новичка, спрашивая: «Это ведь проблема, да?».

«Это же не проверка на инакомыслие?»

Но была вероятность, что он говорит искренне, поэтому я изо всех сил постарался подобрать нужный тон.

Чтобы это не создало проблем в любом случае, и чтобы он подумал, что я не возражаю ему.

– ...Но ведь никто не работает здесь по принуждению. По крайней мере, каждый волен подать на увольнение, и Исполнение Желания тоже выдают гарантированно.

– Да. Как вы и сказали, Солым, хотя бы такое радует.

Директор Хо улыбнулся своим добродушным лицом.

– По сравнению с организацией, которая по своему усмотрению без суда и следствия объявляет обычных граждан преступниками и приносит их в человеческую жертву Тьме, здесь хотя бы есть свобода воли.

– ...

Этот человек чертовски ненавидит Управление по Контролю Катастроф...

«Нельзя, чтобы он узнал о моей связи с ними.»

Металлический значок агента всё ещё был у меня. По спине струился холодный пот.

Я притворился, что делаю глоток кофе, скрывая так своё выражение лица.

– Люди, которые хотят прожить хотя бы день по-человечески, наверняка откажутся.

– О чём я и говорю. С вами, Солым, мы легко находим общий язык.

Заблуждение.

Но, пожалуйста, заблуждайтесь подольше...

Прежде чем всплывёт ещё одна подобная бомбе замедленного действия тема, я с трудом перевёл разговор в другое русло.

– Спасибо. Эм, так, директор, ваше предложение...

– А-а. Точно! Надо же об этом поговорить.

Директор Хо лучезарно улыбнулся.

– На самом деле, я сейчас формирую один проектный отряд и набираю в него сотрудников.

– ...!

– Я хотел бы пригласить в этот проектный отряд и вас, Солым.

Что?

Внезапно вспомнились слова, однажды услышанные от руководителя команды Ли Бёнджина.

– Ходят слухи, что директор руководит секретным внешним проектным отрядом... тебя ведь могут перевести туда.

«Так это оказалось правдой.»

Но ещё более невероятные слова прозвучали следом.

– Если точнее, в качестве кандидата на должность главы отряда.

– ...

Этот директор с ума сошёл?

– Я рассматриваю троих кандидатов, и, честно говоря, если бы у вас, Солым, было хотя бы два года стажа, вы были бы первым в списке... Хм, пока что просто считайте себя одним из кандидатов.

Никакого покоя.

– [Хо-хо, этот, похоже, обещает больше власти, чем предыдущий. Давайте выслушаем условия, друг!]

Нет, выслушивать условия можно, когда ты хотя бы на равных с собеседником, а сейчас!..

«...Явно я влип.»

Разве это не та же ситуация, что и у получавшего золотое яблоко Париса?

В том смысле, что если я выберу одного начальника, то с огромной вероятностью меня прикончит другой.

Это хуже, чем просто примкнуть к фракции.

«Это сжигает все мосты для отступления.»

Что делать?

Я был готов похвалить себя уже за одно то, что умудрялся сохранять внешнее спокойствие.

«Лучше всего было бы отказать обоим...»

– О, я поторопился. Сначала нужно было рассказать о вознаграждении.

– Вознаграждение, вы говорите...

– Премия за успешное выполнение проекта.

Директор Хо улыбнулся.

– Если этот проект увенчается успехом, члены отряда получат Исполнение Желания.

– ...!!

– Каждому по одному. Без исключений.

Боже мой.

– А главе отряда полагается дополнительный бонус... но об этом лучше поговорить подробнее после того, как вы, Солым, присоединитесь к отряду.

– ...

– О, спасибо за чай.

Директор Хо встал с дивана, даже поставил кружку в раковину и направился к выходу из офиса.

– Что ж, подумайте спокойно пару дней и свяжитесь со мной. А, но лучше, чтобы это не заняло больше недели.

Директор Хо прошептал мне, словно давая дружеский совет.

– У директора Чхон мало терпения.

– ...

– Если в будущем на работе вам понадобится собеседник, заходите ко мне в кабинет в любое время. А теперь до свидания!

***

Той ночью.

Я вернулся домой в крайне смятённых чувствах, хотя разум мой и прояснился после значительного восстановления от заражения...

«Дежавю.»

– Фух.

Я рухнул на кровать.

«Похоже... я вляпался в офисные интриги директоров Департамента Разработок, да?»

То, что я, должно быть, выглядел весьма полезным и нестандартным кадром, – факт, но ситуация так накалилась, потому что оба директора соперничают друг с другом.

Ведь их предложения были просто абсурдными.

...В таком случае.

«Правильно будет пойти к тому, кто предлагает лучшие условия.»

Так я хотя бы не останусь у разбитого корыта.

«Проблема в том, что у меня нет никакой личной информации о директорах.»

<Архив Исследований Тьмы> был написан в основном о сотрудниках, тех, кто и создавал исследовательские записи.

То есть, там упоминаются имена и профили сотрудников, а вот личные данные топ-менеджеров, которые принимают решения наверху, особо не расписываются.

«В любом случае, оба они точно не простые личности, и это ещё больше сводит с ума.»

Для начала, директор Чхон была подозрительна, потому что командир отряда Ящер уже назвал её «существом», а директор Хо был странным из-за своей внешности и манеры речи.

Для директора он слишком молод, а его тон такой же любезный, как у социального работника.

«...По его фамилии и внешности у меня есть некоторые догадки о его истинной сущности...»

Но на данный момент всё это были лишь догадки.

«Сложно.»

Погружаться в крипипасты и так до смерти тяжело, а реальность, в которой приходится беспокоиться ещё и о таком, кажется одним дурным сном...

В конце концов, после напряжённых раздумий я решил пока отложить этот вопрос.

...Потому что была и другая, более насущная проблема.

...

– Браун.

– [Вы зовёте меня, друг!]

Фух.

– Насчёт купания в Ванне Молодости... нельзя ли заменить это чем-нибудь другим?

Повисла короткая тишина.

– [...Всего за день вы передумали, господин Косуля! Нарушать обещания – дурная привычка.]

– ...

– [Но я ваш Добрый Друг, так что ничего страшного, друг!]

– Прости, – тут же сказал я. – Ты прав, нельзя отказываться от своих слов. Я, должно быть, ошибся, когда давал обещание, потому что был не в себе.

– [Как странно, господин Косуля. Это было всего лишь прошлой ночью! Этот ведущий замечательно помнит, что у вас не было никаких особых обстоятельств, которые могли бы затруднить интервью: крайнего утомления, паники или головокружения.]

«Добрый Друг» говорил своим пугающе обыденным, жизнерадостным тоном.

– [О, мне становится любопытно, по каким критериям вы определили, что были «не в себе»...]

– ...

Сегодня жизнь подбрасывала с лихвой поводов покрыться холодным потом.

Как я мог не замечать, насколько эта штука страшна...

Я, стараясь не смотреть на плюшевую игрушку, спокойно продолжал говорить.

– ...Но ты ведь знал, что мой разум тогда был заражён из-за пособия? Из-за той папки из детского сада, которая осталась в моей татуировке.

Сколько бы я ни думал, он не мог не знать.

Браун ведь даже сам указал на это в прошлый раз в Кровавой Ванне.

– [Господин Косуля. Эта ваша воль для ванн, она немного необычная.]

Что меня поглощает крипипаста.

– Просто ты считал это не «заражением»... а просто изменением.

– [Верно, господин Косуля!]

Хаа...

«Так я и думал...»

Я, подавляя мурашки, бегущие по коже от одного лишь слова «верно», с трудом ответил.

– Но я считаю это заражением и не хочу быть заражённым.

Я поднял руку.

В глаза бросилась татуировка на запястье, теперь совершенно пустая внутри.

– Мне комфортнее и лучше быть таким, какой я сейчас.

– [...]

– И мне не нравится, когда мои критерии суждения внезапно меняются, как если бы кто-то перевернул страницу.

Но в конце я добавил то, с чем он мог бы согласиться.

– По крайней мере, я точно не хочу становиться тем старомодным воспитателем из детского сада, который только и делает, что играет в Виселицу.

– [Хмм... Да, с этим заявлением трудно поспорить.]

Браун, судя по всему, был немного шокирован.

– [Верно. Боже, господин Косуля в том замшелом детском саду. Ни в коем случае, что за убытки!]

– [Признаю. Я снова повёл себя не как добрый друг...]

– [Так и быть. Давайте сближаться через другие изменения!]

– ...

То есть.

– Ты позволишь мне остаться заражённым, потому что тогда я буду относиться к тебе проще?

– [Ха-ха, не нужно так отстранённо переспрашивать. Это теория, которую вы, господин Косуля, сами доказывали последние несколько недель!]

Я невольно вспомнил своё поведение за последние несколько недель.

Себя, поглощённого заражением, без колебаний и раздумий общавшегося с обывателем крипипасты и полагающегося на него.

– [На самом деле, это вполне естественно. Разве не верно то, что друзьями обычно становятся те, кто с друг другом схож?]

Боже мой.

Нет, это я предвидел.

Я перевёл дух.

Нужно сказать то, что хотел.

– Нет.

– [Нет?]

– Нет. Друг – это не тот, у кого такие же ценности, как у меня.

Я тщательно подбирал слова.

– И дружба – это не только когда вы просто чувствуете себя комфортно друг с другом.

Отчасти... я говорил искренне.

– Друзья стараются понять различия друг друга, и даже если у них не получается, они всё равно берут их во внимание и добиваются встречного удовлетворения... тем, что всё обговаривают и расставляют по полочкам, словами через рот.

– ...

– И повторюсь, я заражённым быть не хочу.

Не поворачивая головы, я осторожно положил руку на стол, где должна была лежать плюшевая игрушка.

– Если ты не можешь этого понять, то хотя бы предупреждай меня, прежде чем делать то, чего я не хочу. Ты должен дать мне возможность поговорить с тобой.

– [Хм.]

Со стола, где лежала плюшевая игрушка, донёсся звук, будто пальцы в раздумьях постукивали по пластику...

И затем,

– [Понял, господин Косуля.]

– [Логично, рационально и даже трогает моё сердце. Тогда нет причин не согласиться! Ведь вы мой друг.]

Фух.

– Спасибо.

...Всё, по-видимому, закончилось хорошо.

Я с облегчением вздохнул и наконец повернул голову, чтобы посмотреть на него.

На Доброго Друга, которого я призвал.

На плюшевую игрушку, немного пугающую и немного надёжную.

Я осторожно поднял её.

– Давай и дальше поддерживать наши дружеские отношения.

И в этом я тоже был искренен.

После этого я всё же выполнил одно из решений, принятых во время заражений.

А именно, аромамассаж.

– Я буду массажировать, глядя на тень, так что если что-то не так, скажи.

– [Конечно, друг!]

Честно говоря, я не профессионал и делал массаж, глядя лишь на силуэт, так что, должно быть, было не очень приятно, но Браун остался вполне доволен.

– [Не всем же быть экспертами в массаже! Этого достаточно.]

Вот так он, очень вежливо и деликатно, поставил мне оценку где-то в три звезды.

И при этом добавил.

– [Но я всё же скучаю по ванне... Чтобы я мог всегда быть с другом в любой ситуации, мне нужно немного омолодиться!]

– Насчёт этого... давай поговорим позже, когда пройдёт время.

...Сложно.

Очень сложно.

Выстраивать отношения с «Добрым Другом», обывателем крипипасты.

Они не чисто пугающие и напряжённые, но и не такие, чтобы можно было безоговорочно доверять и считать хорошими.

«Рациональный подход, – находить баланс где-то посередине.»

И проявлять осторожность, чтобы не потерять его.

Я молча слушал болтовню Брауна, настроение которого улучшилось после аромамассажа.

– [К слову, мне снова стало любопытно. Какое из двух предложений века, полученных вами на работе, вы примете, господин Косуля!]

– [Всё ещё раздумываете? Совет от такого компетентного специалиста, как я, на вес золота, но... для друга я готов услужить по дешёвке!]

Хм. Насчёт этого.

– На самом деле, я почти решил.

– [Хоо!]

– Завтра задам всего один вопрос и сразу же пойду отчитываться.

– [И не могли бы вы поделиться этим решающим вопросом с этим легендарным ведущим?!]

Я усмехнулся, укладывая голову на подушку.

– Узнаешь завтра.

– ...!!

– [Я... несколько тронут, господин Косуля...]

Так закончился этот бурный день.

А на следующий день.

Я, задав тот самый «решающий вопрос», отправился в кабинет одного из двух директоров.

𓆩♡𓆪

Догадки, которые могла вызвать фамилия «Хо» (호), связаны с омонимией в корейском языке, где один слог может соответствовать разным иероглифам (ханча) с разными значениями. В контексте Крипипасты, фамилия «Хо» (호) с наибольшей вероятностью указывает на одну из двух сущностей из корейской мифологии:

1. Лиса (狐, 호): В корейском фольклоре лисы, особенно девятихвостые кумихо, являются могущественными оборотнями, способными принимать облик красивых людей. Они известны своим коварством, обаянием и долголетием. Описание директора Хо как «слишком молодого» для своей должности и его «любезная, как у социального работника» манера речи соответствуют архетипу лиса-оборотня, скрывающего свою истинную природу за обманчивой внешностью.

2. Тигр (虎, 호): Тигр также является значимой фигурой в корейской мифологии, часто почитаемой как дух-хранитель гор. Это символ силы и власти. Хотя поведение директора Хо не вполне соответствует образу тигра, эта версия остаётся возможной из-за высокого статуса тигра как мифологического существа.

Но директор Хо, вероятнее всего, лис.