«Мученик республиканцев».

Слишком резкие слова для того, кто стоял перед Последним мечом республики. Это выражение открыто обнажало глубокую уверенность юноши в том, что сторонники нового строя обречены на поражение, как бы они ни старались.

От столь внезапной дерзости Джастин испуганно вздрогнул и украдкой взглянул на генерала.

Гаэль не рассердился, а лишь горько улыбнулся. Слова молодого наёмника слишком точно отражали суть происходящего.

После того как в Центральной Ортоне впервые провозгласили республику, в стране ненадолго воцарилась путаница, но вскоре государство вернуло себе былую стабильность. Около двух лет новое правительство успешно управляло землями, и примирение с местной аристократией продвигалось крайне гладко. Междоусобица точно не вспыхнула бы от одних лишь вялых попыток недобитых роялистов вернуть власть. В конфликт вмешалась иная, невидимая рука, желавшая скорого падения республиканцев. Причём рука колоссальная, способная управлять законами и капиталом всего континента.

Теперь, даже если выдающийся Мастер меча будет в одиночку рвать жилы на поле боя, изменится ли исход? Неудивительно, что умный принц Бенисио впал в глубокое отчаяние и каждый день впустую проводил за выпивкой.

— Официально считается, что армия Бретани вступила в войну по просьбе короля Ортоны, — спокойно продолжал юноша, а Гаэль молча его слушал.

После установления республики бежавший в Бретань король Ортоны пообещал им часть западных земель. Тех самых исконных территорий, уступленных Ортоне ещё сто лет назад. Для бретаньской королевской семьи открылся отличный повод вмешаться.

— Сто лет назад передачу тех земель координировал именно Святой Император Делькроса. Высока вероятность, что и в этот раз они приложили руку к вопросу о возврате.

И это далеко не всё. Союз торговцев Ортоны задействовал огромный капитал для поддержки роялистов под предлогом того, что с молчаливого согласия монархистов часть южных территорий, включая столицу, будет объявлена независимой зоной свободной торговли. Новая зона станет граничить с Делькросом.

— Союз торговцев сформирован вокруг эрцгерцога Асейна лишь для видимости, — спокойно продолжал юноша, пока Гаэль слушал его молча. — Сам Асейн лишь третья сторона, вынужденная действовать через Делькрос. Без участия Империи у него не нашлось бы причин проявлять такую активность.

Лицо Гаэля мгновенно окаменело. Собеседник продолжал невозмутимо изливать истину, которую генерал меньше всего желал знать.

— За всем стоит империя Делькрос, генерал.

Тысячелетнее священное государство Делькрос. Земля под властью самого могущественного абсолютного монарха на континенте. Место, где республиканское правительство Ортоны ненавидят сильнее всего на свете. Невидимая рука континента, направляющая само течение истории, против которого Гаэль при всём желании никогда не сможет пойти.

Вот почему юноша назвал эту битву бессмысленной. Раз Делькрос решил уничтожить республику, результат уже ничем нельзя изменить. Получив подтверждение смутным догадкам от столь неожиданного собеседника, Гаэль вопреки всему почувствовал, как на душе стало спокойно.

— ...Для столь юного возраста у тебя на удивление зрелый взгляд на вещи.

Как долго продлится битва? Пока принц Бенисио, лидер и духовный столп остатков республиканцев, не примет окончательное решение. Станет ли Гаэль мучеником республики? Безусловно. Ему надлежало стать последним мечом республики, её абсолютным символом. Империя должна поверить, будто с его смертью республика пала окончательно.

— Для тебя всё это может выглядеть лишь бессмысленной агонией... Но порой случается так, что человек должен безмолвно терпеть, даже зная свой финал.

Гаэль уже прекрасно понимал, каким именно окажется его конец. Заметив слабую улыбку, скользнувшую по лицу генерала, юноша на мгновение растерянно моргнул.

— Так, ладно! Как насчёт того, чтобы на этом закончить? Господин генерал сегодня тоже изрядно потрудился, ему пора возвращаться и отдыхать.

Не выдержав чрезмерно сгустившейся атмосферы, Джастин со свойственной ему торопливостью вклинился между ними.

— А завтра мы встретимся со свежей головой и снова обсудим боевые надбавки за риск.

Гаэль удивлённо моргнул.

«Надбавки за риск? Разве Джастин уже не отказался от них?»

Лицо Джастина, всегда казавшееся легкомысленным, на мгновение стало серьёзным.

— Вы ведь хотите сказать, что на стороне роялистов выступает сама Священная империя? Из-за этого опасность возросла вдвое, так что и вопрос об оплате, разумеется, нужно пересматривать с самого начала.

— Правда?

Пока Гаэль в замешательстве качал головой, юноша леденящим взглядом полоснул капитана Джастина.

— Какая разница, кто вмешался? Разве результат от этого изменится? Что именно кажется тебе разумеющимся? Не всякая чушь, слетевшая с языка, становится аргументом.

— Эй... Издеваешься что ль? Пусть ты и временный боец, но сейчас ты в отряде наёмников Астрос! Почему каждый раз на сторону генерала встаёшь, а, Барт?

Джастин выглядел настолько искренне обиженным, что Гаэль невольно решил его поддержать.

— Действительно. Если подумать, в словах капитана есть доля истины. По крайней мере, он честен с собой, так что давайте завтра всё спокойно обсудим.

Однако юноша был непреклонен.

— Неужто вы верите в его честность? Ради наживы этот человек без колебаний перепишет собственные воспоминания и задушит любую совесть.

— Офигеть не встать... Барт, вот уж от кого не ждал ножа в спину, так это от тебя.

Джастина аж передёрнуло от чувства предательства.

Гаэль какое-то время растерянно наблюдал за их перепалкой. В итоге он смог вернуться в свою палатку лишь после того, как юноша совершенно неожиданно поделился с ним божественной силой.

— Барт, в последнее время ты сам на себя не похож, тебе так не кажется? — спросил Джастин.

Он какое-то время смотрел в ту сторону, где скрылся покинувший казарму наёмников Гаэль, а затем повернулся к юноше.

— ...

Мальчик ничего не ответил, лишь слегка нахмурил брови. Он и сам понимал, что в последнее время ведёт себя совершенно не так, как обычно.

В привычных обстоятельствах он бы просто помог отряду по мере возможности, но никак не ожидал, что лично вырвется вперёд и обезглавит вражеского генерала. К тому же, лишь потому, что Гаэль выглядел крайне изнурённым, он даже использовал божественную силу, которую обычно не демонстрировал при посторонних. И главное... какое ему дело до того, что будет дальше с генералом Гаэлем? Зачем было расспрашивать его обо всем и вмешиваться?

Однако юноша почему-то никак не мог выкинуть генерала из головы.

Этот человек являлся сильнейшим мечом Востока. Очевидно, что он взрослый и сильный мужчина, который превосходит любого, но Барта почему-то не покидало смутное ощущение, что он должен ему помочь. Причину этого он и сам не знал. Впрочем, испытывать эти странные чувства ему оставалось недолго.

— Гражданская война затягивается сильнее, чем ожидалось. Скоро Союз торговцев начнёт постепенно урезать вливание капитала.

Джастин удивлённо округлил глаза и переспросил:

— И что это значит?

— Это значит, что пора подыскивать другое задание.

Юноша небрежно махнул рукой и повернулся, направляясь в глубь казармы.

Земли Ортоны уже достаточно созрели. Теперь оставалось лишь разорвать эту сочную мякоть и разделить между собой.

Вскоре предсказание юноши стало реальностью. Граф Мило, который нанимал и спонсировал отряд наёмников Астрос, внезапно решил прекратить сотрудничество. Линия фронта удерживалась на удивление стойко, поэтому эрцгерцог Асейн, стоявший за спиной графа Мило, наверняка оказал на него давление. Граф получил ответ, что в ближайшее время пришлют другой отряд наёмников, но, по мнению Гаэля, дальнейшей поддержки от него ждать не стоило.

За день до отступления наёмников Астрос их командир Джастин пришёл к Гаэлю и протянул ему маленькую шкатулку.

— Для меня было честью сражаться вместе с вами, генерал. Примите наш скромный подарок. Его мы вручаем только особым клиентам.

Открыв шкатулку, Гаэль увидел драгоценный камень размером с ноготь. Он походил на безымянный дешёвый самоцвет, но был белым и чистым, а в лучах солнца испускал весьма чарующее сияние.

— ...Для чего он используется?

— Это амулет на удачу. Говорят, если носить его с собой, усталость как рукой снимает.

«Подобные слова мог бы произнести какой-нибудь язычник».

Гаэль не придал им особого значения, но не прошло и суток, как он убедился в правдивости слов командира. После того как он случайно положил шкатулку в карман и ходил с ней, накопившаяся за долгое время хроническая усталость начала заметно отступать.

Гаэль, чуткий к ауре и окружающим энергиям, отчётливо ощущал, что этот эффект действительно исходит от талисмана. Это было чем-то похоже исцеление божественной силой. Вскоре драгоценный камень занял своё место на самом конце ножен Арджуны, которую он всегда носил с собой.

Наёмники Астроса покинули передовую так же стремительно, как и появились, подобно ветру.

С тех пор Гаэль продержался на передовой ещё около полугода, практически в одиночку удерживая фронт без какого-либо пополнения войск.

╾──╼ ⛨ ╾──╼

Он отражал летящие стрелы и отбивал удары мечей. Уворачивался от атакующих копий и тут же рассекал стоявших перед ним врагов. Арджуна, через которую больше не текла аура, затупилась до предела, и теперь меч уже не столько резал, сколько буквально разрывал плоть врагов.

На мгновение в глазах потемнело, но затем зрение вернулось.

«Приди в себя!»

Аура иссякла уже очень давно. Гаэлю некогда было даже перевести дух, и он через силу взмахивал едва двигающейся рукой. Он и подумать не мог, что настанет день, когда его рука ощутит Арджуну тяжёлой.

Отбить. Увернуться. Пронзить. Рассечь.

Одно и то же движение повторялось бесконечно долго, пока непрекращающийся дождь из стрел не прекратился. Заметив наступившую вокруг тишину, Гаэль ненадолго замер и огляделся. На стороне республиканцев на ногах оставался только он один.

Его окружали несколько рыцарей, облачённых в полные латы. Похоже, это был элитный отряд копейщиков. Они целились в него острыми копьями из-за длинных щитов, и их боевой дух был необычайно силен. Его собственный меч затупился, а аура иссякла, так что он вряд ли смог бы преодолеть дистанцию и пробить их доспехи. Гаэль предчувствовал свой конец.

— И впрямь лучший меч Востока... Ваша слава вполне оправдана, генерал Гаэль, — сделав шаг вперёд, с ним заговорил человек, который, судя по всему, являлся их предводителем. Он был на целую голову выше остальных, и без того крупных рыцарей. — Я выражаю вам своё почтение. То, что у коалиции роялистов ушло целых пять дней, несмотря на все приложенные силы...

Пять дней.

«Значит, я продержался дольше, чем думал».

К этому моменту отправленный им отряд наверняка успел пересечь границу и уйти достаточно далеко. Только тогда Гаэль наконец расслабил тело и опустил руку с мечом.

— ...Кто... ты?

— Я Сайлас Аджен, капитан третьего ордена рыцарей гвардии тысячелетней Священной Империи Делькрос. Меня направили сюда специально ради вас. Очень жаль, что приходится забирать вашу жизнь подобным образом.

Он сразу понял, что перед ним незаурядный человек, и тот действительно оказался капитаном целого ордена.

«Эти доспехи и копья выглядели несколько непривычно, но я никак не ожидал, что Делькрос явит себя столь открыто...»

В следующий миг со всех сторон в Гаэля полетели копья. Он рванулся по рефлексу, но уклониться от ударов, сыпавшихся со всех сторон, было невозможно.

Раздался страшный, хрустящий звук.

Наконечники, метившие в жизненно важные органы, с силой вонзились в плоть. Этот звук прозвучал так громко, будто раздался у самого уха. Полностью истощённое тело стремительно теряло остатки жизни.

Сайлас Аджен перехватил Арджуну, выскальзывающую из рук Гаэля, и тихо, словно шепча, произнёс:

— Я запомню вашу воинскую доблесть. Покойтесь с миром.

Так на равнине Андрес встретил свою смерть Гаэль, последний меч республиканцев.

╾──╼ ⛨ ╾──╼

Когда он медленно закрыл глаза, в голове словно раздался отчётливый треск. О том, что произошло дальше, Гаэль уже не помнил в деталях. Осталось лишь ощущение, что сразу после смерти его покинувшую тело душу окутал ослепительный белый свет, подаривший невероятное тепло и покой. Казалось, будто кто-то ласково погладил его по голове, как маленького ребёнка.

[К чему было так глупо и упрямо терпеть всё это?]

В этом вопросе слышался лёгкий упрёк. Гаэлю почему-то стало неловко перед этим голосом, но он ничего не мог с собой поделать. Не умея хитрить и ловчить, он просто не знал другого способа жить. Раздался тихий, похожий на вздох звук, и голос наконец произнёс:

[Ты хорошо потрудился, сынок.]

«Сы...нок?»

Не успел он даже удивиться, как сразу после этих слов его сознание угасло, и все вокруг погрузилось в кромешную тьму.

╾──╼ ⛨ ╾──╼

Всё должно было на этом закончиться...

Вот только Гаэль никак не ожидал, что переродится жителем Делькроса, так ещё и станет первым принцем Священной императорской семьи, первопричины всех бед.

«Как мне жить дальше?»

На аккуратном лице маленького ребёнка отразилась глубокая тень мучительных раздумий.