Детство Логана было подобно крупицам песка: стоило подумать, что ты крепко сжал его в кулаке, как оно незаметно проскальзывало сквозь пальцы, не оставляя после себя и следа.

Сам Логан постепенно рос умным и невероятно талантливым юношей. Его спокойная натура и гениальное мастерство владения мечом давали окружающим полное право называть его сыном, который унаследовал самую чистую и сильную кровь Святого Императора. Однако, несмотря на то, что с каждым годом он становился всё больше похож на своих родителей, Логану было трудно воспринимать нынешних Святого Императора и Императрицу как своих настоящих отца и мать. Он изо всех сил старался проявлять максимальную вежливость и вкладывать искреннюю теплоту в свои поступки, но человеческое сердце было не той вещь, которую можно изменить так просто.

С другой стороны, удивительным и ироничным являлось то, что своих братьев и сестёр он, напротив, считал самой настоящей семьёй.

Возможно, причина крылась в том, что в прошлой жизни Гаэль был единственным ребёнком и для него такие узы были в новинку. Ему искренне нравился простодушный Масаин, он постоянно переживал за Мореса, который вечно впутывался в неприятности, опекал Амелию, которая робела и чувствовала себя чужой из-за того, что попала в императорский дворец слишком поздно, и нежно любил Сисли, которую помнил ещё крохой. Вероятно, именно эта глубокая привязанность удерживала Логана в императорском дворце, ведь из-за воспоминаний о прошлой жизни он всегда чувствовал себя здесь чужаком, словно парящим где-то в невесомости.

Именно поэтому, когда он повзрослел, а его братья и сёстры стали постепенно отдаляться, погружаясь в свои собственные заботы, Логан начал всё чаще и чаще покидать пределы дворца. Хотя официально он возглавлял отдельный карательный отряд под громким предлогом истребления морских чудовищ ради безопасности подданных, сам Логан понимал своё истинное состояние лучше, чем кто-либо другой. На самом деле он просто хотел изнурять себя тяжёлым трудом, чтобы физически не оставалось времени на лишние мысли. Ведь пока он находился в тишине и комфорте императорского дворца, воспоминания о прошлой жизни продолжали сковывать его по рукам и ногам, заставляя непрерывно мучиться вопросами о цели его нового существования.

В довершение всех бед, Логана тяжким грузом давил разрыв с Моресом. Их отношения в последнее время стремительно катились в пропасть. Морес был первым братом, кого он встретил в этом новом воплощении. Сам того не замечая, Логан привязался к нему всем сердцем, и теперь эта неосознанная эмоциональная зависимость обернулась для него мучительной ментальной ловушкой.

«Морес, что же с тобой произошло?»

Логан по-прежнему отчётливо ощущал его присутствие, знакомое с самого детства. Но в последнее время ему всё чаще становилось не по себе, ведь родной брат казался ему совершенно чужим.

— Логан, весь народ Делькроса славит твою воинскую доблесть и благородство. Воистину, это деяние, достойное принца Священной Империи с тысячелетней историей, — с изящной улыбкой произнесла императрица, которую он встретил, вернувшись в императорский дворец после долгого отсутствия.

Следуя долгу знати, Логан ещё в юном возрасте вступил в орден святых рыцарей Бастиана и стал принцем, который проявлял себя с лучшей стороны во многих аспектах. Не только из-за его выдающегося мастерства владения мечом, но и благодаря рассудительному, безупречному для его лет характеру, в ордене появились верные последователи принца самых разных возрастов.

Эти рыцари назвали свой союз «Лилиум» в честь эмблемы лилии на гербе ордена, и со временем это объединение превратилось в отдельный особый отряд под предводительством Логана. Вот и в этот раз он возвращался после зачистки морских чудовищ, которую провёл во главе Лилиума, обойдя восточные регионы континента.

— Ты ещё так юн, но уже возносишь имя империи и славу императорского рода. Я, как мать, всегда горжусь тобой, сынок.

Логан горько усмехнулся. У него не было желания прославлять империю Делькрос. Он лишь хотел защитить от морских чудовищ беженцев Ортоны, которые потеряли свою страну и теперь одиноко скитались по свету. Это было максимум, что он, переродившийся в теле принца вражеской империи, мог сделать для своей родины.

— Но разве теперь этого не достаточно? Правильно ли ты питаешься, не ранен ли где? Как твоя мать я всегда только об этом и беспокоится.

Императрица Татьяна хотела, чтобы Логан наконец остался в императорском дворце, взялся за изучение политологии и занялся государственными делами. Должно быть, она надеялась, что он станет наследным принцем и в итоге унаследует престол.

Вот только сам Логан никак не мог считать себя делькросцем. Даже когда он упрямо отправлялся на охоту за морскими чудовищами, то подсознательно раз за разом возвращался в восточные земли. Всё потому, что в самой глубине души он по-прежнему считал себя человеком Ортоны.

— Неужели ты думал, что мы будем тебе за это благодарны? Сами же подталкивали Ортону к гибели, а теперь явились!

— Восток никогда не забудет обиду за то, что вы, ублюдки, убили нашего генерала Гаэля!

Логан до сих пор отчётливо помнил, как люди из одной спасённой им группы беженцев с ненавистью в глазах смотрели на Лилиум. В прошлой жизни он отдал за Ортону душу, а теперь сам же получал за эту смерть порцию чужого гнева.

Быть может, дарованная ему новая жизнь нужна именно для этого? Мало ему было пожертвовать собой ради республиканцев, так теперь он должен принять на себя всю ненависть к Делькросу и погибнуть как мученик за вражеское государство, а не за свою родину? Точного ответа Логан не знал.

╾──╼ ⚔︎ ╾──╼

— Понятно, понятно... Получается, ты не понимаешь, ради чего тебе дана новая жизнь?

Сколько времени прошло с тех пор, как они начали этот разговор? Ночь уже глубоко вступила в свои права, и вокруг стояла кромешная тьма. На небе не было даже луны.

К счастью, глаза Сонджина уже привыкли к темноте, и благодаря лишь слабому звёздному свету он отчётливо видел выражение лица Логана, сидевшего напротив.

После того как Логан осознал, что Святой Император, скорее всего, знает о перерождении, на его лице отразилось явное смятение. Должно быть, именно поэтому он так легко изливал Сонджину душу, делясь сомнениями, о которых при обычных обстоятельствах ни за что бы не заговорил. К тому же тот факт, что во всём императорском дворце они были единственными, кто разделял общую «тайну», в некоторой степени помог сократить дистанцию между ними.

— Твоя родина в прошлой жизни была уничтожена Делькросом, поэтому тебе не дает покоя чувство вины, если ты будешь просто беззаботно жить как принц этой страны? Но при этом, даже если ты решишь приложить все силы для восстановления своей родины, ты ограничен возможностями принца вражеского государства... Это ты хочешь сказать?

— Если вкратце, то суть можно свести к этому.

Лицо Сонджина перекосилось.

«Что за дела? И когда с сестрицей Амели возился, было то же самое... Почему-то в последнее время мне постоянно приходится выслушивать чужие жалобы и давать советы. Неужели я на самом деле куда более философская натура, чем думал? Может, скрытое сияние глубоких размышлений, рождённое моим огромным жизненным опытом, просто так сильно влияет на людей и наставляет их на путь истинный?»

Король Демонов содрогнулся от отвращения.

[Пф-ф, парень с «огромным жизненным опытом», а себе то совет хоть можешь дать?]

«Чего вякнул, ублюдок?»

Стоило Сонджину в гневе округлить глаза, как Логан уставился на него с явным недоумением.

Охотник кашлянул для вида и обратился к нему:

— Хм… Послушай. Это чисто моё мнение, так что прими просто к сведению.

— Я буду слушать очень внимательно. Прошу, выскажи всё как есть, без прикрас, — серьёзно кивнул Логан.

— Ты лишился своей страны и даже потерял жизнь из-за Делькроса. Но именно потому, что ты переродился принцем этого самого Делькроса, ты не можешь толком совершить свою месть, верно?

— Верно.

— К тому же, чтобы помочь людям своей прежней родины, ты каждый раз отправляешься на истребление морских чудовищ, но тебе почему-то кажется, что одного этого как-то маловато?

— Именно так.

— ...Ну и о чём ты тогда переживаешь? Вариантов, как разобраться с обеими проблемами разом, пруд пруди!

— …Что?

Когда Логан уставился на него, округлив от удивления глаза, Сонджин лишь покачал головой и причмокнул языком.

— Эх вы, наивные детишки императора..

«Сестрица Амелия была такой же, но этот парень умудряется быть настолько наивным и мягким, несмотря на то, что живёт уже вторую жизнь? Избаловал же отец своих детишек, тц-тц».

— Давай я приведу тебе один из способов в качестве примера.

После слов Сонджина Логан подался вперёд, его лицо заметно напряглось.

— Что является самым труднодоступным и в то же время самым необходимым для восстановления страны?

— ..?

— Это капитал!

— Капитал...

Когда собеседник задумчиво кивнул, Сонджин продолжил:

— Видишь? Всё гениальное просто. Тебе нужно лишь присвоить часть капитала императорской семейки Делькроса и тайно переправить его на благо своей родины.

— ...Э?

— Таким образом, это станет подходящей местью, которая не нанесёт Делькросу смертельного удара, и в то же время послужит неоценимой и надёжной помощью твоей стране.

Логан невольно приоткрыл рот.

— Но это же...

— Что?..

— Это... неправильно... — его голос затих, а Сонджин в ответ лишь ехидно усмехнулся.

«Этот зануда умудрился без разрешения пробраться в чужую комнату, но при этом вежливо постучал в дверь... Такому парню требуется более детальное объяснение».

— Если не так, то как именно ты собирался помочь своей родине?

— Если народ Ортоны этого захочет, я готов отказаться от всего, что у меня есть. Мне искренне жаль Её Величество Императрицу, которая возлагает на меня надежды, но я всё же не могу стать наследным принцем и унаследовать трон.

— Хм.

— Проблема лишь в том, что люди Ортоны не доверяют мне, принцу вражеского государства... — Логан мрачно замолчал.

Сонджин слегка наклонил голову набок и спросил:

— Ладно, тогда давай представим, что ты успешно покинул это место и обосновался в Ортоне. Что ты будешь делать дальше? Чем конкретно ты поможешь людям?

— Ох... — Логан ненадолго задумался, а затем ответил: — Для начала я соберу тех, кто хочет восстановить Ортону. Найду выживших сторонников республики. После этого свяжусь с Союзом торговцев и договорюсь о поддержке в обмен на привилегии вроде монопольных прав, которые они получат после возрождения страны. Также мне нужно будет убедить аристократов из земель, присоединенных к другим государствам. И ещё спасти беженцев, которые скитаются повсюду.

— Хорошо, — Сонджин кивнул, скрестив руки на груди. — Всё это отличные идеи. Но разве кто-то другой, кроме тебя, не сможет сделать то же самое?

— Что?

— И где ты возьмёшь деньги на реализацию своего чудо-плана?

— ...

Логан лишился дара речи. Действительно, даже сейчас в Ортоне оставалось множество людей, которые трудились в подполье, чтобы возродить страну. Среди них вполне мог найтись и куда более выдающийся лидер, чем принц Бенисио. И совершенно необязательно, чтобы им был именно он сам, Мастер меча. В конце концов, даже когда у республиканцев была полноценная армия, они всё равно не смогли избежать гибели. Сможет ли один умелый мечник, присоединившись к ним сейчас, принести хоть какую-то реальную пользу?

Когда взгляд Логана стал задумчивым, Сонджин нанёс решающий удар:

— Ну, а теперь пораскинь мозгами. Что принесёт твоей родине больше пользы: если ты станешь нищим духовным лидером и поведёшь людей за собой? Или если ты превратишься в богатого внутреннего врага, который будет грамотно выводить капитал и тайно спонсировать их из тыла?

— Что?

— Первым может стать любой в твоей стране. Но второй вариант по силам только тебе – принцу Делькроса и бывшему генералу Ортоны. Логан, это важнейшая задача, с которой во всем мире справишься только ты!

Глаза Логана широко раскрылись. В его голубых зрачках, словно волна, промелькнуло внезапное озарение.

Король Демонов глубоко вздохнул.

[Опять ты за своё, дьявол проклятый!]

Логан медленно поднялся со своего места и произнёс:

— Вот оно что... Значит, именно в этом и кроется причина, по которой мне была дарована новая жизнь...!

Юноша, который обычно всегда был погружён в себя и лишь печально улыбался, теперь сам того не замечая вернул скрытую страсть и смотрел куда-то вдаль сияющим взглядом. На невидимые далекие земли востока, на свою ныне потерянную родину.

— Значит, смысл моего перерождения в качестве принца заключается в том, чтобы свободно расхищать капитал Делькроса и тайно переправлять его в Ортону!

«Ну, в такой формулировке это звучит немного странно...Но ведь по факту, всё так и есть, разве нет?»

Однако Сонджин упустил из виду один факт: простодушный принц Логан был честен до такой степени, что это превосходило все его ожидания.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

На следующий день после полудня Логан, впервые за долгое время получив аудиенцию у Святого Императора заговорил с серьёзным выражением лица:

— Отец, у меня есть к вам просьба.

Святой Император, который до этого молча смотрел в свою чашку, поднял голову и моргнул, увидев твёрдую решимость в голубых глазах сына.

— Просьба?

— Да. Пожалуйста, увеличьте мне карманные расходы.

— ...

— Чуть больше... Нет, намного больше!

Стоявший рядом с ним и подававший чай Льюс недоумённо наклонил голову.

— Насколько мне известно, выделенная Вашему Высочеству сумма не так уж мала. Какая именно цифра вам необходима?

— Хм, в два раза больше нынешней... Нет, пожалуй, в три.

— Простите?

— А сколько обычно требуется бюджетных средств, чтобы управлять целой страной?

— ...

Логан совершенно открыто требовал в качестве карманных денег сумму, которую другие не смогли бы наскрести, даже тайно расхищая казну.

Льюис украдкой взглянул на Святого Императора.

Нэйт, хранивший до этого молчание, медленно поднял руку, прикрыл лицо и заговорил.

— Поступай с карманными деньгами как знаешь, Логан, вот только...

— Да, отец?

— Ты случаем не проводил время в компании Мореса?

— ...