— Со студентами всё будет в порядке.

В тот вечер Масаин, внимательно следивший за Сонджином, осторожно заговорил, прощупывая почву.

С передачей дел ордену Святого Аврелиона они закончили, так что инцидент в лазарете был исчерпан. Сам Эшли Бетчер, который накануне рухнул, кашляя кровью, пребывал в глубоком шоке. Насильственное изгнание злого духа далось ему тяжело, но, к счастью, Логан успел применить божественную силу. Эшли выжил, но снова превратился в безжизненную куклу.

Едва Джонатан вызвал лекаря, как в палату ворвался Масаин с рыцарями. Изначально он собирался просить помощи у экзорциста, но Франциск уже сам мчался к ним во главе своего отряда. Учитывая, что святые рыцари Аврелиона обычно действовали как приспешники императора, Сонджин предположил, что, возможно, здесь сыграло роль его влияние.

Помехи при каналировании были верным признаком того, что в дело вмешались близнецы. А столь быстрое прибытие ордена Аврелиона явно намекало на, что Святой Император решил быстро всё пресечь.

«Судя по всему, он отдал приказ как только в Эшли вселился злой дух...»

Прибывший в палату Франциск ненадолго осмотрел состояние студента, после чего святые рыцари помогли ему подняться и увели вместе с Джонатаном в неизвестном направлении. Джонатан, который продолжал с тревогой оглядываться назад, почему-то не давал Сонджину покоя.

— Тот факт, что в дело вмешался орден святых рыцарей Аврелиона, означает, что студенты теперь находятся под защитой и присмотром госпожи Катрины. Вам больше не о чем беспокоиться, Ваше Высочество, — вновь попытался успокоить Сонджина Масаин. — Госпожа Катрина – человек редкой духовной чистоты и благородства. Будьте уверены, за какое бы дело она ни взялась, всё решится по справедливости.

«Сэр Катрина и правда внушает доверие на интуитивном уровне. Она, как-никак, капитан рыцарского ордена, да и цепная псина Франциск её всем сердцем уважает».

Только после этого Сонджин смог немного успокоиться и сосредоточился на других проблемах.

Прежде всего, злого духа, вселившегося в Эшли Бетчера, похоже, изгнал сам Святой Император. Король Демонов, который ещё долго после возвращения в Жемчужный дворец дрожал от страха в голове Сонджина, позже признал это.

[Да, твой папаша приходил. Ох, на эту душу даже смотреть было...]

«А что случилось со злым духом?»

[Сдох, разумеется! Папаша просто слегка коснулся его, а от души этого ничтожества и мокрого места не осталось.]

Кое-что всё таки не состыковалось. В это же время Святой Император должен был принимать иностранных послов в аудиенц-зале.

«Получается, его тело находилось в Главном дворце, а больничную палату ненадолго посетила лишь его душа».

Сонджин невольно вспомнил, как в прошлый раз император искал его вплоть до границы измерений.

«Он легко может покидать собственное тело или ещё чего покруче? Не зря его всё-таки Наместником Бога зовут, этому человеку никакие законы не писаны».

Однако если оставить в стороне этого мало похожего на человека господина, то что вообще произошло с близнецами, которые внезапно вселились в Эшли во время его одержимости?

«Неужели эти необычные дети тоже способны отделять душу от тела, как и Святой Император?»

Объяснение Короля Демонов немного отличалось от мыслей Сонджина.

[Полноценными душами из вряд-ли можно назвать...]

Король Демонов на мгновение задумался, а затем выдал совершенно неожиданный ответ.

[В тот момент там правда ощущалось присутствие двух душ, вот только они были не цельными...Как бы тебе это объяснить... Я встретился скорее с крошечными осколками изначальных душ.]

«Крошечные осколки...»

Сонджин захлопал глазами.

«Погоди, твоё описание почему-то вызывает у меня приступ дежавю».

[Ты думаешь в правильном направлении. Ощущение было точь-в-точь как от тех ребят.]

«Оранж. Духовная сеть наблюдения, которая тайно оберегает столицу...»

Король Демонов окончательно подтвердил догадку Сонджина.

[С одним из этой парочки мы уже встречались. Ты помнишь? Когда ты перелезал через стену императорского дворца, тот осколок ещё звал нас за собой.]

В памяти Сонджина промелькнули слова, которые Король Демонов говорил ему тогда.

[А? В этот раз появился кто-то другой. Посильнее… Хм? А с этим, кажется, можно договориться.]

[В общем, этот тип говорит, чтобы ты шёл за ним. Что скажешь? Пойдёшь? Не знаю, насколько ему можно верить, но он утверждает, что тебе точно стоит там побывать.]

«Им был один из близнецов...Хельна и Кадес состоят в Оранже? Офигеть... Так, погоди...»

Сонджин почувствовал, как его разум мгновенно прояснился.

«Нет, если подумать, это ведь вполне логично? Почему я не заподозрил раньше?»

Близнецы с самого начала знали о существовании Короля Демонов, как и Оранж. К тому же они, судя по всему, были высококлассными адептами каналирования и делились огромным количеством информации с самим Святым Императором.

«В таком случае было бы как раз странно, не окажись они связаны с тайной организацией медиумов, которой заправляет Святой Император!»

Пока Сонджин в порыве стыда и досады хватался за голову, Король Демонов попытался его утешить:

[Ну, они ж ещё несовершеннолетние, не каждый бы догадался.]

— ...

Сонджину пришлось признать, что он действительно потерял бдительность, посчитав их обычной мелюзгой.

«Как бы то ни было, теперь я об этом знаю. Ну а проверить достоверность проще простого».

Сонджин без промедления вызвал командира Бруно в свою комнату.

— Да, говорят, что принцесса Хельна и принц Кадес неофициально состоят в Оранже, — прибывший в комнату Сонджина командир какое-то время смотрел в пустоту, устанавливая канал связи с Оранжем, после чего кивнул. — Подобная информация не для посторонних ушей, так что об знают только внутренние агенты. А, и ещё...

Командир вновь сосредоточился, словно прислушиваясь к чему-то, и добавил:

— Говорят, что именно они дали Господину Краснючке такое имя.

— ...Да?

[Что-о-о?!] — Король Демонов пришёл в ярость.

[Так вот оно что... Поганые малявки! Посмели меня!? Меня так обозвать! Я им ещё устрою! Никогда не прощу! Кха-а-а-ах!]

Пока тот шумно злился, брюзжа слюной, Бруно дал Сонджину более подробное объяснение.

— Все внутренние агенты Оранжа являются элитой каналирования, способные создавать духовные терминалы. Они не только принимают мысленные сигналы, но и перемещают реальную часть своей души, чтобы следить за каждым уголком имперской столицы.

Несовершенный осколок души, который видел Король Демонов, оказался небольшим духовным терминалом, созданным медиумами из части собственного духа. Они использовали такие устройства из соображений безопасности. Если с терминалом что-то случится, их души, сохранённые внутри дворца, останутся невредимы. К тому же, как добавил командир Бруно, полное отделение души от тела для перемещения сопряжено с огромным риском.

«Тогда почему Святой Император расхаживает прямо в виде души, а не создает терминал, как другие в Оранже? Если это под силу близнецам, то почему должно быть невозможно для него?»

Пока Сонджин погружался в размышления, Эдит, как раз вошедшая в комнату, с лёгким стуком поставила на стол чайные чашки. Заметив, что разговор затягивается, она сама, без лишних указаний, подала чай.

«Ты растёшь над собой, Эдит!» — Сонджин почувствовал беспричинную гордость. Раньше Эдит была совершенно недогадливой, но в последнее время, с пополнением штата служанок в Жемчужном дворце, она, видимо, многому у них научилась.

— Духовные терминалы, которые сегодня встретил господин Краснючка, скорее всего, действительно принадлежали принцессе Хельне и принцу Кадесу, — продолжил командир Бруно, поднимая тёплую чашку, от которой шёл пар. — Его Высочества обладают более сильными способностями к каналированию, чем другие внутренние агенты. Говорят, они быстрее всех замечают любые странности во дворце.

Во время разговора лицо Бруно заметно оживилось.

— Правда, они живут в основном за пределами дворца, поэтому находятся на стыке между внутренними и внешними агентами и не выполняют никаких официальных обязанностей. Как ни крути, принц и принцесса всё ещё слишком юны.

Заметив умиротворённое лицо Бруно Сонджин между делом спросил:

— Вы случаем не любите чай, командир?

— Ха-ха. К стыду своему, это так, Ваше Высочество. Я часто пил его, когда служил в императорском дворце. Это было весьма приятным, хоть и скромным удовольствием.

Он признался, что вдали от дворца ему тяжелее всего было без хорошего чая. Говоря это, командир поправил свои безупречно подстриженные усы.

«Чем больше на него смотрю, тем яснее ощущаю, что у командира Бруно весьма аристократичные черты».

— Конечно, любовь пришла не сразу. Стоило мне только пригубить чай, как все тут же принимались судачить. Люди, что сперва насмехались надо мной, заявляя, будто из-за низкого происхождения я даже чаю пить не умею, позже стали высмеивать меня за то, что безродный выскочка задрал нос и пытается подражать аристократам.

— И как же вы полюбили чай?

— Помниться, тогда я подумал: раз уж надо мной в любом случае будут насмехаться, то не лучше ли просто наслаждаться тем, чем хочется? Стоило мне так рассудить, как чай внезапно показался мне восхитительным на вкус.

«И впрямь», — подумал Сонджин.

Его невероятная душевная стойкость объясняла, каким чудом обычный простолюдин смог удержаться при императорском дворе и в одиночку пробиться в капитаны рыцарского ордена.

— В любом случае, Ваше Высочество. Проблема заключается в том, что с душой, которая сегодня вселилась в студента академии, история точно такая же. В Оранже утверждают, что это была не полноценная душа, а скорее несовершенный терминал, созданный из осколка души.

— Что это значит?

— Понимаете, существует технология создания подобных терминалов душ. Кем бы ни был этот человек, он, судя по всему, является высококлассным адептом каналирования.

Сонджин нахмурился:

— А его основная душа до сих пор жива и невредима?

— Именно так.

Командир Бруно кивнул и сделал глоток чая.

— ...Пфу-у-у! — он с размахом выплюнул всё обратно.

— Эдит, ты...

Пока капли чая разлетались во все стороны, Эдит молча обливалась холодным потом и отводила взгляд. В умении заваривать чай она совершенно не продвинулась.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

В последнее время среди благородных юношей Делькроса наибольшим восхищением пользовались две леди. Прекрасная роза императорского дворца, принцесса Амелия, и изящная лилия светского общества, Изабелла Скарцапино.

Юноши благородных кровей спать не могли в надежде стать их спутниками на балу и грезили хотя бы о мимолётно прикосновении к подолам их платьев. И лишь раз в году, на главном торжестве в честь дня рождения императора, никто из них не осмеливался пригласить красавиц на танец. Причина крылась в том, что имена их спутников в этот день были предопределены заранее. До сегодняшнего момента...

«В этом году он придёт с другой партнёршей?»

Лицо Изабеллы омрачилось, стоило ей пробежать глазами ответ из Жемчужного дворца. Она всего лишь хотела согласовать цвета нарядов, но содержание письма застало её врасплох.

— Боже, неужели это правда? Какое облегчение! Нашей госпоже Изабелла совсем не подходил этот уродливый принц-поросёнок. Мать у него хоть и императорская супруга, но это уже слишком!

Подле нее засуетилась бестолковая служанка, которая от радости совершенно позабыла о приличиях. Впрочем, в её словах крылась истина. С тех пор как принц Морес стал достаточно взрослым для выходов в свет, Изабелла неизменно сопровождала его на праздничный банкет в честь дня рождения Императора. Это было данью уважения к человеку, которого прочили ей в мужья. Разумеется, удовольствия ей это не доставляло. Принц не отличался приятной наружностью, а уж его манеры в обращении с дамами и вовсе были отвратительными. Единственной причиной, по которой она терпела его общество, оставалось жёсткое давление со стороны императорской супруги Лизабет.

Делить эту ношу с другими невестами тоже не имело смысла. Джулия Майер слыла отчаянной пацанкой и могла заявиться на торжество в рыцарский доспехах. А крошка Валуа и вовсе была ребёнком, едва оторванным от материнской юбки.

— Вы наконец-то свободны, госпожа! — всплеснула руками горничная. — Предвкушаю, как вы покорите самый грандиозный банкет в Делькросе!

«Свободна… Безусловно. Но отчего же мне неспокойно?»

Стоило вспомнить свиную морду принца, как к горлу подкатывала тошнота. И всё же мысль о том, что на банкет он явится с другой, больно била по её тщеславию.

— И с кем же вы теперь проведёте бал, госпожа? Неужто с молодым эрцгерцогом Зигсмундом, о котором слухи ходят?.. Ах, боже мой, это было бы восхитительно!

Оставив прыгающую от радости служанку, Изабелла вышла из комнаты. Ей, как самой известной особе в светском обществе, не хотелось первой предлагать кому-то стать её партнером. При этом подходящих кандидатур на бал не находилось, а день банкета уже был на носу. По этой причине она решила в спешном порядке обратиться за помощью к своим старшим братьям, но...

— Я не могу оставить мою прекрасную Оливию в одиночестве. Прости, сестрёнка.

Старший брат, Доменико, чьё сердце уже принадлежало невесте, ответил мягким, но непреклонным отказом.

— Тебе ли не знать? Нога моя не переступит порог дворца в день рождения императора.

Второй брат, Рикардо, тоже уклонился от поездки, одарив ее ласковой, едва заметной улыбкой.

— Но почему? — Изабелла замерла в легком замешательстве.

В её памяти Рикардо всегда оставался душой компании. Он обожал изысканные вина, жил ради пылких романов и находил истинное удовольствие в светской беседе. Столичные салоны боролись за право принять его у себя, а учреждённые им закрытые приёмы пользовались такой славой, что золотая молодежь Делькроса шла на любые ухищрения ради заветного приглашения.

Вопрос сестры заставил Рикардо поднять голову. Его взгляд на секунду остекленел, устремившись куда-то сквозь стены, мимо Изабеллы. Лицо вечного весельчака свела горькая судорога, в которой лишь с трудом можно было угадать подобие улыбки.

— При всём желании, доступ в императорский дворец мне закрыт.