— Юный пророк Делькроса.

Прежде чем ошеломленный Сонджин успел вставить хоть слово, Рикардо шагнул к столу и уверенно занял кресло напротив. Закинув ногу на ногу, он вальяжно откинулся на спинку. Каждое его движение источало спесь и уверенность, присущую изнеженным сыновьям богачей.

— И? Что с лицом? Разве ты пришёл не за этим? Я-то рассчитывал, что мы, как всегда, поболтаем по душам, и ты поделишься со мной очередным пророчеством.

Мысли Сонджина спутались.

«Паршивец Морес был пророком? Что за чушь!?»

[Ли Сонджин], — в мыслях раздался предостерегающий шепот Короля Демонов. — [Пульс и дыхание у этого Рикардо ровные. Ведёт себя вызывающе спокойно, это подозрительно, но он не лжет. Вот только...]

«Только что?»

[Сколько ни всматриваюсь, не могу признать в нём Сигурда Сигурдссона. Что тело, что душа принадлежат этому миру. Он человек до мозга костей, без капли чужеродности!]

«А точнее?»

[Я не до конца понимаю природу аватаров... Но если это обычная марионетка, которой кукловод управляет извне, её душа не была бы в такой безупречном состоянии. А у этого парня всё примитивно идеально.]

«Значит, догадка Сисли оказалась ошибочной?»

Сонджин нахмурился и посмотрел на Рикардо. Тот продолжал ухмыляться, с любопытством ловя каждое изменение в его лице. Решив прервать затянувшуюся паузу, Сонджин начал распутывать клубок вопросов:

— Я действительно говорил тебе о пророчестве?

— Именно. Хм… Похоже, слухи о твоей амнезии появились не на пустом месте.

Рикардо коснулся ухоженного подбородка, посмотрев на Сонджина с оттенком сочувствия.

— Ты выглядишь совершенно растерянным, мой дорогой друг. Значит, сегодня я останусь без твоих историй?

— Можно сказать и так. Сегодня моя очередь слушать, поэтому тебе придётся помочь мне восстановить картину событий.

— Разумеется. Спрашивай о чём угодно. Ты ведь единственная живая, сверкающая жемчужина во всем унылом Делькросе. Разве я в силах отказать тебе хоть в чём-то?

У Сонджина волоски на руках встали дыбом.

«Откуда эта слащавость? Он что, пытается применить какой-то гипноз?»

— Послушай... Тебе никто не говорил, что ты ведешь себя слишком приторно?

— Ох, даже столь невинные шутки ранят мне сердце, если слушать их постоянно.

— ...

«Значит, говорят часто».

— Ну да ладно. Как бы то ни было, сегодня я отложил все дела ради тебя. Считай это данью уважения тем дням, что мы провели вместе. Отвечу на все вопросы.

— Тогда для начала расскажи, чем именно я здесь обычно занимался.

— С удовольствием.

Рикардо слегка коснулся пальцами подбородка, словно собираясь с мыслями.

— Как бы это выразиться... Мы с тобой в основном беседовали о людях.

— О людях?

— Именно так. Мы смотрели сверху на банкетный зал и сочиняли истории о скрытом потенциале гостей, а также о множестве вариантов будущего, в которые эти судьбы могли переплестись. Это была невероятно увлекательная и глубокая работа.

— Хочешь сказать, я тебе предсказывал судьбу гостей на банкете?

— Вкратце, можно выразиться и так.

Рикардо на мгновение нахмурился и добавил:

— Однако у меня закрадываются сомнения, есть ли смысл в твоих расспросах. Что бы ни случилось с твоей памятью, если ты действительно захочешь что-то узнать, для тебя ведь нет ничего невозможного? Твои загадочные глаза всё еще не утратили своего блеска.

— Глаза?

Когда Сонджин переспросил, тот кивнул:

— Именно так. Я говорю про Око Оракула, что видит истину насквозь.

— Оракул...

«А разве Оракул это не пророк клана Корнсиим? Причём покойный... Какое отношение это имеет к здешним тайнам?»

Лицо Сонджина потемнело, и Рикардо с любопытством склонил голову.

— Похоже, ты и правда чист как белый лист. Что ж, начнём с Оракула. Идёт? О самом клане Корнсиим ты хоть что-то знаешь?

Об этом клане Сонджин уже слышал от капитана Бруно.

[Я возглавляю Оранж и в настоящее время временно исполняю обязанности Оракула Корнсиима.]

Именно так представился глава Оранжа, который тогда вселился в тело капитана.

После того как чужой дух стремительно оставил Бруно, тот восполнил для Сонджина все пробелы в этой запутанной истории.

Клан Корнсиим оказался обособленным и малочисленным родом, издревле осевшим в Делькросе. По слухам, его выходцы управляли душами людей и практиковали тайные искусства, недоступные пониманию простых смертных. Оглядываясь назад, Сонджин понял, что каждый в этом клане рождался медиумом, способным к каналированию.

Ходили слухи, что они владели удивительными технологиями, словно пришедшими из иного мира. Из-за этого на клан навесили клеймо дьяволопоклонников. Несколько лет назад большинство из них погибло на кострах инквизиции во время массовой зачистки. Выжили лишь единицы, которые впоследствии и стали тайными агентами Оранжа.

— Но мне говорили, что Оракула больше нет, — засомневался Сонджин. — И его обязанности кто-то временно исполняет.

— Всё верно. Клан лишился своего провидца ещё несколько десятилетий назад. Но на самом же деле тот не погиб. Он просто решил уйти в тень и скрыться от сородичей.

Рикардо закинул голову, на миг уставившись в пустоту, а затем многозначительно улыбнулся.

— С нынешним преемником история повторилась. Он жив, но запечатал свои пророчества и хранит молчание.

В голове Сонджина вдруг промелькнуло смутно знакомое лицо.

«Да ну, бред. Не может быть...»

— Но знаешь ли ты одну вещь, о преданный мой друг? — Рикардо снова посмотрел на него, и взгляд его стал пугающе ясным. — Молчащий Оракул подобен птице, которая разучилась петь. Для этого мира он бесполезен. А законы мироздания суровы к тем, кто идёт против своего предназначения. Предыдущий пророк встретил одинокий и жалкий конец. Нынешнего ждёт точно такая же участь. Не знаю, как ему удаётся так ловко прятаться, но это ненадолго.

Скарцапино растянул губы в приторной, зловещей усмешке.

— Вот тебе загадка. Какая судьба ждёт тебя, преемника этого поколения?

Сонджин промолчал, а тот продолжил:

— Если ты больше не сможешь изрекать пророчества, то как, по-твоему, сложится твоё будущее?

На душе у Сонджина стало тошно. Он прекрасно понял, что под «новым оракулом» имеется в виду Мореса. Правдивость этих слов была уже неважна, ведь мотивы собеседника не вызывали сомнений. Он лишь разыгрывал готовность помочь, а на деле...

— Слышь, дрянь, — оборвал его Сонджин. — Ты на кого тут пасть разинул со своими дешёвыми угрозами?

Рикардо осекся, не успев закрыть рот от внезапной грубости, но Сонджин уже добивал его вопросом в лоб:

— Спрошу прямо. Ты и есть Рассказчик?

Оцепенение Рикардо длилось лишь миг. На его лицо вернулась маска искреннего веселья, и он заливисто расхохотался:

— Аха-ха-ха! Угрозы? Как же обидно слышать подобное от старого друга!

«По крайней мере, он не строит из себя дурачка при упоминании Рассказчика».

— Так это ты Сигурд Сигурдссон?

— Ха-ха-ха! Надо же. А сам как думаешь?

«Здесь и думать нечего. Ты и есть тот преступник!»

Никаких доказательств у него не было, лишь чистое, ничем не подкрепленное предчувствие. Он до сих пор не понимал, как человек из Истинного мира, обладающий собственной душой, умудрился стать чужим аватаром. И всё же этот мерзавец умудрялся одновременно быть и Рикардо Скарцапино, и Сигурдом.

— Бабочка-монстр, которую видела Со Исо, тоже твоих рук дело? Зачем ты подговорил её разыграть фальшивую святую?

— А-ха-ха-ха-ха!

Рикардо разразился таким заливистым смехом, что его грохот должен был разнестись по всему просторному банкетному залу внизу. Но никто даже головы не повернул.

Почуяв неладное, Сонджин бросил быстрый взгляд за перила, на нижний этаж. В этот момент Рикардо, вытирая выступившие от смеха слёзы, наконец выдавил:

— Уже уходишь? Как жаль, мы ведь ещё толком не пообщались. Навестишь ли ты своего друга на следующей встрече?

— Хм, вряд ли.

— Почему же?

«Этот ублюдок спрашивает на полном серьёзе?»

Сонджин развернулся к выходу и бросил через плечо:

— Терпеть не могу скользких типов. Считай, что мы теперь в ссоре.

— ...

— И лучше завязывай со своими играми. Скоро сюда нагрянет императорское следствие. Жди здесь и веди себя тихо, иначе я первым делом обо всем доложу отцу.

— Посмотрим, получится ли, — вальяжно улыбнулся Рикардо. — Неужели ты веришь, что Святой Император не трогает меня по неведению? Знаешь, существуют негласные законы, которые нельзя нарушать, и даже ему приходится с ними мириться.

Против этого аргумента крыть было нечем.

В сознании Сонджина эхом отозвались слова, которые когда-то обронил Святой Император:

— Делай всё, что пожелаешь. Если ты хочешь исправить эту несправедливость, так тому и быть.

К тому же, Катрина твердила о том же:

— ...Его Величество не может помогать каждому встречному безо всяких условий.

— Моя просьба станет тем самым условием, при котором отец поможет командиру?

— Ваше Высочество, порой сама суть некоторых вещей начинает рушиться, стоит лишь облечь их в слова.

«...Кажется, я нащупал зацепку».

— Тогда как тебе такое?

На этот раз настала очередь Сонджина улыбнуться Рикардо.

— Что, если я этого захочу? Что, если я попрошу отца разобраться с тобой как следует?

— ...

— Думаешь, отец и тогда оставит тебя в покое, как сейчас?

Выражение лица Рикардо мгновенно изменилось, словно отхлынувшая волна. От его прежней непринужденности не осталось и следа. В глазах, устремлённых на Сонджина, начала постепенно разгораться ярость.

«Я угадал!»

С этой мыслью он собирался развернуться, как вдруг обо что-то с глухим стуком ударился.

«...Ой?»

Впереди отчётливо виднелся коридор, но Сонджин не мог продвинуться вперёд, наткнувшись на невидимую преграду.

«Что это блин?»

Пока Сонджин в недоумении ощупывал руками пустоту, в его голове раздался испуганный крик Короля Демонов:

[Ли Сонджин, это барьер!]

— Барьер?

[Да! Это закон не нашего мира, поэтому я заметил слишком поздно! Не знаю, когда именно всё началось, но это пространство уже подчиняется законам Кремниевого мира!]

Законы Кремниевого мира. Сонджин обернулся и посмотрел на того, кто, судя по всему, и был виновником происходящего.

— Мне искренне жаль, что всё закончилось именно так, — произнёс Рикардо.

Он уже поднялся с кресла и теперь приближался к Сонджину. Его голос звучал как-то странно и гулко.

[В этом застывшем мире только ты мог стать моим единственным, неповторимым другом, способным меня понять.]

В этот момент откуда-то прилетела синяя бабочка и закружилась вокруг Сонджина, едва слышно порхая крыльями.

«Бабочка Дилерии?»

[Советую даже не думать о побеге. Думаю, ты и сам это прекрасно понимаешь, верно?]

Синие бабочки тем временем продолжали слетаться отовсюду, и их становилось всё больше и больше.

[Я и есть Повелитель Снов.]

Подобно буре, рой насекомых хлынул прямо к Сонджину.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

Тем временем в обветшалом складе на улице Бертран Ромейн, неумело сшивая невзрачную жёлтую куклу, резко вздрогнул и поднял голову.

— Опять укололся? И зачем только возишься с этими дурацкими игрушками? — проворчал Леонард, потягивая из бутылки.

— Господин Лео... — голос Ромейна дрожал от возбуждения. — Кукловод открыл вход в лабиринт!

— Что?.. — Леонард недоумённо заморгал, но тут же его лицо исказилось от ужаса. — Серьёзно?

— Да, — Ромейн бросил рукоделие и вскочил. — Ха-ха-ха! Столько лет скрывался, чтобы в итоге совершить такое безумство!

— Где он? Поторопимся, пока снова не сбежал!

— Не волнуйтесь, господин Лео, даже если он скроется, это не проблема.

Глаза за полумаской хищно блеснули, глядя в пустоту.

— Хранитель Делькроса его точно не упустит.