Настал день празднования дня рождения.

Прошлую ночь Сонджин блуждал за пределами императорского дворца, поэтому толком не выспался и проспал утреннюю тренировку. Он вяло сел за стол рот едой, то и дело клюя носом. Вид сонного принца не на шутку перепугал Эдит.

— О боже, Ваше Высочество! Что у вас с лицом?!

— М-м? А что с ним?

— Оно же совсем осунулось и жутко отекло! В такой важный день, когда вы должны вовсю блистать, это же просто катастрофа!

«И чего так паниковать? В теле всего лишь лёгкая тяжесть, подумаешь».

Однако у служанок на этот счёт было совсем иное мнение. Собравшиеся на крик Эдит девушки, едва взглянув на принца, выдали незабываемую палитру ужаса и досады. Стоило Сонджину проглотить последний кусок завтрака, как его взяли в шиворот и усадили в кресло. Облепив лоб и щёки травяными масками и прочими штуками они принялись усердно его реанимировать.

— Уа-а-а...

Сонджин, вопреки своему обычному поведению, не рвался на тренировочную площадку. Тело сковала непривычная усталость и лень, к тому же не так давно он освоил полезный навык – медитацию в положении лежа.

Пока он то дремал, то медитировал под бдительным присмотром служанок, Эдит, обтирая его лицо холодной водой, недовольно проворчала:

— И всё же, Ваше Высочество, ну почему из всех дней в году вы решили помедетировать ночью именно накануне праздника?

— Ась?

«Помедетировать ночью?»

— Я заметила, что вы не разговаривали во сне, как обычно, вот и пошла искать вашего личного стражника. Но тот лишь руками развёл... сказал, что командир Бруно строго-настрого наказал вас не беспокоить. Мол, Ваше Высочество сейчас занят важной медитацией, и велел не беспокоить вас до самого утра.

— Командир?

Сонджин повернул голову. Бруно поглаживал усы и многозначительно смотрел прямо на него.

«...Он всё знает».

Впрочем, глупо было даже надеяться, что удастся тайком сбежать из императорского дворца от бывшего рыцаря Декарона. Должно быть, он узнал общую ситуацию через Оранж и заранее предотвратил очередной крупный переполох.

Какое же счастье, что сэра Масаина сейчас не было рядом! Он бы точно что-то заподозрил и докопался бы истины. Вчера вечером Масаин как раз уехал к себе домой в столицу. Ему, как члену императорской семьи, тоже нужно было о многом позаботиться перед празднованием дня рождения.

«И всё же, о чём я там разговариваю во сне...»

Эдит и раньше замечала отсутствие Сонджина самой первой. Когда он расспросил её подробнее, она ответила, что принц каждую ночь после полуночи в одно и то же время пару минут разговаривает во сне. По её словам, эта привычка появилась у него после лихорадки, а значит, у прежнего Мореса её не было. Сонджин пришёл в полное замешательство, ведь он никогда не слышал, чтобы за ним водилась подобная привычка.

Он спросил, что именно он говорил во сне.

— Ох, не знаю. Вы бормотали так невнятно, что я ничего не разобрала. Мне даже показалось, что это был вовсе не имперский.

Эдит говорила об этом совершенно буднично, но Сонджину от её слов стало не по себе. Ладно уж эта девица ни о чём не задумывается, но что было бы, услышь такое другие слуги? Принц, которому они служат, посреди ночи бормочет на неизвестном языке... Ну точно бы подумали, что в него вселился злой дух.

Тогда он допросил Короля Демонов, но ответ этого придурка оказался ещё более нелепым.

[Да мне бы самому знать, что ты там вечно бормочешь. Может, это и не слова вовсе, а просто агуканье? Не придавай этому большого значения.]

«Какое ещё агуканье? Ты издеваешься!?»

Сонджин лишился дара речи от возмущения, однако Король Демонов с каким-то недовольным видом наотрез отказался продолжать этот разговор.

«Нехорошое у меня предчувствие...»

Однако времени на размышления о своих ночных привычках у Сонджина не осталось. С самого утра в Жемчужный дворец без приглашения пожаловали Амелия и Логан.

Увидев Сонджина, чьё лицо было сплошь облеплено какими-то косметическими средствами, они пришли в полный восторг. Разхохотавшись, брат и сестра тут же устроились по обе стороны от него.

— И надо же тебе было бодрствовать всю ночь в преддверии банкета в честь дня рождения. Ты хоть понимаешь, насколько сегодняшний день важен?

— Вот именно, Морес. Похоже, всё утро тебе придётся посвятить исключительно уходу за лицом.

— Да ладно вам, из-за чего вообще вся эта суматоха? Как будто этот банкет единственный в году...

Стоило Сонджину недовольно проворчать это, как Амелия и Логан переглянулись и одновременно закивали.

— Похоже, он действительно совсем не понимает, как обстоят дела.

— Разумеется. Он же совсем ничего не помнит.

После этих слов Амелия мягко и терпеливо принялась объяснять:

— Послушай меня внимательно, Морес. Служанки суетятся не просто так. Не будет преувеличением сказать, что сегодняшний банкет самый важный за весь год.

Празднование в честь дня рождения Святого Императора длилось в общей сложности три дня. На первый взгляд могло показаться, что главным должен быть второй день, но при ближайшем рассмотрении всё оказывалось несколько иначе.

Если основной банкет второго дня представлял собой официальное мероприятие, сосредоточенное вокруг ритуалов под руководством самого Императора, а торжество заключительного дня напоминало более непринужденное праздничное афтерпати, то первый день нёс в себе совершенно иной смысл.

Поскольку здесь собирались члены королевских семей и популярные личности со всего мира, это важнейший день, когда можно произвести на них первое впечатление.

— К тому же, в отсутствие отца в первый день воцарится довольно свободная атмосфера. Его Святейшество вряд ли появится на банкетах, за исключением официальной церемонии на второй день. До сих пор всё было именно так.

«Короче говоря, что-то вроде корпоратива без генерального директора».

— Но почему отец так поступает? — искренне удивился Сонджин. — Это ведь его собственный день рождения. С чего вдруг гостям праздновать его в своём кругу?

Заметив его замешательство, Амелия мягко улыбнулась.

— Должно быть, он проявляет заботу об участниках. Кто сможет со спокойной душой наслаждаться праздником, когда на тебя пристально смотрит сам Наместник Верховного Бога?

— Хм...

Сонджин готов был поставить всё своё состояние на то, что этому человеку просто-напросто лень приходить. Ну, даже если бы он так и сделал, всё его богатство все равно было получено от отца.

— И кстати, вы тут какими судьбами? Разве все сейчас не заняты подготовкой к празднованию дня рождения?

— Мне нужно кое-что обсудить с вами. Скоро я должен присутствовать на торжественной мессе, так что, кроме как сейчас, времени у меня не будет.

С этими словами Логан перешёл к делу. Намерения его заключались в следующем.

— Правоверная церковь приняла решение, что Со Исо должна присутствовать на праздновании дня рождения вместе с Сисли.

Похоже, Логана не на шутку напугал недавний случай, когда Кадмус чуть не разрушил Главный дворец:

— Всё-таки мне не по себе от мысли, что она и Кадмос будут предоставлены сами себе в банкетном зале. Я сам её сопровожу. Буду держать всё под контролем и не спущу с неё глаз ни на секунду. Неизвестно, какую угрозу может нести за собой Кадмус.

Со Исо и Кадмус. Оба они в каком-то смысле требовали особого внимания. Разумеется, беспокойство Логана вполне можно было понять, но...

— А как же Сисли?

— Кстати говоря, до меня доходили слухи, что с молодой госпожой Скарцапино что-то стряслось...

— ..?

— Поэтому я подумала, не попросить ли нам эрцгерцога Зигмунда?

От ответа Амелии Сонджин едва не лишился чувств.

— Что-о-о?!

«Вы издеваетесь? Я ни за что на это не соглашусь! Доверить мелкую этому отбросу?!»

Когда Сонджин раскричался так, что, казалось, все маски с его лица вот-вот полетят на пол, Амелия мягко добавила:

— Сисли необходим партнер, соответствующий её положению. На данный момент кандидатура юного эрцгерцога, пожалуй, лучшая. Пусть он и провинциальный аристократ, но влияние маркграфа Зигсмунда ничуть не уступает мощи центральной высшей знати.

Даже Логан отреагировал положительно:

— Он весьма перспективный юнец. Я видел его всего несколько раз на прошлых празднованиях дня рождения, но для нынешней молодежи он мне показался довольно молчаливым и искренним человеком.

«Какого хрена?! Неужели я единственный, кто знает, какой он на самом деле? Как может кто-то так плохо разбираться в людях? Особенн Логан! Он же вторую жизнь проживает!»

[Эти детишки уж точно слишком наивны, раз всё ещё нянчутся с тобой, так ещё и считают тебя милым...]

«Заткнись!»

Пока Сонджин мысленно препирался с Королём Демонов, Логан аккуратно поднял упавшие маски и принялся бережно, слой за слоем, шлепать их обратно на лицо Сонджина.

— Эй, придурок! Ты зачем опять лепишь на лицо человеку то, что валялось на полу?

— ...А разве нельзя?

От вида этой невинной, ничего не понимающей физиономии Логана, который глуповато уставился на Сонджина, у него аж затылок заломило.

«Ых, опять давление подскочило...»

Тем временем Амелия продолжила с крайне обеспокоенным видом:

— Как бы то ни было, я очень сильно переживаю за молодую госпожу Скарцапино. Хоть бы всё обошлось...

— ...

— Морес, тебе тоже стоит как можно скорее отправить письмо с расспросами о здоровье в дом Скарцапино. И как только завершится празднование дня рождения, позаботься о ней. Хоть об этом и говорят неофициально, она всё же твоя давняя невеста.

Сонджин, признаться, весьма скептически оценивал состояние Изабеллы. Благодаря Святому Императору она осталась жива, но в каком состоянии это девчонка окажется, когда придёт в себя, оставалось загадкой.

Если догадки Сонджина были верны, Святой Император, скорее всего, нанёс удар прямо по её макушке, тем самым полностью отрезав её от Сигурда Сигурдсчона. Однако всё это вызывало тревогу.

[Неужели ты действительно собираешься навредить этой несчастной деве, почти растерявшей собственное сознание?]

Если верить словам того ублюдка, можно считать, что личность Изабеллы уже стёрта. И если рассудок её помутнился так же, как у Рикардо, то её состояние будет куда хуже, а никак не легче.

Впрочем, возможно, такой исход был бы даже предпочтительнее. Ведь если она всё ещё считает себя Рассказчиком Миров...

«То она наверняка будет мыслить и действовать исключительно как Сигурсон Сигурдссон, верно?»

И кем же тогда Сонджину считать её при встрече, и как на неё реагировать?

╾──╼ ⚔︎ ╾──╼

Время летело быстро, пока служанки, суетясь вокруг принца, вели всевозможные приготовления. Наконец наступил вечер. Стоило Сонджину предстать перед ними в безупречно подогнанном парадном костюме, как служанки одна за другой принялись поливать его восторженными криками.

— Ваш облик величественен как никогда!

— Из-за того, что костюм тёмный, золотыстые волосы Вашего Высочества кажутся ещё ярче, верно?

— Боже мой, даже запонки и эти маленькие кисточки так идеально подходят к цвету глаз Вашего Высочества!

— Ах, я готова влюбиться в Вас с первого взгляда!

«Они тут все коллективные курсы обольщения проходили, что ли? Почему у всех вариант комплиментов совершенно одинаковый?»

Тем временем Эдит с явным сожалением во взгляде посмотрела на красные драгоценности, лежавшие в шкатулке.

— Ваше Высочество, почему вы не хотите надеть эти ценные украшения, раз уж их прислали в подарок? Служанки из других дворцов поговаривают, что на банкете в честь дня рождения в моду войдёт именно червонное золото. Все буквально с ног сбиваются, чтобы достать хоть одно такое украшение.

Эти драгоценности были дорогим подарком, который не так давно прислал дом маркиза Лавижури. Сонджин слышал, что Амелии тоже доставили комплект роскошных ювелирных изделий. Говорили, что это был знак извинения за беспорядок, который стражники устроили в одном из городских ресторанов.

Амелия бережно убрала те подарки в своей комнате и больше к ним не прикасалась. Разумеется, отчасти дело было в том, что она не знала всей подоплёки истории. Её просто смутил внезапный дорогой подарок от незнакомого иностранного аристократа. Но существовала и более веская причина, по которой она не стала надевать украшения из червонного золота.

— Сделано красиво и искусно, но этот красный блеск почему-то кажется мне крайне неприятным, Морес.

По правде говоря, Сонджину тоже не слишком нравился этот металл, отливающий пропитанным кровью оттенком. Именно поэтому, согласовывая дресс-код, они заранее договорились заменить червонное золото другими украшениями.

— Но если об этом узнает эрцгерцог Асейн, то явно будет разочарован. Червонное золото ведь уникальное достояние его земель, — подметила Эдит.

Эрцгерцог Асейн приходился Моресу дедушкой по материнской линии.

Выслушав горничную, Сонджин задумался.

— Из Асейна присылали украшения из червонного золота напрямую, помимо тех, что находятся в Лавижури?

— Что? Нет. Ничего подобного не было...

— Тогда забудь и не бери в голову.

Влияние эрцгерцога Асейна было настолько огромным, что даже до Сонджина доходили самые разные слухи о нём. Поговаривали, например, что он такой скряга, что заставил бы плакать даже торговцев, варившихся в коммерции не один десяток лет.

Но всё же, родной внук едва не отправился на тот свет, а от него до сих пор ни единой весточки с расспросами о здоровье! Никто, конечно, не ждал от него целебных отваров, но вести себя подобным образом было уже за гранью.

«Кажется у этого человека нет ни капли родственной привязанности».

— К тому же, он ведь не рассчитывает, что внук сам оформит этот сберегательный вклад, да ещё и сделает ему рекламу?

╾──╼ ⚔︎ ╾──╼

«О-о-о…»

[О-о-о…]

Оказавшись перед входом во дворец Серебряной Розы, парочка из Сонджина и Короля Демонов одновременно замерла.

Сонджин и раньше считал Амелию земным ангелом, лишенным крыльев, но сейчас, наряженная с особым изыском, она выглядела как истинная богиня роз, сошедшая с небес. Облаченная в платье цвета ярких лепестков алой розы, Амелия застенчиво улыбнулась и протянула Сонджину руку.

— Выглядит немного непривычно, верно?

— ...Нет, Сестра. Вам очень идет. Правда.

Как человек мог сочетать в себе столь ослепительную роскошь и одновременно кристальную чистоту? Её красота казалась настоящим чудом.

Проблема заключалась в том, что облик Амелии оказался настолько ошеломляющим, что даже Ордэн, прибывший для сопровождения Сисли, полностью потерял дар речи и долгое время не мог отвести от неё глаз.

«Ублюдок, а ну убрал свой взгляд! Прибью!»

Когда Сонджин свирепо вытаращил глаза, ублюдок наконец судорожно перевёл взгляд на маленькую Святую, которую должен был сопровождать. Какая неслыханная дерзость, стоять перед собственной партнершей и засматриваться на кого-то другого! К счастью, маленькая Святая была чем-то глубоко поглощена и, похоже, совершенно ничего не заметила.

— ...ая. Сегодня поистине... ночь...

Святая непрестанно бормотала что-то, едва шевеля аккуратными губами.

Заинтригованный Ордэн усилил слух с помощью ауры и внимательно прислушался. Как оказалось, она без конца повторяла одни и те же слова:

— ...ночь. Сегодня поистине прекрасная ночь. Сегодня поистине прекра...

Ордэн на мгновение удивился, а затем медленно протянул святой руку.

В тот момент он ещё не подозревал, что это действие станет предвестником настоящей бомбы, которая вот-вот взорвётся на сегодняшнем банкете.