╾──╼ ⟡ ╾──╼

В то утро Кармен, пользуясь выходным, собрался пораньше. Сменив рыцарские доспехи на простую одежду, он взял лишь меч и направился к выходу.

— Ну ты даёшь! — окликнул его один из сослуживцев. — Неужели не устал? Все только и мечтают отоспаться в казарме, а ты каждый раз куда-то убегаешь.

— Да бабу он себе завёл, точно говорю, — подхватил другой, ухмыляясь. — Колись, кто она? Хоть симпатичная?

Кармен лишь мельком взглянул на них. Ему не хотелось тратить время на пустые разговоры, поэтому он молча отвернулся и пошёл прочь.

— Ишь ты, посмотрите на него! — донеслось вдогонку. — Совсем дерзкий стал в последнее время. Что это с ним?

— Да брось ты его. Сам же знаешь, принц сейчас…

— А-а, это из-за того случая во втором рыцарском ордене?

За спиной послышался приглушенный шёпот. Видимо, сослуживцы с головой ушли в сплетни. Кармен лишь крепче стиснул зубы.

Оказавшись в городе, он купил еды и бутылку неплохого вина. Для рыцарского жалованья цена была кусачей, но оно того стоило. И хотя его каждый раз ворчливо упрекали за расточительность, к следующему визиту бутылка неизменно оказывалась пустой.

Прибавив шагу, Кармен ещё до полудня добрался до трущоб на окраине столицы.

Район, где он не был почти десять дней, встретил его тревожной суетой. По улицам прохаживались вооружённые патрули, то и дело мелькали инквизиторы ордена Марсия. Местные жители, выходя из домов, взволнованно перешёптывались.

— Что здесь происходит? — спросил Кармен, подойдя к одной из групп.

В этот момент с другой стороны улицы донесся звон разбитой посуды. Стражники и инквизитор громили единственную в округе крошечную клинику.

— Есть здесь ещё спрятанные больные?

— Господин рыцарь! Уважаемый! Это обычная кожная болезнь, клянусь! Никаких проклятий!

— Чушь! Сыпь это первый признак скверны! — отрезал инквизитор. — Будешь мешать, сочтём пособником дьявола и арестуем вместе с ними!

— Во имя Верховного, хотя бы ребёнка пощадите! У него просто жар, понимаете? Просто жар!

— Цыц, надоел! Забирайте всех! — Последовал резкий приказ, и стражники начали силой выводить людей на улицу.

Кармен в оцепенении наблюдал за этой сценой. Стоявший рядом старик сокрушенно цокнул языком:

— Вот, инквизиция нагрянула. Приказали до вечера собрать всех, у кого есть сыпь, и доставить в свой суд.

— С сыпью? — переспросил Кармен. — Но почему так внезапно?..

Старик пожал плечами:

— Слышал про проклятие, от которого кожа сереет, а люди рассудок теряют?

— Вы про «Серую чуму»? — уточнил Кармен.

— Что? Так это чума, а не проклятие?

В верхах уже знали правду, но до трущоб достоверные новости еще не добрались. Однако Кармена кольнула тревожная мысль:

«Если инквизиция наверняка знала истинную природу болезни, зачем такая спешка?»

Старик тем временем продолжил:

— В общем, всех «проклятых» уже утащили. А сегодня инквизитор объявил, что на ранней стадии эта зараза проявляется в виде сыпи. Вот теперь и гребут всех подряд, у кого хоть пятнышко на коже найдут.

— Вот оно что...

— Последние несколько дней они обыскивают трущобы одну за другой. Похоже, наш квартал последний в списке.

— Понятно...

Кармен со смешанными чувствами проводил взглядом тех, кого уводили, и отвернулся. Дела высокопоставленных господ порой было трудно понять. Возможно, это приложили руку те из верхов, кто до сих пор верил в проклятие.

«Похоже, они пытались схватить как можно больше людей, пока не утверждены официальные инструкции по надзору за больными серой чумой».

Кармен ускорил шаг и вскоре добрался до ветхой хижины на самой окраине трущоб.

— Командир, я пришёл.

Постучав, он по привычке вошёл внутрь, не дожидаясь ответа. Однако в доме стоял странный, трудноописуемый затхлый запах, которого раньше не было.

— ...Командр?

Почувствовав неладное, Кармен осмотрелся в тёмной хижине и заметил в углу мужчину, лежавшего на полу и закутанного в одеяло.

— Командир!

Он быстро подбежал и встряхнул его.

— Что с вами? Вам плохо?

Но мужчина никак не реагировал на зов Кармена. Неизвестно, что произошло за последние несколько дней, но он страшно исхудал, а его тело было неестественно холодным. Лишь едва заметное вздрагивание густой бороды говорило о том, что в нём ещё теплится жизнь.

«Лекаря! Нужно немедленно доставить его к лекарю!» — в отчаянии Кармен попытался вскинуть мужчину на плечи, чтобы выбежать наружу.

Однако в следующий миг он замер, поражённый жуткой догадкой. Инквизиторы. Прямо сейчас на улице они хватают каждого, кто поражён серой чумой.

— Неужели…

В солнечном свете, проникавшем через открытую дверь хижины, он наконец отчётливо разглядел облик мужчины. Всё тело было покрыто сыпью, а кожа местами начала приобретать серый оттенок. По спине Кармена пробежал ледяной холод.

«Он погибнет! Если я выйду сейчас, командира тут же утащат в суд инквизиции и казнят!»

Сжимая одной рукой дрожащую челюсть, Кармен отчаянно пытался заставить работать онемевший от ужаса мозг.

«Думай, думай. Что же делать...»

Прямо сейчас незаметно вынести командора мимо инквизиторов невозможно. Нужно затаиться и ждать, пока закончится обыск и вся деревня погрузится в сон. А когда наступит ночь, пробираться в имперский медицинский центр. Там наверняка уже получили чёткие инструкции по лечению серой чумы.

Всё, что происходило дальше, он помнил как в тумане.

Кармен переодел мужчину, чья одежда была перепачкана рвотой и грязью, а всё его тряпье пустила на растопку. Проветрив запущенную лачугу, в которой явно никто не жил последние несколько дней, он набросал в котёл принесенные с собой продукты и сварил какое-то невнятное на вкус рагу. Благодаря этому, когда инквизитор в сопровождении стражи наконец добрался до хижины, он смог встретить их с улыбкой, делая вид, что как раз собирается пообедать.

— Ты здесь один живёшь?

— Нет. Это дом моего дяди, а я приехал на несколько дней в отпуск. Дядя ушёл в город и вернётся, скорее всего, завтра.

Он не стал неумело лгать, будто это его собственный дом, на случай, если они решат расспросить соседей и сопоставить факты.

— Хм, вот как? — инквизитор пронзительным взглядом осмотрел лачугу.

Его взор задержался на пустой кровати и шкафу, после чего он подал знак стоявшему за спиной стражнику. Тот бесцеремонно вошёл внутрь и без всякого дозволения принялся вонзать меч в кровать.

Вжик. Вжик.

Когда из матраса не посыпалось ничего, кроме соломы, он принялся дырявить шкаф.

Хруст. Треск.

— Вы же так испортите мебель. Что я скажу дяде, когда он вернётся?

Когда Кармен с плаксивым видом сетовал на испорченную мебель, инквизитор лишь презрительно фыркнул.

— Скрывающихся здесь нет. Пора в следующий дом.

Группа инквизиторов шумно удалилась. Кармен ещё долго стоял на месте, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи. Как только он убедился, что опасность миновала, то поспешно отодвинул стол в сторону.

С тихим скрежетом он поднял половицу, открывая небольшое пространство, служившее винным погребом. Кармен вытащил оттуда мужчину, которого пришлось втиснуть в тесную яму, уложил его на развёрнутую постель и принялся протирать лицо мокрым полотенцем. Пульс и дыхание мужчины были настолько слабыми, что инквизиторы не смогли засечь его присутствие своей способностью чувствовать энергию.

— Командир, пожалуйста, держитесь. Потерпите ещё немного, я обязательно доставлю вас к лекарю.

Он повторял это как заведённый, растирая окоченевшие, словно деревяшки, конечности мужчины. Время тянулось мучительно долго. Казалось, прошли десятки лет, а не несколько часов. И наконец, когда наступила глубокая безлунная ночь, Кармен осторожно взвалил мужчину на спину и начал побег из трущоб.

Поначалу всё шло сравнительно гладко. Будучи имперским рыцарем, Кармен был искусным пользователем ауры, и вес взрослого мужчины на плечах ничуть не сковывал его движений. Чутко улавливая присутствие стражников и инквизиторов, которые всё ещё изредка патрулировали улицы, Кармен на высокой скорости покидал трущобы.

Однако стоило ему выйти на широкую улицу в жилом квартале, как ситуация изменилась. Патрулирование стало необычайно плотным, а на открытом проспекте совершенно негде было укрыться.

— Эй, ты! А ну стой! — в конце концов, один из патрулей столичной гвардии заметил Кармена и окликнул его.

Скрывая внутреннее напряжение, он замер на месте, стараясь казаться невозмутимым.

— Да? В чём дело?

— Куда это ты так спешишь в столь поздний час? И кто это у тебя на спине?

— А, это мой дядя. Вчера вечером он так набрался, что никак не протрезвеет, вот и тащу его домой.

Кармен ответил, молясь, чтобы дорогое спиртное, которым он щедро облил одежду, оправдало свою цену.

— Вот как? Но почему он так плотно закутан? Даже лица не видно... У него что, сыпь какая-то на теле?

Гвардеец приблизился, поднося факел к голове мужчины. В этот миг Кармен осознал:

«Они связаны с Инквизицией. Просто так не отвяжутся...»

Решение было мгновенным. Пока стражники не успели опомниться, Кармен окутал ноги аурой и стрелой метнулся вперёд.

— Эй! Ах ты паршивец! А ну стоять!

Раздался резкий свист, и вся столичная стража в округе бросилась за ним в погоню.

— Ха-а, ха-а...

Дыхание перехватывало. Кармен петлял по переулкам, изо всех сил стараясь оторваться от преследователей. Однако скрыться от толпы, которая сжимала кольцо со всех сторон, было почти невозможно. Побег длился недолго. В конце концов Кармен оказался зажат в тупике. Путь ему преградили несколько стражников, среди которых числились двое вооружённых рыцарей.

— Ха-а, ха-а... Ублюдок! Столько хлопот нам доставил!

Кармен в упор посмотрел на стражников и выкрикнул:

— Я рыцарь императорской гвардии! Вы хоть понимаете, что будет, когда об этом узнает Его Святейшество Император? Неужели вы думаете, что вам сойдёт с рук такой беспредел в отношении невинных подданных империи?

— Императорская гвардия?

Стражники, собиравшиеся наброситься на него, в замешательстве зашептались, услышав о его происхождении. Поверить на слово было трудно, но и назвать его лжецом они не решались.

Аура, которую источал этот юноша, была весьма внушительной.

— ...Раз ты из наших, зачем так усложняешь дело?

— Это не невинные подданные. С верхушки приказ поступил: задержать и ликвидировать всех проклятых до конца дня.

— За самовольный побег тебя явно накажут, но если послушно выдашь проклятого мы тебя отпустим.

Кармен стиснул зубы. Он осознал, что спорить с ними бесполезно, приказ пришёл с самого верха. Гвардейцы превратились в гончих, которым плевать на всё, кроме цели.

«Не задержать, так ликвидировать».

Может, правильнее было передать командира суду инквизиции, а затем попытаться спасти его, доложив в императорский дворец? Нет, оттуда ещё никто не выходил живым.

«Тем более в таком состоянии, когда он уже почти при смерти…»

Он медленно опустил мужчину, которого нёс на спине, на землю и, не сводя глаз с противника, сжал рукоять меча на поясе.

Двое вооружённых рыцарей и пятеро гвардейцев. Кармен сомневался, хватит ли у него сил, но другого пути не было. Единственное, что всё ещё удерживало его от того, чтобы обнажить клинок, было инстинктивное понимание: если он прольёт кровь столичной гвардии, даже та призрачная надежда, что ещё оставалась, будет окончательно растоптана.

И именно в этот момент...

Кармен увидел, как один из стражников в тылу навёл на мужчину арбалет. Не успев ни о чём подумать, он бросился наперерез.

Фью-ю-ю! Бах!

Промахнувшийся болт ударился об пол и отскочил в сторону.

— Чёрт, этот парень всё-таки мешается!

— Эй! Нельзя убивать императорского рыцаря! Сначала оттащите этого безумца!

В мгновение ока на него набросились стражники, чьи грубые руки вцепились в него, пытаясь оттащить в сторону. Но Кармен отчаянно цеплялся за мужчину, кусая каждую руку, до которой мог дотянуться.

Вскоре на него сверху обрушился град беспорядочных ударов ногами.

— Убирайся! Прочь! А ну пошёл вон!

— Думаешь, если будешь так держаться, это что-то изменит?!

— Решил подохнуть вместе с проклятым, ублюдок?!

Бам! Бам!

Среди жестокого избиения, от которого сознание начало меркнуть, Кармен сжался в комок, прикрывая собой мужчину.

— ...Кх!

Сквозь плотно сжатые зубы вырвался невнятный стон.

«Пожалуйста, кто-нибудь! Пожалуйста, пусть хоть кто-нибудь спасёт командира!»

И в этот момент до его слуха донеслось:

— Эй, вы там, а ну стоять. — Раздался тихий, но на редкость отчётливо врезающийся в память юный голос. — Вы ведь столичная гвардия, верно? Чего толпой человека избиваем, а? Если у вас нет на то веских причин, готовьтесь к дисциплинарному взысканию.

— Что за выскочка нашёлся? — Гвардейцы перестали наносить удары и обернулись на голос.

Там стоял мальчишка, на плечи которого был небрежно накинут огромный плащ. Из-под поношенного плаща, явно принадлежавшего к рыцарскому снаряжению, виднелись ухоженные пепельно-золотистые волосы, сиявшие в свете факелов.

Мальчишеа с дерзким взглядом был тем, кого Кальмен прекрасно знал.

«...Принц... Морес? Что он здесь забыл?»

Принц, видимо, тоже узнал Кармена. Его глаза округлились от удивления.

— О, сэр Кармен. Чего это вы в таком месте тумаки получаете? Вас сэр Клодия искала.

— ...

— Хм, так вот зачем меня сюда притащили.

— Пацан, чего тебе? Хватит бубнить себе под нос! Проваливай, если жизнь дорога! — прикрикнул один из гвардейцев, но принц даже бровью не повёл.

— Проваливать отсюда должны вы. Хотя нет, если вы уйдёте сейчас, это будет проблемой. Раз уж вы применили неоправданное насилие, вам придётся получить здесь столько же ударов в ответ.

— ...Что ты сказал?

Лица стражников исказились от ярости.

— Эй, малявка! Живо извинись и проваливай, пока тебя просят по-хорошему! В противном случае тебе придется сполна познать тяжесть закона за попытку помешать нашей службе.

Похоже, из-за того, что принц выглядел совсем юным, они не чувствовали в нём никакой угрозы. Двое стражников, окруживших Кармена, демонстративно положили руки на рукоять мечей и с угрожающим видом двинулись к принцу.

В ответ на это принц Морес лишь слегка приподнял уголок рта. Это была странная, необъяснимо раздражающая усмешка.

— То, что вы сейчас делали, было «службой»? Правда что-ли? А в моих глазах это выглядит так, будто банда подонков собралась в стаю и грабит человека.

— Ах ты ж!..

Дзынь!

В конце концов, один из стражников, стоявший ближе всех к принцу, не выдержал и схватился за меч.

Кармен чуть не закричал.

«Идиоты, это же принц! Не смейте! Вы хоть понимаете, что с вами будет?!» — эти слова так и остались в его голове. Если бы не сбитое дыхание и не кровь, подступающая к горлу, он бы прокричал это им в лицо.

Принц Морес посмотрел на гвардейцев, которые уже были готовы к атаке. С задумчивым видом он почесал щёку и произнёс:

— Хм, не думаю, что вы поверите в моё происхождение, если я скажу это прямо сейчас. И всё же дам совет: не обнажайте оружие. Пожалеете.