Слова капитана Бруно были шокирующими.

— К примеру, это выглядит так. Я только что услышал голос того, кто обратился к Вашему Высочеству. Похоже, он и есть тот самый «Краснючка», о котором говорят в Оранже.

«Он сейчас о Короле Демонов говорит? Серьёзно?»

Сонджин застыл как вкопанный от изумления, но Король Демонов пришёл в себя первым и раздражённо вспылил:

[Что?! Это ты сейчас мне сказал? Какой я тебе «Краснючка»?!]

— В таком случае, не могли бы вы назвать своё имя?

[Как смеет ничтожный человечишка пытаться узнать истинное имя великого Короля Демонов?]

— Понял. Прошу прощения, господин Краснючка.

[Хватит меня так звать! Не Краснючка я тебе!]

«Так это правда! Бруно действительно разговаривает с этим придурком!»

Несмотря на охватившее его смятение, Сонджин первым первым делом проверил, нет ли никого поблизости. К счастью, Масаин, ушедший, когда речь зашла о возвращении рыцарского ордена, ещё не вернулся.

Сонджин понизил голос и осторожно спросил капитана Бруно:

— ...С каких пор у вас это началось?

— С тех пор, как я пришёл в себя в императорском дворце. Стал слышать странные голоса прямо из пустоты.

— Раньше такого никогда не было?

— Да. Хотя в моей памяти и есть небольшие пробелы, я могу с уверенностью сказать, что у меня никогда не было подобного опыта.

Если так, то возможная причина была только одна.

«...Кристалл пламени!»

Король Демонов вскоре подтвердил догадку Сонджина.

[Ага. В голове этого мужика остался довольно цельный кристалл пламени. Похоже, он функционирует вполне исправно? Если так, то под той "способностью", о которой он говорит, определенно подразумевается каналирование.]

Что ж, думать так было разумно.

— То, что он говорит правда? — переспросил Сонджин у капитана Бруно, чтобы убедиться. Однако на этот раз его реакция была немного странной.

— Что? Что вы только что сказали? Я не расслышал.

«Неужели он не слышит весь разговор?»

— По словам этого придурка, вы занимаетесь каналированием...

Тогда капитан кивнул.

— Каналирование… Ах, агент Оранжа говорил тоже самое. Он сказал, что то, чем я занимаюсь, является самой базовой стадией каналирования.

— В таком случае, «способность, необходимая для внешнего агента» и есть каналирование?

— Да. Если быть точным, то все агенты Оранжей обладают способностями к каналированию. У внутренних агентов к этому, должно быть, добавляется ещё и духовная сила.

Строго говоря, духовная сила является своего рода побочным навыком, который проявляют мастера каналирования высокого уровня. В конце концов, основа обеих способностей одинакова.

— Вот почему Оранжи неизбежно остаются малочисленной элитой. В первую очередь потому, что люди со способностями к каналированию сами по себе не так уж часто встречаются.

[И всё же их достаточно, чтобы создать организацию, верно? Но почему же я раньше ни разу не видел подобных ублюдков?]

Когда Король Демонов спросил его напрямую, на этот раз последовал должный ответ.

— Это не удивительно. Говорят, что изначально агентам Оранжей запрещено безрассудно приближаться к Жемчужному дворцу.

«Мало того что священникам, так ещё и духовно одарённым вход воспрещён!»

После этого, проверив всё в ходе различных бесед, Сонджин смог довольно подробно определить рамки способностей, которыми обладал командир Бруно.

Прежде всего, он чётко понимал мысленные послания, которые Король Демонов направлял ему напрямую.

Время от времени он также отчётливо улавливал мощные волны мыслей, которые Король Демонов в возбуждении излучал во все стороны. Однако он совсем не слышал тех мыслей, которые тот тайно передавал в голове Сонджина. То же самое касалось и слов, которые Сонджин адресовал Королю Демонов.

[Если подумать, это вполне естественно. Чтобы кто-то мог уловить мысли через каналирование, сначала нужно излучить эти мыслеволны за пределы души. Но наш с тобой разговор на совсем другом уровне. Мысли передаются напрямую из соприкасающихся душ. Это можно назвать истинным взаимодействием душ!] — Король Демонов произнес это с каким-то необъяснимым чувством гордости.

«Иу, звучит жутковато».

[Бесчувственный ты хрыщ...]

Как бы то ни было, от этой внезапной ситуации у Сонджина разболелась голова. Взять хотя бы случай несколько дней назад, когда Король Демонов впервые попытался заговорить с призраком через духовную сферу, разве он не злился точно также?

Сонджин только сейчас узнал о существовании организации под названием «Оранж». Однако там уже досконально изучили Короля Демонов, раз дали ему такое прозвище.

И всё же, было бы слишком наивно полагать, что они обязательно отнесутся к Сонджину и Королю Демонов дружелюбно лишь потому, что эта организация находится под крылом Святого Императора.

— Как вы вышли на контакт с Оранжем? Что они говорили о Красню...кхм, этом придурке?

Подозревая, что Оранжи дали какой-то намёк по поводу Короля Демонов, Сонджин задал вопрос, и капитан Бруно кратко объяснил, что произошло за это время.

Когда Бруно впервые услышал голос Король Демонов, он заподозрил, что принц одержим злым духом. Однако пока он осторожно наблюдал за Сонджином, Оранжи сами попытались связаться с ним через каналирование.

— Так я смог выслушать от них подробные объяснения. Они сказали, что господин Краснючка вовсе не злой дух, а на самом деле ваш верный слуга. И просили не беспокоиться, так как он абсолютно безвреден.

[Что-о-о?!]

Король Демонов не собирался так просто это проглатывать.

[Кто здесь верный слуга?! Кто это тут безвредный?! Совсем страх потеряли, ничтожества! Я повелитель ужасающего адского пламени, сжигающего даже души! Вам нужно сгореть дотла вместе с костями, чтобы вы наконец осознали моё величие-е-е-е?!]

— Тихо ты!

Из-за беснующегося в голове Короля Демонов у Сонджина снова разболелась голова.

«Ну, вообще-то они правы... он и правда безвреден. Надо же, действительно знают о Короле Демонов всё в мельчайших деталях».

— И чем же вы будете заниматься, если присоединишься к Оранжу? Вы ведь говорили, что станете внешним агентом?

— Да, Ваше Высочество.

Однако последующие слова Бруно Грина оказались полной неожиданностью.

— Они хотят, чтобы я остался подле вас и служил связующим звеном между ними и Вашим Высочеством.

— …Со мной?

— Именно так. Они сказали, что в будущем Вашему Высочеству и возглавляемому вами ведомству необходимо будет установить тесное сотрудничество с Оранжам.

«Сотрудничество? Со мной и Отделом по борьбе с монстрами?»

В этот момент ему вдруг вспомнились слова, которые недавно обронил Святой Император по поводу Отдела по борьбе с монстрами.

— Спецотряд по борьбе с монстрами – это маленький часовой механизм, который в будущем станет одной из опор Делькроса, Морес.

Хотя его создали из-за вспышки серой чумы, истинная цель основания явно крылась в чём-то другом. Чего же этот человек на самом деле ожидает от Сонджина и спецотряда?

— Условия отличные, так что я тоже настроен положительно. На посту командира рыцарей на самом деле гораздо больше бесполезной рутины, чем думают окружающие. А здесь можно отдавать все силы личным тренировкам, просто оставаться рядом в качестве связного и получать за это высокое жалованье. Разве можно найти работу лучше?

Похоже, командир Бруно уже всё для себя решил.

— Вы уверены? Статус капитана рыцарей явно не пустой звук.

— Разве не жалко губить талант, который уже пробудился? Обладатели способности к каналированию встречаются крайне редко.

«Эй, приятель. Каким бы редким ни был этот дар, разве сравнится он с рангом рыцаря Декарона?»

╾──╼ ⟡ ╾──╼

Из-за стремительно ухудшающейся ситуации с серой чумой и внезапно введенного чрезвычайного положения атмосфера в имперской столице в последнее время являлась крайне тревожной.

Однако сильнее всех были потрясены братья из «Посева». Всё это время они втайне выращивали яйца Лоферума, предвкушая богатый урожай.

В одном из глухих уголков инквизиции трое тайных жрецов, включая Клеменса, сидели с мрачными лицами, склонив друг к другу головы.

— Худшего и не придумаешь, — с горечью обронил старый священник. — Я чувствую себя фермером, чей годовой труд в одночасье смыло наводнением. Как такое могло произойти? Святой Император и глазом не моргал, когда гибли люди, но почему-то решил вмешаться именно сейчас!

Стоявший рядом Клеменс хмуро покачал головой:

— Дело не в Императоре. По слухам, это была личная инициатива Правоверной церкви.

— ...Архиепископ Вескер! — Старый жрец заскрежетал зубами.

Период Великих чисток. В то время Вескер, будучи лишь старшим священником, возглавляла авангард по подавлению Тайных церквей – тех, кто был им почти как братья, служащие тому же Верховному Богу. Именно за эти заслуги она поднялась до сана архиепископа. Она была известна своим стремительным карьерным взлетом, но путь, по которому бежала эта женщина, был запятнан кровью бесчисленных братьев.

— Неужто она узнала о задаче?

— Говорят, на это не похоже. Епископ сказал, что Вескер просто проявляла чрезмерную настороженность по отношению к серой чуме.

Подобно тому, как эти трое маскировались под обычных священников инквизиции, внутри Правоверной церкви тоже были тайно закрепившиеся братья «Посева». Епископ, который сейчас руководил ими, также был одним из братьев, состоящих в Правоверной Церкви

— Но неужели епископ действительно ничего не знал о действиях Вескер? Как такое могло произойти?

— Говорят, до тех пор, пока не были введены временные чрезвычайные меры, даже ее ближайшее окружение ничего не замечало. А когда они узнали правду, было уже слишком поздно. По их словам, не существовало никакого способа спасти семена, которые уже успели рассеяться по всей столице империи.

— ...Бетелла.

Старый священник проглотил тяжёлый вздох и осенил себя святым знамением.

Самый молодой из них последовал его примеру и тоже перекрестился, после чего с тревожным лицом спросил:

— Бетелла, неужели не сохранилось ни единого семени? Я слышал, что большинство задержанных отпустили целыми и невредимыми.

— К сожалению, туда вмешался принц Морес. Говорят, он тщательно выявил и отобрал семена, а затем передал их столичной гвардии. Теперь их всех собираются перевести в Трибунал инквизиции. Наш план по возможности более равномерно рассеять семена полностью провалился.

На ответ Клеменса старый священник лишь горько вздохнул:

— ...Значит, Его приготовление ещё не окончено!

— Да, похоже, приготовление всё ещё продолжается.

Юный священник, сбитый с толку этим загадочным диалогом, недоумённо переспросил:

— ...Принц Морес?

«Как это удалось сделать ничтожеству, которого называют позором императорской семьи?»

Когда выражение лица юного священника скривилось, Клеменс издал сухой смешок.

— Тебе это неведомо? Впрочем, для юных братьев это и впрямь дела прошлых лет. С тех пор много воды утекло.

Всего десять зим назад в Тайной церкви не сыскалось бы души, не знавшей имени принца Мореса. В день его пришествия в мир Владыки четырёх церквей свершили предначертанное, и сошлись воедино, дабы благословить младенца.

То были архиепископы [Страсти], [Посева], [Покаяния] и [Упокоения]. Собравшись вместе они вознесли хвалу Верховному Богу, славя Его рождение.

— Ликуйте! Сие дитя – Избранный, рождённый во славу нашей веры!

— Страсть зажгла пламя среди лютого мороза, Посев пробудил колосья в мёртвой пустыне, а Упокоение самолично вдохнуло жизнь в Его плоть.

— Покаяние изрекло, что ни единый шаг его не омрачится тенью сожалений!

— Восстав из векового гнёта, Тайная церковь явит миру былое величие!

В те дни священное дитя было лишь бастардом, не знавшим отца, однако статус его деда, могущественного эрцгерцога Асейна, меняло положение дел. Из-за столь высокого покровительства церковь не могла подобраться к ребёнку открыто. Служителям оставалось лишь издалека следить за каждым вздохом младенца, затаив дыхание в ожидании того самого часа триумфа, что предрекли великие архиепископы.

Однако годы шли, и нити судьбы переплелись самым причудливым образом.

Объявившийся отец ребёнка внезапно занял престол Делькроса, став семнадцатым Святым Императором. Сын же переступил порог дворца уже в статусе законного принца. Разумеется, вскоре избранное дитя стало абсолютно недосягаемо для ордена.

Но худшее ждало впереди. Едва укрепив свою власть, молодой Святой Император развязал жестокую войну против Тайной церкви. Он заклеймил их дьяволопоклонниками, еретиками и презрительно нарёк «Культом Тьмы». По его приказу волна кровавых казней и чисток захлестнула не только Делькрос, но и прокатилась по всему континенту, безжалостно истребляя преданных братьев.

Посев и Покаяние, чьи оплоты находились в других землях, едва сумели уцелеть и сохранить свое существование. Однако культы Страсти и Упокоения, процветавшие внутри Делькроса, были стёрты с лица земли в самом прямом смысле этого слова.

Тогда же среди выживших братьев прежних церквей поползли странные слухи. Говорили, будто Святой Император так поспешно ускорил разгром подземных культов лишь потому, что заранее узнал о судьбе своего сына.

— Но разве это… не странно? Если так, то принц Морес был подготовлен вовсе не ради процветания культа, а будто бы…

Выходило, что он стал живым фитилем, который и уничтожил Тайные церкви. Юноша запнулся, так и не решившись произнести последние слова вслух.

Клеменс покачал головой и ответил:

— Как нам, простым смертным, постичь глубокий замысел Верховного Бога? К тому же вера архиепископов до самого конца оставалась непоколебимой.

Жетче всего Святой Император расправился именно с культом Упокоения. Рассказывают, что даже в тот миг, когда клинок опускался на его шею, архиепископ Упокоения громко смеялся над Императором и выкрикнул свое последнее пророчество:

— Его приготовление ещё не окончено!

— Его приготовление ещё не окончено…

— Теперь уже невозможно предугадать, что именно предначертано принцу Моресу. Однако, какими бы ни были его действия, мы ни в коем случае не можем оставаться в стороне. Потому что…

— Потому что Покаяние сказало, что в каждом его шаге не будет места сожалению.

В этот миг среди троих тайных священников воцарилось тяжёлое молчание.

— …Раз уж всё так сложилось, другого выхода нет. С этого момента нам остаётся лишь как можно усерднее сеять. Святой Император пока не собирается предпринимать никаких шагов, да и архиепископ не сможет вечно вводить одно чрезвычайное положение за другим. Если мы поторопимся, то как-нибудь успеем к началу Великого Исхода.

Спустя некоторое время Клеменс с выражением решимости на лице открыл рот.

— Пожалуй, это единственный выход. К слову, что сталось с тем человеком? Я про брата из Забытого ордена. Он согласился помочь нам?

При вопросе старого священника лицо Клеменса омрачилось.

Уж лучше бы он читал проповедь глухой стене. Клеменс несколько раз разражался длинными речами о важности их великой миссии, однако священник Хейз с каким-то отрешённым выражением лица лишь повторял один и тот же ответ:

— Я лишь уповаю на Его волю и жду Его веления.

Этот вид напоминал смертника, которому уже назначили дату казни, поэтому Клеменса временами охватывало жуткое, леденящее чувство.

— Сомневаюсь, что Он вас поймёт.

— Жаль. Я искренне надеялся, что здесь сохранилась хотя бы часть наследия Упокоения. Будь оно так, это непременно оказало бы огромную помощь нашему делу.

Старый священник тяжело вздохнул и перекрестился.

— В таком случае забудем о дитя. Если мы просто будем верно исполнять доверенное нам дело, Верховный Бог непременно внемлит нам. Бетелла…