Когда особый отряд «Лилиум» наконец прибыл, столица погрузилась в атмосферу истинного праздника. Окна домов вдоль дорог украсили цветами, а на зданиях повсюду развевались знамена с синей лилией – символом подразделения. Толпы людей, заполнившие главную улицу, махали платками, приветствуя молодых святых рыцарей, истребивших морских чудовищ ради блага империи.

— Да здравствует орден Святого Бастиана!

— Слава синим лилиям Делькроса!

— Слава покорителям чудовищ!

В воздухе кружились лепестки. Во главе длинной колонны гордо ехали всадники в парадной белой форме. Их облачение походило на одеяния ордена Аврелиона, за исключением вышитой эмблемы – синей лилии, скрещенной с лазурным мечом. Казалось невероятным, как им удалось сохранить доспехи в безупречной чистоте, ведь охота на морских чудовищ вряд ли являлась лёгкой прогулкой.

Святых рыцарей в авангарде насчитывалось всего полтора десятка. Число, едва ли позволявшее именоваться «особым отрядом». Однако вместе с рядовыми воинами, оруженосцами и солдатами они представляли собой внушительную армию.

— Слава Делькросу, Священной империи с тысячелетней историей!

— Слава благородным рыцарям Лилиума!

Сонджин вместе с Амелией тайно наблюдали за триумфом, укрывшись на крепостной стене у входа в императорский дворец.

Сестра практически притащила его сюда силой, прибежав с предложением прогулять занятия ради шествия. Впрочем, для Сонджина, проводившего все дни на тренировках, возможность немного проветриться оказалась отличным вариантом.

— Люди действительно рады, — заметил он.

Уничтожение морских чудовищ звучало внушительно, но жители столицы вряд ли могли прочувствовать эту угрозу на себе. Сонджин недоуменно наклонил голову, посчитав столь восторженный прием преувеличенным. Амелия понимающе улыбнулась:

— Не так давно столица подверглась нападению монстров. Людям нужно было развеять накопившийся страх.

И правда. Большинство пострадавших от нападения составляли одинокие бедняки из трущоб, поэтому, несмотря на масштаб переполоха, ощутимые для населения человеческие потери оказались невелики. Однако люди своими глазами видели, как невиданные прежде чудовища кружили в небе и заживо грызли горожан. Странно, не дрожи подданные империи от страха.

Тем не менее, именно из-за явных бесчинств монстров бесконечные дебаты в Святом Соборе постепенно подходили к концу. Дело шло к тому, чтобы классифицировать монстров как существ из другого мира, а не демонический вид. Похоже, в ближайшее время для специального отряда по борьбе с монстрами наконец-то утвердят чёткие инструкции и правила внутреннего распорядка.

— Ой, посмотри туда, Морес! Это Логан!

Услышав восклицание Амелии, Сонджин повернул голову в указанную сторону.

Отряд «Лилиум» приблизился настолько, что лица всадников можно было разглядеть прямо со стены. Во главе группы уверенно вёл коня юноша, чей облик казался смутно знакомым.

Черноволосый святой рыцарь обладал худощавым телосложением, характерным для подростка в период бурного роста. Из-за серебряных лёгких доспехов и белой формы его юное лицо словно сияло ещё ярче. Немного опущенные уголки синих глаз и тонкие черты делали его похожим на мать, императрицу Татьяну.

— …Он чем-то напоминает отца.

Так и было. Окружавшая юношу спокойная и умиротворённая атмосфера точь-в-точь повторяла ауру Святого Императора.

— Логан действительно производит впечатление истинного сына Его Величества, — в глазах Амелии светилась глубокая привязанность. — И он очень добрый. Когда я только попала во дворец и совершенно не знала, что делать, брат мне невероятно помог.

Сонджин вспомнил недавний сон. Если подумать, то и тогда Логан заботился о Моресе. Даже если отбросить подозрения в попаданчестве, парень определенно обладал хорошим характером.

[Ва-а-а, а-ха-ха-ха! Свет, здесь тоже свет! Его душа полностью покрыта светом!]

В голове Сонджина Король Демонов издал изумлённый смешок:

[Если бы не барьер папаши, я бы получил урон по душе от одного только взгляда на него.]

«Точно, говорили ведь, что у этого парня много божественной силы. Да уж, гениальный мечник, могущественная святая сила, ещё и прекрасный характер. Чего у него только нет?»

Пока Сонджин с недовольным видом наблюдал за приближающейся к воротам группой Лилиум, Амелия осторожно посмотрела на него и заговорила:

— Послушай… Морес, Логан – хороший мальчик, так почему бы вам с этого момента не попробовать ладить?

«Что? К чему это вдруг?» — Сонджин удивлённо захлопал глазами.

[Хм, так, к слову, согласно информации, которую я собрал ранее…] — Король Демонов заговорил с важным видом, явно обрадованный возможностью вставить свое слово.

[Морес был в плохих отношениях со всеми братьями, но особенно сильно он ненавидел Логана. При каждой встрече цеплялся к нему, оскорблял и всячески донимал. Ходят слухи, что пацан постоянно скитается за пределами дворца и охотится на морских чудовищ именно из-за Мореса. Люди до того дошли, что начали считать второго принца, терпевшего всё это, чуть ли не святым.]

«Я что, умудрился окончательно настроить против себя лучшего парня на континенте и главного кандидата в преемники Святого Императора?»

Пока Сонджин хватался за голову, сокрушаясь о бесчинствах прежнего Мореса, жившего без мысли о завтрашнем дне, его внезапно заставила опомниться направленная прямо на него острая жажда крови.

Сонджин посмотрел вниз, на приближающийся к воротам отряд Лилиум. В этот миг их взгляды с Логаном пересеклись.

Логан.

Несмотря на приличное расстояние, молодой святой рыцарь во главе отряда пристально и яростно смотрел в упор точно туда, где укрылся Сонджин. Хотя тот стоял за замковыми пристройками, которые искусно скрывали его от чужих глаз.

Пока Сонджин пребывал в лёгком замешательстве от столь очевидной враждебности, Логан резко отвёл взгляд. Вместе с этим мгновенно испарилась и острая жажда крови.

«…Что это было?»

Амелия ничего не заметила. На секунду бросив недоумённый взгляд на внезапно замершего брата, она снова повернулась к ликующей толпе.

Во главе встречающих — рыцарей и высокопоставленных лиц — стоял пожилой священник. Это был кардинал Каплан, отец императрицы и дед Логана по материнской линии.

Когда отряд Лилиума поравнялся с городскими воротами и ненадолго остановился, кардинал с гордым видом сделал шаг навстречу.

— Ваше Высочество! Слышал, в этом походе вы одним махом сокрушили множество морских чудовищ! Ваша слава гремит по всему континенту, включая Делькрос и соседние государства. Искренне восхищён вами!

Логан сошёл с коня и коротко поприветствовал кардинала. Маленький баклер на поднятой левой руке поймал солнечные лучи и холодно заблестел серебром. Принц будто не испытывал к деду особых чувств. Это резко контрастировало с поведением кардинала, который души не чаял во внуке и буквально светился от гордости. После дежурных приветствий и пышной церемонии выстроившихся рыцарей особый отряд наконец вошёл на территорию дворца.

— Да здравствует принц Логан!

— Да здравствует карательный отряд!

— Да пребудет благословение Верховного Бога с Синей Лилией святого Бастиана!

Даже когда всадники скрылись за воротами, подданные продолжали выкрикивать их имена и махать платками. Сцена позволяла воочию убедиться в невероятной популярности второго принца.

— Нам тоже пора возвращаться, Морес, — Амелия поднялась, отряхивая брюки. — Сегодня впервые за долгое время состоится праздничный ужин императорской семьи. Если не считать брата Оуэна и Сисли, все соберутся вместе.

Она говорила с невероятно радостным лицом, но Сонджин помрачнел, вспомнив недавнюю жажду крови. Столь явная враждебность совершенно не вязалась с образом доброго мальчика из его снов.

Действительно, каким бы прекрасным характером ни обладал Логан, искренне любивший заботиться о братьях и сестрах, у него не могло не накопиться обид на Мореса, издевавшегося над ним годами.

«Как теперь вести себя с ним? Может, для начала просто извиниться за прошлые поступки?»

Сонджин и не подозревал, что враждебность Логана имеет куда более глубокие корни.

╾──╼ ⚔︎ ╾──╼

В императорском дворце все члены семьи собирались крайне редко. Император и так ежедневно по очереди принимал детей. Сонджин находил странным, что человек, столь заботливый к сыновьям и дочерям, ни разу не собрал их вместе хотя бы на обед. Впрочем, для самого охотника подобное являлось скорее плюсом.

«Совместная трапеза в окружении толпы людей, с которыми чувствуешь себя неловко – сомнительное удовольствие».

Но даже в императорской резиденции всё менялось, стоило принцу вернуться в столицу с триумфом после нескольких месяцев боевых походов. Император созвал семью впервые за полгода, и из-за огромного числа приглашенных во дворце начался настоящий переполох.

Сильнее всего суета ощущалась в покоях императрицы и благородных супруг, где развернулась отчаянная борьба за собственное тщеславие, ведь каждая стремилась превзойти соперниц изысканностью наряда.

Императорская супруга Лизабет, любившая придираться к одежде Сонджина, на этот раз даже носа не показывала в Жемчужном дворце, поскольку подготовка собственного туалета требовала всего её времени.

В Делькросе разворачивалась прелюдия к редкой по своему размаху войне цветов.

Среди младшего поколения атмосфера царила совершенно иная. Для детей правителя этот вечер становился редкой возможностью наконец-то встретиться в неформальной обстановке и пообщаться, именно поэтому Амелия радовалась сильнее обычного.

Хельна и Кадес, жившие за пределами дворца, тоже планировали присутствовать на празднике, и даже для Масаина подготовили отдельное место за столом.

Одетый с иголочки в парадную форму рыцарского ордена, Масаин вместе со Сонджином сел в карету, направлявшуюся к главному дворцу. Поскольку скрывать принадлежность к императорской семье дальше не имело смысла, он неловко улыбнулся.

— Простите, что не говорил вам до сих пор, Ваше Высочество.

— Всё в порядке, сэр Масаин. Раз уж такое дело, можно мне тоже звать вас братцем? — с облегчением спросил Сонджин, которого втайне тяготила необходимость притворяться.

Если вспомнить возраст, в котором Сонджин погиб в прошлой жизни, Святой Император годился ему чуть ли не в сыновья, но охотник ведь как-то умудрялся называть его отцом. Разве назвать кого-то братом сложнее?

Масаин в панике замахал руками.

— Что вы, ни в коем случае! То обращение осталось в неразумном детстве. К тому же у вас ведь всё равно нет воспоминаний о тех временах, Ваше Высочество?

— Но…

— Более того, я всего лишь простой рыцарь, живущий на жалованье от императорской семьи. Мне гораздо спокойнее оставаться в нынешнем положении, поэтому, прошу вас, поймите меня.

— …

«Раз настаивает, ну и ладно. Хотя мог бы просто промолчать и принять должное отношение», — но Сонджин и раньше замечал, насколько Масаин упрям и консервативен.

Карета прибыла в главный дворец раньше намеченного времени. Они выехали заранее, ведь мужчинам не требовались долгие сборы. Когда Сонджин вместе с Масаином вошёл в вестибюль, выяснилось, что кое-кто прибыл ещё раньше.

Принц Логан стоял совсем один, без сопровождения, прислонившись к стене коридора. Вокруг юноши царила гнетущая атмосфера. Он пристально наблюдал за вошедшими, а когда Сонджин в замешательстве остановился, Логан выпрямился и медленно направился к ним.

Его по-прежнему окутывала враждебность, острая, словно лезвие.

«Выходит, леденящая жажда убийства во время церемонии не недопонимание...»

Сонджин замешкался, совершенно не понимая, как себя вести. Если между ними за долгие годы накопилась взаимная неприязнь, стоило для начала её сгладить.

«Может, хотя бы поприветствовать его?»

Вопреки ожиданиям Сонджина, у враждебности Логана была куда более глубокая причина. Иными словами, жажду крови он испытывал совсем не к брату.

— ...Ты кто такой?

Глаза юноши, в упор разглядывавшего Сонджина, вспыхнули ярко-синим пламенем гнева.

— Ты кто такой, раз принял облик Мореса, занял его место и теперь притворяешься им?

— ..!

— Что ты сделал с Моресом? Живо отвечай!

Столкнувшись с ситуацией, которую он никак не мог предвидеть, Сонджин с трудом сглотнул подступивший к горлу ком.