1 января.

Проведя канун Нового года вместе с Амаги-сан, я кое-как запихнул её обратно в её комнату, несмотря на её протесты, что она останется с ночёвкой, а затем провалился в сон, похожий на смерть.

Когда я проснулся, было чуть больше семи утра. Для меня это было довольно позднее пробуждение, но сегодня у меня не было ни подработки, ни учёбы.

Поскольку у меня не было никаких планов, кроме как навестить родителей, я уже собирался снова провалиться в сон, как вдруг…

— Саэки!!

Хлопнула входная дверь. Знакомый голос. В комнате было так холодно, что казалось, зима пытается заморозить меня здесь навечно, но вместе со звуком её быстрых шажков стало словно немного теплее.

— Люблю тебяяяяяя~♡♡♡

— Угвех!!

Амаги-сан ворвалась в комнату и нырнула на мой футон. Из глубины моего горла вырвался звук, похожий на кваканье раздавленной лягушки.

— Ч-что случилось… в такую рань…! — спросонья я уставился на Амаги-сан, которая использовала меня вместо матраса.

Безупречный макияж и наряд, в котором она была готова выйти куда угодно в любую минуту. П-почему она была полностью экипирована в такой час…?

— Потому что мы сегодня едем к родителям, Саэки! А это, считай, смотрины перед свадьбой!

— Нет, это не так.

— От одной этой мысли я проснулась ни свет ни заря! Эй, эй, когда мы выезжаем!? Прямо сейчас!?

— Нет, не выезжаем.

— Интересно, я понравлюсь твоим родителям!? А вдруг они меня возненавидят?! Эй, как ты думаешь, что мне делать!?

— Для начала, не могла бы ты слезть с меня и дать мне ещё немного поспать…?

— Можно я с тобой посплю?

— Нельзя.

Несмотря на мой отказ, она всё равно втиснулась рядом со мной и счастливо прошептала:

— Как тепло~♡

Её запах, её прикосновение, её тепло были такими успокаивающими, что меня мгновенно сморила дремота, и веки сомкнулись сами собой.

Начался новый шумный год.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

После обеда мы вышли из дома.

Люди спешили на работу, возвращались в родные города, отправлялись за новогодними распродажами. Мы сели на поезд, который казался оживлённее обычного, и вышли на станции, ближайшей к родительскому дому. Пройдя через турникеты, мы направились в сторону, противоположную моему дому.

— Мои родители, кажется, пошли на первое в году посещение храма. Давай встретимся с ними там.

— Это значит… м-мы уже встретимся! Я так волнуюсь!

— Просто будь собой. …Только, пожалуйста, не говори ничего странного, хорошо?

— Лааадно!

Этот ответ не внушал особого доверия. Держась за руки, мы направились к храму. Мы шли вверх по пологому склону, синхронизируя шаги.

Эта дорога была знакома мне до мелочей: я ходил по ней с самого рождения и до окончания средней школы. Автомат, в котором я впервые выиграл бесплатный напиток. Парк, где вечно плакала Субару.

Идти по таким родным местам с Амаги-сан было немного неловко — казалось, она заглядывает в моё детство, — но в то же время я испытывал гордость.

— …Ах.

Навстречу нам шли трое моих бывших одноклассников, вероятно, возвращавшиеся из храма. Они тоже заметили меня, и на мгновение наши взгляды встретились. В их глазах тут же появилось то самое выражение, которое бывает у людей, заметивших что-то странное, и они начали перешёптываться.

А… ну да, чего-то подобного следовало ожидать. Видео, ставшее вирусным после инцидента на школьном фестивале. Вполне возможно, что оно стало темой для разговоров и среди моих бывших одноклассников.

Хвалят они меня или поносят? Что они там говорят? Если они смотрят на Амаги-сан и называют её милой, мне, в общем-то, всё равно, но…

— «Что-то этот задрот совсем борзой стал, а?»

— «Ха-ха, да ладно тебе, чувак. Он же слышит».

— «Поднялся, однако, в люди, а ведь раньше был всего лишь Хидзири-тян на побегушках».

Когда мы поравнялись, до меня донеслись насмешливые голоса.

Меня охватило чувство облегчения. Хоть Амаги-сан не стали оскорблять.

Мне было всё равно, что говорят обо мне, лишь бы о ней не говорили плохо.

Это было вполне естественно. Хотя сейчас, благодаря Амаги-сан, я пользовался симпатией одноклассников, мои годы в средней и начальной школе, несомненно, прошли в тени. Также правда и то, что я всегда был рядом с Субару только потому, что мне больше некуда было податься.

Когда такой парень, как я, стоит только перейти в старшую школу, начинает выкладывать в сеть позитивные сообщения и ходить рядом с такой красавицей, как Амаги-сан, над ним, конечно же, будут смеяться.

— …Хм? Амаги-сан?

Не успел я опомниться, как моя ладонь, которую я держал её, опустела. Я встревоженно обернулся, надеясь, что это не так.

И точно: она решительным шагом направилась прямо к тем троим.

— Эй, вы!!

Трое обернулись и замерли как вкопанные, их глаза широко распахнулись от шока. Я не видел, какое выражение лица было у Амаги-сан. Но по одному её голосу я понял, что она в ярости.

— Вы только что говорили о Саэки, да?

— А? …Н-ну, да.

— Прекратите.

— …А, нет, я…

— Не смейте плохо говорить о том, кого я люблю.

— Это было не совсем плохо…

— По крайней мере, говорите там, где Саэки и я вас не слышим.

Её голос звучал спокойно, но давление, исходившее от её спины, было острым и холодным, словно лезвие клинка. Трое явно растерялись и замолчали, не в силах даже сделать шаг назад.

…Я вспомнил.

Амаги-сан без колебаний вступилась, даже когда тот, кто оскорблял Субару в том же агентстве, был сэмпаем.

Если так, то она ни за что не позволила бы им безнаказанно оскорблять меня. Игнорировать это даже не рассматривалось как вариант.

— Поняли?

— …

— Я спросила, поняли ли вы!?

— П-поняли!

Это был рык, полный силы. Трое одновременно выпрямили спины и заговорили хором.

— Ммм! Ну, бывайте!

Голос Амаги-сан снова стал звонким, и напряжение в воздухе мгновенно исчезло.

— Пока-пока! — сказала она, помахав рукой, словно и не было гнева. Трое, похоже, тоже не держали зла и, неловко улыбаясь, помахали ей в ответ и ушли. Вау, она умудрилась закончить всё на хорошей ноте.

Эта девушка — непобедима…

— Эм, Амаги-сан.

— Ммм?

— С-спасибо. За то, что разозлилась ради меня…

Моё облегчение от того, что оскорбления достались не Амаги-сан, было искренним. Несомненно, я был рад, что мишенью стал я сам.

Но…

Я всего лишь человек. Мне больно, когда обо мне говорят плохо. Мне это ненавистно.

Меня мучило чувство вины за то, что из-за своего положения она подвергает себя ненужному риску. Но даже так, чувство освобождения было реальным, и скрыть его было невозможно.

— Это не ради тебя, Саэки. Как я уже говорила, я просто взбесилась, потому что кто-то плохо говорил о том, кого я люблю!

Она произнесла это с уверенностью и рассмеялась. Её улыбка сияла, белые зубы блестели. Она была такой потрясающе крутой и вдохновляющей, что я невольно подумал: «Хочу быть таким же».

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

От лица Арисы

Вскоре мы добрались до храма.

— О чём ты просил, Саэки?

— О здоровье, и чтобы у Амаги-сан всё было хорошо с работой… А ты?

— Я? Я попросила, чтобы в этом году мы наконец-то начали встречаться!

— Ты бросила в ящик для подношений тысячу иен ради такого…?

— Хи-хи-хи! Это обязательно сбудется! Всё-таки сумма, которую я «зарядила», совсем другого уровня!

— «З-зарядила»… Раз ты сказала такую кощунственную вещь, наверное, это не сбудется.

— Эээх!?

Закончив молитвы, мы отошли в сторонку, чтобы не мешать другим. Как по заказу, зазвонил телефон Саэки. Похоже, звонили его родители, и он объяснял им, где мы находимся.

У-увааа! Я волнуюсь! Интересно, какие у Саэки мама и папа…

Субару-тян говорила, что его дедушка был бывшим полицейским. Может, поэтому его родители строгие? И поэтому Саэки такой невероятно серьёзный?

…П-подождите! Если так, то я влипла!?

У меня же светлые волосы!? Серёжки!? И макияж очень яркий!? Если они назовут меня хулиганкой, мне нечего будет сказать в своё оправдание!

Что же делать… М-может, снять макияж прямо сейчас? И серёжки тоже? Хм, но даже так, с волосами ничего не поделаешь…

— «Сказали, что уже идут»… Хм? Амаги-сан, ты в порядке? Ты побледнела…

…Это плохо. Плохо, плохо, плохо.

Невероятно, невероятно плохо!!

Если его родители меня возненавидят, это будет конец. Я планировала заманить Саэки в ловушку, завоевав его семью, но сама же вырываю себе могилу.

— …Может, сбежать?

Стратегическое отступление. Я придумаю какой-нибудь предлог, чтобы уйти отсюда, а потом встречусь с ними в другой день, превратившись в «чистую и утончённую» версию Арисы-тян.

Да, так и сделаю. Более того, это единственный выход!

— А, вон они идут. Эй! Сюда!

— Хэхх!?

Слишком поздно. Времени на побег не осталось.

Всё — конец… моей любви, всему конец…

— Ээээхххх!? Какая мииилая!!

Я была на грани смерти, но этот внезапный крик заставил меня вспомнить, как дышать.

Передо мной стояла женщина средних лет, чуть ниже меня ростом. Ей было, наверное, за сорок. Один взгляд на её черты лица — и сразу становилось ясно, что в молодости она была настоящей красавицей.

Коричневатые глаза женщины блестели от волнения, когда она смотрела на меня.

— Стой, что, Маширо!? Эта девушка — Амаги-сан!? Она просто очаровательна!!

— М-мам, ты слишком громко…!

— Она такая милая! Прямо как Субару-тян, модели и правда в твоем вкусе, да!?

— Так пристально смотреть на неё невежливо…!

— Эээх? Но она же такая милая!? Не смотреть было бы ещё более невежливо!!

— Сдерживайся… стой, эм, Амаги-сан? Ты точно в порядке?

— …В-всё нормально. Просто… я так рада…

— Что?

Моё напряжение исчезло, и все силы разом покинули меня.

Ах… слава богу. Моя любовь ещё не кончилась.

И всё же его мама невероятно энергичная. Немного грубо так думать, но она правда мама Саэки? Хотя, лица у них действительно похожи…

— Смотри, дорогой, смотри! Это же Амаги-сан из того видео! Видишь, какая милая!?

Человек, подошедший на её зов, был гигантом. Огромный мужчина ростом почти два метра, закутанный в толстое пальто. Он подошёл тяжёлой походкой и остановился прямо передо мной.

— …………

Ни слова. Он просто смотрел на меня сверху вниз глазами, острыми, как у солдата.

Страшно — только эта мысль промелькнула в моей голове, как мама Саэки подпрыгнула и со всей силы шлёпнула мужчину по затылку.

— Серьёзно, дорогой! Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не нависал над людьми молча!? Ты пугаешь Амаги-сан!!

— Ах… п-прости…

— Амаги-сан, извините нас! Мой муж абсолютно не умеет общаться с людьми…! Честное слово, он всегда такой! — с этими словами она продолжала хлопать его по широкой спине.

Внезапно наши взгляды с отцом Саэки встретились. Я улыбнулась ему, он застенчиво отвернулся, потом снова посмотрел на меня, неловко улыбнулся и слегка склонил голову.

…Ого.

Ваааауух!! Удивительно, это же вылитый Саэки!! Так похоже на Саэки!!

Понятно… Значит, Саэки унаследовал телосложение и сдержанность от отца, а черты лица — от матери.

— Эм… Вы, наверное, уже знаете, но позвольте представить. Это моя подруга, Амаги Ариса-сан. Она может выглядеть не так, но занимает первое место в нашем классе по успеваемости и помогает мне с учёбой.

— А, да! Я Амаги Ариса! Приятно познакомиться! — я вежливо поклонилась и подарила им свою самую лучезарную улыбку.

Затем, рассудив, что раз атмосфера располагает, проблем не будет, я произнесла заготовленную фразу:

— Я люблю Саэки… Маширо-куна!! Я без ума от него!!

Я действительно это сказала.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

От лица Маширо

Я знал, что она это скажет.

— Хм? Стой, Маширо… Ты же говорил, что вы с Амаги-сан просто друзья, верно?

Мама продолжала улыбаться, но на её лице уже появилось подозрение. Паниковать не стоило. Я знал, что так и будет, с того момента, как решил представить её родителям.

— Так и есть. Но, сама знаешь, какая она… Не волнуйся, мы ничего такого не делали.

— Правда? После того, как такая милая девушка сказала подобное, ты правда ничего…?

— Правда. Да, Амаги-сан? — я ответил спокойно, как ни в чём не бывало.

Если бы её целью было отправить меня домой, проще всего было бы выложить всё как есть — что она оставалась у меня, что мы ходили в любовную гостиницу — и выставить всё напоказ.

Но цель Амаги-сан — заставить меня влюбиться в неё. Умная, как она есть, она прекрасно это понимала.

— Да, мы ничего не делали! Это правда!

Видите?

— И ещё, у меня есть просьба! — сказала она, бросив на меня быстрый взгляд из-под ресниц.

Она подбежала к моим родителям, достала из сумки что-то, похожее на блокнот, и протянула им. Они открыли его, пролистали несколько страниц, и их лица стали серьёзными.

— О-о Господи… дорогой… ч-что нам делать?

— А? А-а… хмм…

— Я пока оставлю это у себя! Если заинтересуетесь, я с удовольствием расскажу вам об этом поподробнее позже…!

Прямо как тогда со мной, она выхватила блокнот обратно и сунула его в сумку.

Мама выглядела разочарованной, а папа — озадаченным. Оставив их, она подпрыгивающей походкой вернулась ко мне.

— Простите, что показала вам что-то странное, так внезапно! Но я правда люблю Маширо-куна! — сказала она, крепко вцепившись мне в руку.

Она одарила меня широкой улыбкой; она была всё такой же невероятно милой, и я отвернулся, не зная, как реагировать.

— Ваааауух!! Дорогой, смотри, смотри! Наш сын популярен!?

— …А-ага…

— Эй, а ты чего смущаешься!?

— Ну… это напомнило мне старые времена, и… ну… — папа пробормотал, уставившись в землю, как он это обычно делал.

Мама смотрела на нас с таким же восторгом, как счастливый щенок, и прощебетала:

— Ах, молодость — это прекрасно!

— А, Широ-нии! И Амаги-сэмпай тоже!

— Оуран-тян!? Вау, давно не виделись!

Моя младшая сестра, Оуран, подошла с шампуром тэмпуры в руке.

Во время Нового года у храма всегда торгуют едой. Должно быть, она купила его там.

— Хм? Стой… а это кто, малышка?

— Это моя младшая сестра. Её зовут Рури.

— Младшая сестра!? Саэки, у тебя есть ещё одна сестра, кроме Оуран-тян!?

— Не «кроме Оуран», скорее…

Я хотел сказать, что у меня вообще-то ещё несколько сестёр и братьев.

Рури, пятилетняя малышка, которая держалась за талию Оуран, вдруг начала громко рыдать:

— Увааааа!!

— Вау — вау! Ч-что случилось!? Животик болит!?

— Уууу! Уаааа! Игрушеечка!

— Игрушечка? Что с игрушечкой?

— Игрушеееечкаааа!

— А, всё в порядке, Амаги-сэмпай. Мы просто ходили в тир, а она расстроилась, что не смогла выиграть ту игрушку, которую хотела.

— Игрушка… Рури о-очень-очень хотела её!!

Рури всхлипывала. Оуран, привычным жестом успокаивая сестру, пока наши родители с тревогой смотрели на них.

Для нашей семьи это была обычная сцена, а вот Амаги-сан запаниковала по-настоящему.

Наверное, это инстинкт, но когда слышишь детский плач, становится как-то не по себе. Я её понимаю.

— Хорошо, Рури-тян! Пойдём попробуем выиграть эту игрушку ещё раз, вместе!

— …Фуэх? Правда?

— Правда-правда! Одинээтян тоже хотела поиграть в тир!

Она хлопнула себя по груди, и лицо Рури расплылось в улыбке.

— П-подожди.

— Амаги-сан, не надо так утруждаться. Это же стоит денег…

— Эээх? Но я уже сказала, что выиграю… К тому же, я хочу поиграть с Рури-тян. Разве это плохо?

— Нет, не плохо, просто… — я взглянул на маму, ища совета.

Мама тихо вздохнула, достала из кошелька монету в пятьсот иен и протянула Рури.

— Только одна попытка, хорошо? Если не выиграешь, придётся смириться.

— Ладно! Спасибо, мамочка!

Рури бодро ответила и ушла, держась за руку с Амаги-сан. Оуран пошла за ними.

— Маширо. Спроси потом у Амаги-сан, сколько она потратила на эту игрушку.

— Что?

— У меня такое чувство, что эта девушка, если уж что решит, будет делать всё, что нужно. Если пятисот иен не хватит, думаю, она не задумываясь начнёт платить из своего кармана. Мы должны вернуть ей то, что она потратит.

— …А-ага, понял. Спрошу.

Моя мама была беззаботной, энергичной женщиной средних лет, но её интуиция была удивительно острой, и она никогда не ошибалась в людях.

Наверное, это из-за моего дедушки, который был полицейским.

— Кстати, где дедушка и бабушка? И нии-сан тоже — его не видно, они все куда-то ушли?

— Все вместе пошли покупать новогодние наборы. Как только Рури и Оуран вернутся, мы тоже пойдём по магазинам. Маширо, ты пока иди с Амаги-сан в дом.

Сказала она, а затем прищурилась и, усмехнувшись, спросила:

— Кстати… Точно ничего не происходит между тобой и Амаги-сан?

— Н-нет. Я… добросовестно соблюдаю запрет на нечистые связи!

— Правда-правда? Такая милая девушка тебя любит, а ты ничего?

— Я же сказал, нет! Честное слово, честное слово, мы просто друзья!

— Хмм…, — мама смотрела на меня так, словно видела меня насквозь.

Я… всё же нормально? Я технически ещё ничего не сделал, правда? Хотя это была моя собственная ситуация, я начинал нервничать…

— Ва…!

Внезапный шлепок по голове.

Большая ладонь отца грубо взъерошила мои волосы.

— Ч-что? Что случилось…?

Отец смотрел прямо на меня. Его глаза, острые, но добрые и немного робкие, отражали только меня.

— …Береги её, — пробормотал он тихим голосом, не соответствовавшим его огромному телосложению.

Но этот голос был сильным, тяжёлым и глубоким. Я мгновенно понял, что он сказал нечто важное.

— Я знаю. Я защищу её, что бы ни случилось, — ответил я, и после этого мы оба замолчали, глядя друг на друга.

Мне вдруг стало неловко, и я отвернулся. Папа покраснел так же, как и я, и уставился вдаль.

— Яблочко от яблони… ну, прямо…, — услышав голос мамы, полный досады, мы с папой снова переглянулись и тихо рассмеялись.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

— Это дом семьи Саэки!? Вау, какой у него характер!

— Его построил мой прадед, так что ему точно больше восьмидесяти лет. Выглядит старым, но мы несколько раз делали ремонт, и туалет с ванной привели в порядок, так что не волнуйся.

Двухэтажный японский дом. С садом и складом.

Амаги-сан с открытым любопытством рассматривала ворота, и даже когда мы вошли в прихожую, она продолжала вертеть головой.

— До того, как все вернутся, ещё есть время, да? Я хочу посмотреть комнату Саэки!

— Мою? Ладно, но там нет ничего интересного.

— Интересно уже потому, что это комната любимого человека! Давай, покажи! ♡

Итак, я провёл её в свою комнату на втором этаже.

Четыре с половиной татами татами. Двухъярусная кровать, книжный шкаф и низкий столик. Я убрал начатые пачки снеков и мангу, которую читал, и достал из шкафа пару подушек.

— Ладно, я пойду вниз, сделаю чай.

— Ага, спасибо!

— …Сразу предупреждаю, эта комната до сих пор используется. Не всё здесь моё, так что, пожалуйста, не копайся в вещах.

— …………

— Ты собиралась копаться, да?

— Н-ничего подобного!

Похоже, я угадал, потому что её глаза забегали по сторонам. Я вздохнул и спустился на первый этаж. Заварив чай, взял немного сладостей и поднялся обратно.

— …Я же просил не копаться в вещах, помнишь?

— Н-нет! Это было на книжной полке… я просто… случайно вытащила!

— Вот это я и называю «копаться».

То, что разложила перед собой Амаги-сан, был мой альбом выпускного класса средней школы. Ну, я и сам предполагал, что ей захочется его посмотреть, так что ничего страшного.

— Это Саэки в седьмом классе? Ты тогда не был таким большим.

— А, да. Я резко вырос, когда перешёл в восьмой.

— Ого! Это же Субару-тян, да!? У неё невероятная аура… совсем не похожа на ученицу средней школы…!

— Без преувеличения — ей признавались все девчонки в школе. Бывало, старшеклассницы приходили после уроков, взрослые фанаты пробирались на территорию во время занятий… всего хватало.

— Жуть! Это же уже преступление!?

Научилась ли Субару лучше справляться с фанатами или просто общий уровень фанатов повысился, сейчас серьёзных инцидентов не случалось, но тогда был полный хаос.

Я слышал, что после выпуска некоторые родители даже врывались в учительскую, требуя перевести Субару. Я считал, что это уже слишком, но мог понять желание убрать источник беспокойства ради безопасности собственных детей.

— Хм? Стой?

— Что?

— Спортивный фестиваль, школьный фестиваль… Саэки, тебя же нет ни на одном из этих фото, верно?

— Э-э, ну, да…

— Подожди-ка. Тебя нет даже на странице школьной поездки?

— Ахаха… да…

— У тебя была простуда или что-то такое, и ты не смог поехать?

— Н-нет, дело не в том, что я не смог, скорее, я не поехал…

Амаги-сан уставилась на меня. Её глаза блестели от слёз, она слегка дрожала, и выглядела очень встревоженной.

— …Я не очень хорош в таких шумных мероприятиях, как спортивные фестивали или школьные фестивали. Я не хотел никому мешать, поэтому старался быть как можно незаметнее.

Поняв, что скрывать бесполезно и что молчание не поможет, я выложил всё как есть.

— …А школьная поездка, ну…

Вспоминая то время, я запнулся. Я прочистил горло, чтобы избавиться от застрявшего там рыбьего комка, и, глядя на неё, продолжил:

— Отчасти потому, что Субару не поехала… Я был совсем один. Учитель запихнул меня в какую-то случайную группу, но они сказали: «Что-то ненужное припёрлось» …

Школьная поездка. Самое важное — формирование групп для мероприятий на месте. Класс оживился, когда нам сказали разбиться на пары с друзьями, но для меня это было сродни смертному приговору.

Как и ожидалось, я оказался не у дел и меня запихнули в группу мальчишек, которых я совсем не знал. Они наговорили мне резких слов, но они тоже были жертвами обстоятельств, поэтому я не злился и не обижался на них.

— Вот почему… я не смог поехать в тот день. Я боялся того, что скажут ребята из моей группы…

В то утро я лежал в кровати, придумывая отговорки: живот заболел, голова разболелась. Я ничего больше не говорил, но мама, кажется, догадалась, в чём дело, и без лишних вопросов разрешила мне остаться дома. Хотя немалая часть вложенных в поездку денег пропала…

— Поэтому нет фотографий со школьной поездки — ва!?

Меня пронзило током. Внезапно Амаги-сан обхватила меня руками. Крепко, почти до боли.

— Мы обязательно поедем в этом году! Я буду в одной группе с Саэки!

— Н-нет, подожди, мы не можем быть в одной группе, если мы не в одном классе…

— Тогда будем в одном классе! Я подкуплю учителя и сделаю так!

— А без этого никак не обойтись?

Подкупать из-за распределения по классам — глупая идея, но Амаги-сан как раз из тех, кто мог бы попробовать… Даже без этого, я чувствовал, что она запросто может подойти и начать переговоры напрямую. В такой ситуации мне остаётся только молиться, чтобы мы оказались в одном классе, и она не натворила лишних проблем.

— Я поеду в следующую школьную поездку, обязательно, — говоря это, я осторожно разжал её руки, сжимавшие меня. — Благодаря Амаги-сан я действительно понял, что если постараться, меня все примут. Даже если я никого не буду знать в новом классе, я сам подружусь со всеми. Я планирую быть на многих фотографиях в выпускном альбоме старшей школы, так что, пожалуйста, не волнуйся.

Раньше в моём списке контактов в LINE были только семья и Субару. Но сейчас у меня добавлена больше половины класса, и мне иногда приходят сообщения не только по делу. Есть люди, с которыми я могу просто поболтать.

Это огромный прогресс для меня, шаг, который я смог сделать только благодаря Амаги-сан. Я никогда не забуду этот образ жизни, этот путь вперёд.

— Уууууу~~!! Мууууу~~!!

— Ч-что случилось? Почему ты так плачешь…?

— Я рада, что у Саэки много друзей, но мне это ещё и немножко ненавистно! Все узнают, какой ты крутой, добрый и как хорошо умеешь заботиться о других!! Ты станешь популярным!!

— Нет, нет, не стану…

— Но что, если станешь популярным? Пойдёшь регистрировать наш брак?

— Как это вообще связано!?

— Я могу пойти на компромисс, помолвка тоже подойдёт.

— Это, по сути, означает одно и то же, знаешь ли!? — я пожал плечами и вздохнул.

Видя искреннее беспокойство на лице Амаги-сан, я протянул руку и мягко погладил её по голове. Я взъерошил её волосы с осторожностью, будто гладил драгоценность.

Она подняла взгляд, наши глаза встретились, и на её лице расцвела улыбка, полная одновременно счастья и досады.

— Думаешь, сможешь меня охмурить, просто погладив по голове, да? Ах, Саэки, какой ты стал нахальный…!

— Мне перестать?

— …Если перестанешь, я расплачусь.

— Если ты расплачешься, мне будет неловко, так что продолжу.

— …Эхэхэ~♡

Улыбка, такая широкая, что казалось, её рот сейчас расплавится. Её глаза были наполнены лишь нежностью, когда она смотрела на меня; именно поэтому даже дышать с ней одним воздухом было невыносимо приятно. Каждый вздох казался драгоценным.

Амаги-сан мягко взяла меня за руку. Она слегка сжала её, прижалась щекой, затем коснулась её кончиком носа и понюхала, как кошка. Помучив меня смущением, она нежно и мягко поцеловала её. Ощущение, как от влажной зефирки. Тепло, которого хотелось всё больше и больше.

Не успел я опомниться, как сжал руку, которой она играла как хотела, обхватил пальцами её затылок, прикрыв одно ухо, и притянул её маленькое, прекрасное лицо к себе.

— Хочешь… поцеловать?

— …Н-нет.

— Тогда зачем эта рука?

— …Э-это…

— Саэки, ты начинаешь терять контроль над собой, да? Раньше ты ужасно нервничал, когда прикасался ко мне, а вчера даже пытался ко мне приставать, пока я спала.

— Я не пытался к тебе приставать…

— Но ты же прикасался ко мне, да?

— …Прости…

— Не надо извиняться. Я просто хочу, чтобы ты меня поцеловал. ♡

— Не могу! Я же много раз говорил, что это нечистые отношения…

— Ваааа!! Широ-нии-тян, ты привёл девушку домой!?

— Она мне не девушка! И вообще, не подглядывай, не предупредив! И ещё, когда приходишь домой, надо говорить «я вернулся»!

— Ахахаха! Это девушка! Девушка с белыми волосами!

— Эй, подожди! — он убежал, его беззаботные шаги застучали вниз по лестнице.

Я вздохнул и перевёл взгляд на Амаги-сан.

— Извини…

— Это мой младший брат, Соума. Просто шумный малолетний сорванец… Хм? Эм, Амаги-сан? Что-то не так?

Амаги-сан замерла, широко раскрыв глаза.

Когда я окликнул её, спросив, в чём дело, её тело наконец дёрнулось спустя несколько секунд.

— М-младший брат? Разве эта комната не твоя и Оуран-тян…?

— Даже в моей огромной семье комнаты делят по полу. К тому же, это комната не на двоих, а на троих.

— …Н-на троих? В этой комнате…!?

— А, да, тесновато, правда? Мои два младших брата спят на той двухъярусной кровати, а я здесь на футоне.

— Младшие братья… их… д-двое…?

— Один старший брат, две старшие сестры, два младших брата и три младшие сестры. Включая меня, родителей и бабушку с дедушкой, нас тринадцать человек. В этом доме живёт достаточно людей, чтобы собрать футбольную команду.

Я хотел рассказать ей, сколько нас, какой это редкость.

Я хотел, чтобы она рассмеялась и сказала: «Вау, это невероятно».

— И вот.

Кровь отхлынула от лица Амаги-сан прямо на моих глазах, на лбу выступил пот, а её взгляд метался, даже когда она смотрела на меня. Словно забыв, как дышать, с её приоткрытых губ не доносилось ни звука.

Она выглядела так, словно её вот-вот вырвет. Её рот двигался, как у золотой рыбки. Она пыталась выдавить слова, но не могла, открывая и закрывая рот.

— Амаги-сан…? Ты в порядке?

После короткого молчания, последовавшего за моим вопросом, она встала. Она надела пальто, взяла свои вещи и улыбнулась мне… пустой улыбкой, в которой не было ни капли её обычного очарования.

— Извини, Саэки. Я вспомнила, что у меня срочное дело.

— …А-ах?

— Я пойду домой. Прости!

— Нет, нет, нет! А-Амаги-сан!?

Она торопливо выпалила это, стряхнула мою руку, пытавшуюся её остановить, и выбежала из комнаты.

Я попытался догнать её, но ноги запутались, и я споткнулся. Я ударился лбом, но тут же вскочил, крикнул:

— Амаги-сан! — и выбежал в коридор, затем вниз по лестнице.

— А? Амаги-сэмпай, что случилось?

— П-прости, Оуран-тян. Мне нужно домой.

— Амаги-сан, вы в порядке? Выглядите бледной…

— Всё в порядке, мама Маширо-куна! Я в порядке… Я полна энергии!

Похоже, вся семья только что вернулась, и внезапное появление и быстрый уход Амаги-сан вызвали переполох. К тому времени, как я добрался до входа, она была уже на улице и направлялась к калитке.

Я растолкал младших и старших сестёр, использовал своего противного старшего брата как опору и выбежал на улицу.

— Пожалуйста, подожди! Я что-то сказал не так!?

— Нет! Ты ничего не сделал, Саэки!

— Тогда почему ты внезапно говоришь, что уходишь домой!?

Ответа не последовало; она сильно оттолкнулась ногой от земли и выскочила за ворота.

Я сделал было два шага за ней, но понял, что на мне нет обуви, куртки и вообще ничего.

— Маширо, — раздался голос отца у меня за спиной.

Я обернулся, и в меня прилетели мои кроссовки. Пока я их надевал, он подошёл с моей курткой и телефоном.

— Спасибо. Ладно, я пошёл.

— Да… осторожнее, — он слегка хлопнул меня по спине, и я, подгоняемый этим толчком, побежал.

Небо уже начинало темнеть, окрашиваясь в ночные цвета.