— Хм. Так вот почему вы, Асута, будучи чужеземцем, решили жить как один из народа Лесокрая. Для народа Запада народ Лесокрая — символ бедствий, для народа Юга — род предателей, отринувших богов, а с народом Севера они и вовсе исконные враги... В общем, я предположил, что вы родом из Восточного королевства.

— Мою родину называли островной державой Дальнего Востока. Может, среди народа Востока много людей с такой же внешностью, как у меня?

— Нет. У них действительно часто встречаются чёрные волосы и чёрные глаза, но при этом и кожа у многих смуглая. Вы ведь видели толпы таких в Постоялом городе? Это и есть народ Восточного королевства Сим.

«Ясно. Похоже, мои привычные представления здесь бесполезны.»

— Да я и сам, если честно, ничего толком не понимаю. Можете считать меня простофилей, который ударился головой и поверил в какую-то чушь.

— Понял. Так и сделаю.

«Ого...» — чуть не отпрянул я.

— Нет, я не считаю вас простофилей. Хм, но как же я удивлён. Никогда бы не подумал, что мясо гиба может быть таким вкусным... Просто в Дженосе бытует мнение, что оно вонючее, жёсткое и совершенно несъедобное.

— Наверное, этот слух распустил тот, кто пробовал мясо, приготовленное неправильно. А так мясо гиба очень вкусное.

— Да! Теперь я в этом убедился! Знаете, я-то думал, что раз вы, не будучи путниками, питаетесь в основном арией и пойтаном, то принадлежите к скромному роду, которому чужды изыски в еде. Предрассудки — страшная штука. Да какое там! С таким деликатесом вы можете смело зваться родом гурманов, и никто не посмеет сказать, что это чересчур. Хм, вот это потрясение.

— Э-э, подождите минутку. Я ведь чужеземец, учтите это, пожалуйста. Ваше впечатление о скромном роде, которому чужды изыски в еде, скорее всего, верное.

— Правда? Но одно лишь это вкуснейшее мясо гиба, на мой взгляд, уже не вяжется со скромностью. Может, у вас всё так: раз есть такое лакомство, то в остальном можно обойтись дешёвыми арией и пойтаном? Хм, как интересно!

«И что мне теперь делать? Открывать все карты этому сомнительному господину пока не хотелось, но и снабжать неверными сведениями человека, связанного с самим маркизом Дженоса, казалось опасным.»

— Камия-Ёсу, простите, не уделите ли мне немного времени?

— Мм? В чём дело?

— Я из другой страны, поэтому ещё не до конца разобрался в запретах и обычаях Лесокрая. Говоря прямо, я не могу судить, насколько подробно мне можно рассказывать вам о наших внутренних делах. Я бы хотел потихоньку обсудить это с главой дома.

— А, конечно! А то с самого начала один лишь вы, Асута, поддерживаете со мной беседу. Если и вы замолчите, получится, что я разговариваю сам с собой!.. Тогда, может, мне отлучиться на пару часов? По правде говоря, я ещё не закончил собирать сведения для своей работы и хотел бы прогуляться южнее.

— На юг... в сторону Поселения Ру, значит.

— Сегодня я туда не приближусь. Кажется, мне там не очень-то рады, и я усвоил, что с народом Лесокрая стоит общаться осмотрительнее.

«Значит, то, что Дарум-Ру навёл на него меч, было не зря». Хотя, с другой стороны, хотелось бы, чтобы он понял это до того, как на него наводят меч.

— Но чтобы пройти на юг, вам в любом случае придётся миновать Поселение Ру. Оно ведь вытянуто вдоль единственной тропы.

— Всё в порядке. Я мастерски умею прятаться. Вчера ведь отлично получилось, не так ли?

— ... что, простите?

— Я тайком наблюдал за вчерашним пиром из тени леса. Когда появилась молодёжь из семьи Сун, у меня душа в пятки ушла, но, к счастью, обошлось без грубостей. — с этими словами Камия-Ёсу широко и без тени смущения улыбнулся.

* * *

— Слушай, что ты на самом деле думаешь об этом мужике? — помешивая булькающий в котелке пойтан, я обратился к Ай-Фе. — Чем больше я с ним говорю, тем меньше его понимаю. Может, будет разумнее больше с ним не связываться?

— ... Не знаю. — голос Ай-Фы тоже звучал немного уныло. — У меня и так не было намерения заводить знакомства с жителями Каменной столицы, но тот мужчина не сказал ничего предосудительного. Просто вёл себя донельзя несерьёзно.

— Вот именно. Если бы этому типу можно было доверять, насколько бы всё стало проще... Он, наверное, полная противоположность Дзидза-Ру — хоть мы с ним и не сходимся во взглядах, но тот донельзя серьёзен. И это при том, что у обоих на лице вечно улыбка.

— К тому же, этот человек... ел мясо гиба. — мрачно пробормотала Ай-Фа. — Никогда бы не подумала, что житель Каменной столицы станет подражать нам в таком. Это меня поразило больше всего.

— Правда? Я-то не из Лесокрая, да и в Постоялом городе был всего раз, но слова того мужика меня вполне убедили.

— ... Что ты имеешь в виду?

— А? Ну то, что только уроженцы Дженоса считают гиба и охотящийся на них народ Лесокрая символом бедствий. Конечно, у жителей Дженоса, чьи поля страдали от набегов, могли возникнуть всякие заблуждения и предрассудки, но для пришельцев из других земель тут нет никакого повода для страха. К тому же, гиба считали символом бедствий десятки лет назад.

— ...

— А поскольку большинство торговцев там — местные из Дженоса, народ Лесокрая контактировал в основном с теми, кто их боится. Если бы было побольше чужеземцев вроде того мужика, которых не пугает ни грозный вид народа Лесокрая, ни его замкнутость, возможно, недопонимание не зашло бы так далеко.

— ... Асута, твои речи сложны. — наконец-то Ай-Фа сдалась. Та самая Ай-Фа. — Всё-таки ты родом из Каменной столицы, пусть и не из Дженоса. Твои слова так же трудны для понимания, как и речи того мужчины, Камия-Ёсу.

— Да. Место, где я вырос, по своему укладу действительно ближе к Постоялому городу, чем к Лесокраю. Но если что-то трудно понять, это не значит, что не нужно пытаться понять друг друга...

— Кто сказал, что я не пытаюсь? — от слабости в её голосе я вздрогнул и обернулся. Ай-Фа сидела, прислонившись к стене у очага, и её лицо было куда более подавленным, чем я предполагал. Она опустила глаза. — Пусть твои речи и трудны, я стараюсь их понять. Ты упрекаешь меня за то, что это у меня получается медленно?..

— Н-нет, что ты! Прости! Я был неправ! Только, пожалуйста, не плачь!

— Кто это плачет?! Ты за кого меня принимаешь?! — выкрикнув слова, которые скорее подошли бы мне, Ай-Фа слегка покраснела.

«Это в тысячу раз лучше, чем её заплаканное лицо.»

— Ладно, давай пока решим, что делать. Что и в какой мере мы должны рассказать тому мужику. Есть ли что-то, о чём ему лучше не знать? Или, наоборот, что-то, о чём он должен узнать? Думаю, стоит это чётко определить.

— Хорошо. — ответила Ай-Фа и почему-то неторопливо поднялась, заходя мне за спину, пока я помешивал пойтан. Не успел я сообразить, что происходит, как она положила руки мне на плечи и прошептала прямо в ухо. — А ты что думаешь, Асута?

«Я немного выше, так что она, должно быть, привстала на цыпочки. Кроме плеч, она меня не касалась, но я всё равно ощущал спиной слабое тепло её тела.»

— П-погоди-ка! Зачем переходить в режим секретных переговоров, если мы выпроводили того типа?

— А ты уверен, что он действительно ушёл от дома? Что, если он подслушивает снаружи?

«Но это же не значит, что мы должны провести следующие несколько часов в такой близости?»

— П-постой! Кажется, пойтан готов. Давай сначала с ним разберёмся.

Тепло тут же отдалилось.

«Она играет на моих нервах похлеще Вины-Ру.»

Перекладывая разварившийся до состояния каши пойтан в корытце из лжекаучукового дерева, я незаметно вытер пот со лба. Шесть порций, на троих. Камия-Ёсу сказал, что вернётся до заката, и попросил разрешения поужинать с нами.

— Я не прошу пустить меня на ночлег! Мне просто вдруг стало ужасно интересно, как питается народ Лесокрая! Если нужна плата, я всё оплачу!

«Требовать плату с гостя, который принёс с собой бутылку явно дорогого фруктового вина, не хотелось. Ай-Фа, хоть и со сложным выражением лица, но согласилась, так что мне выпало готовить ужин на троих.»

— Так. Прежде чем обсуждать секреты, надо определиться с меню. — соскребая деревянной лопаткой пригоревшие остатки пойтана, я обернулся к отступившей назад Ай-Фе. — Что приготовить на ужин?

— Ханбагу.

«Быстро!»

— ... Ханбагу. — сделав удивлённое лицо, Ай-Фа поправилась.

«Даже если и так...»

— Понятно. Пожалуй, к выбору блюда тоже стоит подойти с умом.

— Что ты имеешь в виду? — Ай-Фа плавно подошла сбоку, обхватила мою шею рукой, опустила мою голову до своего уровня и прошептала.

«Она это серьёзно?»

— Ну, будет не очень хорошо, если он решит, что бифштекс — это традиционное блюдо Лесокрая, так ведь? А если начать вдаваться в подробности, разговор зайдёт об отношениях с Ру и Рутим. Думаю, стоит заранее решить, сколько информации мы можем раскрыть. — мне ничего не оставалось, кроме как тоже ответить шёпотом, но мы были так близко, что, как бы я ни старался затаить дыхание, крошечные частицы её аромата проникали мне в нос. Хотя я только что перекусил, запах Ай-Фы пробуждал новый голод.

— ...Почему? — не ведая о моих терзаниях, Ай-Фа снова приблизила губы к моему уху.

— Слушай! Чтобы просто поддакивать, не обязательно же шептать, а?!

— И то верно. — ответила она и снова подставила ухо.

«Значит, шептать всё-таки придётся мне.»

— Э-э-э... Тот мужик ведь связан с правителем Дженоса, так? Снабжать такого человека неверной информацией — значит сеять недопонимание. С другой стороны, слишком много рассказывать о внутренних делах Ру и Рутим этому господину, который, похоже, недоброжелательно настроен к семье Сун, тоже опасно.