Земля здесь давно сгнила. Среди мёртвой почвы торчали сухие деревья, похожие на обугленные кости. Над головой не было ни единого облака, но ясное небо всё равно казалось серым: слишком тяжёлой была сама атмосфера передовой.

«Твою мать...»

Пи Ёнсом, наследник главы школы Писон и заодно едва ли не единственный её ученик, в который раз проклял день, когда сам полез в эту дыру.

Рядом взревел зверь.

Когти полоснули воздух, и Ёнсом, резко подняв внутреннюю энергию, бросился на землю. Перекат вышёл позорным, зато голова осталась на плечах.

Правда, радоваться было рано.

«Вот же дерьмо!»

С детства ему рассказывали, что на передовой опасно. В действительности всё оказалось гораздо хуже. Демонические существа зелёного ранга встречались здесь повсюду, а твари синего ранга, которые в других местах считались редкостью, тоже попадались постоянно. И самое мерзкое — эти безмозглые создания почему-то сбивались в стаи.

Демонический зверь синего ранга, похожий на тигра, оглушительно взревел. Вдалеке тут же зашевелились новые силуэты.

Они шли сюда.

Пи Ёнсом стиснул зубы и огляделся. На открытом месте скрыться было негде.

Как он вообще умудрился довести себя до такого?

Полгода назад школа едва держалась на плаву, и Ёнсом решил спасти её собственными силами. Вступил в Союз Мурима, пахал где скажут, терпел всё подряд. Когда командование учло его возраст и отправило молодого воина на передовую, он даже обрадовался.

Сюда по приказу Союза регулярно приезжали наследники именитых родов. Ёнсом надеялся завести полезные знакомства, а там, глядишь, и школе помочь.

Наивный идиот.

Передовая встретила его толпами демонических существ, с которыми никто толком не справлялся, и землёй, искалеченной их бесконечными нападениями.

«Знал бы — послал бы этот Союз к чёртовой матери и сидел дома, тренировался».

Тяжёлый удар пришёлся в защиту. Ёнсома отбросило назад.

— Кх!

С одной или двумя тварями он ещё справился бы. Но их было слишком много.

Он снова прокатился по земле и кое-как вскочил.

Поздно.

Тигроподобная тварь стояла прямо перед ним. Из ноздрей валил горячий пар, из пасти тянулись вязкие нити слюны. Так, наверное, и смотрит хищник на мясо, которое уже считает своим.

— Да ёб твою мать...

Вот теперь смерть была совсем рядом.

И почему-то именно в этот момент Ёнсом вспомнил людей из Союза, которые его бросили.

Какие, к хренам, товарищи.

Мрази.

И это воины Праведного пути?

«Сам виноват. Нечего было верить этим ублюдкам».

А ещё стоило слушать старших.

В первый же день на передовой человек, отвечавший за новых бойцов, предупредил его предельно ясно:

«Не заходи далеко. Там уже не наша территория. Тем местом занимаются они».

Ёнсом пропустил предупреждение мимо ушей. Теперь оставалось только сожалеть.

Дед всегда говорил: за воротами школы мир опасен, незнакомцу нельзя доверяться бездумно. Внук, как последний дурак, решил проверить это на собственной шкуре.

Тварь приблизилась ещё на шаг и распахнула пасть, собираясь проглотить его голову целиком. В лицо ударила тухлая вонь. Перед глазами блеснули клыки.

Ёнсом зажмурился.

Раздался мокрый свист.

Что-то тёплое брызнуло ему на лицо.

— Тьфу! Тьфу, блядь!

Он закашлялся, вытер глаза тыльной стороной ладони и осторожно посмотрел.

Челюсть отвисла сама собой.

Все демонические существа, окружавшие его секунду назад, лежали на земле с перерубленными шеями. Тигроподобная тварь, которая уже собиралась его сожрать, валялась рядом в таком же виде.

— Это... что сейчас было?..

Ёнсом ещё не успел толком оглядеться, когда за спиной раздался едва слышный гул.

Звук он узнал сразу.

Дед, глава школы, иногда показывал ему это явление во время тренировок.

Голос меча.

Так клинок отзывался в руках мастера, достигшего с ним почти полного единства. Для мечника это было одним из самых очевидных признаков высокого уровня.

Ёнсом резко обернулся.

В нескольких шагах стоял незнакомый молодой человек с опущенным мечом. Он смотрел на спасённого так, будто уже успел пожалеть о собственном добром поступке.

* * *

Пока кровь из изрубленных туш растекалась по мёртвой земле, незнакомец спокойно закончил работу.

Пи Ёнсом сидел неподалёку и смотрел на него как оглушённый.

Он ожидал, что тела придётся уничтожать или как-то особенно обрабатывать. Ничего подобного. Молодой мечник вырезал только то, что можно было продать: клыки, когти, глаза. Остальное свалил в стороне.

Рано или поздно трупы уберут люди Союза.

А если не успеют, их сожрут другие твари.

Закончив, незнакомец убрал добычу и пошёл прочь.

Ёнсом вскочил и, прихрамывая, потащился следом.

Его никто не приглашал.

Но выбора не было. С полуразбитыми рёбрами и ногой, которая едва слушалась, оставаться одному посреди этой проклятой пустоши означало умереть чуть позже, вот и вся разница.

Плохо было другое: спаситель совершенно не собирался подстраиваться.

— Господин! Постойте!

Никакой реакции.

— Господин, прошу вас! Подождите хоть немного!

Ёнсом орал, пока горло не начало саднить.

Наконец молодой человек остановился и обернулся.

Только тогда Ёнсом разглядел его как следует — и невольно замер.

Красивый.

Не просто приятный лицом, а по-настоящему красивый. И при этом черты казались смутно знакомыми.

Где он его видел?

Незнакомец хмурился так, будто один вид Ёнсома портил ему день.

— Зачем вы за мной идёте?

— Если я останусь там один... меня просто сожрут.

Хмурое выражение стало ещё тяжелее.

— Вы ведь из Союза?

— Да.

Форма на Ёнсоме была союзной, меч на поясе — тоже. Ошибиться тут было трудно.

— Тогда возвращайтесь к своим. Я-то вам зачем?

Ёнсом открыл рот и тут же закрыл.

Признаться, что товарищи бросили его одного, было стыдно.

Ещё стыднее — добавить, что случилось это во многом потому, что он сам не слушал начальника и полез куда не следовало. Жалкие остатки гордости не позволяли произнести это вслух.

Молодой человек посмотрел на него, тяжело вздохнул и снова зашагал вперёд.

Теперь медленнее.

Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы раненый мог не отставать.

Ёнсом понял намёк и молча пошёл следом.

Впереди раздалось раздражённое бормотание:

— Почему всякий раз, когда меня отправляют на разведку, я обязательно кого-нибудь подбираю?

— Простите?

— Ничего. Не обращайте внимания. Просто по возвращении мне опять устроят пиздец.

Он потёр лоб, явно представляя грядущую расправу.

Ёнсом помялся.

— Господин...

— Что ещё?

— Вы не из Союза?

— По мне не видно? Нет.

— Тогда, может быть, вы хотя бы принадлежите к Праведному пути?..

— Будете задавать столько вопросов — оставлю здесь.

Ёнсом немедленно заткнулся.

Раз уж разговаривать нельзя, пришлось думать самому.

Кто этот парень?

На передовую по очереди отправляли людей разных сил. Сейчас здесь отдельно стоял отряд клана Хванбо. Однако незнакомец на Хванбо совершенно не походил. У воинов этого рода внутренняя энергия ощущалась иначе — плотной, тяжёлой, прямой. К тому же Хванбо славились прежде всего рукопашным боем, а этот был мечником.

Причём мечником, способным вызвать голос клинка.

В таком возрасте подобный уровень должен был уже принести ему известность среди молодого поколения. Но Ёнсом не мог вспомнить никого с таким лицом.

Зато тёмно-красную форму он определённо где-то видел.

Только где?

— Сразу предупреждаю, — заговорил незнакомец.

— Да?

— Если собираетесь идти со мной, ничего лишнего не делайте.

Ёнсом напрягся.

Это угроза?

По лицу молодого человека не похоже. Скорее он действительно предостерегал.

«Куда он меня ведёт? Там ещё опаснее?»

Судя по всему, страх отразился у Ёнсома на лице.

— И не думайте, что я о вас забочусь, — добавил мечник. — Это ради меня самого.

— Ради вас?

— Я уже вижу, как меня будут пиздить за то, что притащил ещё одного постороннего.

— Вас... бить будут?

Кто и кого собирается бить?

— Чёрт. Знал бы — вообще не пошёл за вами. Сдохли бы где-нибудь и не добавляли мне работы.

— Господин?..

Ёнсом решил больше ничего не уточнять.

От спасителя веяло чем-то пугающим, и дело было уже не в боевом мастерстве.

Они пересекли сухую равнину. Впереди поднялась стена леса.

Тут Ёнсом снова занервничал.

Он знал это место.

Самой опасной частью передовой считалась вовсе не равнина, где его едва не разорвали. Хуже всего было именно в лесу.

И именно о нём предупреждал начальник, когда запрещал уходить глубоко.

— Господин...

— Теперь что?

— Вы... живёте там?

— Да.

Молодой человек ответил так буднично, словно речь шла о соседней деревне, и ускорил шаг.

Для Ёнсома, у которого после боя ноги превратились в деревянные колодки, новый темп оказался почти мучительным.

«Значит, это место тех самых людей».

Начальник сказал, что лесом занимаются «они». Кто именно — Ёнсом тогда не спросил. Не было возможности.

— Господин...

Мечник остановился и шумно выдохнул.

В этом вздохе уже слышалось чистое раздражение.

Ёнсом невольно съёжился. Но вопрос всё равно следовало задать.

— Меня зовут Пи Ёнсом, я из школы Писон. Если это не невежливо... могу я узнать ваше имя?

— А.

По лицу молодого человека было видно: он только сейчас вспомнил, что так и не представился.

— Гу Чорёп.

Коротко и без всяких пояснений.

Потом он будто нехотя добавил:

— Из клана Гу.

Последние слова дались ему заметно труднее.

Пи Ёнсом постарался не выдать удивления.

Так это он?

Пылкий Меч, Гу Чорёп?

Имя не гремело на все Срединные земли, но на передовой и в окрестностях его в последние полгода слышали всё чаще.

Молодой красивый мечник с отличной техникой. Человек, который вытаскивал бойцов, случайно оставшихся в опасной зоне одних.

Именно за это его и прозвали Пылким Мечом.

Смерти на передовой были обычным делом, но за последние полгода их стало немного меньше. Среди воинов даже появилась шутка: если совсем прижмёт и повезёт, откуда-нибудь выскочит Пылкий Меч и вытащит тебя за шиворот.

«Я думал, он старше».

Потому Ёнсом и не узнал его сразу. Он никак не ожидал, что известный здесь мечник окажется почти ровесником.

А ведь тот слабый, едва заметный гул клинка Ёнсом чувствовал всем телом.

Сам он до сих пор не мог добиться даже устойчивой энергии меча.

«Прошёл всего год...»

Год назад дед помог ему попасть на Собрание Драконов и Фениксов.

Тогда Пи Ёнсом был самоуверенным дураком и искренне считал, что способен бороться за победу. Состязания очень быстро объяснили ему, насколько он ошибался.

Он до сих пор помнил одного мальчишку.

Моложе его на вид, с резким лицом и глазами человека, который заранее на всех зол. Перед поединком Ёнсом даже испытывал неловкость: казалось несправедливым топтать такого ребёнка на пути к первому месту.

Потом начался бой.

И закончился после одного обмена ударами.

Ёнсом даже не понял, что именно произошло. Его уровня не хватило, чтобы проследить движение противника. В следующий миг сознание погасло, а сам он очнулся уже после того, как покатился по арене.

Истинный Дракон.

Гу Янчхон.

Последний год тот почти не появлялся на людях, и многие гадали, куда он пропал. Но после того, что мальчишка показал на турнире, мало кто сомневался: если он не погибнет по дороге, когда-нибудь вырастет в чудовищно сильного мастера.

«Сколько же в мире гениев».

До той встречи Ёнсом по глупости записывал в их число и себя.

Гу Янчхон быстро вылечил его от этой болезни.

И тут Пи Ёнсом наконец услышал собственную мысль.

Гу.

Гу Чорёп тоже назвался человеком клана Гу.

Они родственники?

Может, братья?

Нет, слишком разные. Хотя разрез глаз немного похож.

Если Истинный Дракон приходится этому красавчику младшим братом, природа поступила с младшим откровенно по-свински.

— Вы сказали, Пи Ёнсом?

Он так задумался, что вздрогнул.

— Да. Пи Ёнсом.

— Понятно. Мы почти пришли.

Ёнсом посмотрел вперёд. Пока там были только деревья и камни.

Странно, но лес вовсе не казался страшным.

Ему рассказывали, что внутри кишат демонические существа, а воздух пропитан скверной. На деле здесь было спокойнее, чем на равнине.

Он, разумеется, не знал, что Гу Чорёп держит внутреннюю энергию на пределе и ведёт его только по безопасному маршруту.

Чорёп покосился через плечо.

— Сначала доберёмся до лагеря. Оттуда отдельно сообщим в Союз, что вы нашлись.

— Вы и так столько для меня сделали... Спасибо вам.

— Вот уж да. Благодарить стоит от души.

— Простите?

— Из-за вас меня, похоже, долго будут втаптывать в землю.

Впереди отчётливо скрипнули зубы.

Ёнсом решил, что ему послышалось.

— Теперь слушайте правила.

— Правила?

— И выполняйте их буквально. Это важно.

Пи Ёнсом снова занервничал.

Сейчас ему расскажут про повадки местных тварей? Про ядовитый воздух? Про места, куда нельзя наступать?

Гу Чорёп повернулся к нему с таким серьёзным лицом, что Ёнсом приготовился запоминать каждое слово.

— Первое. Что бы он ни говорил, не умничайте и не лезьте в бутылку.

— Что?..

— Второе. Когда он ест, держите рот закрытым. Особенно если перед ним пельмени. Увидели пельмени — вообще не трогайте человека.

— Простите, я не совсем понимаю, о ком...

— Не перебивайте. Я вам сейчас жизнь спасаю второй раз.

— А... хорошо.

— Третье. Он и обычно выглядит так, будто готов кого-нибудь убить. Если покажется, что сегодня особенно злой, не подходите даже близко. А если уже попались ему на глаза — смиритесь. Тут поздно что-то делать.

Ёнсом молчал.

— И последнее. Вряд ли вам понадобится, но если всё-таки захотите о чём-то спросить, выбирайте момент, когда рядом с ним женщина. Лучше всего синеглазая или та, у которой волосы серебристо-голубые.

— Женщина?

— При них он хотя бы пытается держать себя в руках. Самый полезный совет из всех.

Пи Ёнсом не понимал ровным счётом ничего.

Поначалу он решил, что над ним издеваются. Но возразить не осмелился: Гу Чорёп говорил без тени улыбки, с мрачной серьёзностью человека, который перечисляет правила выживания перед смертельно опасным походом.

Очень скоро Пи Ёнсом узнал, что шутки здесь действительно не было.