[Как поживал, Мён?]

После приветствия старика Сина Громовой Клык в руке Эксцентричного Бессмертного завибрировал ещё сильнее.

Сильнее всех происходящее, похоже, выбило из колеи именно его. Выражение лица у мужчины было редкостное.

[Син Чоль.]

По ушам полоснул ледяной голос.

Значит, так звучал Намгун Мён.

Ничего себе.

Создавалось ощущение, что одним тоном он способен человека прикончить.

И при этом выглядел когда-то точно как Эксцентричный Бессмертный?

Женщины, наверное, штабелями падали.

С таким лицом ему даже разговаривать не обязательно, каким бы морозом ни тянуло от каждой фразы.

— Хм.

Эксцентричный Бессмертный некоторое время недоумённо смотрел на Громовой Клык, потом перевёл взгляд на меня.

— Ты тоже его слышишь?

Значит, сам он слышит Намгун Мёна.

Я мельком посмотрел на У Хёка. Тот хмурился и явно не понимал, о чём речь.

— Учитель, что именно я должен...

— Ученик.

— Да.

— Оставь нас ненадолго. Мне нужно поговорить с твоим другом.

У Хёк удивился. Несколько раз посмотрел то на меня, то на учителя.

Он явно хотел спросить, что происходит.

Но не спросил.

— Хорошо.

Похоже, приказ учителя для него всё-таки был важнее любопытства.

С лёгким сожалением на лице У Хёк оттолкнулся от земли и вскоре исчез среди деревьев.

Мы с Эксцентричным Бессмертным остались вдвоём.

Несколько секунд было откровенно неловко.

Он заговорил первым.

— За всё время со мной такое впервые. Любопытно. Так что происходит?

Громовой Клык всё ещё дрожал у него в руке.

Я быстро перебирал варианты ответа.

Что ему сказать?

Ситуация вышла мутная.

Я давно предполагал, что в Громовом Клыке может остаться след Намгун Мёна.

Когда мы приезжали в великий клан Намгун из-за помолвки, я уже слышал голос, который, вероятнее всего, принадлежал ему. Тогда мне велели найти Громовой Клык.

Причём послание, насколько я понял, было адресовано не мне, а старику Сину.

Следы пятерых героев уже обнаруживались и в духовных артефактах, и в тайных хранилищах, так что наличие остаточной воли Намгун Мёна внутри меча не выглядело невероятным.

Только нынешнее присутствие ощущалось иначе.

Совсем не так, как те отпечатки прошлого, с которыми я сталкивался раньше.

Я осторожно спросил:

— Старший мастер, находящийся в Громовом Клыке... вы Намгун Мён?

— Что?

Первым отреагировал Эксцентричный Бессмертный. Он явно не ожидал услышать от меня это имя.

— Откуда ты...

[Раз ты так долго не появлялся,]

голос Намгун Мёна перебил его.

[я предполагал, что ты опять во что-то вляпался. Но даже для тебя нынешний вид жалок.]

[Мён, по-моему, именно тебе сейчас не стоит рассуждать о чужом виде.]

Старик Син говорил весело. Намгун Мён — всё тем же ледяным тоном.

Он всегда был таким?

[Что с тобой случилось, Син Чоль?]

[Долгая история.]

[А этот кто?]

«Этот», по всей видимости, означало меня.

[Можно сказать, мой преемник. Ну, что-то вроде того.]

Я мысленно цокнул языком.

Что ещё за «вроде того»?

Намгун Мён тоже зацепился за формулировку.

[Ты сделал преемником человека, который даже не мечник? Син Чоль, ты окончательно спятил?]

[Не ученик. Просто унаследовал часть моей воли.]

[Свежая разновидность бессмыслицы. У тебя старческий маразм?]

Пока двое мертвецов перебрасывались колкостями, самым растерянным человеком здесь оставался Эксцентричный Бессмертный.

— Старик, с кем вы там вообще разговариваете?

Я внутренне насторожился.

Вот оно что.

Голос старика Сина Эксцентричный Бессмертный не слышит.

То есть мне доступны оба, а ему — только Намгун Мён.

Полезная деталь.

Я никак не показал, что заметил это, и обратился уже напрямую к Громовому Клыку:

— Когда я был в клане Намгун, то услышал там ваш голос.

[Что?]

По реакции Намгун Мёна стало ясно: он понимает, о чём я.

— Вы сказали: «Найди Громовой Клык».

Он замолчал.

Вообще-то слова предназначались старику Сину, а не мне. Но раз я пришёл вместе с ним, какая разница.

Слишком много дел, чтобы цепляться за формальности.

[Просто тебе лень объяснять всё точно.]

— Помолчите хоть сейчас.

Вот обязательно встрянет в самый неподходящий момент.

— Поэтому я и пришёл...

[Не помню.]

— Что?

Намгун Мён оборвал меня так внезапно, что я не сразу понял смысл.

Не помнит?

— Старший мастер?

[У меня нет такого воспоминания. И обсуждать здесь нечего. Уходи.]

Вот это уже было совсем не по плану.

Я всерьёз рассчитывал, что после этих слов Намгун Мён хотя бы объяснит, зачем оставил послание.

А он просто заявил, что ничего не помнит, и велел мне проваливать.

Что за ебаный бред?

И как теперь передавать Громовой Клык Намгун Биа?

Я ещё пытался понять, что делать дальше, когда Эксцентричный Бессмертный с кислым лицом вмешался:

— Старик, может, хотя бы объясните, что творится? Я вообще ничего не...

[Отправь его обратно.]

— Чего?

[Я сказал: отправь его обратно.]

— С чего вдруг? Опять у вас приступ вашего ебанутого нрава? Я же сколько раз говорил: если хотите чего-то от людей, сначала нормально объя...

Громовой Клык перестал вибрировать.

Разговор оборвался вместе с этим.

Лицо Эксцентричного Бессмертного мгновенно перекосило.

— Сраный старикашка. Столько лет прошло, а характер всё такой же поганый. И почему никакая нечисть не заберёт этого мерзкого деда в преисподнюю?

Старик Син расхохотался.

[Потомок Мёна говорит от души. Нравится мне этот парень.]

Я вздохнул.

— Сейчас не время смеяться.

[А плакать, по-твоему, время?]

— Нам вообще-то поговорить надо. Разве не ради этого вы его вызвали? Почему он оставил след в Громовом Клыке? Зачем тогда послание в клане Намгун? Всё это надо было спросить.

Старик Син фыркнул.

[Послушать тебя, так ты сюда ради беседы пришёл. А не ради того, чтобы отобрать меч и сунуть своей девчонке.]

Я кашлянул.

Возразить нечего.

— Вы обещали помочь.

[Я и помог. Позвал его. А если он сам разговаривать не желает, мне что прикажешь делать?]

Почему этот старик такой спокойный?

Вот это уже действительно не сходилось.

Син Чоль не из тех, кто в такой ситуации просто пожмёт плечами.

— Вы что-то придумали, да?

Он тихо рассмеялся.

Так и есть.

Каким бы отвратительным ни был его характер и насколько мало он походил на нормального даоса, одно я давно признал: способностей у старика Сина хватало на нескольких людей.

Чем больше узнаёшь о его прошлом, тем длиннее становится список вещей, которые один человек просто не должен был успеть совершить за одну жизнь.

[Соображаешь быстро, этого у тебя не отнять.]

Я промолчал.

[На сегодня мне достаточно было убедиться в одном. Так что давай сделаем, как сказал Мён, и уйдём. Если продолжим давить, только сильнее его разозлим.]

— Но...

[Здесь его можно понять.]

Веселье в голосе старика исчезло. Осталась спокойная серьёзность.

[Не исключено, что на его месте я поступил бы так же.]

— Что вы имеете в виду?

[Пока это лишь догадка. Позже объясню. А сейчас уходим.]

Он немного помолчал.

[Тем более мне давно пора рассказать тебе несколько вещей.]

Наверное, речь о том, что Тан Джэмун велела мне расспросить Син Чоля после возвращения.

Неприятное чувство не проходило.

Словно я зацепил конец узла и вместо того, чтобы распутать, затянул его ещё сильнее.

Но другого пути сейчас не было.

Намгун Мён разговаривать отказался.

Эксцентричный Бессмертный тоже смотрел на меня с вопросом в глазах, однако ничего не спрашивал. Похоже, приказ Громового Клыка он намеревался исполнить.

То есть если я останусь, меня действительно могут выставить силой.

В первую встречу доводить дело до драки совершенно ни к чему.

Особенно человеку, который в будущем собирается Громовой Клык отнять...

Нет.

Получить законным путём.

[Вариант «не брать его вообще» у тебя не рассматривается?]

— Нет.

Я недавно снова видел Демоническую Императрицу Меча с Громовым Клыком в руке и прекрасно знал, насколько сильно это оружие меняет возможности Намгун Биа.

Отказываться от него я не собирался.

Пора постепенно готовить всех.

Мне хотелось бы справиться со всем самому, но я не настолько силён и уже достаточно раз в этом убеждался.

По крайней мере, нужно дать близким средства защищать собственные жизни.

Не только Намгун Биа.

Для Ви Сольа я тоже давно присмотрел кое-что и скоро придётся это найти. Моён Хиа и Тан Соёль тоже надо подобрать подходящие вещи.

[С виду будто ни о ком заботиться не способен, а на деле таскаешь всем подарки, как хозяйственная бабка.]

— Что значит «с виду»? Вы на себя посмотрите.

Сам похож на разъярённого дворового кота, а туда же.

[Ах ты мелкий ублюдок...]

Я не стал слушать продолжение и уважительно обратился к Эксцентричному Бессмертному:

— Простите за внезапное вторжение, старший мастер. Похоже, сегодня действительно не время для этого разговора. Я вернусь.

— Хм... Хорошо.

— В ближайшее время ещё раз вас навещу.

Мы уже познакомились, а от цели я не отказался.

Кроме того, по взгляду Эксцентричного Бессмертного было видно, что ему самому теперь любопытно, что произошло.

Поэтому на обещание вернуться он никак не возразил.

Я развернулся и покинул поляну, прыжками уходя через лес.

Я ещё некоторое время чувствовал его взгляд спиной, но не оглянулся.

У Хёк сам доберётся.

Немного смущало только то, насколько плохо он ориентируется, но ведь не ребёнок же.

К тому же он много лет не видел учителя. Наверняка им есть о чём поговорить.

Так я думал тогда.

Я ещё не знал, что У Хёк не найдёт обратную дорогу и вместо одного сихчжина будет возвращаться в клан Тан два полных дня.

* * *

Я вернулся в клан Тан и на следующее утро сидел в гостевом павильоне, ожидая завтрак.

После встречи с Эксцентричным Бессмертным спал паршиво.

Кажется, даже видел какой-то сон, но к утру от него осталось только неприятное послевкусие. Ни одного чёткого образа вспомнить не получалось.

Утро вышло мутным и тяжёлым.

В павильоне собрались почти все гости клана Тан.

Владыки Поражений и Короля Теней нигде не было.

У Хёка, как выяснилось, тоже.

Если не считать этих троих, остальные находились здесь.

— Господин, хорошо спали?

Ко мне подошла Тан Соёль.

Я посмотрел на неё с лёгким недоумением.

— А ты почему здесь?

— В смысле?

— Ты же обычно не ешь в гостевом павильоне.

Она прямая родственница главы клана. Ей совершенно незачем приходить сюда ради завтрака.

Хотя мне, если уж на то пошло, тоже приносили бы еду прямо в комнату. Просто я привык есть вместе со всеми и сам сюда пришёл.

Тан Соёль надулась.

— Вы здесь. Почему бы нам не поесть вместе?

Похоже, вопрос её задел.

И в этот момент я вдруг вспомнил другого человека.

Похожа?

Перед глазами возник Тан Джэмун из тайного хранилища.

В Тан Соёль действительно было что-то от неё.

[Да ничем они не похожи. Ощущение совершенно другое.]

Старик Син вмешался так резко, будто я оскорбил его лично.

— Чего вы вспылили? Я просто подумал, что есть сходство.

Одна кровь. Почему бы и нет?

Намгун Мён и Эксцентричный Бессмертный, по словам того же старика, вообще выглядели одинаково.

Почему Тан Джэмун и Тан Соёль запрещено иметь общие черты?

Я присмотрелся внимательнее.

Если волосы отрастить... пожалуй, да.

Сейчас у Тан Соёль короткая стрижка. С длинными волосами и чуть более взрослым лицом сходство стало бы заметнее.

Хотя выше она, скорее всего, уже почти не станет.

Я помнил её из прошлой жизни — рост тогда тоже оставался небольшим.

Не то чтобы в этом было что-то плохое.

Честно говоря, мне самому было бы непривычнее, если бы она сильно изменилась.

— Господин?

— А. Прости.

Я слишком долго пялился.

Тан Соёль махнула рукой.

— Ничего. Можете ещё смотреть.

— Чего?

Она тихо захихикала.

— Да так.

Потом будто вспомнила что-то.

— Кстати, господин, что вы будете делать после завтрака?

— После еды?

Я собирался выбраться в ближайший город и найти сычуаньское отделение Торгового дома Ста Цветов.

Надо кое-что сдать.

Я едва заметно улыбнулся, почувствовав за пазухой знакомый тяжёлый стук.

На этот раз я всё-таки унёс добычу.

Ночные жемчужины из тайного хранилища.

В сокровищнице клана Ён из Кымчхона мне ничего подобного прихватить не удалось, а здесь я наконец исправил досадное упущение.

Продать камни быстро и за нормальную цену проще всего через Торговый дом Ста Цветов. Достаточно сослаться на госпожу Ми.

В другом месте, если поторговаться и надавить, я наверняка выбил бы больше.

Но возиться лень.

Да и после того, как я уже использовал имя госпожи Ми в разговоре с Королём Ядов, хотелось хотя бы провести реальную сделку через её торговый дом.

— Сначала поем, потом, наверное, съезжу в город.

— В город? Правда?

— Ну да.

Лицо Тан Соёль сразу просветлело.

— Можно с вами?

— Конечно.

Что тут сложного?

Я кивнул, и она улыбнулась ещё шире.

Не понял, чему так радоваться, но пусть.

— Тогда приготовься. И скажи остальным, чтобы ждали.

— Да! Я всё... Погодите. Каким остальным?

— А?

Тан Соёль растерянно посмотрела на меня.

— Я разве не одна еду?

— Нет. Остальные тоже хотели прогуляться. Заодно поедем все вместе.

Кажется, Намгун Биа, Ви Сольа и Моён Хиа уже говорили, что хотят в город.

Когда я перечислил компанию, на лице Тан Соёль появилась едва заметная тень.

Я уже собирался спросить, что случилось, но снаружи доложили:

— Завтрак подан.

Почти сразу столы начали заполняться блюдами.

Я ещё с прошлого визита в Сычуань помнил, что в клане Тан к еде относятся почти религиозно.

Жаль только, любят всё острое.

Слуги расставили последние тарелки и вышли. Все приступили к завтраку.

Тан Соёль сидела рядом и ковырялась в еде без особого аппетита.

Я, поглядывая на неё, подцепил палочками горячую пельмешку.

Давно я не ел нормальной еды.

От неё шёл пар. Я откусил половину.

И замер.

Ощущение появилось сразу.

Я едва заметно улыбнулся.

Вот нетерпеливые ублюдки.

— Господин?

Тан Соёль услышала мой шёпот и повернулась.

Я спокойно проглотил пельмешку.

В ту же секунду по телу расползлось что-то мутное, грязное, чужеродное.

Я выровнял дыхание.

И, вложив в голос всю доступную мне актёрскую силу, трагически выдал:

— Ой. Яд. Я. Отравлен.

После чего рухнул лицом на стол.

Будто потерял сознание.

Вокруг стало тихо.

Совсем тихо.

Лежа неподвижно, я начал нервничать.

Почему никто не орёт?

Я ожидал криков, паники, хоть какой-то суеты.

Может, что-то сделал не так?

Пока я мысленно перебирал собственное выступление, старик Син тяжело вздохнул.

[Мелкий.]

— Что?

[Никогда больше не пытайся играть. На это невозможно смотреть с открытыми глазами. Стыдоба.]

Я молчал.

Попал прямо в сердце.

Но головы всё равно не поднял.

Раз уж начал позориться, надо довести дело до конца.