Наступил последний день, указанный Призрачным Вором.

Солнце уже клонилось к закату, когда неподалёку от горы Удан в зарослях мелькнула тень.

Кто-то быстро пробирался сквозь траву.

Чёрная маска, чёрная одежда с головы до ног. Человек двигался очень быстро — и почему-то так, будто отчаянно торопился.

Через некоторое время он достиг нужного места, мягко приземлился и спрятался.

Впереди стоял небольшой павильон. Уданские даосы окружили его со всех сторон и несли караул, внимательно следя за округой.

Глаза человека под маской блеснули.

Вот оно.

Место, где находилась цель.

Духовные артефакты Хвасана и Удана хранились сейчас в одном павильоне.

Если нынешняя ночь пройдёт спокойно, завтра обе школы обменяются реликвиями и разойдутся. До тех пор артефакты решили держать вместе под усиленной охраной — на случай попытки кражи.

Человек перевёл взгляд на одну из фигур у входа.

Среди светло-голубых одежд Удана особенно выделялась женщина в безупречно белой форме Хвасана.

Императрица Меча Сои, нынешняя Императрица Меча Сливового Цвета.

Она лично стояла на страже, защищая реликвию своей школы.

Человек под маской прикусил губу.

Ещё полчаса.

Через полчаса Сои ненадолго покинет пост.

Всего на несколько мгновений.

Но ему хватит.

Он затаился и стал ждать.

Время прошло ровно так, как ожидалось.

Императрица Меча вдруг отвлеклась и отошла в сторону.

Сейчас.

Другой возможности не будет.

Пусть её отсутствие продлится всего несколько секунд — этого достаточно.

Лоб под маской покрылся холодным потом.

Человек поднял даосскую энергию.

Нужно только ворваться, схватить духовный артефакт и исчезнуть.

Только это.

Всё ради Удана.

Он уже перенёс вес вперёд, собираясь сорваться с места, когда у самого уха прозвучало:

— Привет.

Чужая ладонь сомкнулась на его шее.

— Кх?!

Мир перевернулся.

Он даже не успел понять, что произошло. Взгляд рванулся в сторону, а в тело ударил бешеный поток воздуха.

Человек попытался сопротивляться и только тогда осознал: ноги больше не касаются земли.

Его куда-то несут.

С какой же скоростью нужно двигаться, чтобы воздух давил на тело так сильно?

Страх успел мелькнуть — и тут всё закончилось.

Ветер исчез.

Человека швырнуло на землю. Он несколько раз перекатился и попытался вскочить, повинуясь чистому инстинкту выживания.

Не дали.

На грудь с силой наступили.

— Кхак!

Боль прошила рёбра.

Он опустил глаза.

Чья-то нога вдавливала его в землю.

— Слушай, — заговорил хозяин ноги. — Ты плохо запоминаешь, что тебе говорят? Обидно даже.

Человек попытался сжаться и тут же поморщился: от движения прострелило грудь и повреждённое плечо.

Говоривший улыбался, но голос звучал сухо и остро.

Это был тот, кого здесь не могло быть.

Лунный свет прорезал темноту.

На волосах молодого мужчины лёг слабый голубой отблеск. Жёсткие черты лица, яркие синие глаза.

Утром они ещё были красными.

Теперь по какой-то причине сияли холодной синевой.

— Я же предупреждал, — сказал Гу Янчхон. — Вытащишь меч — сдохнешь. Забыл?

Тот же голос.

Те же слова, которые Чичоль услышал днём в постоялом дворе.

Под маской действительно был ученик Удана второго поколения, Меч Праведного Дракона Чичоль.

— Как... как вы...

Он с трудом выговорил слова.

Ничего не имело смысла.

Почему Гу Янчхон здесь?

Сейчас он должен находиться в своей комнате под наблюдением людей Удана.

Как мог оказаться прямо перед Чичолем?

Словно прочитав вопрос по лицу, Янчхон слегка улыбнулся и убрал ногу с его груди.

Чичоль жадно вдохнул.

— Ха... ха-а...

— Судя по лицу, вы удивлены, что я тут.

Чичоль дёрнул рукой к поясу.

Меча не было.

Пусто.

— Это ищешь?

Янчхон покачал перед ним клинком.

— Нельзя же мечнику так безалаберно относиться к оружию.

— Когда вы успели...

Удар ноги снова пришёлся в грудь.

Чичоль с криком отлетел и пару раз прокатился по земле.

Он кое-как остановился, цепляясь пальцами за почву.

Что происходит?

Боль была настоящей. Непонятный Гу Янчхон — тоже.

Но сильнее всего мучил всё тот же вопрос.

Как он вообще вышел?

Ведь за ним должны следить...

— И я должен сидеть в комнате, да?

Чичоль застыл.

Янчхон снова подошёл ближе.

— Просто я терпеть не могу духоту. Решил прогуляться ночью.

Слова звучали буднично, будто речь и правда шла о прогулке.

Но это невозможно.

Ученики Удана ни за что не позволили бы гостю просто выйти из-под наблюдения.

Янчхона это, похоже, не волновало.

— Иду себе неспешно, любуюсь ночью, а тут надо же — встречаю знакомого мастера.

Чичоль молчал.

— На человека, который просто вышел подышать воздухом, вы не похожи. Зачем тогда маска, чёрная одежда и все эти тайные перемещения?

Нужно было что-то ответить.

Чичоль решил быстро.

— У меня было дело в той стороне, поэтому я лишь ненадолго... кх?!

Рука Янчхона снова сжала его горло.

— Нет. Такой ответ не подходит. В этом разговоре врать разрешено только мне.

Чичоль захрипел.

— Хотя это и правда нечестно. Тогда и я расскажу вам кое-что интересное.

Янчхон поднял свободную руку и показал пустое запястье.

— Нить Связи я оставил в комнате. Надоедливая вещица.

Глаза Чичоля расширились.

Оставил Нить Связи?

Но тогда сам факт, что Янчхон находится здесь, совершенно невозможен.

Его потрясение только развеселило собеседника.

— Интересное устройство. Позволяет отслеживать движения тех, кто её носит.

Ю Бэк объяснил, что вещь пригодна на охоте, в бою и на заданиях: командир быстрее понимает, в каком состоянии его люди.

Но одну важную функцию старик тогда не назвал.

— Он ведь не рассказал самое главное, да?

Чичоль не ответил.

— Если Нить Связи разорвать, сигнал уходит тому, кто следит.

Чичоль резко напрягся.

— Угадал?

Сердце заколотилось быстрее.

Да. Нить позволяла не только чувствовать присутствие связанного человека. Если сама нить повреждалась, предупреждение получал тот, кто был назначен старшим.

Дальность была ограничена, но в пределах территории Удана её вполне хватало.

То есть через устройство можно было отслеживать состояние человека, замечать подозрительное движение и при необходимости понимать, куда он направился.

Как Гу Янчхон узнал об этом?

И если нить осталась в комнате — как он вообще покинул помещение незаметно?

Вопросы отражались на лице Чичоля.

Янчхон усмехнулся.

— Когда я это понял, кое-что показалось мне странным.

Тот самый дурной запах, который он почуял ещё днём.

Гу Янчхон долго перебирал детали и в конце концов нащупал возможное объяснение.

— Вы вроде бы следите за нами. Даже весьма старательно. Но самого главного почему-то не делаете.

Чичоль не понимал.

Янчхон помог:

— Ни один человек здесь по-настоящему нас не подозревал.

Вот теперь смысл дошёл.

— Забавно, правда? Призрачный Вор объявился после десятилетий молчания и пообещал украсть реликвию Удана. Вы ставите всех чужаков под наблюдение, но при этом ведёте себя так, будто точно знаете: ни один из них не вор.

Сначала Янчхон решил, что Нити Связи нужны, чтобы не перепутать скрытно проникшего Безымянного с обычными гостями. Заодно — для наблюдения за посторонними.

Версия выглядела нормально.

Но всё равно чем-то воняла.

В прошлой жизни он никогда не слышал о возвращении Призрачного Вора.

Конечно, сам Янчхон уже успел изменить столько событий, что история могла отклониться и здесь.

Однако его дурное чутьё редко ошибалось.

Значит, имелась ещё одна причина.

— А потом меня осенило.

Кажется, ответ начал складываться.

Правда, уверенности ещё не было.

А когда уверенности нет, решение очень простое.

— Я подумал: надо спросить.

Можно же просто найти нужного человека и вежливо, по-доброму расспросить, что тут за херня.

К счастью, ещё днём Янчхон заранее оставил на одном подходящем человеке маленький «подарок».

И как раз собирался воспользоваться им.

А тот взял и сам начал вести себя подозрительно.

— Вот это мне и понравилось меньше всего.

Чичоль двигался ночью слишком быстро и слишком скрытно.

На тренировку не похоже.

На погоню — тоже.

Даже путь к очевидной цели он выбрал странный: кружил, ломал привычную траекторию, менял ритм.

Будто специально старался сделать собственное присутствие неуловимым.

— Особенно занятно для человека с таким плечом.

Одно плечо Чичоля было раздроблено сегодня утром.

Мастер его уровня, конечно, способен постепенно залечить даже такую травму. Но носиться по ночным склонам на предельной скорости в тот же день — ненормально.

Тело Чичоля заметно дрогнуло.

— Поэтому я решил всё-таки спросить.

И поймал его.

Это оказалось совсем нетрудно.

Когда Янчхон ломал ему плечо, заодно оставил внутри немного своей энергии.

Такой след он сам не потерял бы никогда.

Внутри Чичоля что-то шевельнулось.

— Кх...

Глубоко в теле, возле даньтяня, начала двигаться чужая сила.

Синие глаза Гу Янчхона вспыхнули ярче.

Его присутствие разрослось и накрыло Чичоля целиком.

Хватка на горле немного ослабла — ровно настолько, чтобы можно было говорить.

— Скажи мне.

Янчхон наклонился ближе.

— Ты Призрачный Вор Ветра и Облаков?

У Чичоля сердце ухнуло вниз.

Но Янчхон не закончил.

— Или ты исполняешь его роль?

Чичоля затрясло всем телом.

Он впился зубами в губу и заставил себя принять решение.

Ничего не говорить.

Ни при каких обстоятельствах.

Какой бы страх ни давил, какие бы пытки ни начались — этого он не выдаст.

— Отвечай.

— Да... исполняю...

Слова сами сорвались с губ.

Чичоль уставился на Янчхона в ужасе.

Это ответил не он.

Не его воля.

— Вот как.

Гу Янчхон удовлетворённо улыбнулся.

В улыбке было почти облегчение человека, который наконец получил ответ на давно мучивший вопрос.

Он даже не стал скрывать радость.

— Хорошо.

И правда хорошо.

— Удан оказался ещё тупее, чем я думал.

Значит, эту историю можно использовать.

И использовать с большим удовольствием. * * * На следующее утро на заднем склоне горы Удан нашли тело Чичоля, ученика второго поколения по прозвищу Меч Праведного Дракона.

Судя по следам, он сам перерезал себе горло.

Рядом лежала предсмертная записка, подтверждавшая эту версию.

А Призрачный Вор Ветра и Облаков, как и обещал в письме пять дней назад, успешно похитил духовный артефакт.

Правда, произошло нечто странное.

Реликвию Хвасана, хранившуюся в том же месте, вор не тронул.

Исчез только артефакт Удана.

К середине утра вся школа уже стояла на ушах.