— А-а-а-а!

Крик был резкий, настоящий.

Я повернул голову на звук.

Судя по всему, недалеко.

Но улица оставалась такой же шумной: торговцы перекрикивались, люди смеялись, кто-то спорил у лавок. Большинство вообще ничего не заметило.

Только несколько человек одновременно с нами посмотрели в ту сторону.

«Все воины».

Скорее всего, уже открыли чувствительность к ци.

В таком гвалте обычный человек этот крик просто не расслышал бы.

«Похоже, что-то случилось».

Раз уж женщина так завизжала, приятного там мало.

Но особого интереса я не почувствовал.

«Сами разберутся».

Это Хэнань.

Штаб Союза Мурима почти под боком. Если посреди города началась драка, патруль появится быстрее, чем я успею доесть.

Я уже повернулся к Владыке Поражений, чтобы вернуться к прерванному разговору.

— Старик, вы там что хотели... Мм?

Рядом никого не было.

Я оглянулся.

Владыка Поражений уже спокойно шёл туда, откуда донёсся крик.

— Вы куда?

Он обернулся через плечо.

В глазах горел совершенно детский интерес.

— Ученик.

— Что?

— Знаешь, какое зрелище лучше всего на свете?

— Как я зарабатываю деньги.

Ответил без раздумий.

Лицо Владыки Поражений мгновенно вытянулось.

Что не так? Мне правда нравится.

— В тебе, убогом, ни крупицы романтики.

— Мне некогда было её выращивать. Так что за зрелище?

Он снова повеселел.

Похоже, только и ждал, чтобы я спросил.

— Нет ничего приятнее, чем смотреть, как дерутся другие.

— Чего?

— Проверено жизнью.

Я несколько секунд смотрел ему вслед.

То есть...

«Просто хочет поглазеть».

Никакой высокой причины.

Владыка Поражений развернулся и пошёл дальше.

Я вздохнул.

— Ну конечно.

И поплёлся следом.

Место оказалось неожиданно знакомым.

— Хм?

Постоялый двор, куда я часто заходил в Хэнань ради пельменей.

Тех самых.

«Я и сам собирался сюда заглянуть».

Только не ожидал, что первый визит начнётся с женского визга.

Я заглянул внутрь и сразу понял причину переполоха.

Посреди зала стоял пьяный мужчина с красным лицом и направлял меч на другого человека.

Между ними дрожала женщина. На глазах у неё стояли слёзы.

— Ах ты сукин сын!.. — рявкнул пьяница.

На вид ему было около сорока.

Уровень...

«Где-то между вторым и первым рангом».

Не выдающийся, но и не слабый.

Просто вокруг меня слишком много чудовищ, поэтому шкала давно съехала.

Для обычного воина такой уровень вполне позволяет жить за счёт ремесла и считаться серьёзным человеком.

Вот только есть одна неприятная закономерность.

«На этой ступени особенно много мудаков».

К этому возрасту люди без большого таланта часто упираются в потолок.

Приходится либо признать предел своих способностей, либо годами злиться на мир за то, что ты не гений.

Не все справляются достойно.

Человек уже отказался расти, но с разочарованием в себе ничего не сделал. Вот и начинает вымещать его на окружающих.

Наверное, поэтому среди мелких нарушителей и пьяных дебоширов так много воинов именно второго и первого ранга.

«Этот, похоже, из той же породы».

Владыка Поражений довольно хмыкнул.

Он был не единственным зрителем.

У входа уже собралась толпа.

Люди перешёптывались, и в голосах звучало беспокойство.

— Это же Мук Тосок, нет?

— Он самый. Цок-цок... Опять напился и буянит.

Видимо, личность известная. Причём дурной славой.

— А на этот раз что?

— Ми Сук знаешь?

Мужчина кивнул на женщину внутри.

— Только не говори, что он опять к ней полез.

— А к кому же ещё?

Вокруг дружно зацокали языками.

Значит, история повторялась не впервые.

— И что? Ми Сук наконец его послала?

— Да где там. Ей жить хочется. Терпела сколько могла.

— Тогда почему меч достал?

— Сам не видишь? Молодой господин вмешался.

Кто-то заступился за женщину.

Зрители сразу занервничали сильнее.

— Вот беда. Из всех людей надо было нарваться именно на Мук Тосока.

— Сообщите в Союз быстрее. Ещё кровь прольётся.

Они боялись не зря.

Если воин первого ранга начнёт всерьёз махать мечом в тесном зале, от здания мало что останется.

Только переживали они не за того человека.

Я посмотрел на Мук Тосока и подумал:

«Дядька, ты сейчас сдохнешь».

Опасность грозила вовсе не человеку под мечом.

Она грозила самому пьяному.

Его противник сидел за столом, закутавшись в широкий плащ с капюшоном.

Лицо не видно.

По фигуре можно было только предположить, что это мужчина.

Но одного взгляда мне хватило.

«Сфера Преображения».

Мук Тосок, конечно, этого не понимал.

— Ты меня за дурака держишь?! Жить надоело?!

Человек в плаще медленно встал.

Пока сидел, казался просто крупным.

На ногах выяснилось, что он настоящий гигант.

— Я не пытался вас унизить.

Голос, наоборот, был молодой и мягкий.

— А что же это, если какой-то сопляк влезает не в своё дело?!

— Я лишь остановил вас, потому что вы трогали женщину, которая ясно сказала, что не желает этого.

— Ах ты...

Мук Тосок стиснул зубы.

— Тебе какое дело? Она тебе баба, что ли?

И вдруг его лицо изменилось.

Похоже, в пьяной голове сложилась гениальная картина мира.

— А-а, вот оно что.

Он повернулся к Ми Сук.

— Ты, значит, тайком встречалась с этим ублюдком?

— Н-нет! Я впервые вижу этого господина!

Женщина почти плакала.

Но Мук Тосок уже всё решил.

— Поэтому и не соглашалась быть со мной! Всё это время крутила мной, дрянь?!

Удивительно, как человек вообще пришёл к такому выводу.

Я слушал — и начинал злиться.

«Жаль, что я не там».

Был бы рядом, он бы не успел договорить.

Язык вырвал бы раньше.

И тут вспомнились слова Владыки Поражений.

«Смотреть чужую драку веселее всего».

Проклятье.

В каком-то смысле он был прав.

— Я к тебе по-хорошему, а ты меня так позоришь?!

Мук Тосок окончательно разошёлся и повернул меч к женщине.

— А-а-а!

Ми Сук вскрикнула.

И в ту же секунду человек в плаще перехватил запястье пьяницы.

Мук Тосок дёрнулся от неожиданности.

— Зачем обижать слабого? Успокойтесь, прошу вас.

Он всё ещё пытался закончить дело без лишней крови.

Добрый человек.

На его месте я бы...

«Сначала оторвал руку».

Раз уж схватил — чего отпускать?

Я искренне не понимал такой мягкости.

Ещё меньше её понимал Мук Тосок.

— Ах ты тварь!

На этом месте даже пьяный должен был сообразить, что противник не прост.

Но у этого мозги окончательно утонули в алкоголе.

— Хорошо! Раз просишь — первым сдохнешь ты!

Он развернул корпус и ударил кулаком.

В ударе была настоящая убийственное намерение.

Не припугнуть. Не ранить.

Убить.

Посреди Хэнань.

«Смелости хватает».

Даже пьяному для такого нужна особая степень отбитости.

Только смелость не означает, что мир обязан подчиниться твоему желанию.

Человек в плаще посмотрел на летящий кулак.

— Простите. Надеюсь, поймёте.

Слова прозвучали тихо, но я услышал.

Потом его ладонь коротко двинулась вперёд.

Раздался глухой удар.

— Кх!

Мук Тосока швырнуло через зал.

Он прокатился по полу, попытался подняться, закашлялся.

— Кхе... кх... у...

Потом его вырвало, и он потерял сознание.

Весь постоялый двор замолчал.

Даже дыхания почти не было слышно.

Человек в плаще повернулся к Ми Сук.

Та смотрела на него огромными глазами.

— Простите за шум.

— А... н-нет...

— Вы, должно быть, испугались.

Он достал из одежды серебро.

— Это за еду и в качестве извинения за беспорядок. Прошу, не держите зла.

Он вложил монеты в её ладонь, поклонился и направился к выходу.

Прошёл прямо рядом со мной.

Я скосил глаза.

Капюшон закрывал лицо почти полностью.

Но на мгновение внутри показался жёлтый глаз.

Он тоже посмотрел на меня.

Всего миг.

Потом лёгкий порыв ветра прошёл между людьми — и присутствие молодого человека исчезло.

Только тогда толпа выдохнула.

— Что это сейчас было?..

— Да кто он такой?!

Люди ринулись внутрь, помогать Ми Сук и смотреть на Мук Тосока.

А я стоял и вспоминал одно короткое движение.

Ладонь в грудь.

Ничего эффектного.

Но в нём было что-то знакомое.

Я посмотрел на стол, за которым сидел незнакомец.

Там оставались недоеденные пельмени и ещё несколько блюд.

«Хм».

Мысли начали складываться.

Рядом тихо рассмеялся Владыка Поражений.

— Хочешь сходить за ним?

Я цокнул языком.

Конечно, он заметил, что меня что-то зацепило.

— Иди, — сказал старик. — Божественный Целитель всё равно ещё спит. Лучше разберись сразу, чем стой с таким дерьмовым выражением лица и порть мне настроение.

Я пару секунд подумал.

Он прав.

Если что-то засело в голове, лучше проверить.

Особенно сейчас.

— Тогда я ненадолго.

Я развернулся и пошёл по следу. * * * Лес неподалёку от Хэнань.

До города уже приличное расстояние, тропа глухая, людей почти не бывает.

На неё сверху бесшумно опустился человек в плаще.

Тот самый молодой мастер из постоялого двора.

— Фух...

Он несколько раз оглянулся, будто проверяя, нет ли погони, и наконец снял капюшон.

Под луной блеснула гладко выбритая голова.

На коже выступил пот.

Юноша привычным движением достал ткань и вытер её.

— Как жаль.

В голосе была настоящая скорбь.

Очень жаль.

— Только один успел съесть...

Он тайком выбрался в город и наконец нашёл тот самый постоялый двор.

С таким предвкушением заказал еду.

Успел откусить всего раз — и пришлось уходить.

Горькая судьба.

— Всё равно пора было возвращаться.

Он попытался себя утешить.

Времени на прогулку ему дали мало. Долго сидеть в городе всё равно нельзя.

— В следующий раз... Да. В следующий раз поем спокойно.

Юноша серьёзно кивнул собственному решению и уже собирался двинуться дальше.

— Я вот что не пойму.

Он замер.

Голос прозвучал из-за спины.

Юноша резко развернулся.

В тёмном лесу никого не было видно.

Но кто-то говорил оттуда совершенно спокойно.

— Ладно ещё даос из Удана жрёт мясо. В жизни и не такое увидишь. Но чтобы я однажды дожил до...

Из-за деревьев вышел человек в чёрной боевой одежде с настолько недовольной рожей, будто ему лично испортили вечер.

— ...лысого святоши, который тайком жрёт мясные пельмени? Это уже перебор, не находишь?

Юноша застыл.

Божественный Дракон Ю Ён, надежда Шаолиня, медленно скривился так, будто его поймали на самом страшном преступлении в жизни.