Мужчина исполинского телосложения, облачённый в тёплую меховую одежду и глубоко надвинутую на глаза бамбуковую шляпу-саккат, вошёл в трактир. Выдохнув облачко белого пара, он стряхнул налипший на плечи снег.

Он был воином.

Одного взгляда на его могучую фигуру было достаточно, чтобы понять это, но ещё более устрашающе выглядели его ладони, которыми он небрежно смахивал снежинки.

Его руки походили на смертоносное оружие. Казалось, эти огромные, как крышки от котлов, ладони способны размозжить человеческий череп одним лишь лёгким движением пальцев.

— Добро пожаловать! — несмотря на исходившую от великана пугающую ауру, трактирный слуга приветливо улыбнулся и поспешил к нему навстречу.

В этот трактир у Белого озера заглядывали самые разные гости: от магов и воинов до безумных фанатиков Демонического Культа.

Если бы слуга пугался каждого громилы с тяжёлыми кулаками, он бы и дня не продержался на этой работе.

— Меня должны ждать, — глухо раздалось из-под надвинутой шляпы.

Когда мужчина продемонстрировал зажатую в ладони табличку, слуга понимающе кивнул:

— Прошу за мной.

Слуга привёл его к отдельной комнате. Мужчина с улыбкой потянул за ручку двери.

— Рад вас видеть, наставник.

Стоило двери приоткрыться, как его встретило приветствие Юри. Бейкерд снял шляпу и добродушно рассмеялся:

— Твой прогресс поражал меня ещё в прошлый раз... но сейчас твои успехи просто невероятны. Кажется, для тебя время течёт иначе, чем для всех остальных.

Он не слышал, чтобы его ученик достиг 7-го ранга, но, проведя на 6-м ранге немало лет, Бейкерд прекрасно знал: одинаковый ранг вовсе не означает равенство сил.

Сейчас Юри находился на пике 6-го ранга. Это означало, что всего за четыре года он проделал путь, который привёл его к уровню, на котором находился сам Бейкерд во время их первой встречи в Рутране.

Более того, Ха Рён и Эстор двигались с ним практически в одном темпе.

— Не думаю, что наставнику стоит скромничать, — ответил Юри.

Чем выше ранг, тем сложнее даётся каждый шаг вперёд. Но сейчас Бейкерд выглядел на порядок сильнее, чем во время их встречи на горе Ыйчхон. По ощущениям, он уже твёрдо закрепился на средней стадии 7-го ранга.

— Я надеялся, что мы встретимся, когда я возьму 8-й ранг, но с моим скудным талантом это оказалось непросто. Рад уже тому, что ты меня ещё не догнал.

— Вы что, желали своему ученику замедления в развитии? — усмехнулся Юри.

— Ученик должен превосходить учителя, но всему есть предел, — Бейкерд с тихим смешком опустился на стул. — Так что стряслось? Зачем ты позвал меня в это место?

***

Письмо, которое Юри получил несколько месяцев назад.

В нём Бейкерд сообщал, что сейчас усердно тренируется, закрепляя новые техники, и обещал связаться с ним, как только закончит подготовку.

Но Юри не мог позволить себе просто сидеть и ждать. Информация, полученная от таинственного кукловода, имя которого так и осталось неизвестным... Гвимён может скрываться на Острове Золотых Цветов. И пусть эти сведения не были подтверждены на сто процентов, Юри был обязан немедленно сообщить о них Бейкерду.

В поспешно отправленном письме он не стал прямо писать, что Гвимён скрывается на Острове Золотых Цветов. Именно поэтому Юри назначил встречу в Белом озере на постоялом дворе Чонён.

Поскольку Юри назначил встречу с большим запасом времени, Бейкерд прибыл без опозданий. Выслушав рассказ ученика, Кулачный Волк помрачнел, и его лицо мгновенно окаменело.

Его рука, лежавшая на столе, сжалась в кулак в ту же секунду, когда он услышал, что Гвимён владеет Методом меча Ласпион.

«…»

О том, что Гвимён причастен к уничтожению семьи Ласпион, он знал ещё со времён событий на горе Ыйчхон. Но известие о том, что предатель сам владеет их фамильным искусством меча, стало для него полной неожиданностью.

Бейкерд прикрыл глаза, погружаясь в старые воспоминания. Много лет назад, будучи простым стражником в своём родном городе Сайране, он прибыл в поместье Ласпион сразу после той кровавой ночи. Живых не осталось. Погибли все члены семьи, носившие благородную фамилию, а вместе с ними — слуги, рыцари и гвардейцы.

Труп Главы семьи, которого он так ни разу и не назвал своим отцом, был самым изуродованным. Семейный склеп Ласпион. Тайная комната, куда он смог проникнуть лишь благодаря фамильному жетону, полученному от покойного при их единственной встрече. И куча денег вместе с пачкой писем, наполненных жалкими, запоздалыми извинениями перед своим бастардом. Наследие, о котором он никогда не просил.

В тот день жизнь Бейкерда навсегда изменилась. Он уволился из стражи, выбросил копьё, сжал кулаки и стал Кулачным Волком.

До недавнего времени он сам не мог до конца понять, ради чего так отчаянно ищет мести за семью, которую никогда не считал своей. Теперь он знал ответ. Он просто был в ярости.

Глава клана Ласпион. Человек, запретивший называть его отцом и приказавший держаться как можно дальше от его дома, на самом деле всю жизнь мучился от жгучего чувства вины. Письма, оставленные в склепе, были написаны в разные годы. Мужчина брался за перо всякий раз, когда совесть лишала его покоя.

Но Бейкерду не нужны были эти бумажные извинения. Он хотел услышать их лично от человека, которого так и не назвал отцом.

«Не берись за меч».

«Не приходи в наш дом».

«Но если однажды ты окажешься на краю гибели и тебе правда понадобится помощь...»

С этими словами он когда-то отдал ему фамильный жетон. Что произошло бы, решись Бейкерд прийти в поместье с этим жетоном в руках? Теперь, когда клан был стёрт с лица земли, а сам Глава погиб, узнать правду было невозможно.

Да и для самих убийц Бейкерд был слишком ничтожен, чтобы тратить на него время. В той проклятой игре пользователям приходилось убивать его, чтобы получить доступ к поместью Ласпион, но в реальности убийцам до него просто не было дела. Это было единственной причиной, по которой он уцелел.

— Нам нужно ехать на Остров Золотых Цветов, — он открыл глаза.

— Гвимёна может там не оказаться, — заметил Юри.

— Нет, он там, — Бейкерд покачал головой.

— Я выслеживаю его больше года. Я разгромил три подчинявшихся ему прихода Ордена Хаоса и лично забил до смерти их епископов. И пусть мне не удалось установить его точное имя и внешность, я выяснил, что его логово находится на Востоке, неподалёку от Пандемониума. А Остров Золотых Цветов как раз расположен в этих краях.

— Но одних лишь этих догадок...

— Мало? Какая разница? Мы поедем туда и проверим всё на месте.

— Это может оказаться ловушкой.

— Я знаю. Но даже если это ловушка, я обязать идти.

Хруст.

Суставы на его могучих кулаках с силой сжались:

— Я ещё никогда не подбирался к нему так близко. Если я упущу этот шанс, другого пути к нему может просто не представиться.

— Я поеду с вами, — Юри не стал тратить время на лишние уговоры. Он изложил факты, а окончательное решение оставалось за наставником.

— Ты серьёзно?

— Зачем мне шутить такими вещами?

— Я не уверен, что смогу защитить вас, — вздохнул великан.

— Мы и сами в состоянии постоять за себя, — возразил Юри.

Бейкерд с озабоченным видом посмотрел на него. Юри и раньше неоднократно предлагал свою помощь в мести. К тому же, раз они заключили союз учителя и ученика, этот долг крови перестал быть исключительно делом Бейкерда.

Но что насчёт Эстора и Ха Рён? Бейкерд опасался, что втягивает этих талантливых молодых людей в смертельно опасную авантюру ради своей личной мести.

— О нас можете не беспокоиться, — заметив его колебания, подал голос Эстор. — Я поехал добровольно, хотя меня никто не просил.

— В случае опасности мы просто сбежим, так что избавьте себя от лишних тревог, — добавила Ха Рён.

После таких слов Бейкерду не оставалось ничего другого, кроме как согласиться.

— Вы что-нибудь знаете об Острове Золотых Цветов?

— Слышал, что это роскошное и порочное место, настоящая обитель разврата и праздности. Говорят, при наличии денег там можно купить абсолютно всё.

— Взгляните на это, — Юри выложил на стол заранее подготовленные отчеты.

В документах были подробно расписаны фракции и мастера высшего уровня, находящиеся на острове в данный момент. Бейкерд сразу выделил два имени на самом верху списка.

Один из Владык Чёрного пути, Демон Меча Ви До Ён.

Один из Семи Зол Демонического Культа, Уродливый Монстр Великой Силы Гу Джин Ак.

— Зачем члену Семи Зол понадобилось торчать на Острове Золотых Цветов? — нахмурился великан.

— Так ведь Пандемониум совсем рядом. По слухам, этот Гу Джин Ак — страшный любитель женщин и роскоши, так что он наведывается на Остров каждые пару месяцев.

Как рассказывала Чёрный Демон, Уродливый Монстр был настолько уродлив, что даже однажды просил Трёхглазого Монстра изменить его внешность с помощью магии. Этот факт на корню разрушал прежнюю теорию Юри о том, что с повышением ранга лицо мастера неизбежно преображается в лучшую сторону.

«Интересно, насколько же он страшен, если даже пошёл просить о пластической операции?»

Впрочем, уродство никак не умаляло его сокрушительной силы. В документах содержалось строгое предупреждение: Гу Джин Ак отличается буйным и жестоким нравом, так что контактов с ним следует избегать любыми способами.

— А этот Демон Меча не может оказаться Гвимёном? Оба владеют мечом, да и прозвища похожи.

— Гвимён — одержимый, а Ви До Ён — местный. Он даже присутствовал в оригинальной игре.

В «Серонисе» Ви До Ён возглавлял крошечную Школу Пронзающего Меча на заброшенной горе и обучал от силы десяток учеников. Уровень босса был невысок, а выпадающие с него предметы и навыки не представляли особой ценности. Разве что игроки с неудачными билдами использовали его техники как временное спасение, чтобы хоть как-то завершить прокачку персонажа.

Но в реальности всё сложилось иначе. Ви До Ён по непонятной причине распустил учеников, собственноручно разбил вывеску школы и запечатал врата. Спустя годы он покинул затворничество и прославился на весь континент, вызывая на дуэли лучших мастеров и ставя на кон огромные деньги. Он даже сразился с самим Императором Меча.

Тот бой закончился безоговорочной победой Императора Меча, но даже после поражения Ви До Ён проявил такое мастерство, что удостоился чести войти в число Непревзойдённых мастеров. Его судьба во многом напоминала путь Короля Кулаков — в игре он был проходным боссом, но за прошедшие десятилетия развился до невероятного уровня.

После официального признания его Непревзойдëнным мастером около десяти лет назад Демон Меча прекратил свои дуэли. Но возрождать Школу Пронзающего Меча не стал. Вместо этого он принялся весело тратить выигранные на ставках деньги, ведя разгульный образ жизни. Когда финансы пели романсы, он устраивался инструктором в другие школы или кланы, а накопив достаточную сумму, просто сбегал, оставляя записку, и пропивал всё до последнего гроша. Шептались, что его годовое наёмничество в Верноке было вызвано необходимостью выплатить огромные долги за его роскошную жизнь.

После подписания мирного договора в Верноке Демон Меча перебрался на Остров Золотых Цветов. Там он не только спустил всё жалование, но и влез в колоссальные долги. И хотя он принадлежал к Чёрному пути, в вопросах долгов Ви До Ён проявлял завидную честность, а потому заключил соглашение с владельцем игорного дома.

— И теперь он работает личным телохранителем Золотой Свиньи, — подытожил Юри.

— Хм... — лицо Эстора помрачнело, когда он вчитался в документы. Десять лет назад он, будучи ещё ребенком, лично присутствовал на том знаменитом поединке своего деда и Ви До Ёна. — Честно говоря, мне трудно это понять. Почему мастер такого уровня...

— Вот и я не понимаю, — хмыкнул Юри. — Носит грозное имя Демона Меча, а долги выплачивает как миленький. Проще же просто перерезать всех кредиторов.

— Иногда мне кажется, что вы рассуждаете совершенно не так, как нормальные люди, — покачала головой Ха Рён. — Даже на Чёрном пути бессмысленные убийства ради сокрытия долгов лишат мастера всякого уважения. Его объявят врагом всего боевого мира и начнут преследовать.

Похоже, даже для Непревзойдëнных мастеров статус всеобщего врага сулил серьёзные неприятности.

***

— Что всё это значит? — спросил Гвимён, не садясь на своё место и угрожающе сверкая глазами.

Сегодня не было ни планового собрания, ни экстренного вызова. Круглый стол, созданный на основе высшей магии и уникальных артефактов, позволял Святым общаться на колоссальных расстояниях, и они порой использовали его для личных бесед. Впрочем, происходило это крайне редко — Святые не доверяли друг другу и всегда были настороже. Сам Гвимён ни за что не откликнулся бы на призыв, не исходи он от Сау.

— Мы ведь собирались поговорить наедине? Что это за дешёвые трюки?

Сау был одним из старейших Святых Ордена Хаоса, пользовавшимся безграничным доверием самого Папы. Даже суровый Юльхо, ведавший карами внутри Ордена, беспрекословно подчинялся его воле. Гвимён откликнулся на приглашение Сау обсудить важные дела с глазу на глаз... но за столом они были не одни.

— Прошу, успокойся, — раздался изменëнный магией голос, сочащийся абсолютным спокойствием.

Но Гвимёну было не до спокойствия. Он бы с радостью немедленно покинул собрание, но статус собеседника не позволял ему действовать под влиянием одних лишь эмоций.

— Прошу прощения, что не предупредил заранее. Всё это делается исключительно ради твоего же блага, так что присядь.

— ...Тьфу, — Гвимёну пришлось уступить. Он со вздохом опустился на стул. — И о чём речь?

За этим Круглым столом фигуры участников были размыты, а голоса изменены до неузнаваемости. Невозможно было определить ни телосложение, ни даже пол собеседника. Поэтому Святые всегда занимали строго определённые места, чтобы понимать, кто сидит перед ними.

Гвимён перевёл взгляд с Сау на соседний стул.

То было место Агви. После провала в Альтеране два года назад Агви ни разу не появлялся на собраниях. Гвимён был уверен, что тот погиб, не выдержав отдачи от нарушения Обета. Или, в лучшем случае, выжил, но растерял большую часть сил и залëг на дно.

— Позволь представить тебе нового Святого, — произнёс Сау.

— ...Что?

— Точнее, пока лишь кандидата. Я временно даровал ему крестильное имя, поскольку его послужной список ещё довольно скромен.

— Меня зовут Белая Змея, — сидевший на месте Агви юноша вежливо поклонился.

«Кандидат?»

Сау лично даровал ему имя? Гвимён знал о безграничном влиянии Сау на Папу, но чтобы он обладал полномочиями самолично назначать Святых...

— В ближайшее время Кулачный Волк и Три Героя прибудут на Остров Золотых Цветов, — продолжил Сау.

— ...?!

Гвимён так и застыл, не успев опуститься на стул. Он совершенно не понимал, к чему здесь эти имена и почему они направляются на Остров.

«Откуда у него эти сведения?»

Он прекрасно знал, что Кулачный Волк Бейкерд жаждет его крови. Не заметить этого после уничтожения трёх его приходов и гибели верных епископов было бы верхом глупости.

Он не хотел лишний раз привлекать к себе внимание, а потому терпел его набеги, но недавние убытки заставили его серьезно задуматься о ликвидации навязчивого мстителя. Но как Бейкерд умудрился узнать про Остров Золотых Цветов? Да ещё и притащить с собой Трёх Героев?

«Они же громили базы Хэволь, с какого перепугу они переключились на меня?!»

С трудом удерживая дрожь в плечах, Гвимён выдавил:

— О... о чём ты говоришь?

— Мне прекрасно известно, что ты сейчас находишься на Острове Золотых Цветов, — ответил Сау.

Гвимён лишился дара речи. Видя его замешательство, старец спокойно продолжил:

— Агви и Белая Змея тоже скоро прибудут туда. Тебе следует объединить с ними усилия.

— А-Агви? Он выжил?

— Он отчаянно цеплялся за жизнь, и наш бог привёл его ко мне. Пусть его былая мощь и пострадала, я смог залечить его раны, так что он окажет тебе поддержку.

— Но почему Агви подчиняется твоим приказам?..

— Ха-ха, ты заблуждаешься. Я не командую им. Но ты ведь и сам понимаешь, что у Агви есть давние личные счёты с этой троицей?

— Это... конечно так, но...

Немного помявшись, Гвимён яростно заскрежетал зубами:

— Я не собираюсь вступать с ними в бой. Зачем мне так глупо рисковать? Раз уж они ещё не добрались до острова, я просто...

— Сбежишь?

— ...

— К сожалению, этот путь для тебя закрыт. Кулачный Волк уничтожил три твоих прихода, и ты, как Святой, обязан свершить над ним священный суд.

— С каких пор у Святых появились подобные обязанности?!

— Это не обязанность, а твой прямой долг. И если ты предпочтëшь трусливо сбежать вместо того, чтобы покарать святотатцев, мне придётся призвать тебя к ответу перед Орденом, — видя, что Гвимён окончательно замялся, Сау мягко улыбнулся.

— Кулачный Волк на 7-м ранге, а Герои — всего лишь на 6-м. Чего тебе бояться?

— Дело вовсе не в Кулачном Волке...

— Ах, вот оно что. Ты опасаешься Злой Святой, воспитавшей Дракона Облаков? Или страшишься Императора Меча, дедушки Дракона Меча?

— ...

— Тебе не о чем переживать. Я гарантирую, что гнев этих чудовищ не обрушится на твою голову — я лично прикрою тебя. К тому же, если ты с честью исполнишь волю божества и покараешь нечестивцев... наш господин в своей безграничной милости может даровать тебе ещё большее могущество.

От этих слов глаза Гвимёна жадно загорелись.

— Это правда?

— Разве ты сам этого не знаешь? Сила божественной благодати напрямую зависит от того, насколько истово ты доказываешь свою веру делами. Не хотел говорить тебе этого, Гвимён, но ты слишком привык к спокойной и размеренной жизни.

— Да ты хоть представляешь, сколько золота я ежемесячно жертвую на нужды Ордена?!

— Ха-ха, наш господин ценит отнюдь не золото. Агви, пусть и потерпел неудачу, совершил немало славных безумств ради веры. Хэволь сейчас занимается тем же. А что сделал ты?

— ...

— Если ты доволен своим нынешним положением, можешь бежать. Но если ты мечтаешь достичь Освящения, этот бой — твой единственный шанс.

Эти слова глубоко запали ему в душу. Гвимён пристально посмотрел на Сау и медленно произнёс:

— Смотри, тебе придётся ответить за свои слова о защите.

— На всё воля господня, но то, что зависит от меня, я выполню, — кивнул старец.

— Твоё имя Белая Змея? Когда вы будете на месте?

— Мы с Агви уже в пути. Будем на Острове Золотых Цветов через два дня.

— Как только прибудете на Остров, сразу отправляйтесь в Павильон Сияющих Цветов и найдите там Чхонхва. И ни в коем случае до встречи с ней ни с кем не общайтесь и никуда не ходите.

— Понял.

Получив ответ, Гвимён резко поднялся со своего места.

— Помнишь свои прошлые слова, Гвимён? Ты уверял, что лично прикончишь Трёх Героев, окажись они поблизости.

— ...

— И вот наш господин привёл их прямо к твоему порогу. Очевидно, он внял твоим молитвам. Ха-ха! Считай это священным знамением и своим главным испытанием.

Гвимён ничего не ответил и просто растворился в воздухе. Вслед ему нёсся тихий, довольный смех Сау.