— Я вижу, что ты силён, — заговорил Демон Меча. — Не говоря уже обо мне, даже Император Меча в твоём возрасте не был столь могущественным. И я сейчас не о ранге. Я говорю о твоём мече.

Ви До Ён старался не соваться в мирские дела, но слухи о Трёх Молодых Мастерах гремели так громко, что долетали даже до его ушей.

Он не знал точных дат, но, поговаривали, год назад Дракон Меча спустился с горы Ыйчхон уже на шестом ранге. Тогда парню исполнилось всего двадцать три. На всём континенте не нашлось бы никого другого, кто достиг бы этой ступени в столь юные годы.

Двадцать три года? Невероятно молод. Обычные люди в этом возрасте лишь топчутся на втором или третьем ранге, одарённые воины добираются до четвёртого, а признанные гении — едва касаются пятого.

Не зря говорят, что предел обычного человека — четвёртый ранг. Проявив чуть больше усердия и таланта, можно подняться на пятый, а если улыбнётся удача — дожить до шестого ранга к преклонным годам.

Но Эстор в свои двадцать три закрепился на шестом ранге, причём далеко не на начальной его стадии. И его мастерство владения клинком полностью соответствовало этому уровню.

— Ты правда гений. Один из немногих в этом мире. Если судить чисто по таланту к фехтованию, то в своём поколении ты, пожалуй, лучший.

Демон Меча говорил ровным, безразличным тоном, плавно взмахнув мечом. Вжих! Кровь, густо покрывавшая лезвие, брызнула на песок.

— С твоим дарованием ты неизбежно превзойдёшь меня. Лет через десять? К тому времени единственным мечником на континенте, способным одолеть тебя, останется разве что твой собственный дед.

— ...

— Ты понимаешь, к чему я клоню?

Демон Меча прищурился и отрезал:

— Это случится через десять лет. Но не сейчас. Сейчас ты мне не соперник.

Кровь с его клинка ушла в песок, но багрового следа не оставила. Вокруг и без того всё было залито красным.

Посреди арены, где пропитанный кровью песок превратился в вязкую грязь, Эстор стоял на одном колене.

Его одежда была разорвана и пропитана кровью, сочившейся из десятков глубоких порезов. Тяжело дыша, юноша упёрся руками в колени, заставил себя подняться и выдернул из песка свой меч.

— Да не вставай ты, — поморщился Демон Меча. — Тебе ведь больно даже шевелиться. Сидел бы тихо. Хватит стоять на колене, сядь да переведи дух.

Эстор промолчал. У него не было сил спорить, да и говорить было не о чем.

«Надо было всё-таки поесть перед уходом».

Впрочем, он понимал, что списывать неудачу на пустой желудок было бы верхом глупости.

Даже будь он на пике формы, преодолеть эту пропасть в силе он бы не смог.

Техника Демона Меча не отличалась запредельной скоростью, изяществом, тяжестью или хитрыми финтами.

Но он был пугающе, безупречно верен основам. Горизонтальный удар, вертикальный удар, выпад. Эти три простейших движения лежат в основе любого фехтования, и Демон Меча довёл их до абсолютного совершенства.

Эстор выложился на полную.

Он применил все приёмы Стиля Святого Меча клана Орсия, которые зубрил с самого детства. Обрушил на врага ярость Меча Света и даже пытался подловить его Бесформенным Мечом.

Результат оказался плачевным: сам он истекал кровью от множества порезов, в то время как на Демоне Меча не было ни единой царапины.

Стоило движениям Эстора разделиться на сотни ложных выпадов, как Демон Меча делал один простой горизонтальный взмах, рассекая все иллюзии разом.

Стоило юноше вложить в выпад максимальную скорость, как Демон Меча наносил вертикальный удар, мгновенно пресекая выпад.

Стоило Эстору сжать колоссальный объëм энергии в ослепительный Меч Света, как Демон Меча совершал один точный укол, разбивая технику вдребезги.

Это был совершенно иной уровень.

— Если тебе... так не нравится, что я встаю... убей меня, — прохрипел Эстор.

— Ха-а...

Ви До Ён тяжело вздохнул и покачал головой.

— Не заставляй меня повторяться. Я не хочу твоей смерти. Мне ни к чему ссориться с Императором Меча, да и причин убивать тебя у меня нет. Именно поэтому все твои раны поверхностные.

Челюсть Эстора заходила ходуном. Подавив вспышку гнева, он процедил:

— Пропусти меня.

— Я же сказал, что не могу. Парень, может, ты войдёшь в моё положение?

— У меня... тоже есть причины.

— И эти причины стоят того, чтобы рисковать жизнью?

Демон Меча недовольно проворчал, и в ту же секунду Эстор пошёл в атаку. Его Меч Света взметнулся, порождая огромную волну энергии, устремившуюся к противнику.

Ви До Ён даже не сдвинулся с места, совершив лишь одно горизонтальное движение клинком. Волна Меча Света лопнула, не успев даже приблизиться к нему.

Техника была аннулирована. Эстор, превозмогая дрожь в ногах, совершил очередной рывок, сконцентрировав всю энергию на самом лезвии клинка.

Но исход не изменился. Как бы он ни атаковал, его удары легко читали и блокировали. Нет, его просто безжалостно резали. Число порезов на теле юноши продолжало расти.

— Удары Воплощения воли... — Демон Меча сделал лёгкий шаг назад. Его клинок со свистом рассёк воздух.

— Красивая идея. Меч, способный противостоять абсолютно всему. Но не слишком ли ты жаден? Твоему текущему мастерству до этого ещё далеко.

— Именно поэтому я и стремлюсь к нему!.. — Эстор оскалился, обнажив окровавленные зубы.

Максимально сжатое Воплощение воли вновь сформировало Бесформенный Меч. Демон Меча нанёс ответный удар, но в этот раз невидимый клинок не рассёкся мгновенно.

Это оружие не имело физической оболочки — лишь чистая воля, обрëтшая форму клинка. Воля не быть рассечённым, воля уничтожить врага. При столкновении Бесформенный Меч оказал яростное сопротивление.

— Посредственно, — безучастно прокомментировал Ви До Ён.

— «Не быть рассечённым», «уничтожить»... Какой дурак с мечом в руках не думает об этом во время боя?

И Бесформенный Меч лопнул.

— Береги себя, Эстор Орсия. Твоя смерть здесь будет глупой и бессмысленной. Дай тебе время — и ты сможешь претендовать на титул сильнейшего под небесами. Так зачем рисковать жизнью ради такой ерунды?

— Это не ерунда! — прокричал Эстор.

Кровь хлынула из новой раны на груди, но он упрямо замахнулся Мечом Света. Демон Меча нанёс простой нисходящий удар, вновь рассекая технику.

— Мои слова задевают твоё самолюбие? — спросил Ви До Ён.

— Насчёт того, что я мог бы поддаться тебе? Я говорил это абсолютно серьёзно. Мне правда не хочется влезать в эти грязные дела.

— ...

— Я ведь уже упоминал: между мной и Золотой Свиньёй заключен священный контракт на охрану. Не будь его, я бы давно поддался тебе или помог бы выломать эти ворота.

Божественная Привилегия — это чудо свыше, но активирует его обычный человек. Атака сопоставимой мощи способна разрушить этот барьер.

Разрубить эти ворота для Демона Меча не составило бы труда. Однако он нанят Золотой Свиньёй. Взлом врат нанесёт вред нанимателю, а значит, контракт этого не позволяет.

Нарушение договора повлечёт за собой немедленную кару со стороны Бога Торговли.

Рисковать своей шкурой ради чужого мальчишки Ви До Ён не собирался.

Так что у Эстора оставался лишь один способ открыть проход — убить или заставить Демона Меча признать поражение.

Но это было невозможно.

— Я понимаю твою обиду, но и мне вся эта ситуация поперёк горла стоит. Я просто заложник обстоятельств.

Эстор покачнулся, прижав ладонь к груди. Сколько раз его зацепило? Порезов было так много, что он сбился со счёта. Пусть раны и не задевали кости, потеря крови уже сказывалась на его состоянии.

— Я не виню тебя, — тяжело выдохнул Эстор. — Контракт на охрану... Я понимаю, что ты не можешь его нарушить. Но меня бесят твои слова о том, что ты мог бы мне поддаться. Ты... ты ни во что меня не ставишь.

— Не пристало благородному наследнику так выражаться, — хмыкнул Демон Меча.

— Наследнику?

Лицо Эстора исказилось от злости. Ви До Ён, стряхивавший кровь с клинка, удивлённо моргнул.

— Я сказал что-то не то? Ты ведь и есть молодой господин из клана Орсия...

— Да плевать мне на это имя! Орсия, Орсия! — взорвался Эстор.

— Твоя жалость оскорбляет меня, Ви До Ён! Все твои поблажки, нежелание убивать... Разве всë это не потому, что я Орсия? Внук Императора Меча?!

— Глупо злиться на это, учитывая, сколько благ тебе принесло твоё происхождение.

Демон Меча усмехнулся:

— Твой талант и твой меч — всё это ты получил лишь потому, что родился в клане Орсия. И теперь ты хочешь, чтобы тебя судили отдельно от твоей семьи?

— Я... — Эстор стиснул зубы. — Я благодарен своей крови и своей семье! Горжусь своим кланом и глубоко уважаю дедушку, который дал мне всё. Я знаю, что мне чертовски повезло в жизни. Понимаю, что мои текущие достижения — это не только моя личная заслуга. И я никогда не просил судить меня отдельно от имени Орсия!..

— Тогда к чему этот гнев?

— Потому что сейчас я стою перед тобой как мечник!

Он поднял клинок, который до сих пор не смог ни разу задеть врага.

— А ты? «Не хочу обнажать меч», «не хочу драться», «не хочу убивать»... Я пришёл сюда как воин, но из-за моей фамилии ты отказываешься быть воином со мной!

— Эстор Орсия, — Демон Меча криво усмехнулся. — Ты немного ошибаешься. Мое нежелание убивать тебя отчасти связано с твоей фамилией... но то, что я не бьюсь с тобой в полную силу — это потому, что ты слишком слаб.

— ...!

— И есть ещё одна причина. Я проиграл Императору Меча и знаю величие Стиля Святого Меча. В будущем ты, талантливый гений, превзойдёшь своего деда. И мне не хочется собственноручно губить это будущее ради такой нелепой ерунды, как защита Золотой Свиньи.

Клинок Демона Меча медленно поднялся.

— Твой путь мечника не должен закончиться на этой богом забытой арене. И уж точно не от моих рук. Это слишком глупая потеря. Поэтому я и прошу тебя: опусти оружие.

— Если я опущу меч... — голос Эстора задрожал. — ...то предам своего друга из страха перед тобой. Пусть я проиграю или даже умру... но я никогда не сдамся только потому, что слабее!

— Какая глупая упрямость, — негромко рассмеялся Ви До Ён. — Порой убеждения должны гнуться. Иначе они просто ломаются под чужим давлением.

Вместо ответа Эстор закрыл глаза, собирая остатки сил. Меч в его руке засиял ровным светом. Он упрямо тянулся к Единению Разума и Меча, которого до сих пор не мог достичь. К Мечу Света добавилось его Воплощение воли.

Демон Меча спокойно наблюдал за ним. В этой технике не было ничего нового — он видел её уже не раз за этот бой и раз за разом легко уничтожал.

Однако сейчас это зрелище вызывало уважение. Ви До Ён почувствовал, как по коже пробежали мурашки, и ухмыльнулся. Он перехватил клинок поудобнее, направив острие на юношу.

— До настоящего мастера тебе ещё далеко, но... этот удар я приму всерьёз.

Эстор почувствовал перемену.

Он сглотнул. Прямо перед ним стояло живое воплощение идеального клинка. То самое абсолютное слияние воли и оружия, к которому он так стремился. Единение Разума и Меча, а возможно, даже ступень за его пределами.

— Моё Божественное Преображение Воплощения Воли, — негромко произнес Ви До Ён. — У этой техники нет названия. В ней нет ничего особенного. Это просто меч. И это всё, что я умею.

— ...Для меня это честь, — с трудом выговорил Эстор.

Он понимал: следующий шаг станет для него смертельным. Ему не одолеть эту технику.

И всё же Эстор ринулся вперёд.

***

— Я ведь пощадил тебя тогда, хотя прекрасно знал, кто ты такой, — складки на подбородке Гвимёна затряслись.

— Знаешь почему? В игре я убивал тебя слишком часто... Да и жалко мне тебя стало. Мы тогда ещё были мягкотелыми.

— ...

— Раз уж выжил, сидел бы тише воды, ниже травы. Или развлекался бы где-нибудь в другом месте. Зачем было заявляться сюда и создавать мне лишние проблемы?

— Кто третий? — Бейкерд проигнорировал его слова, продолжая сверлить врага яростным взглядом.

— Убийцы моей семьи. Агви, ты... и кто-то ещё. Назови его имя.

— А тебе-то что с того? — ухмыльнулся Гвимён.

— Тоже решишь отомстить? Не выйдет. Ты сдохнешь здесь и сейчас.

Хруст.

Бейкерд сжал кулаки. Он и не рассчитывал на быстрый ответ.

Нужную информацию он выбьет из него перед смертью. Взрыв! Кулак Бейкерда рассёк воздух, и невидимая ударная волна устремилась к сопернику.

Гвимён уклонился с удивительной для его комплекции лёгкостью. При каждом шаге его жировые складки забавно колыхались.

Выглядел он нелепо, словно ярмарочный клоун, но Бейкерд не терял бдительности. Он шёл к этой встрече всю свою жизнь.

Гвимён взмахнул левой рукой, и перстни на его пальцах одновременно ярко вспыхнули.

Пять лучей концентрированного света устремились к Бейкерду, но мощный встречный удар кулака исказил траекторию лучей, заставив их безвредно рассеяться.

Гвимён широко раскрыл рот и выплюнул рукоять меча без лезвия. Перехватив её обеими руками, он высоко подпрыгнул. Ш-ш-ш! В тот же миг всё его тело окутал плотный белый пар.

Бейкерд не знал, что это за магия, но решение принял мгновенно. Нужно бить. Забить ублюдка до смерти.

В его кулак была вложена вся ярость последних двадцати лет. Бам-бам-бам! Серия быстрейших ударов пришлась прямо в паровое облако, но вокруг него вспыхнули защитные барьеры, поглотив весь урон.

Это сработали многочисленные защитные артефакты, которыми он был обвешан. Дистанционные атаки против них были бесполезны.

Впрочем, Бейкерд никогда и не полагался на дальний бой. Он стремительно сократил дистанцию.

Хруст!

Несколько слоёв магических щитов разлетелись в щепки под напором его кулаков. Последний сокрушительный удар рассёк облако пара.

Дзинь!

С резким металлическим звоном удар был заблокирован. Бейкерд удивлëнно нахмурился, отводя руку назад.

Бам-бам-бам!

Он нанёс ещё серию ударов, но панцирь врага оставался невредим. Напротив, последовавшая контратака заставила Кулачного Волка отступить на несколько шагов.

Пар рассеялся, являя Гвимёна. Ещё минуту назад он был заплывшим жиром боровом, которому идеально подходило прозвище Золотая Свинья, но теперь перед Бейкердом стоял совершенно другой человек.

Мускулистое подтянутое тело без единой капли жира. Но ещё сильнее поражала исходящая от него чудовищная энергия. Она сконцентрировалась вокруг рукояти, сформировав ослепительный световой клинок.

— Жаль тратить этот козырь на такое ничтожество, как ты...

Гвимён годами копил этот заряд. С тех пор как он стал Золотой Свиньей, ему больше не приходилось лично махать мечом. Чтобы скрыть свою личность, он проглотил Меч Белого Каления и на протяжении десяти лет аккумулировал его мощь внутри своего тела.

Скривившись от непривычного ощущения собственного сильного тела, Гвимён взмахнул световым клинком.

Свист! Световой поток обрушился на Кулачного Волка. Бейкерд вытаращил глаза, наблюдая за сложнейшей траекторией удара. Прошло много лет, но он сразу узнал этот стиль.

Он видел его давным-давно, когда служил стражником в Сайране. Это был фамильный стиль клана Ласпион. Движения его отца, за которыми он когда-то наблюдал издалека.

— Тварь!

С яростным рёвом Бейкерд нанёс удар. Против сложного, неуловимого взмаха клинка он выставил простую, сокрушительную прямую атаку кулаком.

Взрыв!

Гвимён ошеломлённо округлил глаза. Сила удара Кулачного Волка оказалась гораздо выше всех его ожиданий.

«Откуда такая мощь?!»

Он ведь пощадил этого сопляка лишь потому, что тот не представлял никакой угрозы. Даже когда до него долетели слухи, что выживший бастард шляется по континенту под прозвищем Кулачный Волк, Гвимён не придал этому значения.

Они не должны были больше встретиться, да и глупые наёмники долго не живут. Гвимёну не хотелось тратить на него время, к тому же бизнес на Острове Золотых Цветов требовал его полного контроля.

Но когда этот щенок умудрился выжить, достигнуть седьмого ранга и разрушить три епархии Ордена... Гвимён горько пожалел, что не придушил его ещё в колыбели.

И всё же он не спешил нападать первым. Не из страха, просто мастер седьмого ранга — это слишком опасный противник, чтобы лезть на него на рожон.

Но в итоге Кулачный Волк сам пришёл к нему.

Гвимён предпочёл бы избежать этой встречи, но раз уж так вышло, он решил извлечь пользу. На своей арене у него было колоссальное преимущество.

Пространство Уз Раздора, колоссальный десятилетний запас энергии, куча мощных артефактов... Все козыри были на стороне Гвимёна.

И тем не менее, его световой клинок уступал.

Да, его Меч Белого Каления мог рассечь всё, чего касался, но этот свет был лишь жалкой имитацией великого Меча Света клана Орсия.

И хотя его техника владения Мечом Белого Каления была подкреплена силой, накопленной за десять лет, сам Метод меча Ласпион в исполнении Гвимёна оказался недостаточно глубоким, чтобы совладать с кулаками Бейкерда.

Кулачный Волк потратил десятилетия на бесконечные скитания и сотни смертельных схваток, оттачивая своё мастерство. Его Кулак Алмазного Сокрушения и Кулак Плывущих Облаков Бурного Неба слились в единое целое, когда он перешагнул порог седьмого ранга.

Постигнув суть рукопашного боя, Бейкерд наносил удары, способные крушить скалы, но при этом двигался мягко и плавно, словно гонимое ветром облако.

В его движениях не было ни капли лишнего. Выверенные, сокрушительные атаки Кулачного Волка полностью подавили сложную технику Гвимёна.

Разница в боевом опыте была колоссальной. Став Золотой Свиньей, Гвимён почти не участвовал в реальных поединках. Конечно, врагов у него хватало, но с ними всегда разбирались наёмные телохранители.

Он прилежно тренировался каждый день, но махать мечом в пустой комнате — совсем не то же самое, что драться не на жизнь, а на смерть.

И сейчас эта разница проявилась во всей красе. Пропустив несколько тяжёлых ударов, Гвимён почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Каждый удар Бейкерда сотрясал его защитную ауру. И это при том, что артефакты брали на себя большую часть урона!

«Да что у него за кулаки такие?!»

В панике Гвимён задрал голову вверх.

Иллюзорное небо.

Там, высоко вверху, парил невидимый для остальных стеклянный сосуд. Тот самый, откуда высыпался песок Пространства Уз Раздора. Сейчас он медленно наполнялся тёмно-синим свечением.

«Быстрее, наполняйся быстрее!..»

Гвимён подавил подступающий страх и стиснул зубы.

Бабах!

Кулак Бейкерда пробил защиту и врезался в бок Гвимёна. Хруст! Защитный барьер лопнул, и от отдачи браслет на его правой руке разлетелся в пыль.

— Гх!..

Гвимён испуганно вскрикнул и взмыл в воздух. На его туфлях раскрылись маленькие крылышки, порождая мощный порыв ветра.

Воздушные лезвия обрушились на Бейкерда.

Бум!

Бейкерд мощно топнул ногой, и ударная волна мгновенно развеяла весь ураган. Гвимён похолодел, встретившись взглядом с полными смертоносной ярости глазами воина.

— Сдохни!

Он яростно взмахнул Мечом Белого Каления. Огромный световой луч обрушился на Бейкерда.

Бейкерд извернулся и нанёс встречный удар кулаком прямо в небо. Бабах! Столкновение подняло тучу песка, оставив на арене глубокую борозду, но сам кулак воина остался невредим.

Гвимён почувствовал, как по спине пробежал ледяной пот.

«Надо было приказать Демону Меча сразу прикончить его!..»

Позднее раскаяние. Он вновь покосился на парящий сосуд.

Тот заполнился сиянием лишь на треть.