Тирнаног, Мицелий

Магнус

— Едва ноги унесли! — Я усмехнулся, позволяя себе немного расслабиться, стоило нам вернуться в дом Бальтазара.

Вплоть до того момента, как мы ступили на его территорию, я не был уверен, что Древняя не выскочит из-за угла, но Ниша больше не показывалась. Впрочем, надо признать: бежали мы так, словно сам дьявол дышал нам в затылок.

— Нам просто сказочно повезло, — Астра облегченно выдохнула. — Серьезно, мы поступили глупо, решив вообще покинуть деревню. Вышли за ворота, даже не задумавшись. Идиоты! Могли бы хоть попытаться сделать это скрытно.

— Не соглашусь. По крайней мере, отчасти, — возразил я. — Это из разряда проблем, которые кажутся очевидными задним числом. После случившегося легко заявлять, мол, было ясно, что Ниша поджидает нас снаружи. Да, такая вероятность существовала, но помилуй! Были ли у нас веские причины полагать, что кто-то столь значимый, как Древняя, станет разбивать лагерь под стенами и караулить нас? Разве у особы статуса Ниши нет дел поважнее? Неужели ей больше нечем заняться, кроме как выслеживать кучку гонцов, которые по рангу ей и в подметки не годятся?

— Возможно, — признала Астра. — Но подождать одну ночь в надежде на удачу – не такая уж большая жертва. Может, у нее всё устроено как у Мэри: она оставляет грязную политику своим доверенным старейшинам. То, что она могущественна и имеет вес в клане Вир, еще не значит, что ей нужно присутствовать везде лично и постоянно.

— Ну, если даже ты не знаешь ее обстоятельств, то откуда знать нам? Сколько дней нам следовало выжидать в деревне? — Спросил я. — Две ночи? Неделю? Сколько времени кто-то вроде Ниши готов потратить на то, чтобы нас высидеть?

— Ну, ты был с ней довольно груб, — заметила Джиневра. — Возможно, у нее появилась мотивация посерьезнее, чем просто сбор информации.

Я отмахнулся. Ниша не показалась мне человеком, который любит, когда перед ним лебезят. Да, я хамил, но говорил правду, и сомневаюсь, что лизание ее сапог как-то изменило бы ситуацию. — Не думаю, что этот спор к чему-то приведет.

— Всё это прекрасно, но в будущем мы можем лишь проявлять повышенную бдительность. А сейчас я отнесу Талию прилечь, — сообщил Марк, явно осознавая двусмысленность своих слов, и понес спящую партнершу по коридору к комнатам, которые выделил нам Бальтазар.

Талия отключилась почти сразу после того, как совершила свое маленькое чудо, но Астра заверила нас, что с подругой всё будет в порядке после нескольких часов отдыха. Обморок от ментального истощения – вполне реальная угроза при злоупотреблении мощными психическими способностями.

— Я всё еще поражен, — задумчиво произнес я, провожая Марка взглядом. — В Старом Лагере Талия выкосила целый отряд солдат, заставив их впасть в безумие. И после этого она не выглядела изнуренной, а вот фокус с Нишей выбил ее из колеи. Хотя она всего лишь «внушила» Нише, что той пора бы уйти, и желательно поскорее.

— Пожалуйста, не забывай, — напомнила мне Астра. — Мы не знаем точной причины, но длительное воздействие психических сил заставляет людей вырабатывать стойкую сопротивляемость к ним. Псионики с серьезной силой встречаются редко, так как нет известной мутации, гарантирующей такой дар. Единственный вариант с приличными шансами на успех – мутация свежевателя разума. Но свежеватели сами по себе редкий вид, да и мутации, которые они дают, довольно хаотичны. Во всем Эйри наберется от силы пара десятков псиоников. И единственный человек уровня Талии, которого я знаю, – это Ваня, матриарх Хохберга.

Астра на мгновение собралась с мыслями, прежде чем продолжить:

— Марк разделяет мутации Талии и в будущем может стать грозной силой, но сейчас он всё еще борется с контролем над способностями. Так что дело не только в мутации, но и в навыке, в тренировках. Солдаты, которых Талия заставила бунтовать в Старом Лагере, были простыми вояками, которые, скорее всего, за всю жизнь ни разу не сталкивались с ментальным ударом. У них была нулевая защита. Ниша же не просто стара, она – важный лидер Вир. У нее были десятилетия и, несомненно, бесчисленные столкновения с психическим влиянием, чтобы выстроить барьеры. Честно говоря, я удивлена, что Талии вообще удалось хоть немного запутать ей мысли. Когда Талия написала в чате, что попробует, я наполовину ожидала, что Ниша заметит вмешательство и начнет сворачивать нам шеи.

Я обдумывал подробное объяснение Астры. Несколько месяцев назад Астра заставляла Талию регулярно тренировать мою сопротивляемость, но эти тренировки стали практически бесполезными после того, как у нас появились субличности. Похоже, расстройство множественной личности как-то мешало телепатическим и эмпатическим способностям, поэтому Талия перестала меня мучить. Тем не менее, ее способность подчинить волю кого-то калибра Ниши указывала на то, что она могла бы неслабо поиграть с нашими мозгами, если бы действительно захотела.

— Что ж, будем рады, что она на нашей стороне, — подытожил я, решив судить Талию или Марка не за то, что они могут сделать, а за то, кто они есть. Друзья.

Вторжение в разум пугало, но не меньше пугала и моя способность взывать к силе Тора.

— Я об этом позабочусь! — Тиаго указал на тело беляка, которое я всё еще тащил на плечах «пожарным захватом». — Нужно сохранить мясо, если только Талия и Марк не захотят проверить свои желудки на прочность завтра утром.

Я благодарно кивнул и передал мертвого беляка Тиаго, который унес тушу на кухню. Тело было бесполезно для всех, кроме Талии и Марка. Меня учили разделывать дичь, но беляк выглядел слишком уж по-человечески, чтобы я чувствовал себя при этом уютно.

Оставалось надеяться, что беляки не были результатом чьей-то неудачной человеческой мутации. Я содрогнулся от этой мысли. Будет ли поедание беляка каннибализмом в таком случае? И дает ли поедание других людей каннибалу одну из их мутаций случайным образом?

Я тряхнул головой, решив оставить эти раздумья.

— С Нишей я сказал только правду. Если она обиделась, то, полагаю, нашла бы другой повод доставить нам неприятности, — заметил я, возвращаясь к нашему первоначальному спору, чтобы отвлечься. — Я не из тех, кто выбирает выражения ради врага. И вы все слышали ее точку зрения. Зачем пытаться играть в любезность, когда наше диаметральное противостояние в этом конфликте столь очевидно? Зачем притворяться, будто у нее могла быть иная причина выслеживать нас, кроме как выбить информацию? Или убить. Может, я и не был «дипломатичен», но этот конфликт и так уже за рамками дипломатии.

— По крайней мере, она не добилась полного успеха в сборе сведений, — сказала Астра, немного подумав над моими словами. — Хотя она может сложить общую картину, если проявит фантазию.

— Ну да, конечно. Потому что в простой ответ поверить будет труднее, чем в фантастический. В целом, я считаю, мы отделались легкой царапиной. — Я не слишком расстроился из-за этой встречи. — Всё не так уж плохо. Талия спасла наши шкуры и спровадила Нишу прежде, чем та успела задать по-настоящему важные вопросы. То, что она знает о присутствии Айзека – единственное, что может создать проблемы в будущем, но я и не ожидал, что наши способности вечно будут оставаться в секрете. Всё остальное она, скорее всего, и так бы узнала, задав Захарии несколько неудобных вопросов.

Я покачал головой. — И серьезно, то, как именно она узнала об этих вещах, в долгосрочной перспективе может быть нам на руку. Если Захария и его люди будут вынуждены подтверждать то, что мы ей уже наговорили, это может посеять раздор между Тхич и Вир. Хотя сомневаюсь, что Ниша вот так просто сменит сторону и бросит Тхич на произвол судьбы.

— Почему? — Спросила Астра.

— Просто такое впечатление сложилось о Нише. — Я пожал плечами. — То, как она говорила, что печется лишь о выгоде Вир, прозвучало абсолютно искренне. Она холодная, расчетливая сука. Если она узнает, что Захария обвел ее вокруг пальца, это лишь подтвердит ее картину мира. Такие люди ожидают от окружающих того же эгоизма, который присущ им самим. Пока Зах не кинет ее окончательно и не попытается нагнуть – извини за яркое сравнение – она будет продолжать сотрудничество, пока видит возможность что-то получить. Хотя, возможно, в будущем она станет осторожнее в помощи Тхич.

Астра на мгновение задумалась, а затем неохотно кивнула. — Нам нужно будет поговорить с остальными. Боюсь, личный визит Ниши к Бальтазару подтверждает твою правоту. Сомневаюсь, что Мэри отправила бы нас на это задание, если бы знала. Сотрудничество Ниши и Захарии должно быть очень тесным, раз она решила сама исполнить поручение, а не отправить письмо, как Мэри.

Я потер подбородок, размышляя:

— Считаю, нам стоит совершить круг по всем нашим точкам прыжков и поделиться информацией со всеми, прежде чем двигаться дальше.

— Эй! Эй, вы!

Топот девичьих ножек в коридоре привлек наше внимание, и перед нами затормозила Шармейн.

— Папа хочет с вами поговорить, — сказала Шармейн с широкой улыбкой на лице.

Я переглянулся с Астрой и пожал плечами. — Полагаю, он размышляет в своем саду трав?

Девочка кивнула и убежала вперед, показывая дорогу.

Мы с Астрой последовали за ней, а Джиневра извинилась:

— Я помогу Тиаго. Мы здесь всё равно только для подстраховки. А не в дипломатов играть.

Когда все остальные разошлись, разбираться с Древним предстояло только нам с Астрой. После нашей первой встречи со стариком мы не особо опасались идти к нему вдвоем.

— Вижу, вы преуспели, — поприветствовал нас Бальтазар, как только мы пришли. — Могу я спросить, почему вы вернулись в такой спешке? Еще даже не полдень. Я ожидал, что вы пропадаете как минимум весь день, а может, и ночь, прежде чем либо добьетесь успеха, либо сдадитесь.

— Потому что Ниша поджидала нас за деревней, — прямо ответила Астра. — И то, что мы ушли без потерь, – заслуга огромной порции удачи.

Бальтазар выглядел удивленным. — Вот как? Не помню, чтобы Ниша была мелочной, когда дело касается людей, которых она считает ниже своего положения. У нее были к вам какие-то особые вопросы, которые объяснили бы такую засаду?

Поскольку Бальтазар уже знал о нашей способности, мы объяснили, что произошло.

— Хм… — Он покачал головой, выслушав всю историю. — Сильно сомневаюсь, что на основании одного этого случая она решит, будто вы двое можете телепортироваться на огромные расстояния. Мне самому до сих пор трудно в это поверить, хотя вы и предоставили все возможные доказательства. Это не значит, что Ниша не придет к верному выводу когда-нибудь потом, когда вокруг вас накопятся странные инциденты и улики. Я видел много безумных мутаций и способностей за свою жизнь, но ваша телепортация определенно находится на самом краю спектра фантастики. Я встречал одного-двух спидстеров, которые двигались так быстро, что это казалось телепортацией, но они точно не могли переместиться отсюда до горы Эйри и обратно в мгновение ока.

Я кивнул, радуясь мнению Бальтазара. — Так зачем вы нас звали?

Древний заерзал в кресле, впервые с момента нашего знакомства выглядя неловко. — Я хочу поговорить о вашем предложении забрать Шармейн на гору Эйри. Я не хочу отказываться от своего нейтралитета или своей деревни, но вы были правы, когда упрекали меня ради нее. Здесь не место для ребенка. И хотя мне хотелось бы верить, что отсутствие воспитателя для Шармейн – лишь мое упущение, горькая правда в том, что наша община умирает. Ни у кого нет времени двадцать четыре часа в сутки присматривать за кем-то. И хотя может показаться, что я просто сижу здесь целыми днями, вы видели мою способность. Бывают долгие периоды, когда мое внимание… в другом месте.

— Значит, вы хотите, чтобы Эйри присмотрел за вашей дочерью, не давая ничего взамен? — Спросил я.

Он вздохнул. — Оплату мы как раз и можем обсудить. Я уже сказал, что не хочу отказываться от нашей независимости.

Я задумчиво потер подбородок, и Астра положила руку мне на плечо. — Я уверена, Мэри обеспечит безопасность вашей дочери в любом случае, Бальтазар. Не знаю деталей ваших отношений, но у меня сложилось впечатление, что вы ей как минимум друг.

И тут мне в голову пришла идея. — Бальтазар, позвольте задать один вопрос. Что для вас это место? — Я обвел жестом всю деревню.

Он нахмурился, не совсем понимая. — Это место?

Я указал на землю под ногами. — Этот дом и эта деревня? Вы постоянно твердите, что хотите независимости и оставаться вне политики, и именно поэтому вы отступили в эту жуткую среду. Но неужели эта разрушенная деревня – действительно то, что вы хотите сохранить, или всё же люди?

Бальтазар вздохнул. — И то, и другое. Если бы пришлось выбирать, я бы поставил ответственность перед людьми превыше всего. Их осталось немного, и я пренебрегал своими обязанностями лидера, но именно они последовали за мной сюда – как бы неблагоразумно это ни было.

— Тогда почему бы вам не собрать вещи и не перебраться в Старый Лагерь? — Спросил я, встретив лишь непонимающий взгляд, поэтому пояснил:

— После того как Тхич сравняли его с землей, Старый Лагерь представляет собой руины, которые нужно отстраивать. Нашей целью было заручиться вашей помощью в этом конфликте, и вы показали способность превращать место в неприступную крепость. Вы всё равно не будете принимать активного участия, так что если ваши люди займут Старый Лагерь и будут настаивать на нейтралитете, это уже нам хоть как-то поможет.

Астра медленно кивнула. — Старый Лагерь – ключевая точка этого конфликта. Не знаю, как отреагируют другие Древние, если вы туда переедете, но если вы сможете удерживать его до конца войны, это послужит нашим интересам больше, чем интересам Тхич или Вир.

Бальтазар хмыкнул. — Политика. Вы хотите, чтобы я объявил о нейтралитете, одновременно укрепляя стратегически важную позицию. Полагаю, я должен позволять вашим людям приходить и уходить, накладывая при этом жесткие ограничения на всех остальных.

Астра подняла палец. — Это могло бы быть правдой, если бы Старый Лагерь уже не находился под нашим военным контролем. И я ожидаю, что в ближайшие месяцы линия фронта отодвинется еще дальше. Вы стали бы… гарантией на случай, если что-то пойдет не так. Стабилизирующей силой, которая позволит нам перебросить войска в другое место. Ваша помощь понадобится лишь в том случае, если кто-то подошлет убийц или налетчиков к нашим людям, живущим там.

Древний склонил голову набок. — Мне нужно подумать. Даже при лучшем раскладе перевезти всех моих людей будет непросто. Будут потери. И захват Старого Лагеря, несомненно, повлечет за собой проблемы.

Я поднял руку. — Это было всего лишь предложение! Не начинайте планировать исход прямо сейчас. Перед тем как Шармейн позвала нас, я говорил Астре, что нам стоит совершить круг и собрать свежую информацию. Нам нужно обсудить эту идею с нашим руководством. Может, они даже согласятся прислать несколько дирижаблей, чтобы забрать вас и ваших людей.

Бальтазар кивнул, немного поразмыслив. — Это могло бы стать лучшим решением, хотя сомневаюсь, что Эйри может разбрасываться дирижаблями во время войны. Вся их доктрина строится на мобильности. Им придется перевезти 293 человека, если они решат нам помочь.

Я хлопнул в ладоши. — Тогда на этом пока и остановимся. Мы с Астрой совершим небольшую поездку, чтобы проинформировать старейшин, и вернемся с ответом. Полагаю, не будет проблемой, если остальные четверо пока останутся у вас? Несмотря на инцидент с Нишей, нам удалось поймать беляка. Так что Талии и Марку может понадобиться день-другой, чтобы привыкнуть к новой мутации.

Бальтазар кивнул. — Без проблем. Если я решу перевозить всю общину, у меня и так будет полно дел. Должен признать, мое пренебрежение ролью лидера может вызвать некоторое недовольство, если я попробую. Так что время, чтобы прощупать почву перед принятием обязательств, не помешает.

Поскольку обсуждать больше было нечего, мы извинились и пошли искать остальных. Талия спала, так что мы собрали Марка, Джиневру и Тиаго на короткое совещание и сообщили им о наших намерениях.

Затем пришло время уходить, и я вслух размышлял:

— Вопрос лишь в том, куда отправиться в первую очередь.

— Ты серьезно об этом спрашиваешь? — Астра наклонила голову и посмотрела на меня снизу вверх.

— В Старый Лагерь, — предложил я. — Узнаем, есть ли новости и не решили ли дрейки вернуться.

Цветное пятно, заменявшее Астре второй левый глаз, дернулось и сузилось. — Мы отправляемся на гору Эйри, чтобы навестить Айзека, Констеллу и Аврору. После этого через червоточинные врата переместимся туда, где сейчас находится флагман, чтобы сделать доклад. И уже тогда решим, куда двигаться дальше.

«Точно. Дети всегда на первом месте!»

Я согласно кивнул собственным мыслям – и замер.

Погодите-ка…

— А когда это мы выбрали имена для девочек?