Тирнаног, гора Эйри

Астра

Как только встреча закончилась, мы ушли.

Я раздумывала, не стоило ли нам воспользоваться случаем и раскрыть нашу связь с Геей. Я даже использовала наш секретный метод связи, чтобы обсудить это с Магнусом, но он был непреклонен: ничего не предпринимать.

И в каком-то смысле он был прав.

Нет сомнений, что узкий круг людей – мои родители или Талия – поверили бы нам, но остальные члены Совета Старейшин или матриарх? Без веских доказательств это наверняка принесло бы больше проблем, чем пользы.

Возможно, нам удалось бы переманить матриарха на свою сторону, позволь мы ей покопаться в наших мыслях. Она могла бы хотя бы подтвердить, что мы сами верим в свою историю.

Минус заключался в нашей исключительно высокой сопротивляемости психическому воздействию. Я не была уверена, что матриарх способна подтвердить наши слова, не получив полного доступа к разуму. А это казалось плохой затеей. Не то чтобы я не доверяла ей после того, как она приняла нашу сторону в споре со своим наставником, но давать псайкеру такого уровня подобный доступ – всегда риск.

Не говоря уже о том, что ни Магнус, ни я на данный момент понятия не имели, как опустить наши щиты. Мы не были обученными псайкерами. Единственное, что мы могли попробовать, – это сократить число активных субличностей, что тоже было задачей не из легких.

За месяцы использования некоторые из них настолько слились с фоном моего сознания, что избавиться от них было бы всё равно что заставить меня осознанно остановить собственное сердце. Или подавить уже укоренившийся рефлекс.

Сейчас мы оба занимали прочное положение в обществе, и наше мнение имело значительный политический вес среди очень влиятельных людей. Потенциальные же обвинения в безумии или галлюцинациях позволили бы окружающим усомниться в нашей адекватности и поставили бы под удар всё, ради чего мы так упорно трудились.

— Нам пора домой? — Спросил Магнус, прерывая мои мысли, пока мы шли к червоточинным вратам.

— О, я слышала от мамы, что сегодня должны прибыть транспорты с людьми Бальтазара, так что я хотела бы подождать здесь и встретить Талию, — ответила я.

— Точно! — Магнус кивнул. — Мне интересно посмотреть, какую мутацию они получили, к тому же ты всё еще ранена, так что я подожду с тобой.

— Тебе не обязательно нянчиться со мной, если у тебя есть другие дела, — я махнула рукой, показывая, что в этом нет нужды. — Я вполне могу ходить сама.

— Не сомневаюсь, но я всё равно хочу поговорить с Марком, раз уж ты напомнила мне об их возвращении, — без колебаний ответил Магнус и притянул меня к себе, беря под руку.

На мой взгляд, он был излишне заботлив, но, в конце концов, у меня не было причин спорить, если он хотел встретиться с Марком. Так что мы вместе ждали на палубе флагмана, наблюдая за ремонтными работами из места, где никому не мешали.

Транспортный флот прибыл через три часа. Они привезли людей Бальтазара, что потребовало очередного раунда политических приветствий между старейшинами, матриархом и Древней. Чтобы поприветствовать свою старую подругу, Мэри тоже появилась из того места, где решила скрыться.

На сей раз мы с Магнусом мудро избегали центра внимания и отправились на встречу с Талией и Марком. Джиневра и Тиаго тоже были там, но они быстро откланялись, ограничившись минимумом светских приличий – видимо, опасались, как бы старейшины не решили завербовать наших временных напарников для очередного задания.

Я поприветствовала подругу осторожным объятием, предварительно предупредив о своей ране. Ходить самой было нормально, но я всё еще любой ценой избегала того, чтобы меня сжимали или толкали.

К сожалению, Талия казалась странно подавленной, пока нам не удалось выбраться из всей этой суеты, создаваемой лидерами и людьми, пытающимися сойти с кораблей. Расселение людей Бальтазара обещало стать логистическим кошмаром, в котором я совершенно не хотела участвовать.

Люди из организации Магнуса к этому моменту были почти полностью зачислены в клан Эйри. Некоторые примкнули к Хохбергу.

Но оставалось еще несколько тысяч бывших заключенных из врат Тибета, включая персонал врат, присутствовавший во время рейда. Излишне говорить, что многие из них были не в восторге от нынешних обстоятельств. Вдобавок возникла проблема: вербовщики из Хохберга, Эйри и Дженг не горели желанием массово принимать таких людей в свои ряды без надлежащей проверки.

Да уж, жонглирование этими вопросами не входило в мои планы.

— Нам нужно поговорить о чем-то важном, — сказала Талия, когда мы отошли от толпы и направились к червоточинным вратам.

— Это насчет твоей новой мутации? — Спросила я. — Мне было интересно, когда ты об этом заговоришь. Пожалуйста, скажи, что охота на того белого преследователя дала тебе что-то стоящее. Теперь ты можешь переквалифицироваться в джаггернаута?

— Это касается нашей мутации, — признал Марк. — Но нам действительно не стоит обсуждать это при всех. Как насчет того, чтобы пойти к вам домой? У Фростов ведь адекватная информационная безопасность?

— Почему бы и нет? — Отозвался Магнус. — Уверен, Айзек будет в восторге от встречи с вами.

По дороге я продолжала расспрашивать их о том, что происходит и какую мутацию они получили, но оба хранили молчание, пока мы не достигли внутренних покоев поместья моей семьи.

Стоило нам переступить порог, как Талия набросилась на нас, и так как Магнус встал между нами, он первым попал ей под горячую руку. Схватив его за нагрудник, она принялась трясти его, словно плюшевую игрушку. Слова вылетали из нее пулеметной очередью, едва отличимые друг от друга:

— Расскажите нам всё, что вы двое знаете о Гее, или клянусь этой дерзкой сукой, я сделаю какую-нибудь глупость, потому что я уже не понимаю, схожу я с ума или нет!

— Тебе… стоит… по… пробовать… успокоиться… — Магнус пытался говорить, но когда тебя трясут, как плюшевого мишку в руках разгневанного ребенка, это не так-то просто.

— Вы видели Гею? — Спросила я. — Разговаривали с ней?

— Последние несколько дней нам снились очень хреновые сны, — признался Марк, запуская обе руки в волосы. Отводя взгляд, он пробормотал:

— А ведь я говорил Талии, что поедание другого разумного двуногого существа слишком смахивает на каннибализм. Уверен, мясо было тухлым, или зараженным, или еще что-нибудь в этом роде.

Талия отпустила Магнуса, и тот элегантно приземлился на ноги, используя удлинители поножей своей брони, чтобы смягчить посадку.

Моя подруга вскинула руки в умоляющем жесте и повернулась к партнеру:

— Я же говорила тебе, что эти твари не имеют ничего общего с людьми, так что это не каннибализм! Если что-то пытается тебя убить и сожрать, ответить тем же – это только справедливо!

— Всё равно от поедания близкородственных существ можно подцепить какую-нибудь дрянь, — запротестовал Марк, убежденный в своей правоте. — По той же причине поедание обезьян принесло человечеству все те мерзкие болезни, от которых нам удалось избавиться только к третьему веку.

Он содрогнулся.

— А что, если в наших головах сидят маленькие черви и медленно прогрызают себе путь, пока мы постепенно теряем рассудок?

— Я же сказала тебе, на Тирнаноге никто никогда не умирал от болезней – если не считать спорового заражения Мицелия! — Огрызнулась Талия.

— Какая разница, червь или гриб грызет твой мозг? — Спросил Марк, в ужасе от этой мысли.

— Марк, у нас иммунитет к Мицелию, если ты не заметил! — Талия начала загибать пальцы. — У нас есть наниты против вирусов и бактерий. У нас есть мутация звездорыба, которая позволяет нам регенерировать что угодно. А еще есть мутация кровавой лозы, которая сама по себе должна убивать любую тварь, пытающуюся вторгнуться в наше тело, и позволяет нам – практически – возвращаться с того света! Поверь мне, я эксперт по биологии. А ты занимайся тем, в чем ты хорош!

— И в чем же он хорош? — Вставил Магнус, поддакивая и кивая.

— Лежать на спине и позволять мне ездить на нем верхом, — без тени смущения ответила Талия, добавив после секундного раздумья:

— И убивать всякое дерьмо.

Как ни странно, Марк даже не стал спорить.

— А еще я очень хорош в числах и статистике!

Магнус бросил на своего собрата по полу многозначительную ухмылку, после чего снова повернулся к Талии:

— Не забудь про мутацию белого преследователя, которая позволяет тебе видеть сны о богине и вести себя странно.

Я легонько хлестнула его несколькими своими сплетенными филаментами. Его броня была достаточной защитой, чтобы свести на нет любой урон, но ему нужно было понять, что сейчас он ведет себя крайне бесчувственно.

— Не пытайся сделать им еще хуже! Разве не видишь, как им тяжело?

Он пожал плечами и хрустнул костяшками пальцев.

— Мне просто интересно, почему эта сука не сказала нам, что у нее теперь еще две жертвы для психологических игр. Нам стоит перекинуться с ней парой слов, когда сегодня ляжем спать.

— Погодите, вы двое тоже ее видите? — Воскликнул Марк с явным удивлением. — Значит, мы не сходим с ума?

Я кивнула.

— Да, мы считаем, что она реальна. Она несколько раз помогала нам в реальном мире и обучала нас тому, как использовать наши способности в полную силу. Собственно, продолжает это делать и сейчас.

— Или, по крайней мере, она является мощнейшим проявлением пассивного психического таланта, — добавил Магнус. — Единственное другое объяснение – она действительно энергетическая сущность, воплощающая всё человечество. Иными словами – нечто максимально близкое к богу.

Талия схватилась за грудь, казалось, она была близка к гипервентиляции.

— О боги. Она настоящая. Она правда настоящая. Черт… а я назвала ее идиоткой с обвисшими сиськами!

— У-у-у… — Магнус прищелкнул языком и покачал головой с явно притворным сочувствием. — Это плохо. Очень плохо. Ты ее тоже пнула?

Талия нахмурилась.

— Нет?

— Ударила? — Продолжил допрос мой партнер. — Совершила какой-либо другой акт бессмысленного насилия над ее лучезарной персоной?

Подруга медленно покачала головой.

— Я только называла ее… всяким. Проснуться в том особняке на острове, когда какая-то странная женщина пытается применить на нас техники внушения – это было тем еще потрясением.

Магнус многозначительно кивнул.

— Тогда, в зависимости от ее настроения, ты можешь отделаться двойней. Хотя я еще не выяснил, как она сопоставляет оскорбления с физическими атаками. Судя по тому, что ты наговорила, она может повысить ставки до тройни или даже пятерни.

— Что?! — Закричала Талия.

Я закрыла лицо рукой и глубоко вздохнула.

— Магнус…

Он проигнорировал меня и продолжил:

— Ну, я обзывал ее и пинал, когда она включила «режим ментального внушения», и ее реакцией было одарить нас тройней. — Его лицо на мгновение исказилось, словно он о чем-то задумался, а затем он прошептал:

— Если будешь вести себя с ней хорошо, она может решить отменить всю эту затею с яйцами. И еще, пожалуйста, наложи вето на сезонную фертильность. Подозреваю, Гея слишком увлеклась улучшением процесса деторождения для своей новой версии человеческого вида. Она отказывается слушать нас с Астрой по этому поводу. Она утверждает, что фертильность самки в течение трех месяцев в году позволяет гораздо лучше контролировать численность населения. Как по мне, необходимость быть осторожным три месяца подряд – это прямой путь к тому, что что-то пойдет не так.

«В отличие от необходимости быть осторожной почти всё время», – подумала я про себя.

Талия и Марк переглянулись с тревогой.

— Если только она не решила поиграть и дело уже не сделано, — беззастенчиво продолжал разглагольствовать Магнус. — Насколько я понимаю, Гея – самое могущественное существо, которое только можно вообразить, но даже она не может повернуть время вспять. По крайней мере, я так не думаю. Если бы могла, она бы не утруждала себя попытками заставить нас, низших форм жизни, исполнять ее волю.

— Магнус, — я кашлянула, чтобы привлечь его внимание.

— Да, дорогая? — Он посмотрел на меня.

— Почему бы тебе не пойти и не принести мне те обезболивающие, которые оставил врач на случай, если рана разболится? — Я коснулась груди, мудро не упоминая, что уже пробовала их и нашла совершенно бесполезными. — Кажется, беготня весь день напролет была не такой уж хорошей идеей.

Похоже, наша сопротивляемость ядам распознавала обезболивающие как отраву.

Он вздохнул.

— Конечно, дорогая. Но даже не надейся, что я не понял: ты просто пытаешься заставить меня замолчать. Я всё же считаю, что Талия и Марк должны точно знать, с чем имеют дело, когда общаются с Геей.

Магнус поднял палец.

— Сейчас я очень медленно уйду за лекарствами, а когда вернусь – снова примусь за свое.

Я повернулась к Талии и улыбнулась ей.

— Почему бы нам не пройти в гостиную и не обсудить всё спокойно?

На полпути по коридору мой партнер обернулся.

— Кстати, а где у тебя эти таблетки?

Я улыбнулась.

— Ох, кажется, я забыла, куда их положила. Почему бы тебе не начать поиски с кровати и ванной?

Возможно, это даст мне от силы минут десять, чтобы поговорить с Марком и Талией, прежде чем Магнус вернется и снова начнет их пугать.