Тирнаног, Старый Лагерь, флагман Эйри

Магнус

— Клан Тхич и их союзники всё еще удерживают нагорье, но нам удалось успешно выбить их силы из леса Дженг. Наши разведчики обнаружили в горном регионе несколько укрепленных поселений, ранее принадлежавших мелким кланам. Сейчас силы Тхич и Вир используют их как опорные пункты для своих рейдовых групп, — объясняла Ваня, указывая на красные маркеры на огромной карте.

На ней был запечатлен весь регион, колонизированный кланами: от юго-восточного океанского побережья до северного горного хребта Эйри. Ответвление леса Дженг тянулось к Старому Лагерю в самом центре, разделяя территорию естественным барьером. К юго-востоку раскинулось нагорье Тхич, а восток контролировали степи Вир, замыкая круг у самого океана.

— Из всех этих аванпостов самым проблемным я считаю тот, что находится прямо за болотистой местностью, отделяющей Старый Лагерь от территорий Вир. Раньше это было поселение клана под названием Ингкар. Мы понятия не имеем, что стало с прежними хозяевами, но разведка докладывает, что Вир стягивают туда войска. Проблема в том, что Ингкар глубоко вгрызлись своим поселением в каменистый склон, — Ваня почесала висок и нахмурилась, изучая карту. — Мы не сможем продвинуться в нагорье, не взяв эту крепость. Силы противника там не просто станут занозой в нашей спине – они окажутся на расстоянии удара от Старого Лагеря.

— Разве Старый Лагерь теперь не в безопасности, раз его удерживает Древний Бальтазар? — Спросила старейшина Джулиана. — Судя по рассказам Мэри, он один стоит целой армии.

Ваня качнула головой из стороны в сторону, показывая, что не вполне разделяет этот оптимизм.

— У Бальтазара дружеские связи с Древней Нишей. Возможно, она и уважит его желание остаться вне конфликта. Однако Тхич и Вир уже показали, на что готовы пойти ради своих целей, и у нас нет никаких гарантий относительно действий Захарии. Если мы выступим со всеми войсками, боюсь, захват Старого Лагеря как центрального плацдарма станет слишком велик для командира той крепости. И неважно, какие у них приказы. Они могут просто решить, что если Бальтазар не с ними, значит, он против них. К тому же есть вопрос того, как работает мутация Бальтазара. Он говорил мне, что ему нужно время, чтобы развернуть корневую сеть и вернуть былую мощь. Учитывая всё это, я бы предпочла, чтобы аванпост был уничтожен до того, как мы уведем основные силы из Старого Лагеря.

— А что насчет остальных аванпостов? — Спросил другой старейшина. — Разве они не создадут ту же проблему?

— В какой-то степени да, — признала Ваня. — Но разница в расстоянии до Старого Лагеря. Необходимость маршировать несколько недель по небезопасной территории – это куда более серьезный сдерживающий фактор, чем риск провести две-три ночи под открытым небом. Из-за близости этого аванпоста я считаю вероятность атаки Вир гораздо более высокой. Кроме того, размещенные там силы достаточно велики, чтобы представлять угрозу Старому Лагерю в наше отсутствие. И я не хочу разделять флот на столь раннем этапе кампании. Мы и так оставили значительную часть бойцов для защиты Материнского Древа Дженг. Точнее, того, что от него осталось.

Она вздохнула.

— Жаль, что флагман так задержался. Это дало врагам время, необходимое для укрепления позиций.

Пока остальные спорили, я не сводил глаз с карты, позволяя своим субличностям разгуляться. Делать всё равно было особо нечего, пока большие генералы обсуждали следующие шаги.

И тут одна из моих субличностей подкинула мне слегка безумную идейку.

Ухмыльнувшись, я поднял руку и откашлялся, привлекая всеобщее внимание, а затем указал на карту:

— Послушайте, эта область ведь всё еще часть карстового региона с его регулярными ливнями, верно?

Тирнаног, аванпост Ингкар

Шарада

Я с глубокой тревогой наблюдала за тем, как портится погода. В ежедневном вечернем ливне не было ничего удивительного. В это время года плохая погода – дело обычное, но сегодня медленно сгущающиеся тучи поднимались над регионом темной и высокой стеной, обещая настоящую грозу. Хороший сенсор вроде меня сразу поймет: ночь для бедных солдат на карауле выдастся паршивой. Уровень влажности и жара в воздухе уже говорили сами за себя, но было и нечто иное – от этого ощущения волоски на моих предплечьях встали дыбом.

Я не была уверена, предупреждает ли меня прекогниция о грядущем или это просто статический заряд, копившийся в атмосфере.

Тем не менее, гроза сегодня будет. Я буквально чувствовала её вкус в воздухе.

Фыркнув, я начала готовиться к тяжелой смене. Надеяться на то, что эти тучи вдруг рассеются, было бы слишком наивно.

Как я и опасалась, погода продолжала ухудшаться до самого вечера, пока не наступил час сумерек. Рокот грома нарастал по мере того, как купол черных облаков подползал к аванпосту. В верхних слоях вспыхивали зарницы, но ударов молний в землю я пока не видела.

Приход грозового фронта ознаменовался ударом молнии прямо в верхушку поселения – вспыхнуло одинокое знамя, трепетавшее на ветру.

Моргнув и зажав уши руками, я попыталась как можно быстрее прийти в себя. Вспышка лишила меня ночного зрения, так как я смотрела прямо на неё, а гром оглушил. В такие моменты я ненавидела быть сенсором. Иметь зрение и слух острее, чем у кого-либо еще, конечно, хорошо, но это же делает тебя куда чувствительнее к свету и шуму.

Видя, что дальше будет только хуже, я уже подумывала отступить под землю, но устав требовал бдительного несения вахты в светлое время суток, а сменят меня только с наступлением ночи.

Ну, можно было поспорить, что с такими черными тучами, скрывшими солнце, ночь технически уже наступила. В таких условиях наверняка найдутся твари, решившие выбраться пораньше, чтобы перекусить полуслепым и полуоглохшим человеком.

Мои мысли прервал еще один удар молнии, угодивший в крышу соседнего здания, а за ним последовал и третий – он пришелся прямо в приземленный дирижабль, который должен был служить аварийным транспортом, если начальство решит бежать, бросив рядовых. Со стражей Старого Лагеря они уже так поступили, и слухи об этом вовсю ходили среди солдат, несмотря на попытки командиров скрыть правду. Невозможно заставить людей молчать, когда они видят, как других оставляют на растерзание врагу, чтобы выиграть время.

Конечно, большинство брошенных были из других кланов, насильно призванных на службу, но осадок всё равно остался у многих.

Я всё еще была погружена в свои думы, когда начался настоящий ад: молнии, которые до этого были лишь зловещим рокотом в вышине, начали градом сыпаться на аванпост непрерывной чередой ударов.

Словно направляемые чьей-то волей, повторяющиеся разряды разнесли в щепки задние винты дирижабля. Черт, в тот момент я еще была склонна верить в причуду природы. Мол, надстройка корабля стала удобным местом для разрядки колоссальной мощи какого-то погодного феномена.

Всё это вылетело из головы, когда следующей целью стала одна из ближайших сторожевых башен. Всё, что я успела увидеть – это темный силуэт сослуживца, бьющийся в конвульсиях на парапете, прежде чем он затих. Хуже того, молния не была разовым ударом – это была непрерывная, мерцающая змея, которая ползала по всей конструкции. На моих глазах крышу башни содрало, будто она была из бумаги.

Судя по башне, на которой стояла я, крыши там делали на совесть – они должны были выдерживать натиск большинства летающих тварей, желающих полакомиться бедолагой-часовым.

То, как сооружение разлеталось на куски, было верным признаком высвобожденной первобытной силы.

И тут я заметила два мерцающих огонька в облаках над нами. Они кружили друг вокруг друга, точно противоположные полюса, и, казалось, направляли штормовые тучи, закручивая их в циклон. Когда заряд накопился снова, мне померещились две человеческие фигуры, но из-за тьмы облаков разобрать что-то было трудно.

Осознав, что первая атака молний была лишь прелюдией, я сделала нерешительный шаг назад, гадая, что станет следующей целью. Помня о рухнувшей башне, я была начеку, когда прекогниция превратила кожу на моем затылке в зудящее месиво.

С расширенными от ужаса глазами я бросилась в ближайший дверной проем, ведущий внутрь башни. Я едва успела скатиться по первой лестнице на нижний ярус, как мир снаружи стал белым, а мои бедные уши взорвались от последовавшего удара грома.

Верхний этаж над моей головой разнесло в щепки, пока я, скорее кубарем, чем бегом, неслась вниз по лестнице под звон в ушах.

Мельком заглядывая в узкие окна башни, я с нарастающим ужасом наблюдала, как сама природа, казалось, ополчилась на мой народ: молния за молнией били по поселению в яростной попытке стереть Ингкар с лица земли.

Всё, что находилось на поверхности, планомерно уничтожалось грозой, мощь которой со временем только росла.

Добравшись до основания башни, я даже не подумала испытывать судьбу снаружи. Я сразу нырнула в систему подземных туннелей, соединявших большинство наземных построек, которые Ингкар возвели для наблюдения за окрестностями.

Последним, что я увидела перед тем, как войти в туннель, был шар плазмы, танцующий снаружи башни в жутком, хаотичном ритме.

В этот момент я окончательно убедилась: здесь нет никакой погодной аномалии. Как бы нелепо, даже фантастично это ни звучало – кто-то управлял погодой! Обязательно! Иначе оставалось только верить, что сама богиня вмешалась, чтобы покарать Вир.

Тирнаног, аванпост Ингкар

Астра

Я приземлилась рука об руку с Магнусом на остатки конструкции, служившей ангаром для тех немногих дирижаблей, что базировались на аванпосте.

У нас ушла большая часть дня на то, чтобы подтолкнуть погодную систему в нужном направлении. Сказать, что мы полностью контролировали грозу, было бы преувеличением. Мы не обладали такой мощью, поэтому пришлось обходиться тем, что уже дала природа. А в штормовом фронте действительно скрыта колоссальная энергия, если суметь собрать её в одной точке.

Наземное присутствие Вир было стерто в порошок, что заставило их отступить под землю. Это позволило объединенным силам Эйри, Хохберга и Дженг без труда взять поверхность под контроль и осадить аванпост. Теперь, когда защитники загнаны в норы, их уничтожение стало лишь вопросом времени.

Единственный вопрос заключался в том, нет ли у них секретного выхода, который позволил бы им совершить вылазку и попытаться прорвать осаду.

— Я выжат досуха, — заметил Магнус. — И я промок до нитки.

— Я тоже! — Отозвалась я. — До сих пор не верится, что сработало.

Магнус ухмыльнулся:

— А я ни на секунду не сомневался после того, что мы устроили в Мицелии.

— Ты доложишь командованию о нашем статусе или мне? — Спросила я.

— Я сам, — сказал Магнус и принялся набивать сообщения в чате интерфейса.

Мы вместе наблюдали за тем, как группа паладинов Дженг начала спуск в подземные помещения аванпоста. Будучи аналогом охотников Эйри, они славились как элитные воины, и у них были свои счеты с кланом Вир.

Благодаря специализации на защитных мутациях вроде прочных панцирей и привычке к суровым условиям туннельных систем – вроде тех ульев, что располагались внутри гигантских деревьев Дженг – паладины были выбраны в качестве острия копья для этой операции, как только поверхность была зачищена.

С хлопком кожистых крыльев рядом с нами приземлились Талия и Марк.

— Брат, вы двое просто жжёте! — Тут же выпалил Марк. — Мы наблюдали километрах в пяти отсюда, и я всё равно думал, что не мешало бы отлететь еще подальше. Тем парням внизу, кто не успел сделать ноги в туннели, пришлось несладко. Вы как, готовы на добавку?

Магнус покачал головой:

— Может, на пару мелких фокусов меня еще хватит, но не более. Тело просто разваливается.

Я кивнула, чувствуя то же самое:

— Похоже, наша мышечная система изматывается не только от создания электрического заряда. Удержание и манипулирование энергией через создание поля – тоже огромный стресс. Мы собирали этот шторм с самого утра, так что я бы предпочла дальше не геройствовать.

— Никаких возражений, — сказал Марк. — Я и сам предпочитаю держаться подальше от передовой.

Мы оставались в резерве на случай, если войскам понадобится помощь, но до самого конца операции нас никто не беспокоил. Похоже, командиры решили не отправлять два истощенных стратегических ресурса в зону подземных боев, задействовав вместо этого обычных опытных воинов.

Примерно через час после начала атаки с неба спустились наши дирижабли – как раз к последним лучам солнца. Когда территорию объявили безопасной, мы присоединились к верхушке командования в наспех поставленной полевой палатке.

Переброска нужного количества войск на расстояние удара была логистическим кошмаром, но она того стоила. Враги были застигнуты врасплох, и если наша теория верна, шторм должен был заглушить любую радиосвязь. Кроме того, непогода не позволила бы основному флоту противника выдвинуться в эту сторону.

Так что любые подкрепления, скорее всего, опоздают, и наши оппоненты окажутся перед свершившимся фактом, когда поймут, какой трюк мы с ними провернули. Вопрос был в том, сможем ли мы закрепить этот стратегический успех, или же Тхич и Вир сообразят, что произошло, и выведут войска из всех аванпостов вдоль кромки леса Дженг.

Еще через час Ингкар был официально объявлен взятым, хотя новости пришли ужасающие.

Посыльный привел нас, чтобы мы лично увидели плоды гнусного деяния.

Бывших обитателей Ингкара нашли в месте, которое служило свалкой отходов и компостной ямой в их подземной системе. По крайней мере, тех, кто показался захватчикам бесполезным или слишком дорогим для транспортировки.

Мы стояли в зловонной каверне, заполненной телами тех, кто не годился для тяжелого труда или войны. На Тирнаноге это было ужасной необходимостью войны, но вид тел говорил о том, что быстрой казни здесь не было.

Борясь с рвотным рефлексом, я поспешила выйти наружу вслед за Магнусом, который вылетел из пещеры первым.

— Ты в порядке? — Спросила Талия. Как уроженка девятой страты, она, казалось, чуть больше привыкла к уродству массовых захоронений. — Ты не в шоке?

— Нет, просто мутит и… немного не по себе, — ответила я, с трудом переваривая увиденное. — Похоже, они избавлялись от всех, кто не приносил немедленной пользы, невзирая на… возраст.

Талия кивнула:

— Хорошо, тогда нам стоит пойти и перехватить Магнуса, пока он не натворил глупостей.

— Почему? — Я огляделась, только сейчас осознав, что Магнус не дождался нас снаружи.

Марк развел руками:

— Ты разве не слышала, как он спрашивал, действует ли на Тирнаноге Женевская конвенция?