Тирнаног, флагман Эйри

Астра

— Как же хорошо вернуться! — Я радостно вскинула кулак. Рука зажила, хотя в ней всё еще чувствовалась некоторая скованность. Тем не менее Талия наконец подтвердила мое полное выздоровление.

— Клянусь, еще один день дома с этой моей проклятой оравой, и я бы сошла с ума, — продолжила я. — Две недели присматривать за ними круглые сутки – это было изнурительно. Пожалуйста, напомни мне отблагодарить Киру за ее труды. Не знаю, как она справляется. Она просто ангел.

И это несмотря на довольно эксцентричные взгляды этой женщины на то, как следует подходить к вопросам человеческого воспроизводства.

— Помнится, когда ты сказала, что возвращаешься к работе, они выглядели не менее облегченными, чем ты сейчас, — хихикнула Талия. — И не беспокойся о Кире. Во-первых, наблюдение за детьми и их изучение напрямую связано с выбранной ею областью исследований. А во-вторых, при всех ее странных идеях, Кира обожает работать с детьми. Насколько я знаю, она на этой должности уже не одно десятилетие, и я ни разу не слышала, чтобы она хотя бы заикнулась о смене деятельности. Хотя большинство стариков делают это не задумываясь, как только им всё приедается.

Я вздохнула и кивнула. По правде говоря, я не могла злиться на Киру за то, что она воспользовалась случаем и ушла в отпуск. Она наверняка решила, что раз уж я на больничном, то сама должна присматривать за бандой маленьких разбойников. Если Кира когда-нибудь бросит меня насовсем, я окажусь в настоящей беде.

— Эти сорванцы, они такие умные, и при этом им совершенно наплевать на последствия своих поступков! — Парировала я; инцидент с кротокрысом всё еще стоял перед глазами. — Либо Кира не договаривает мне и о половине тех пакостей, что они творят под ее присмотром, либо при ней они сдерживаются.

Клянусь, у меня чуть сердце не остановилось, когда я увидела те проклятые кукольные ножки, торчащие из пасти кротокрыса, и приняла их за одного из детей. В тот миг я лишилась десяти лет жизни!

— Дети склонны вести себя гораздо сдержаннее, когда за ними присматривает кто-то, кроме родителей, — заметила Талия. — Когда рядом «мама» и «папа», у них хватает уверенности прощупывать границы. Как для того, чтобы понять, где родители проведут черту, так и просто ради привлечения внимания.

О, мое внимание они получили в «полном» объеме. — Надеюсь, они усвоили, где я провожу эту черту!

— Так что там с похищенными жертвами Магнуса? — Я сменила тему. Дома Магнус не особо распространялся об Эванне. А когда его спрашивали, всегда отвечал, что посторонится и предоставит всё Ивонне. — Есть какие-нибудь добрые вести?

Талия удрученно вздохнула. — Гектор и Ивона из кожи вон лезут, пытаясь переубедить их «традиционным» способом, но Эванна насквозь пропиталась идеологией Тича, когда решила, что осталась совсем одна. Исчезновение Ивонны пробудило в ней настрой «я сама по себе». Теперь она винит Ив и Магнуса в том, что они так долго тянули. А Лукас, ее партнер… что ж, он плоть от плоти светского общества Тича. Встреть ты его на поле боя без всякого контекста, вряд ли бы ты хоть на секунду задумалась, прежде чем всадить кинжал ему в потроха.

«Скорее уж смерть от высокого напряжения или копья», – подумала я. А может, я бы пустила в ход свои филаменты, чтобы его придушить.

Талия встряхнулась и издала брезгливый звук. — Не будь они уже партнерами, я бы просто избавилась от него и сосредоточила все силы на Эванне. К счастью, Гектор подергал за ниточки в своей семье, так что у них есть время решить, что делать с Лукасом. Ив уверена, что сможет переубедить Эванну разговорами, но, судя по тем крохам, что я видела, я в этом не уверена.

— Хм… — протянула я. — Значит, ты выступаешь за психическую корректировку, но Ив всё еще думает, что достучится до Эванны сама?

— В сущности, так, — признала Талия и постучала указательным пальцем по виску. — У этих двоих в головах кавардак. У Лукаса даже больше, чем у Эванны. Я не удивлюсь, если выяснится, что над ними поработал кто-то из псайкеров Тича. Хотя внушение не так очевидно, как у некоторых других жертв, которых я осматривала, у меня такое чувство, что в случае с Эванной они постарались на славу, чтобы повлиять на нее более тонко и необратимо.

— Зачем им заходить так далеко, если они не утруждали себя с другими жертвами? — Спросила я. — Судя по всему, что мы видели, у них не может быть столько псайкеров, чтобы делать это по прихоти.

— Если хочешь знать мое мнение, ее целенаправленно продвигали по социальной лестнице, чтобы взрастить лояльность, — пояснила Талия. — А причина – разве она не очевидна? Они знали, с кем она в родстве. Не сомневаюсь, у их шпионов было полно времени, чтобы выяснить, каким влиянием обладает Магнус в нашей коалиции. Он вхож в кабинеты руководства Эйри и Хохберга. К тому же он примкнул к твоей семье, а вы, по сути, элитные воины Эйри. Стоило Тичу убедиться в беспрекословной верности Эванны, и нашлась бы тысяча способов использовать ее против него. Первое, что приходит на ум – двойной агент или спящий убийца.

Я медленно кивнула, хотя и не была до конца уверена, сработал бы подобный шантаж с Магнусом. Он вложил немало крови и сил в то, чтобы обе его сестры были в безопасности, но еще больше сил он тратил на свою месть. В лучшем случае любой, кто вздумал бы угрожать ему жизнью сестры, просто угодил бы в черный список.

— Это… к сожалению, звучит как нечто, перед чем Тич бы не остановился, — нехотя признала я. Сама идея была здравой – если не знать Магнуса слишком хорошо. — Значит, ты уверена, что Магнус вытащил ее прежде, чем псайкер Тича успел сотворить что-то по-настоящему коварное?

— Похоже на то, но в вопросах психических способностей никогда нельзя быть уверенной на все сто, — ответила Талия и беспомощно развела руками. — Я сделала всё, что могла, не слишком копаясь в голове Евы. Впрочем, должна заметить, мои способности больше лежат в эмоциональной плоскости. Будь моя воля, я бы рискнула и попросила Ваню вправить им мозги, как она сделала с тем своим телохранителем. Она куда искуснее в вопросах ментальной манипуляции.

— Эмпат и телепат… я понимаю, что ты можешь быть не лучшим кандидатом для такой работы. Но…

Она вскинула руки, прерывая меня:

— И пожалуйста, не надо указывать на аморальность моего предложения. Просто я верю, что выбор стоит между этим, несколькими годами домашнего ареста, пока Эванна не оправится от травмы, или казнью. Пожалуйста, не говори Ивонне, что я это сказала.

— То есть ты считаешь, что я должна отговорить Ивонну от попыток вразумить сестру уговорами? — Спросила я. — А что думают Гектор и Марк? Я слышала, они помогали тебе с ними.

Талия фыркнула:

— От парней мало толку в делах, не касающихся усмирения этого типа, Лукаса, когда ему в голову приходят очередные идеи. В остальном же оба считают, что такое решение должны принимать Ив и Магнус. Но Магнус не хочет иметь с этим ничего общего, а Ивонна в своем репертуаре – упряма как осел.

Я задумчиво хмыкнула. Магнус всегда жаждал спасти сестер, но он был из тех, кто ставит логику выше чувств. Он уже не раз объяснял мне, что спасение детей, которых он помнил сестрами, и спасение молодых людей, которыми они стали теперь – это две разные вещи. Если его взрослые сестры окажутся врагами, он без колебаний обойдется с ними соответственно.

Талия сделала неопределенный жест и, вздохнув, продолжила:

— Прошло уже несколько дней. Дай ей еще неделю, и Ив сама сдастся. Или, может, у нее даже получится. Я не претендую на непогрешимость. Возможно, желание прибегнуть к моим силам – лишь нездоровый порыв. И всё же я считаю, что если мы решим идти по пути псайкеров, то лучше сделать это раньше, чем позже. Ты же знаешь, как это бывает с ментальным вторжением. Как только Эванна выстроит достаточное сопротивление, исправить ее может быть уже невозможно. И, насколько я могу судить, у нее уже хватает воли, чтобы противостоять любому, кто слабее Вани или меня. Что само по себе – тревожный намек на то, что над ней поработали.

Я медленно кивнула и на миг задумалась. — Слушай, а вот такая идея. Если их обработка была направлена исключительно на то, чтобы сделать их идеальными членами общества Тича, можем ли мы это как-то использовать?

— Использовать? — Удивилась Талия.

— Ну, понимаешь, если их учили слепо подчиняться силе и авторитету, то нам всего лишь нужно продемонстрировать свою власть, — указала я. — Дать им новую иерархию для подчинения.

Может, всё, что нужно Ивонне – это хорошенько вздуть сестру. Или использовать ту свою слизь, чтобы показать истинный ужас симбионтов.

Я содрогнулась, радуясь, что мы с Магнусом не пошли по этому пути. К тому же я была готова поспорить, что Магнус до сих пор не подозревает, какое жуткое чудовище удалось приручить Ивонне. Маленькая слизь выглядела милой и симпатичной, пока находилась под ее полным контролем, но подобные твари не зря пользовались дурной славой.

Талия посмотрела с сомнением. — Ты ведь понимаешь, что часть идеологии Тича – это бросать вызов тем, кто у власти? Даже если это сработает, эти двое станут проблемой совсем иного рода. Особенно Лукас. Он, насколько я могу судить, весьма амбициозен.

Я цыкнула языком:

— Тогда я голосую за то, чтобы запереть их в комнате с Магнусом на пару дней.

Проблема решится быстро, и винить нас будет не в чем.

Талия рассмеялась. — Мы не можем так поступить теперь, когда Магнус так преуспел в сдерживании своих порывов. Это перечеркнет все его старания. Его одержимость спасением сестер, словно он какой-то великий протектор, заметно поутихла, да и к Ив он стал относиться лучше. И я думаю, он до сих пор не знает, что делать с Гуннаром, и вместо этого выбирает осознанное неведение. Если запереть этих троих в комнате на сколько-нибудь долгое время, Магнус может склониться к радикальному решению. И тогда Ив разозлится и… нет… давай не будем этого делать.

Я поджала губы, словно и не предвидела подобный исход. — И то верно.

Дальше мы шли в уютном молчании, пока не достигли мостика флагмана, где было куда оживленнее, чем мне запомнилось. Множество людей из Эйри, Хохберга и Дженг сновали туда-сюда, но основное действие, казалось, сосредоточилось у центрального стола с большой стратегической картой.

Конечно, я не была совсем уж не в курсе событий. Магнус сообщил мне, что флот находится в состоянии противостояния с оставшимися силами Тича, которые используют Тич-Сити как крепость.

До сих пор никто не осмеливался предложить заплатить ту кровавую цену, которой неминуемо потребует прямая атака на окопавшегося врага.

Эта суета означала либо то, что Тич пошел на прорыв, либо кто-то придумал план штурма.

Впрочем, я гадала, зачем нам рисковать и атаковать без подкреплений. Если мои сведения верны, второй флот прибудет только через неделю.

Я увидела отца у стола планирования и махнула ему рукой. — Этан!

Он обернулся и улыбнулся в знак приветствия. — О, похоже, ты вернулась в мир живых.

— Да. Почему все так суетятся? Вы планируете напасть на Тич-Сити? — Спросила я.

Он поджал губы и указал на карту. — Не напрямую. Цена была бы слишком высока. Но стратеги полагают, что мы можем использовать время с большей пользой до прибытия подкреплений. Разведчики изучили этот холмистый регион на востоке и обнаружили множество входов в пещеры с оборонительными сооружениями вокруг. Это укрепленная позиция, но куда менее серьезная, чем сам город. Оборона там рассчитана на безмозглую местную фауну. Тич не держал в уме людей, когда строил их, так что преодолеть их – ничто по сравнению с атакой на город. Если мы ударим там, то сможем выманить их воздушный флот туда, где они не смогут рассчитывать на поддержку с земли. Именно поэтому наш флот сейчас заходит с севера.

Талия нахмурилась, не понимая:

— Зачем им защищать какой-то район, если у них есть город? Разве им не достаточно просто зависнуть над городом, чтобы удерживать нас в патовой ситуации?

Этан поднял палец и ухмыльнулся. — Видишь ли, нашим дирижаблям крайне необходим светящийся мох, чтобы оставаться в воздухе. Этот мох не растет в ярко освещенных местах, поэтому мы делаем всё возможное, чтобы поддерживать подходящие условия, но что ни делай – потери неизбежны, если под рукой нет идеально герметичного пространства или пещеры. Сомневаюсь, что дирижабли Тича хоть чем-то лучше наших. А так как они владеют ими не так долго, как мы, Ваня полагает, что уровень потерь у них может быть даже выше. Есть мнение, что два десятилетия спешного строительства флота заставили их идти на определенные уступки в качестве. Мы же в этом деле уже два столетия. Я говорил с Руменами, и они разделяют мнение, что конструкции дирижаблей Тича уступают нашим. Единственное, что ставит их в равное положение – это старые запасы оружия Земли, которые они раскопали, но и те должны когда-то иссякнуть. На самом деле мы считаем, что большую часть они должны были израсходовать во время нашего недавнего крупного столкновения. Придерживать их в такой ситуации не имело бы никакого смысла.

Я согласно кивнула. — Вы полагаете, что в тех пещерах Тич выращивает светящийся мох для своего флота. А такому количеству кораблей нужно хоть сколько-то мха, чтобы не рухнуть на землю.

Он кивнул с волчьим оскалом. — И если мы перекроем им поставки, им придется либо выслать свои дирижабли на бой на наших условиях, либо мы сможем просто ждать и наблюдать, как один корабль за другим садится на брюхо.