Тирнаног, гора Эйри

Астра

Мой напарник закашлялся и отступил еще на шаг от жалкого существа, распростертого на земле.

— Знаешь, как-то раз я был в Германии и вляпался в одну кулинарную историю, — сказал он. — У них там есть блюдо под названием Метт – по сути, сырой мясной фарш со специями и луком. Иногда ему дают забродить перед подачей. Мне, к несчастью, досталась именно такая версия. Моя Утроба тогда была категорически против.

Он указал пальцем на беззвучно стенающую женщину и сглотнул, прежде чем вынести окончательный вердикт:

— А она… она выглядит в точности как Метт… по крайней мере, я надеюсь, что это «она»… иначе что-то очень важное растворилось еще до того, как мы подоспели на помощь.

Я ударила Магнуса по плечу за его бессердечие. Навредить ему так я не могла, но в тот момент это казалось правильным жестом.

— Иди за вещами! Нужно оказать ей первую помощь, иначе она не протянет!

Честно говоря, я и сама не была уверена, что она выживет даже с нашей поддержкой. Или Магнус прав, и перед нами несчастный «он»? Может ли человек выжить, потеряв всю свою… его кожу?

Я решила предварительно остановиться на «ней». Хотя, судя по телосложению, это мог быть и андрогинный «он».

— Не гуманнее ли будет просто прекратить эти мучения? — Спросил Магнус, но все же развернулся, чтобы забрать наши рюкзаки из тайника. Мы спрятали их под огромным грибом, чтобы не таскать лишнюю тяжесть во время боя.

— Может и так, но не нам это решать! — Я собрала свои филаменты и с их помощью подняла охотницу из месива, оставшегося от ее отряда. Боже, я надеялась, что она не пролежала слишком долго, пропитываясь останками своих друзей или любовников.

От прикосновения охотница издала мучительный стон, но иного выхода не было. Нам нужно было очистить ее и обмотать антисептическими бинтами, чтобы дать хотя бы призрачный шанс. Оставалось надеяться, что запасов хватит.

Антисептического крема из стандартного набора выживания обычно хватало на тяжелую рану или ампутацию. Он предотвращал инфекцию и останавливал кровотечение. В остальном люди полагались на свои мутации.

К сожалению, я не знала, не вызовет ли избыток крема побочных эффектов. Мне еще не доводилось использовать его на ком-то, кто лишился кожи целиком.

В любом случае, чтобы отмыть ее, требовалось гораздо больше воды, чем у нас было.

— Магнус, — обратилась я к напарнику, как только он вернулся с вещами. — Помнишь то большое синее растение, которое мы проходили по пути? То, что собирает воду?

— Да, ты про водосборник? — Он посмотрел в ту сторону. — Если бегом, то минут десять туда-обратно.

— Пожалуйста, возьми бурдюки и наполни их до краев. А потом неси сюда, пока я делаю, что могу, — распорядилась я. Отпускать Магнуса одного было расчетливым риском, на который я бы не пошла в обычных условиях. Но это было совсем рядом, а выжившую в таком состоянии мы бы точно не дотащили.

В итоге на латание охотницы ушло гораздо больше времени, чем мне хотелось бы.

К счастью, на созданное нами поле боя сбежались лишь мелкие падальщики.

Местным аналогом «молний» были трупные черви. Хотя они были куда менее опасны, чем те маленькие монстры, с которыми у меня теперь имелись общие гены. Трупные черви представляли собой союз червя и многоножки без панциря. Их магическим образом тянуло к мертвой биомассе, и уже через несколько минут они начали пировать, зарываясь в тела вокруг нас.

Их главной защитой была крайне скверная субстанция, которой они плевали в любого, кто мешал трапезе. Но в отличие от «молний», в большинстве случаев их можно было отпугнуть, просто швырнув палку с достаточной силой.

Пока Магнус не вернулся, мне удавалось отгонять всех, кто подбирался слишком близко. Когда он пришел, он взял на себя охрану, а я принялась отмывать выжившую настолько тщательно, насколько позволяли условия.

Прежде чем закончить, мне пришлось дважды отходить в сторону, чтобы не осквернить ее собственной рвотой. Родители рано позаботились о том, чтобы я закалилась перед лицом ужасов этого мира, но от такого зрелища выворачивало даже мой желудок. Запах желудочного сока матриарха был невыносим.

Почти час спустя – и после моих сожалений о том, что я договорилась с Магнусом именно мне копаться в потрохах матриарха – мы наконец уложили выжившую на носилки. Она была замотана, как мумия, во все бинты и чистую ткань, что у нас нашлись.

Не скажу, что я справилась блестяще. Но в свое оправдание замечу, что бинтование всего тела обычно встречается только в комиксах или анекдотах.

В какой-то момент наша пациентка потеряла сознание и полностью отключилась. Это было благословением. Ощущение антисептического крема на всем теле, должно быть, напоминало повторное растворение в желудочной кислоте.

Пока я возилась с первой помощью, Магнус успел собрать большую часть своих метательных копий.

Когда же я начала собирать свое снаряжение, то столкнулась с досадным недостатком моих метательных звезд. Их было почти невозможно найти, если не помнить точно, куда они полетели. Подход напарника к дистанционному оружию был практичнее: одноразовые металлические шарики для мелюзги и крупные снаряды для серьезных целей.

В конце концов мне пришлось смириться с потерей большинства звезд.

С заметно полегчавшими рюкзаками и потерей части снаряжения в хаосе битвы, я оставила всякую надежду на продолжение охоты и повела Магнуса к ближайшему убежищу.

Гнездовье подменышей все еще оставалось почти нетронутым, но я надеялась, что удар, нанесенный по их популяции, окажется достаточно тяжелым, чтобы выжившие стали легкой добычей для любого проходящего мимо хищника.

При этом мне показалось очень странным, что матриарх покинула гнездо. Обычно я ожидала, что она останется охранять потомство. Ее появление на поле боя чуть не стоило Магнусу здоровья. Это стало отрезвляющим напоминанием: никогда нельзя принимать поведение дикого зверя как нечто само собой разумеющееся.

Времени сокрушаться над ошибкой не было – растущее число трупных червей вынудило нас покинуть это место.

Вдвоем мы без труда несли потерявшую сознание женщину на импровизированных носилках.

Убежище представляло собой хорошо спрятанный бункер в полу пещеры, расположенный примерно в центре Утробы. Единственная большая комната была оборудована куда лучше, чем стоянки между Старым Лагерем и горой Эйри. Что неудивительно, учитывая, что об этом месте знали только члены семьи.

Как только люк убежища был заперт, я первым делом распотрошила аварийные запасы, чтобы пополнить наше снаряжение. Чудом наша выжившая не скончалась по дороге – исход, который ничуть бы меня не удивил.

— Должно быть, у нее какая-то мутация с исключительным исцеляющим фактором, — размышляла я, осматривая пациентку. Я отодвинула часть бинтов и увидела, что плоть под ними все еще была содрана, но уже покрылась коркой и подсохла, что предотвращало дальнейшую потерю жидкости. В ближайшее время ей нельзя было двигаться, иначе все снова разошлось бы.

По крайней мере, непосредственной угрозы смерти больше не наблюдалось.

Я не врач, но здравый смысл подсказывал, что потеря жидкости – главная угроза для жизни женщины. Поэтому я изо всех сил старалась напоить ее остатками супа из бутылки. Он остался у нас со вчерашнего дня – разумеется, вываренный до состояния неузнаваемой кашицы.

— Похоже, такая регенерация обернулась проклятием, — заметил Магнус. Он осмотрел свой спетум и недовольно скривился. Оружие изрядно пострадало, когда он использовал его как шест для прыжка на матриарха подменышей. — Похоже, придется заказывать новый, но для еще одного боя этого должно хватить.

Мой взгляд упал на отсутствующее острие.

— В таком состоянии ты им особо не потыкаешь.

— Для рубящих ударов он все еще годится, к тому же я вроде видел напильник и точильный камень среди вещей, — рассудил Магнус. — Я не кузнец, но выточить новое острие мне вполне по силам.

Я оставила его приводить оружие в порядок, а сама занялась кормлением выжившей. Если ее способность к регенерации хоть немного походила на ту, что была у Талии, ей требовалось много питательных веществ и воды для исцеления.

К моему удивлению, она открыла молочно-белые глаза, когда я осторожно поднесла бутылку с супом к ее губам. Радужка была повреждена желудочной кислотой, что ослепило ее – надеюсь, лишь временно.

— Кто? — Тихо прохрипела она сорванным голосом.

— Мы охотники из Двенадцатой страты, — сообщила я ей. — Мы наткнулись на ваш лагерь и группу подменышей. Мы не могли игнорировать их присутствие в наших охотничьих угодьях и выследили их до самого гнездовья, где вытащили тебя из брюха их матриарха. Я так понимаю, твое пребывание в Утробе не было санкционировано?

— Нет, — женщина вздрогнула.

— Какая страта и как тебя зовут? — Спросила я.

Она не ответила.

— Ты же понимаешь, что мы все равно узнаем, рано или поздно, — настаивала я. — Твое снаряжение было намеренно обезличено, чтобы скрыть личность. С моей точки зрения, мы могли бы и не оказывать тебе помощь, раз ты, возможно, не из клана.

— Третий, — последовал ответ.

Я обдумала услышанное.

Третий стратой руководили Брюс и Трэвис Пател. Официально Третий занимался исключительно добычей богатств горы. Но неофициально я знала, что они были кем-то вроде паршивой овцы в клане. Они любили обходить законы совета, и частенько, когда всплывали какие-то темные делишки, оказывалось, что люди в них замешаны именно из Третьего.

Мой отец настаивал, что их закулисные сделки нужно терпеть до тех пор, пока ситуация не выходит из-под контроля. Ни одно правительство не управляло массами, не нарушая собственных законов, и именно в этом Третий доказал свое мастерство.

Неудивительно, если они организовали незаконную охоту на территории моей семьи. Смущало лишь одно.

Пателы не были идиотами или дилетантами.

— Что за авантюру вы тут затеяли? — Спросила я. — Третий, может, и не самая влиятельная страта, но они не настолько некомпетентны, чтобы посылать людей без нужной квалификации браконьерствовать на чужой земле. Как несколько подменышей смогли одолеть вас?

— Не подменыши… — простонала женщина. — Свежеватель разума… контролировал их. Мы атаковали… гнезда… резали подменышей… но потом… всё пошло…

Холодный озноб пробежал по моей спине, стоило ей упомянуть свежевателя разума.

— Тсс… — я заставила ее замолчать и прижала бутылку к губам, давая попить.

— Свежеватель разума? — Магнус наклонился над нами, его глаза азартно блеснули. — Это не то существо, которое дает психические способности?

Я вздохнула и покачала головой, видя его явное желание бросить вызов такому противнику.

— Мне следовало догадаться, что что-то не так, когда матриарх подменышей бросила гнездо, чтобы напасть на нас. Свежеватель разума, должно быть, захватил колонию.

— Захватил? — Переспросил Магнус.

— Свежеватели разума действуют как паразиты, которые любят подчинять себе стада животных. Их способность влиять на других и контролировать их позволяет им оставаться незамеченными и пировать за счет хозяев. Колония подменышей – идеальная цель для свежевателя. Вполне логично предположить, что он заставил матриарха напасть на нас вопреки ее инстинктам.

— Но мы перебили почти всю колонию, — заметил Магнус. — Разве он не должен был прийти и за нами?

— Свежеватели разума опасны своими галлюцинациями, но у них есть слабости. Их тела относительно слабы, и вполне вероятно, что его могли убить в неразберихе боя. Если кто-то не заходит прямо в их охотничьи угодья, они редко действуют напрямую. Вместо этого они предпочитают натравливать на незваного гостя подконтрольных животных, — процитировала я то, что помнила из учебы. — И хотя они могут влиять на множество особей одновременно, радиус их действия не так уж велик.

Магнус поджал губы.

— Значит, они как нахлебники? Заселяются в какой-нибудь улей подменышей и используют хозяев, чтобы те добывали им еду. Как нам его убить?

Я пожала плечами.

— Нам двоим? Никак. Насколько я знаю, для охоты на свежевателя разума требуется несколько человек с дистанционным оружием, рассредоточенных по большой территории. Как только он обнаруживает себя, те, кто не попал под его влияние, расстреливают тварь. Желательно до того, как кто-нибудь погибнет.

Стоны пациентки снова привлекли мое внимание, и я скормила ей еще немного супа.

— Как вы попались свежевателю? — Я чувствовала, что каждое слово причиняет ей боль, но нам нужно было знать. Если в Утробе рыщет свежеватель разума, нам придется быть осторожнее, чем когда-либо.

Ее веки затрепетали.

— Атаковали… гнездо… потом… начали биться… друг с другом.

— Они пошли на гнездо, и свежеватель заставил их атаковать своих же, — заключил Магнус. — А подменышам, полагаю, оставалось только закончить дело.

Охотница кивнула и тут же застонала от боли. Этим движением она снова растравила несколько ран на шее.

Я сочувственно зашипела и пошла за новой порцией мази.

— Просто не двигайся. Ты сейчас не в том состоянии, чтобы что-то делать.

Залатав охотницу и скормив ей остатки из бутылки, мы с Магнусом ушли на свои койки в дальнем углу убежища.

— Что думаешь? — Спросил он, когда дыхание пациентки стало ровным, свидетельствуя о сне.

— Что наша охота окончена, — тихо проворчала я, лежа рядом с ним. — Насколько же нужно быть невезучими, чтобы наткнуться на свежевателя в самом начале? Полагаю, грех жаловаться, пока мы сами не оказались у него в животе.

— У нас двоих совсем нет шансов успешно поохотиться на него? — Спросил Магнус. — Я бы не отказался от такой мутации.

Я фыркнула.

— Есть причина, по которой на свежевателей ходят только большими группами. Мы должны вернуться и доложить семье. Мои родители пришлют подготовленный отряд, чтобы зачистить эти угодья.

— А как именно работает их способность? И как они выглядят? — Продолжал расспросы Магнус.

Я закрыла глаза, концентрируясь на воспоминаниях.

— Огромные пауки-мозги… или жуки. Размером примерно с человека. Внешний вид зависит от возраста. Обычно это большое, опухолевидное и очень уязвимое тело с хитиновыми придатками для передвижения. Ноги – единственная физическая опасность, не считая их умения играть с разумом добычи.

— Если он может заставить нас атаковать друг друга, можем ли мы пойти на него в одиночку? Звучит так, будто сама тварь слаба без своих прихвостней, — предложил Магнус. — Просто прийти туда одному и убивать всё, что движется, даже если оно выглядит как родная мать?

— Свежеватель может использовать свои способности, чтобы спрятаться, — указала я на изъян в его плане. — Он может стоять прямо рядом с тобой, а ты и знать не будешь, что находишься в сфере его влияния. Со свежевателем разума нельзя доверять ни одному из своих чувств.

— Тогда как ты объяснишь, что мы его не видели, когда наблюдали за поляной? — Магнус замолчал на несколько мгновений, погрузившись в раздумья. — Может, мы уже были под его чарами?

Я нахмурилась и покачала головой.

— Максимальная зафиксированная дальность действия свежевателя – около двадцати метров. Дальше этого они полагаются на другие методы маскировки. Вот почему нужна большая группа, чтобы выманить его. Они очень терпеливые существа.

— Тогда где он мог прятаться на поляне? — Рассуждал Магнус. — Подменыши фанатично соблюдали чистоту. Там не было ничего, кроме гнезд и кучи костей, на которой восседала матриарх – и я сомневаюсь, что свежевателю понравилось бы, если бы эта туша его раздавила.

Я поджала кубы.

— Полагаю, вполне можно представить, что он прятался внутри одного из гнезд. Подменыши естественным образом охраняют его, а свежеватель мог питаться яйцами, которые они туда откладывают.

— В одном из тех гнезд, что я поджег, — задумчиво произнес Магнус. — Может, он уже мертв? Удачный выстрел – и причина, по которой он натравил на нас матриарха.

Я фыркнула.

— Ой, да ладно тебе. Хватит мечтать. — Но тут я осеклась, обдумывая эту мысль.

Зачем бы ему посылать матриарха, если не в качестве импульсивной реакции на атаку? — Такой ход мыслей вполне укладывается в последовательность событий.

— Я так скажу: завтра мы вернемся и сожжем все гнезда с безопасного расстояния. Если выкурим его, попробуем достать из луков и копий, — заговорил Магнус с абсолютной уверенностью.

— Магнус, не знаю, как тебе это сказать, но это чертовски плохая идея, — ответила я. — Нам не стоит рисковать. Напротив, нужно надеяться, что мы доберемся до дома, не встретив его. Свежеватель – противник, к которому мы не готовы.

Он вздохнул.

— Ладно. Если ты считаешь, что нам даже смотреть в ту сторону нельзя, пусть другие разбираются.

Я видела, что он не смирился с потерей шанса. Он всерьез хотел, чтобы мы пошли за этой эволюцией, но я была не в том состоянии, чтобы спорить. — Просто дай мне переспать с этой мыслью. Вернемся к теме утром, когда я не буду валиться с ног от усталости.

На следующий день, должна признать, я была немного раздосадована тем, что Магнусу как-то удалось убедить меня хотя бы проверить гнездовье подменышей с его новым планом.

— Я все еще считаю, что это глупость, — жаловалась я, позволяя своим филаментам вытянуться как можно дальше.

— Тогда почему ты здесь? — Спросил Магнус, запуская очередное горящее копье в гнездо подменышей.

К сожалению, мне не пришлось проводить глубокий самоанализ, чтобы найти ответ.

— Жадность, — вздохнула я. — Ответ – простое желание силы.

И я должна была признать, что в новом плане, который Магнус представил мне утром, была своя прелесть в его простоте, но вслух я этого не сказала, решив, что это вредно скажется на его и без того раздутом эго.

План состоял в том, чтобы перебить оставшихся подменышей, сжечь их гнезда и выследить свежевателя. Хитрость заключалась в способе исполнения.

Магнус предложил полагаться исключительно на наши электрические способности. И это было… гениально.

Хотя свежеватель, скорее всего, мог внушить нам любые видения, я точно знала, что он не может помешать нашим телам действовать. Если мы будем выпускать электрические разряды через равные промежутки времени, рано или поздно мы его зацепим.

Даже если он создаст галлюцинацию, заставив нас видеть друг в друге угрозу, всё будет в порядке, пока мы используем электричество для атаки. Мы с Магнусом могли бить друг друга током хоть весь день напролет без реального вреда. В худшем случае свежеватель решит, что мы не стоим хлопот, и сбежит.

Когда мы прибыли на место, в гнездовье оставалось всего три подменыша. Расправиться с ними копьями Магнуса не составило труда. Затем мы принялись уничтожать гнезда одно за другим.

— Похоже, это последнее. — Магнус поджег свое последнее деревянное копье и метнул его в оставшееся гнездо. Сухая растительность, из которой оно было свито, мгновенно вспыхнула.

Я выпустила очередной разряд электричества, придерживаясь нашего ритма в двадцать секунд и не доверяя тому, что говорили мне глаза, уши и нос. Если свежеватель захочет подобраться ближе, он вряд ли сделает это, не задев мои филаменты.

Когда я оглянулась на напарника, то увидела лишь жуткую пасть подменыша, пытающегося впиться мне в лицо. Это выглядело настолько реально, что в любой другой ситуации я бы ударила в ответ со всей силы.

Вместо этого я зажмурилась и напрягла мышцы, создавая максимально мощный заряд, пока мои филаменты бешено хлестали воздух вокруг.

Что-то врезалось мне в плечо, и я повалилась на землю, прежде чем почувствовала еще более мощный прилив электричества, прошедший через несколько моих нитей в тело.

Я знала, что этот разряд мог принадлежать только Магнусу, и ответила собственным всплеском энергии, продолжая размахивать филаментами, словно капризный ребенок.

— Ты в порядке? — Голос Магнуса привел меня в чувство, и я ощутила, как он тянет меня за руки, помогая встать.

Я открыла глаза и увидела напарника, который глупо мне улыбался.

— Мы сделали это! — Он указал на обугленную тушу свежевателя разума. — Иногда девяносто процентов успеха в бою – это хороший план.

Существо представляло собой бесформенный сгусток мозгоподобной, опухолевидной плоти с десятью паучьими отростками. Оно дергалось на земле всего в трех метрах от нас. Плечо пульсировало от боли, но по венам разливался чистый восторг.

Затем я пустила в тварь еще один разряд электричества – и в Магнуса тоже, на всякий случай.

От неожиданности он подпрыгнул на полметра. — Эй! Поосторожнее!

Я улыбнулась. То, что мы были почти невосприимчивы к электричеству, еще не значило, что сильный удар был приятным. — Мне нужно было убедиться, что это ты. И я буду продолжать делать это всю дорогу назад. Просто на всякий случай.

Магнус выглядел оскорбленным. — Я не думаю, что…

— А кто тебе сказал, что здесь не было двух свежевателей? — Спросила я. — Они редки, но, учитывая, насколько паршивой выдалась наша вылазка, я бы не удивилась.

— Логично, — кивнул Магнус и схватил один из моих филаментов. В следующую секунду я вскрикнула от спазма в мышцах.

Я зарычала и выхватила нож, притворяясь, что бросаюсь на Магнуса, прежде чем вонзить его в серую плоть свежевателя.

Напарник с интересом заглянул мне через плечо. Он всегда внимательно наблюдал, когда я показывала, как разделывать добычу.

Когда мои руки уже были испачканы жидкостью, заменявшей свежевателю кровь, Магнус спросил:

— Мы правда будем это есть?

Я обернулась, держа в руках полоску плоти монстра.

Его взгляд упал на вырезанное филе, и лицо напарника слегка позеленело. — Я просто хочу сказать… оно очень похоже на мозги…

— То есть ты хочешь сказать, что мы рискнули жизнями ради непроверенной стратегии, а теперь ты хочешь вернуться домой без трофеев, потому что ты слишком брезглив? И это при том, что именно я твердила тебе раз за разом, что нам не стоит так рисковать? — Я прищурилась, глядя на него.

К его счастью, он понял намек и сглотнул. — Понял. Ем свежевателя и молчу.