Тирнаног, гора Эйри

Магнус

— М-м-м!

Меня толкнули, я покатился и приземлился на холодный пол прежде, чем успел окончательно проснуться. Простонав, я заворочался, вдыхая свежий воздух. Какая-то коварная сущность не просто изгнала меня из постели, но еще и прихватила с собой простыни!

Подняв взгляд, я осознал, что нахожусь внутри убежища, а той самой коварной сущностью оказалась не кто иная, как моя жена и, по совместительству, напарница.

От внезапного сквозняка я вздрогнул, но вставать не хотелось. Ну почему климат в пещерах Эйри должен быть таким промозглым? Разве температура не должна повышаться по мере того, как спускаешься глубже в недра земли?

Сам этот вопрос напомнил мне, что мы находимся внутри горы, а не глубоко под ней.

С тяжелым вздохом я снова прижался щекой к холодному камню. По утрам мне всегда требовалось время, чтобы прийти в себя. Скверный сон, снившийся прошлой ночью, казался далеким, и я уже не был уверен, случилось ли это на самом деле.

— Почему ты вечно лежишь на мне, когда я просыпаюсь? — Проворчала Астра из своего уютного уголка на лежаке.

— Я бы и сам хотел это знать, — пробормотал я в ответ, но все же усмехнулся, вспомнив, как зарывался лицом в ее грудь, пока она спала. Быть сверху также означало возможность немного поразвлечься, если мне случалось проснуться первым.

Кто бы мог подумать, что у попадания в этот мир будет такой замечательный бонус?

— У меня голова раскалывается, — простонала Астра. — Не стоило нам есть свежевателя разума. Игры с собственной эволюцией – это всегда плохая карма-а-а-а-а-ах!

Мои глаза мгновенно распахнулись от мучительного крика Астры, а пульс подскочил с пятидесяти до двухсот ударов. Я с силой оттолкнулся руками от пола, одним мощным движением переходя из горизонтального положения в вертикальное.

— Где? — Я завертел головой, высматривая нападавшего.

— Мои… мои ногти! — Пожаловалась Астра с возмущенным воплем. — Они белые! И слишком длинные!

Я повернулся к ней, и мой взгляд упал на ее руки.

Ее ногти стали костяно-белыми и выглядели куда толще тех хрупких пластинок, которые обычный человек даже не решился бы назвать естественным оружием. Это изменение не превратило их в полноценные когти, но они были максимально близки к ним, насколько это возможно без ущерба для мелкой моторики.

На мой вкус – сформированный культурой Земли – новые приобретения Астры выглядели как обычные ногти земной женщины. Разве что их длина казалась слегка эксцентричной.

Астра посмотрела на мои руки:

— У тебя тоже!

Когда наши взгляды встретились, она нахмурилась, и я мгновенно понял, в чем дело.

У нее были определенные комплексы по поводу того, что ее внешность менее человечна, чем у других.

Казалось бы, глупо сторониться себе подобных в мире, населенном людьми-насекомыми и каннибалами, но дети бывают жестоки к любым мелочам. Из того, чем Астра соглашалась со мной поделиться, я знал: в юности ее филаменты стоили ей не одной дружбы со сверстниками.

Это оставило в ее душе травму, которую она так и не смогла излечить. Даже сейчас она впадала в уныние, когда люди пугались ее облика.

У меня была иная точка зрения, но я опасался дискуссии, которая неминуемо последует, поделись я ею со своей пассией.

Ее соплеменников лишь отчасти пугала эта эстетика в духе Ктулху. Люди впадали в ступор не просто из-за внешности Астры, а из-за того, что она была из рода Фрост. Щупальца служили явным признаком принадлежности к могущественной семье, и реакция окружающих была, по крайней мере частично, реакцией на влияние ее клана.

Не стоит забывать и о том, что Астра порой проявляла весьма суровый характер, когда шла к своей цели. Память услужливо подсказала образ стражника, на котором она продемонстрировала свою власть, когда мы только прибыли. Наверняка существовали способы уладить ситуацию иначе, но она предпочла отправить человека на больничную койку, так как это сулило наилучший результат.

Заметив, как мрачнеет ее лицо, я вспомнил о текущей проблеме, и мой мозг немедленно переключился в режим минимизации ущерба. — Они такие хорошенькие! — Воскликнул я, стараясь скрыть собственный ужас, когда перевел взгляд на свои руки.

Мои ногти тоже отросли… как у женщины… или у бродяги!

Я очень надеялся, что эту жуть можно состричь. Или хотя бы спилить!

— Ты пытаешься отвлечь меня комплиментами! — Посетовала Астра. — У тебя неплохо получается, но я вижу, когда ты надеваешь свою «социальную маску».

Ее слова заставили меня осознать, что здесь, на Тирнаноге, я не видел никого, чьи ногти не были бы коротко и практично подстрижены. Женщины этого мира были слишком сосредоточены на выживании, чтобы тратить время на полировку и украшение своих когтей.

По крайней мере, пока эти когти не были результатом мутации.

— Нет, вовсе нет, — быстро возразил я. — На Земле все женщины, которых я знал, предпочитали длинные ногти! Это символ красоты и статуса. Они их даже красят и делают маникюр. Некоторые рисуют на них крошечные картинки. Существуют люди, чья работа заключается исключительно в том, чтобы приводить ногти в порядок. Пожалуйста, не думай, что я лгу. Я просто немного в шоке, потому что это… обычно прерогатива женщин. Как думаешь, кусачки для ногтей их возьмут?

Напряжение на лице Астры немного спало. — Кажется, я помню, как моя… настоящая мама занималась чем-то подобным.

Заметив, что я перевел ее волнение на другую, возможно, еще более болезненную тему, я поспешно придвинулся и обнял ее, не зная, что еще предпринять. В каком-то смысле мы оба потеряли свои семьи, но я был уже взрослым, когда это случилось. Астра же была подростком, когда правительство забрало ее.

— Все в порядке, — Астра отстранилась.

К счастью, оказалось, что я не расстроил ее, а лишь заставил задуматься о прошлом. В конце концов, прошло уже больше десяти лет с тех пор, как она попала в этот мир. Для нее этого времени было достаточно, чтобы примириться с судьбой.

Как выяснилось позже, кусачки для ногтей не справились.

Те, что мы принесли с собой, тут же погнулись и пришли в негодность. Чтобы вернуть моим ногтям более мужественный вид, мне пришлось воспользоваться металлическим напильником и точильным камнем, предназначенными для ухода за оружием.

— Они что, из металла сделаны? — Пожаловался я, закончив работу. Приведение ногтей в порядок заняло целый час и оставило на точильном камне борозду, которой раньше не было.

— Кто бы мог подумать, что из всех черт, которые мог передать нам свежеватель разума, мы получим его знаменитые хитиновые когти, — фыркнула Астра, пока я наносил последние штрихи.

Она уже подпилила свои, последовав моему совету оставить их длинными. Это потребовало меньше усилий, чем в моем случае.

— Надеюсь, изменения не затронут наши кости. Это было бы скверно, учитывая, что у нас и так костная мутация, — продолжила моя партнерша. — Но хитин свежевателя разума славится тем, что по прочности не уступает стали.

Она продолжала пристально рассматривать свои руки. — Мутация свежевателя разума известна своей непредсказуемостью, но я никогда не слышала, чтобы кто-то получал от нее физические признаки. Ты заметил какие-нибудь другие изменения? Моя головная боль намекает, что мы должны были получить не только когти. Может, это просто один из неприятных побочных эффектов.

Я тоже чувствовал легкое покалывание в затылке, но не назвал бы это головной болью. — Что-то вроде того. Больше похоже на чувство усталости и дезориентации сразу после пробуждения.

Астра села на лежак и потянулась, затем несколько раз ударила по воздуху со сверхъестественной скоростью. Выражение ее лица стало сосредоточенным – она выполняла те же упражнения, что и каждое утро.

— Ого, вот это да! — Астра вскочила и глупо заулыбалась. — Глянь-ка!

Я наблюдал, как она выполняет серию ударов руками и ногами. Мне потребовалось больше минуты, чтобы осознать: движения Астры стали гораздо плавнее, чем я помнил.

Использование сверхъестественной скорости требовало запредельной концентрации. Мы с Астрой зашли в тупик из-за необходимости ограничивать этот навык определенными частями тела. У нас не оставалось иного выбора, кроме как наносить по одному удару за раз. Благодаря тренировкам мы научились мастерски выстраивать их в цепочки, создавая впечатление, что способны на большее.

То, что Астра вытворяла прямо сейчас, превосходило все, что я видел раньше. Она двигала всем телом одновременно.

Астра закончила свою демонстрацию с торжествующей ухмылкой на лице.

Затем она плотно прижала филаменты к телу, превратив их в одежду, и исчезла, мгновенно появившись на другом конце комнаты.

— Астра! — Я поднял руку, одновременно восхищенный ее прорывом и встревоженный.

Прежде чем я успел ее остановить, Астра метнулась обратно ко мне, щелкнула меня по носу и снова исчезла.

— Бум!

От глухого звука мощного удара с потолка посыпалась пыль.

Астра материализовалась у стены слева от меня; она пошатнулась и приземлилась на задницу.

— Ой!

— Астра! — Я бросился к ней, заметив овальную вмятину в стене прямо на уровне ее лица.

— Я в похядке, — она отмахнулась от меня прежде, чем тонкая струйка крови потекла из ее носа на подбородок.

Я поморщился. — Не похоже на порядок. Будь осторожнее! Обычный человек сломал бы себе нос или шею! Если бы вообще не превратил мозг в кашу!

— Но я сдехала это, — упрямо возразила она. — Сделала!

Раз она не желала признавать, что переборщила, значит, с ней все было в норме, и я смог облегченно вздохнуть.

Закатив глаза, я помог ей добраться до небольшого умывальника, в который поступала вода из бака убежища. Несмотря на укрепленные мышцы и кости, я не удивился бы, окажись у нее серьезное сотрясение мозга.

— Как? — Спросил я, когда она ополоснула лицо, и я убедился, что она не упадет мне на руки.

— Нужно сконцентрироваться и воспринимать каждое движение как отдельную задачу… — объяснила Астра. — Во время упражнения это получилось само собой. Стоило мне попытаться разделить внимание на два движения одновременно, как вдруг возникло чувство, будто меня двое, и каждый может заниматься своим делом. Как Параллельный Разум!

Я нахмурился, слегка встревоженный этим термином.

Увидев выражение моего лица, Астра надулась. — Я не вешаю тебе лапшу на уши. Просто попробуй! Я это не выдумала. И от нашего пари тебе не отвертеться!

Точно… Мы с Астрой какое-то время назад поспорили, кто первым разблокирует бег на суперскорости.

— Нет, — я поднял руку. — Я тебе верю. Твоя победа.

Название мутации. Все было в точности так, как сказала Гея во сне. Неужели мое подсознание заранее сообщило мне о Параллельном Разуме? Или это инстинкт? Мать Талии упоминала, что многие мутации сопровождаются набором инстинктов, помогающих их использовать.

Вероятно, так оно и было. Уж точно звучит правдоподобнее, чем какая-то божественная энергетическая сущность или аватар жизни, вербующий меня на свою войну.

— Тогда в чем дело? — Спросила она.

Я покачал головой. — Да так, пустяки. Эта способность… просто удивила меня. Разве она не должна была быть чем-то более эзотерическим?

— Просто попробуй! — Подбодрила меня Астра.

Одного взгляда на ее лицо и налитые кровью белки глаз из-за лопнувших капилляров хватило, чтобы я решил не спешить.

Я начал с нашей утренней разминки и был приятно удивлен, когда способность далась мне так же легко, как и Астре.

Это трудно описать словами, но если бы пришлось, я бы сказал, что при достаточной концентрации я мог разделить внимание и заставить «другого себя» выполнять задачи, непосильные для одного. Этот «другой я» был мной, но в то же время – нет.

После получаса испытаний я осознал истинные масштабы этого навыка. Управление сверхъестественной скоростью было лишь одной гранью открывшихся возможностей.

Продолжая упражнение, я попытался поручить одной части своего сознания сосчитать плитки, которыми были выложены стены и потолок убежища.

Другую часть я направил на вычисление логарифмов первых трех простых чисел.

Потребовалось несколько попыток, пока у меня не получилось, и я не почувствовал, как разум раздваивается.

Мое тело метнулось из одного угла комнаты в другой, а ответы на вопросы всплыли в голове, вызывая легкое головокружение.

Теперь я знал, что комната выложена примерно 800 каменными плитками, а ответами на другой вопрос были «0,301», «0,477» и «0,699».

Это также помогло мне понять пределы Параллельного Разума. Мои «другие я» не могли выполнять задачи, с которыми не справилась бы моя основная личность. Они не были всемогущим калькулятором, нашептывающим ответы.

Например, тот, кому я поручил считать плитку, не пересчитывал каждую по отдельности. Я знал, что тот «другой я»… я просто посчитал количество плиток по длине и высоте стен и перемножил результат, получив приблизительное значение.

Метод, который использовал бы и «оригинальный я».

— У тебя тоже вышло! — Астра подскочила ко мне, как ребенок, в восторге от наших новых сил.

— И я нашел еще одно применение этому Параллельному Разуму. — Я быстро изложил Астре свои выводы, что положило начало новой серии экспериментов и упражнений: мы пытались нащупать границы и найти лучшие способы применения этой мутации.

— Думаю, это даже лучше, чем дурацкая телепатия, — заметила Астра после часа наших неистовств. — Интересно, что теперь почувствует моя подруга? Будут ли ее данные противоречивыми, когда мы «разделим» наши умы?

— Я бы не стал слишком увлекаться, — предостерег я, вытирая каплю пота со лба. Мы занимались какое-то время, но по сравнению с нашей обычной тренировкой сделали не так уж много. — Эта способность выматывает. Нужно быть осторожными, чтобы не переусердствовать в реальном бою. Один скоростной рывок раз в несколько минут – это нормально, но сомневаюсь, что смогу сделать больше пяти подряд.

— Наверное, поэтому «молнии» делают только короткие рывки, — цыкнула языком Астра. — Но у ментальной части, похоже, нет серьезных ограничений, кроме нашего естественного предела концентрации. Это как решать сложные задачи без перерыва. Так что… может, час, прежде чем мозги спекутся.

— Надо проверить, — размышлял я. — Возможно, удастся настроить Параллельный Разум на менее энергозатратные задачи. Например, чтобы один поток сознания просто прислушивался к подозрительным звукам. Что-то вроде системы раннего предупреждения.

Астра хлопнула в ладоши. — О, это звучит вполне реально!

— Не могли бы вы проводить свои эксперименты где-нибудь в другом месте? — Зашевелилась «мумия» на соседнем лежаке. — Из-за вас двоих я глаз не сомкнула. Каждые полчаса вы возитесь и меняетесь местами, будто у вас там чемпионат по борьбе во сне.

— Она очнулась! — Астра подбежала к нашей выжившей – и по совместительству пленнице. — Воды хочешь?

— Нет, — ответила мумия хриплым голосом. — Но от супа я бы не отказалась.

— Сейчас организуем. — Астра направилась к минималистичной плитке в углу убежища.

Я подошел к мумии и осмотрел ее рану на плече. Смесь из сукровицы, бинтов и мази Астры запеклась и высохла, создав вокруг человека некое подобие кокона.

— Честно говоря, удивительно, что ты все еще жива, — заметил я. — Когда я увидел, как ты вываливаешься из потрохов того монстра, мне хотелось просто избавить тебя от мучений.

— Может, так было бы лучше, — прохрипела мумия.

— Так как тебя зовут? Думаешь, выдержишь дорогу? — Спросил я.

— Джиневра, — фаталистично произнесла она. — И чем скорее я выберусь из этой проклятой пещеры, тем лучше.

Астра вернулась с супом. — Нам нужно, чтобы ты дала показания, когда мы доставим тебя в клан. Какого черта ты тут делала?

Джиневра не была самой словоохотливой пленницей, но после долгих расспросов ответила на все вопросы Астры.

Угроза Астры оставить ее без еды, возможно, послужила дополнительным стимулом.

Группа охотников Джиневры была из Третьего страты и промышляла браконьерством на территории Фростов уже довольно давно. Это занятие было достаточно прибыльным, чтобы обеспечить им достойную жизнь. Время от времени они даже устраивали экскурсии по территории Фростов для влиятельных особ из других страт.

Всему этому пришел печальный конец, когда они столкнулись со свежевателем разума.

Астра откинулась назад, когда вопросы иссякли. — Я все равно не понимаю, как мы могли наткнуться на остатки группы Джиневры. Утроба – ограниченное место для охоты, да, но она все равно огромна, а трупные черви и прочая живность за считанные дни подчищают любые следы лагеря. Вероятность того, что мы на них выйдем, была ничтожно мала.

— Ты не с того конца заходишь, Астра, — я указал на Джиневру. — Судя по ее рассказу, она этим на жизнь зарабатывала. Значит, вылазки на вашу территорию были частыми. Может, стоит спросить, как ее команда умудрялась не пересекаться с вашими охотничьими группами?

Джиневра заерзала на лежаке, явно чувствуя себя неловко от хода моих мыслей.

Астра снова переключила внимание на пациентку. — Мне нужно спрашивать? Или, может, заставить тебя снова сесть? Так тебя гораздо удобнее кормить, пусть даже каждое движение причиняет тебе боль.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась Джиневра. — Я правда не знаю деталей. Мы были просто пешками, исполнявшими волю начальства. Все, что мне известно – наш связной из Третьего страты всегда давал нам даты, когда заходить на вашу территорию безопасно. Мы поднимались по старой шахте из Третьего страты и заходили через один из боковых входов Утробы. Охотились и уходили в строго отведенное время.

Астра поджала губы. — Все равно это маловероятно…

Я покачал головой, начиная понемногу раздражаться на Астру. — Да неужели ты не понимаешь? У них есть кто-то, кто говорит им, когда приходить. Они знают, когда браконьерствовать безопасно. Готов поспорить, у них есть доступ к вашему журналу. К тому самому, который та крупная женщина держит на выходе из клана. Уверен, их браконьерские вылазки занимают почти все свободное время их людей.

Подумав мгновение, я добавил:

— Черт, будь я на их месте, я бы даже подкупил того, кто управляет охотничьими группами, чтобы он или она создавали удобные «окна» для моих браконьеров.

Астра слушала меня с открытым ртом, пока я выстраивал логическую цепочку. — Кто-то предает семью? Но тогда почему они не знали о нас… — Она покачала головой и закрыла лицо руками. — Забудь. Конечно, они не знали. Я ходила к отцу, чтобы согласовать нашу вылазку в обход организации. Мы прорвались силой, без всяких официальных бумаг.

Я кивнул. — Если бы мы не наткнулись на группу Джиневры, то встретили бы другую. Мне кажется крайне маловероятным, чтобы кто-то подкупил, должно быть, высокопоставленного чиновника ради этих графиков, а потом не использовал их на полную катушку. Единственное совпадение здесь в том, что браконьеров Джиневры сожрали до нашего прихода.

— Если ты прав, то это может быть куда более серьезной проблемой, чем я думала. К сожалению, это звучит слишком логично, — со вздохом заметила Астра. — Наверное, я просто не хотела в это верить, ведь это означает, что нам тем более нужно доставить Джиневру назад как можно скорее. Ну почему наш медовый месяц превратился в это.

— Просто верните меня назад, и я подтвержу все, что захотите, — взмолилась Джиневра. — Желательно, чтобы вы при этом не сорвались охотиться на очередного свежевателя разума! Вы двое психи. Что бы я делала, если бы вы не вернулись?

— Тебя бы сожрали при попытке покинуть убежище? — Отозвалась Астра без тени сочувствия. — Сдохла бы тут от голода? Или от ран? Радуйся, что живой ты стоишь больше, чем мертвой.

Я посмотрел на нее, гадая, бросила бы Астра эту женщину умирать, если бы это позволило нам продолжить наш медовый месяц.

Джиневра смерила Астру яростным взглядом и прошептала:

— Есть только одно слово, чтобы описать вас двоих. И это – психопаты! Вы двое… вы стоите друг друга! Кто в здравом уме пойдет на такое?

Я вздохнул и отвернулся от нашей пациентки. — Пойдем, Астра. Джиневра явно утомилась и не в себе. Нам нужно собрать снаряжение. Бьюсь об заклад, раз у нее хватает сил нас проклинать, она вполне выдержит небольшую тряску по дороге домой.