Тирнаног, гора Эйри

Ивона

Несмотря на то что Тереза Фрост выглядела едва ли старше меня, она была женщиной пугающей. Благодаря мерцающим филаментам её одежда казалась более величественной, чем любые королевские регалии, что мне доводилось видеть на Астре.

Просто несправедливо: Фросты могли использовать свои странные щупальца вместо одежды и менять наряды когда вздумается! Предел девичьих мечтаний.

Это несказанно досаждало, пусть даже мои инстинкты вопили об опасности всякий раз, когда одна из этих переливчатых шелковистых лент проплывала рядом.

Глаза Терезы светились уверенностью, а само её поведение не оставляло сомнений: перед вами не просто какая-то девчонка двадцати с небольшим лет. Словом, она была грозной фигурой, и я не могла не испытывать зависти к такой женщине.

В её руках была власть над собственной жизнью, сила и красота. Всё то, чего у меня никогда не было.

Признаться, я немного растерялась, когда она официально приняла меня в свою семью. Что она задумала?

Сперва я думала, что она попытается втереться в доверие любезностями и уютной ложью, поэтому следующим сюрпризом стало то, что Тереза в открытую призналась: она намерена использовать меня на благо своего клана.

И это прямо во время нашей первой встречи с глазу на глаз!

Даже когда Тхич удалось затянуть меня в свою организацию, я всегда знала, как на личном уровне избегать коварных ублюдков, желающих использовать меня в своих целях.

Брат наверняка поспорил бы, сказав, что с Тхич у меня это не вышло, но я так не считала. По крайней мере, не до конца. Оглядываясь назад, я понимала: проблема была не столько в том, что я полностью купилась на схемы клана, сколько в том, что я подружилась с теми, кто рос бок о бок со мной и моей сестрой.

Просто живя в комплексе вместе с остальными стажёрами, я не могла не поддаться чувствам и привязаться к ним.

Мысли невольно возвращались к сестре и многочисленным друзьям, которых мы завели в клане. Тхич был не самым приятным местом, чтобы называть его домом, но он и некоторые его люди всё равно стали для нас и домом, и семьёй.

Глядя на величественную женщину напротив, я осознала, что не знаю, как вести себя с кем-то вроде неё. Директор в тренировочном комплексе никогда бы не сказал мне в лицо, что у него есть скрытые мотивы.

Но… может быть… если мы сможем сохранить честность в отношениях… я не против того, чтобы мы использовали друг друга. В конце концов, лучшие сделки – это те, где каждый получает желаемое.

Более того, в течение дня Терезе как-то удалось убедить меня в своём искреннем намерении помочь – просто за счёт прямоты. По крайней мере, насколько это было в её силах. И если не потому, что она готова была помогать любой бездомной девчонке, оказавшейся у её порога, то потому, что об этом просила Астра.

Из пустых ламентаций меня вывел один из филаментов Терезы, поставивший передо мной чашку чая.

Она улыбнулась мне по-матерински:

— Выпей чего-нибудь, дорогая. Через час-другой мы навестим Тейтов. Сиенна прислала сообщение, просит зайти. Похоже, она продвинулась в оценке данных анализов, которые взяла во время твоего визита в госпиталь.

Тереза присела на диван в гостиной, вздохнула и откинулась на спинку.

Я взяла чашку и обхватила её ладонями, впитывая тепло.

— Спасибо. Без проблем. С тех пор как вы нас приютили, мне всё равно почти нечего делать.

— Пожалуйста, не бери в голову, — Тереза отмахнулась от моей благодарности. — Твой брат стал партнёром моей дочери, а значит, ты – семья. Семью не бросают на произвол судьбы. Я лишь хочу, чтобы с этого момента ты называла меня мамой.

Это замечание задело струны моей души, напомнив о сестре, но я всё же заставила себя улыбнуться.

— Мне всё ещё кажется, что это будет… чересчур.

Ева осталась совсем одна там, в замковом городе, а я уже должна была вернуться. Она, должно быть, считает меня мёртвой. Надеюсь, она не натворит глупостей из-за моего исчезновения.

Тереза, казалось, прочитала мои мысли, и её лицо приняло сострадательное выражение.

— Не волнуйся. Мы выясним, что Тхич сделали с тобой и твоей сестрой. Мы воссоединим вас как можно скорее, но сейчас ничего нельзя предпринять. В данный момент лучшее, что ты можешь сделать, – это смотреть вперёд и готовиться к концу зимы.

Я кивнула и выдавила улыбку.

— Не беспокойтесь обо мне. Пройдёт ещё несколько месяцев, прежде чем я смогу хотя бы подумать о том, чтобы броситься её спасать. Признаю, я вспыльчива. Часто делаю или говорю что-то, не подумав о последствиях, поддаваясь эмоциям, но я не настолько самоубийца, чтобы бросать вызов снегам снаружи. Проблема лишь в том, что из-за обилия свободного времени у меня слишком много возможностей предаваться меланхолии.

Вот.

Я это сказала.

По крайней мере, я не отрицала собственные недостатки.

Оглядываясь назад, приходилось признать, что в отношении брата я вела себя как дура. К тому же моя слепая вендетта против Астры была просто заблуждением. Бессильное размахивание кулаками ребёнка, который не знал, кого винить. То, как я умудрилась убедить себя в обратном, теперь казалось верхом глупости.

Если бы Талия не помогла мне прозреть, я бы до сих пор варилась в этом соку.

Упрямая часть меня всё ещё считала, что у меня просто не было возможности остыть. Сначала позор поражения от Астры, затем ранение и плен, потом изматывающее путешествие к горе Эйри.

Просто одна гребаная напасть за другой!

Странно, как всего два дня относительной безопасности в Эйри позволили мне хоть немного прийти в себя.

— Ах, тяготы юности. Поверь мне, я знаю подростков, которые из-за своих гормонов умудрялись попадать в ситуации и похуже. Склонность к длинному языку и привычка лезть на рожон – не такая уж редкость в твоём возрасте, — Тереза приложила палец к губам и на мгновение задумалась. — Если хочешь, я могу организовать тренировочные курсы для развития твоих способностей. Я бы сделала это раньше, ведь ты ещё молода, но я до сих пор не знаю, что тебя интересует, кроме боевой подготовки. Мои люди говорили, что ты проводишь много времени в тренировочном зале, когда твоего брата нет рядом.

Я моргнула, глядя на старшую женщину, внезапно почувствовав досаду.

Похоже, она ожидала, что я займусь каким-то высшим образованием, к которому я чувствовала себя непригодной.

— Простите, но я бы не знала, чем заняться. В комплексе Тхич нас принуждали к базовому обучению. Математика, письмо и кое-какие общие знания о мире и кланах. А потом была только подготовка к выживанию, пока я не оказалась здесь.

Я побледнела.

— Оглядываясь назад, я теперь вижу, как их доктрина, возможно, служила тому, чтобы держать рекрутов в неведении и покорности. Нам, девочкам, всегда говорили не беспокоиться о будущем, потому что наши мутации обеспечат нам удочерение в одну из влиятельных семей Тхич. Или что карьера в их армии гарантирована, если другие варианты не сработают.

Губы Терезы презрительно изогнулись.

— Я находила их старейшин отвратительными ещё во время мирных переговоров. Кто знал, что они падут ещё ниже после того, как добьются своего и заставят все кланы изолироваться. Я всегда придерживалась мнения, что мы, люди, должны работать сообща. Вместо этого мы грызёмся между нашими маленькими общинами, чтобы выгадать себе жизнь, отбирая у соседей. И ведь можно подумать, что мы могли чему-то научиться после изгнания на эту дыру, а не планету.

Взгляд её стал отсутствующим, будто она вспоминала что-то из далёкого прошлого.

Затем она встряхнулась.

— Вернёмся к твоим интересам. Должно же быть что-то, что ты хотела бы изучить. Мы, Фросты, всегда жили под девизом: «образование никогда не заканчивается». Это вдвойне важно, поскольку мы достигли определённой формы бессмертия. Или лучше назвать это долголетием? У нас здесь, на горе Эйри, сохранилось много знаний. Ты могла бы изучать почти всё, что угодно. От углублённой математики до искусства или экономики. Учитывая продолжительность нашей жизни, во всём есть смысл.

Я моргнула, не зная, что ответить.

— Наверное… единственное, что мне всегда нравилось в комплексе Тхич, – это изучение бестиария. Мало того что полезно знать, против какой смертоносной твари ты выступаешь, мне ещё и нравится открывать что-то новое. В Тхич никогда не говорили о возможности высшего образования.

— О, я уверена, оно у них есть… по крайней мере, для доверенных граждан, — Тереза кивнула. — Может, тогда ты готова к более общей форме биологии? Я могла бы для начала пристроить тебя на один из наших курсов для охотников. Часть работы Двенадцатой страты заключается в том, чтобы знать нашу добычу так же интимно, как самих себя. Или же ты могла бы присоединиться к одному из учебных заведений Беляков. Они специализируются на приручении животных и фермерстве.

Я заколебалась.

— А это нормально – учиться у другой страты? Из того, что рассказывал брат, у меня сложилось впечатление, что между вами есть напряжённость.

Тереза фыркнула.

— Она определённо есть, но мы всё равно один клан. К счастью, напряжённость, о которой говорил твой брат, в основном ограничивается правящими семьями. Рядовому населению разрешено менять страты по своему желанию. Со стороны это может выглядеть иначе, но у нас не кастовая система.

Она задумчиво склонила голову набок.

— Страты организованы скорее как компании. Люди вольны увольняться и наниматься в соответствии со своими интересами. Могу с гордостью сказать, что я прошла все образовательные курсы, которые могут предложить различные страты. Старейшина должен подавать пример. Кроме того, ты всегда можешь пойти и осмотреть нашу обширную библиотеку. Это помогает расширить кругозор и найти то, что тебя действительно заинтересует.

— Спасибо, — я отхлебнула из чашки. — Я с радостью приму ваше предложение. Может, мне начать с охотничьей подготовки?

Это звучало как продолжение того, что я уже изучала на курсах выживания.

Тереза кивнула.

— Конечно. Только не зацикливайся на одном пути слишком рано. Кажется, Астра хотела организовать поездку по всем стратам, чтобы познакомить Магнуса с кланом Эйри. Тебе стоит присоединиться к ним. Кто знает… может быть, ты найдёшь своё призвание.

Меня осенила другая мысль.

— А это не будет опасно? Что если другие старейшины попытаются забрать меня к себе?

Тереза чуть не поперхнулась чаем и, прежде чем ответить, с трудом сглотнула:

— Я бы хотела на это посмотреть. Теперь ты – Фрост, Ивона. А значит, ты вне их досягаемости. Если бы они схватили тебя, это дало бы мне идеальный повод выбить их двери и снести несколько голов. И другие старейшины ничего не смогли бы возразить.

Я заставила себя улыбнуться, гадая, не хочет ли Тереза на самом деле, чтобы меня похитили. Была ли я удобным предлогом? Приманкой, которую она решила поманить перед носом своих соперников?

Она была так добра, но я легко могла представить её с удочкой, пытающуюся выудить каких-нибудь идиотов из толпы, в то время как сама она поигрывает кинжалом, спрятанным за спиной.

Женщина закатила глаза.

— Ты снова за своё.

— П-простите, — заикнулась я, начиная верить, что она и впрямь умеет читать мысли.

— Нет, не умею, — Тереза покачала головой. — Я просто очень хорошо разбираюсь в людях. Умею интерпретировать язык их тела и ставить себя на их место. Чем больше я о ком-то знаю, тем лучше у меня получается. А ты, Ивона, как открытая книга для любого, кто внимателен. Совсем не то что твой брат.

— Вы не можете прочитать Магнуса? — Спросила я, впечатлённая тем, что старшему брату удалось заслужить признание Терезы.

Тереза сделала неопределённый жест рукой.

— Когда он думает, что находится наедине с Астрой, его маска соскальзывает, но в остальном он чрезвычайно искусно скрывает свои чувства и мысли. Можно сказать, я с некоторой долей сомнения одобряю выбор Астры.

Мы продолжали беседовать ещё час, переходя с темы на тему.

Наконец Тереза решила, что пора уходить, и мы на экипаже отправились в госпиталь Тейтов. Я покорно следовала за своей благодетельницей. Одна я точно не нашла бы дорогу к кабинету Сиенны. Готова была поклясться, что извилистые коридоры были намеренно запутанными, чтобы пациенты не могли добраться до места назначения.

К счастью, Тереза точно знала, куда идти, и уже через несколько минут нас встретили Талия и её мать.

— Талия! — Я подбежала и обняла подругу, целомудренно чмокнув её в щеку. Просто приветствие, ничего больше.

Ладно, возможно, у меня развился легкий случай стокгольмского синдрома по отношению к ней. Но какой был выбор, кроме как извлечь максимум из сложившейся ситуации?

— Всё в порядке. Не веди себя так, будто мы не виделись неделями. Прошло не больше дня, — Талия похлопала меня по спине.

Я отпустила её, слегка смущённая тем, что позволила эмоциям… снова взять верх.

— П-прости.

Затем я поклонилась Сиенне, которая уже присоединилась к Терезе за офисным столом.

Целительница лишь благосклонно улыбнулась и обменялась взглядом с моей новой мачехой.

— Мы прогнали твои образцы через большинство тестов, которые смогли придумать, — сообщила мне Талия. — Бьюсь об заклад, ты хочешь услышать результаты.

Я посмотрела на подругу, а затем на её мать.

— Что вы выяснили?

Сиенна указала на стопку бумаг.

— Мы практически подтвердили твоё состояние. В образцах твоей крови и тканей обнаружен сильный релаксант.

— Релаксант? — Переспросила я, опешив. — Я не чувствую себя расслабленной. В целом я довольно эмоциональный человек.

— Твоя нынешняя физиология может быть невосприимчива к твоей собственной мутации, — объяснила Сиенна. — Довольно часто различные мутации можно комбинировать для достижения большего эффекта. Наличие релаксанта объясняет, почему Тхич сочетают твою мутацию с другими мощными, которые в ином случае были бы нежизнеспособной комбинацией. Твоя мутация может выступать в качестве противовеса тем, что привносят «нежелательные» инстинкты.

Я пододвинула стул и села.

— Значит, они действительно выращивали нас как скот?

Две старшие женщины снова переглянулись, после чего Сиенна пожала плечами.

— Честно говоря, наш клан тоже растит следующее поколение по заранее определённым путям. Мне лишь удалось подтвердить твою историю. Единственное, что беспокоит в этом открытии, – ты можешь быть несовместима с людьми, которые добавили бы более… хм… назовём это «послушными» эволюциями. Результатом могут стать апатичные личности.

— И это хорошо, — вмешалась Тереза. — Подтверждение твоей мутации означает больше доказательств для Совета Старейшин. С этим мы можем работать.

— Единственное, чего мы не можем понять, – зачем им нужны именно сёстры. Или почему важен рыжий цвет волос, — добавила Талия. — Мы хотели спросить, не против ли ты сдать ещё немного крови. Шанс на то, что дальнейшие исследования приведут к новым открытиям, невелик, но мы хотим попробовать. Есть ещё несколько экспериментов, которые мы можем провести, чтобы сопоставить твою мутацию с другими. Как минимум, это снизит вероятность того, что будущий союз пойдёт наперекосяк.

— Жаль, что старые технологии больше не работают, — проворчала Сиенна. — Один рабочий секвенатор генов – и мы бы знали, что происходит. Вместо этого нам приходится барахтаться в темноте методами доинформационной эпохи.

— Конечно, — я охотно согласилась на сдачу крови. В конце концов, Тхич могли хранить свои секреты. Если это как-то влияло на моё здоровье, я должна была знать ради своего будущего.

— Отлично! — Талия жестом пригласила меня следовать за ней. — Идём. Оставим стариков предаваться воспоминаниям о прошлом, пока мы, молодёжь, выполняем приказы.

— Талия! Выбирай выражения! — Сиенна тут же отчитала дочь. — Ты взрослая и должна знать, как себя вести!

Тереза, казалось, была заинтригована и лишь усмехнулась, в то время как Талия показала матери язык.

Я быстро последовала за Талией из кабинета.

— Ты уверена, что тебе стоит так разговаривать с матерью?

Подруга отмахнулась от моих опасений.

— Всё нормально. Мама прекрасно знает, что в моём возрасте меня уже не исправить. Но всё равно пытается. А Тереза – старый друг семьи. Она прекрасно осведомлена о моей буйной стороне.

Талия привела меня в лабораторию через несколько комнат и указала на инвалидное кресло.

— Пожалуйста, присаживайся. Если всё будет как в прошлый раз, забор крови займёт некоторое время.

Я села, пока она доставала медицинский набор с иглами, трубками и пакетами.

Через мгновение она вернулась с одной из тех металлических стоек для капельниц.

— Клянусь, эти твои мутации на прочность – сущий кошмар для любого, кто хочет пустить тебе кровь. Но на этот раз я подготовилась.

Я поджала губы, слегка позабавленная воспоминанием о том, как она пыталась взять кровь в первый раз. Вену она нашла довольно легко, но моя кровь сворачивалась так быстро, что забивала иглу и не давала вытечь сколько-нибудь значительному количеству.

— Давай просто сделаем это по-быстрому и вскроем артерию, — предложила я. — На мне всё равно заживёт как на собаке.

— Но-но-но! — Талия покачала головой. — Не пойдёт! Это госпиталь, а не скотобойня!

Она подняла прозрачный пакет с чем-то внутри.

— Яд вампиругря. Предотвращает свертывание крови. Только не ввязывайся в драки в течение часа, и мы обойдёмся без живодёрства.

— Это пластиковый пакет? — Я нахмурилась, недоумевая, как Эйри умудряются доставать такой ценный материал.

Талия выглядела не менее озадаченной, пока не поняла, о чём я, и рассмеялась.

— Вываренные филаменты древомоны, сшитые шёлком вдовца.

— А это гигиенично? — Усомнилась я.

— Настолько гигиенично, насколько это вообще возможно в нашем мире, — заверила меня Талия.

Одна игла вошла в локтевой сгиб для введения антикоагулянта. Другая – в запястье для сбора крови.

В отличие от прошлого раза, кровь пошла. Капля за каплей она стекала в пакет, но с черепашьей скоростью.

Талия щелкнула пальцем по пакету и кивнула.

— Намного лучше, чем в прошлый раз. И к тому же, если этот антикоагулянт на тебя подействует, это даст нам дополнительную информацию о твоих способностях.

Или об их отсутствии, – добавила я про себя и озвучила очередную жалобу:

— Всё равно так медленно.

— Лучше, чем резать артерии, — возразила Талия. — И как бы ни было увлекательно наблюдать за работой твоей мутации, свиданий у тебя в календаре нет. Так что нет смысла калечить себя.

Я надулась.

— Эй, извини, что бросаю тебя, но мне нужно подготовить ещё кое-что для других экспериментов, — извинилась Талия. — Ты ведь не против посидеть здесь, пока пакет наполняется?

Она взяла бинт и неплотно обмотала мою руку, чтобы зафиксировать иглы.

Я вздохнула, но показала ей большой палец.

— У меня есть выбор?

Талия улыбнулась и кожаным ремнём пристегнула мой торс к креслу.

— Просто для безопасности. Не думаю, что кто-то с твоими мутациями может грохнуться в обморок от небольшой кровопотери, но такое случается. Мы же не хотим, чтобы ты выпала из кресла и разбила свой хорошенький носик.

— Конечно нет, — пробормотала я и помахала ей на прощание.

— Чао, не вставай, пока я не вернусь, — были её последние слова, прежде чем она скрылась за углом.

Черт! Я надеялась ещё немного поболтать.

Когда подруга ушла, мой взгляд скользнул к забинтованной руке.

Вся эта процедура казалась мне излишней, ведь я могла просто вскрыть вены. Это бы меня не убило, и если надрез сделать достаточно острым лезвием, к завтрашнему дню я бы уже поправилась.

Увы, мне не хотелось портить маленький эксперимент Талии, поэтому я ждала.

И ждала.

И ждала.

Всё ещё проявляя терпение.

Черт возьми, я просто не была терпеливым человеком!

Но Талия сказала сидеть на месте.

Хммм.

Меньше чем через десять минут я обнаружила, что вожусь с тормозами инвалидного кресла. Что было проще сказать, чем сделать одной рукой, ведь в другой были иглы.

Наконец я достигла цели благодаря похожему на стержень инструменту, который «одолжила» с соседнего стола. Как только он сослужил свою службу, я забросила импровизированный удлинитель руки и, используя стойку с капельницей и пакетом крови как шест, начала толкать себя по лаборатории.

Талия не говорила прямо, что мне нельзя двигаться. Только чтобы я не вставала.

К сожалению, в комнате было скучно до ужаса. Обычный лазарет. Совсем не так круто, как в той испытательной лаборатории, где я была в первый визит.

Так что уже через несколько минут я катилась по коридору, заглядывая в одну комнату за другой. К несчастью, это крыло госпиталя казалось почти безлюдным и скучным до чертиков.

Я уже собиралась сдаться и вернуться в свою комнату, когда наткнулась на просторное помещение с несколькими кроватями. На одной из них лежал человек. Это был симпатичный темноволосый парень, на вид чуть старше меня. Он тоже был под капельницей, одна его рука лежала на перевязи, а верхняя часть тела была приподнята с помощью нескольких подушек.

В свободной руке он держал толстую книгу и был полностью поглощён чтением. Настолько, что не замечал моего присутствия, пока я не проехала полпути до его кровати.

Когда он поднял взгляд с недоуменным выражением лица, я поприветствовала его:

— Привет!

Он посмотрел на меня так, будто увидел привидение, прежде чем ответить:

— Привет? Я не знал, что в этом крыле есть другие пациенты.

— О, я здесь ненадолго, сдаю кровь для Талии и Сиенны. — Я указала на свою руку. — А ты как сюда попал? Не пойми превратно, но выглядишь ты паршиво.

Моё новое развлечение вздохнуло, но книгу он закрыл. Похоже, он понял, что я не собираюсь оставлять его в покое.

— Можно сказать, я переоценил свои силы и получил по заслугам, — уклонился он от прямого ответа. — У меня к этому склонность. Ничего не поделаешь.

Я нахмурилась.

— Почему?

Он склонил голову и посмотрел на меня как на какую-то диковинную зверушку, которую раньше не встречал.

— Ты правда меня не знаешь?

Я покачала головой.

— Не-а. О, а друзья зовут меня Ив.

Он моргнул, видимо, всё ещё не зная, как со мной быть.

— Когда родители обращаются ко мне неформально, они зовут меня Тор.

— Тор, хех. Приятно познакомиться, Тор, — заболтала я. Был ли он каким-то особенным социопатом-затворником? Почему он сказал «родители»? Обычные люди упомянули бы друзей.

— Взаимно, — ответил Тор. — Я не часто общаюсь с кем-то, кроме своей семьи.

Теперь настала моя очередь недоумевать.

— Что? Почему?

Тор посмотрел на свои капельницы и поморщился.

— Ну, потому что я ужасный человек.

— Мне ты не кажешься ужасным, — заметила я.

Тор покачал головой.

— Это только потому, что я сейчас накачан наркотиками. Иначе Тейты не согласились бы держать меня здесь. Я также причина, по которой эта часть госпиталя пуста – если ты заметила. Нахождение в одном пространстве с кучей народа срывает у меня все предохранители. Мой путь мутации немного пошёл наперекосяк. Плохие инстинкты, которые трудно контролировать.

Я кивнула, показывая, что внимательно слушаю.

— Если это поможет, я думаю, что пока ты под кайфом, у тебя всё отлично получается.

На этот раз Тор улыбнулся по-настоящему, и это почему-то сделало его ещё привлекательнее.