Тирнаног, гора Эйри

Магнус

— Я вам не какая-то дичь, которую можно тащить в охотничий домик, — пожаловалась Джиневра. Скорее себе под нос, чем нам. Чем лучше заживали её раны, тем невыносимее становилось её нытьё. Должно быть, из-за того, что она теперь дольше бодрствовала, а значит, у неё было больше времени на раздумья и скуку.

Мы привязали её к крепкому шесту, пустив на это почти все запасы ткани. Бедная женщина напоминала кокон из тряпья.

Интересно, вылупится ли из него в будущем прекрасная бабочка?

Я усмехнулся этой мысли.

— Это так унизительно, — не унималась Джиневра. — Почему нельзя было сделать нормальные носилки?

— Потому что ты можешь с них свалиться, если нам придется бежать. По пути сюда мы встретили призрачную пиявку. И сколько бы ты ни стоила, я бы не стала сражаться с ней ради тебя, — отбрила Астра. — А теперь помалкивай, не то я позволю тебе соскользнуть!

Заметив раздражение в голосе Астры, я молча поджал губы.

Впервые я видел, чтобы кто-то настолько действовал Астре на нервы, заставляя её терять самообладание. Возможно, дело было в этом плаксивом, резком тоне, которым заговорила Джиневра, стоило её глотке зажить.

Я легко мог представить её одной из тех земных политиков. Тех самых, что вечно жалуются на Бога и весь мир, пока сами не становятся источником проблем. «Это всё другие виноваты!» – таков, похоже, был их девиз.

— С чего это мне молчать? — Фыркнула Джиневра. — По возвращении мне всё равно крышка. Если я заключу с вами сделку и впутаю Пателов, они превратят остаток моей жизни в сущий кошмар. Если вообще не подошлют убийц. А если я буду держать язык за зубами, вы меня запрете. Или того хуже.

— Или того хуже, — подтвердила Астра и кивнула сама себе. Похоже, она решила оставить любезности. — Но не из-за твоего браконьерства. Если наши догадки верны, ты лишь мелкая сошка. На твоем месте я бы пела как миленькая и надеялась, что у Пателов возникнет слишком много других проблем, чтобы таить на тебя обиду. Подумай, скольким стратам, помимо Фростов, будет интересно узнать о существовании масштабной операции Пателов. Если они осмелились обвести вокруг пальца такую семью, как наша – тех, кто заправляет двенадцатой стратой, – то с кем еще они позволяют себе заигрывать? Люди начнут заглядывать под собственные ковры, когда услышат об этом.

Джиневра заскулила, но на этот раз не нашлась с ответом. — Надеюсь, твоя блестящая броня означает, что у вас хватит ресурсов меня защитить. Потому что мои связные пришлют по мою душу всех, кого смогут, если узнают, что я жива.

— Металл блестел бы сильнее, — пробормотал я, не разделяя уверенности в том, что панцирь жука можно назвать блестящим. Моя броня была отполирована, это да, но свет она не отражала. Если подумать, иметь блестящую броню для вылазок в дикую местность – затея глупая из-за демаскировки. В наши дни это знал каждый.

— Ты шутишь? — Фыркнула Джиневра. — Любой может купить металлическую броню на месячную зарплату. Чтобы купить полный комплект брони из ио-жука, как у вас, мне бы пришлось браконьерствовать два года. А то и три! И только на черном рынке, потому что полные сеты обычно не продаются, а передаются по наследству как семейные реликвии!

Я потянулся и поправил шлем, внезапно почувствовав себя неловко в своем снаряжении. Неужели Астра облачила меня в местный аналог скафандра?

Астра демонстративно не оборачивалась. Она крепко держала шест обеими руками и уверенно вела нас вперед.

— Ты говорила, что наша броня стоит всего несколько месяцев дохода, — произнес я, обращаясь к Астре с немым вопросом.

— Значит, ты плохо слушал, — небрежно бросила она. — Я сказала, что на «изготовление» брони уходит несколько месяцев. И это правда. Только не вздумай ныть, что сидишь у меня на шее. Если мы у кого и на шее, так это у моих родителей, потому что я реквизировала снаряжение из семейного арсенала.

Я вскинул бровь, но решил не спорить. — Как скажешь.

Жаловаться на то, что у тебя лучшая защита из возможных, было бы верхом глупости.

Мы несли наш трофей так быстро, как только Астра решалась вести нас через Утробу, а затем вверх по Глотке. Труд был тяжкий, и нам не раз приходилось полагаться на филаменты Астры.

Почти все вертикальные подъемы Астре приходилось преодолевать в одиночку: я никак не мог тащить Джиневру, карабкаясь по крутым участкам пещеры. По крайней мере, не рискуя покалечить её, вновь бередя раны. Или рану? Считается ли растворение всей кожи желудочной кислотой за одну рану? Впрочем, неважно…

Тем временем Астра просто цеплялась филаментами за свод и подтягивала себя вместе с нашей ношей на несколько метров за раз.

Один раз ситуация стала по-настоящему щекотливой, когда путь нам преградил, по сути, гигантский земляной червь. Шахта, по которой мы поднимались через Глотку, внезапно уперлась в пульсирующую стену плоти. Она перекатывалась волнами слева направо, и от неё исходил такой жар, что нам пришлось отступить на несколько метров вниз по туннелю.

Я узнал, что это существо называют просто «червь». Он медленно прогрызал себе путь сквозь гору, заставляя нас либо ждать, либо поворачивать назад.

Астра решила ждать, так как, по слухам, если ткнуть тварь в бок, это могло вызвать яростную реакцию, которую нам не пережить. Когда нечто столь огромное ворочается, чтобы почесаться, обвал – самое вероятное последствие.

К сожалению, мне так и не довелось увидеть зверя целиком. Когда он прополз мимо, нам пришлось ждать два часа, пока камень остынет после его прохода, а затем мы смогли сократить путь через свежевырытый туннель диаметром около двадцати метров. На мой вопрос, куда делась вся масса камня, которую тварь выскребла из горы, Астра ответить не смогла.

— Что ж, единственный способ узнать – это прыгнуть в пасть червя, — предложила она. — Я не знаю никого, кому посчастливилось бы выжить после встречи с этой штукой на её пути.

— И никто никогда на них не охотился? — Спросил я.

— Старейшины, может, и охотились, — ответила Астра после недолгого раздумья. — Обычные охотники просто бегут, едва почувствовав дрожь стен.

Поскольку ни Астра, ни Джиневра больше ничего о существе не знали, тема была исчерпана. Мне ничего не оставалось, кроме как оставить эту тайну до лучших времен.

Передохнув в убежище между Пастью и Глоткой, мы двинулись дальше через Пасть и вышли к огромным металлическим воротам, ведущим в жилые пещеры клана. По дороге мы снова встретили нашего старого знакомого, дикого кротокрыса, и тот вновь позволил нам пройти, лишь предупреждающе шикнув.

В общей сложности на то, чтобы доставить Джиневру домой, у нас ушло два полных дня чистого пути.

Спуск в Утробу тоже занял около двух дней, но тогда мы не спешили, много времени уделяя охоте и урокам Астры об окружающем мире. У нас определенно не было цели добраться куда-то поскорее.

Прежде чем заявить о нашем возвращении у ворот, Астра негромко обратилась к Джиневре:

— Будет лучше, если говорить буду я, Джиневра. На самом деле, лучше всего будет, если ты вообще не проронишь ни слова. Справишься, или мне придется заткнуть тебя силой?

— Притворюсь, что сплю, — ответила Джиневра, видимо, понимая, что узнавание ей сейчас ни к чему.

Астра постучала в ворота, и вскоре послышался звук отпираемых замков.

Крупная женщина, выпускавшая нас несколько дней назад, отступила в сторону, давая нам с Астрой пройти внутрь вместе с нашей ношей.

Оглядевшись, я заметил, что вход охраняет меньше охотников, чем когда мы уходили. Похоже, часть из них отправилась на промысел в другие части пещерной системы.

— Это кто еще? — Женщина не замедлила с вопросами о нашем неожиданном грузе. — Я не знала, что на вашей охотничьей территории зарегистрированы другие охотники.

Что любопытно, стражница даже не поинтересовалась состоянием Джиневры.

Астра сладко улыбнулась охраннице:

— Прошу прощения, но боюсь, обстоятельства заставили нас отклониться от намеченного маршрута. Путь вниз по Глотке преградила призрачная пиявка, и мы не нашли способа обойти её без боя. Поэтому мы решили совершить небольшую вылазку в Лабиринт. Червь проложил туда прямой путь. Там-то мы и нашли нашу подругу – тяжело раненную и едва не переваренную матриархом подменышей.

— Подменыши? Они плодятся так близко к нам?! — Охранница выглядела растерянной, но заметно расслабилась.

— Да, — быстро продолжила Астра, не давая женщине опомниться. — Мы уничтожили небольшую колонию, но не знаю, всех ли. Настоятельно рекомендую предупреждать всех уходящих охотников. Колония подменышей была совсем рядом с Глоткой. Неизвестно, не расширили ли они свои владения до самой Утробы. В Пасти, по крайней мере, пока спокойно. Не могли бы вы организовать транспорт прямиком до поместья моей семьи? А нашей подруге нужна перевозка в госпиталь.

Я с молчаливым азартом наблюдал, как Астра махнула женщине рукой, позволив своим филаментам на мгновение вспыхнуть. — Ну чего вы ждете? Живо, живо!

— Э-э, да! Конечно! — Охранница тут же вспомнила о своем положении. Она развернулась и поспешила к своему посту.

Я гордился своей напарницей. Астра так искусно исказила правду, что личность Джиневры не станет достоянием общественности в ту же секунду. Люди будут знать, что мы вернулись с тяжелораненым человеком, но ничто не указывало на нелегальщину.

Учитывая количество стражи и охотников у этих ворот, утечки информации было не избежать. Но мы могли контролировать то, под каким соусом подадут эти события.

Спустя полчаса ожидания прибыли два экипажа с личной домашней охраной Фростов.

Мы погрузили Джиневру во вторую карету, и Астра негромко приказала стражникам не спускать с неё глаз. Её следовало оберегать, а её местонахождение должно быть известно в любую секунду.

По сути, это была вежливая форма приказа: «Держите её под замком и не давайте сдохнуть, пока не поступит иных распоряжений».

Я расслабился только тогда, когда мы уселись в свою карету и покатили к поместью Фростов.

— Так, значит, Глотка соединяется с чем-то под названием Лабиринт? — Спросил я. — Это была единственная часть твоей выдумки, которую я не понял.

Астра пожала плечами. — Возможно? Лабиринт – это сеть запутанных туннелей, созданных колонией землероев. Путь червя шел в нужном направлении, а его туннели могут тянуться километрами и не обрушиваться. Главное, что никто не сможет быстро проверить нашу историю. Даже если кто-то из людей Пателов заподозрит неладное и отправит группу на разведку, им придется сначала найти след червя и пройти по нему.

Я кивнул. — А без связи им потребуется несколько дней, чтобы вернуться. Это если они отправят кого-то прямо сейчас. Позже мы сможем проверить записи на предмет охотничьих отрядов, которые внезапно сменили график.

Астра ухмыльнулась. — Именно. И кто сказал, что по группе Джиневры вообще будут скучать? Охотники частенько бесследно исчезают в глубинах. Организаторы браконьерской сети могут что-то заподозрить насчет личности нашей гостьи, но пока мы держим её имя в секрете, нам, возможно, удастся не спугнуть их раньше времени. Худшее, что может случиться – они заметут следы и заморозят операцию.

Мы продолжали обсуждать стратегию, пока наконец не добрались до дома и не сошли с подножки кареты.

В холле нас встретила Мэри Фрост. На лице старой карги застыло неодобрительное выражение, словно мы нагло крали её драгоценное время.

— Вы рано, — констатировала очевидное Мэри после нашего приветствия, а затем впилась взглядом в Астру. — Твои родители ждут тебя в кабинете Этана.

Сказав это, Мэри развернулась и зашагала прочь, в сторону своего кабинета.

— Кажется, я никогда не видел её в ином состоянии, кроме «дурного расположения духа», — заметил я, когда это стало безопасно.

— Бабушка Мэри просто такая, какая есть, — поморщившись, отозвалась Астра. — Мне потребовалось больше года, чтобы наконец увидеть на её лице хоть какое-то подобие нейтрального выражения.

Я хмыкнул и последовал за Астрой в кабинет Этана, где нас уже ждали оба её родителя. Похоже, на ванну перед докладом рассчитывать не приходилось.

— Вы вернулись раньше срока, — начала разговор Тереза, и в её голосе сквозила тревога. — Случилось что-то, что заставило вас прервать вылазку? Я слышала, вы запрашивали транспорт до госпиталя Тейтов. Мы уже приготовились к худшему.

— О, прошу прощения. Я не подумала, как это выглядит со стороны. С нами всё в порядке, но мы подобрали кое-кого, кому требовалась доставка в клан, — ответила Астра, после чего изложила родителям сокращенную версию нашего приключения.

По мере рассказа их лица становились всё серьезнее. Этан задал лишь несколько коротких вопросов, чтобы уточнить неясные моменты.

Вскоре рассказ Астры подошел к концу. Родители обменялись долгим, красноречивым взглядом, после чего Тереза жестом велела Астре следовать за ней из комнаты.

Этан нахмурился, но ничего не сказал, переключив внимание на меня. — Значит… третья страта… да? Планируешь еще какие-нибудь вылазки, чтобы ловить свидетелей и притаскивать их к моему порогу, чтобы я потом разгребал этот бардак?

Я пожал плечами и развел руками. — Не вини меня в решениях Астры. Если бы она меня не остановила, мы бы не потащили этих двоих из Тхич до самой горы Эйри.

Этан лишь закрыл глаза и потер переносицу. — Я не в восторге от последствий, но в долгосрочной перспективе это может нам помочь. Пателы – ярые сторонники фракции, которая ратует за полное бездействие ради сохранения мира.

— …

Тирнаног, гора Эйри

Астра

— …

Мать вывела меня из кабинета в гидропонный сад поместья – место, где она предпочитала вести самые серьезные разговоры.

Это стало первым звоночком того, что сейчас начнется расправа, и я была не в восторге от этой перспективы.

Как только распашная дверь в сад закрылась, Тереза резко обернулась и начала кричать так громко, как никогда раньше, когда отчитывала меня за глупости.

— Какого черта ты себе думала, отправляясь на охоту за свежевателем разума вдвоем! Ты забыла всё, чему мы учили тебя о выживании?! Я даже не могу винить в этом Магнуса, потому что ты должна была соображать лучше! Я знаю, ты хочешь проявить себя, но не таким же способом! Карабкаться к власти, слепо принимая каждый вызов, что подбрасывает судьба, – это верный способ гарантировать только одно! Смерть!

Я почувствовала это раньше, чем увидела, и тело сработало само. Другая я, та, что всегда была начеку, внезапно перехватила контроль: я прогнулась назад, а затем, извернувшись, перекатилась через плечо.

Тонкая нить мерцающего света пронеслась перед самым моим лицом, и я почувствовала укол в щеку.

Когда «другая я» вернула контроль над телом, я уже стояла в четырех метрах от Терезы, припав к земле и готовая отступить еще дальше. Пылающий куст – декоративное растение, привезенное первыми поселенцами с Земли, – лишился нескольких ветвей. Все они были срезаны чисто, словно бритвой. А ведь куст рос прямо рядом со мной, пока я не уклонилась от материнского гнева.

Теперь он выглядел так, будто садовник решил радикально обрезать всё, что мешало проходу по мощеной дорожке.

Я коснулась щеки, и на пальцах осталась кровь. — Это было лишним, мам. Раны на голове кровоточат как проклятые! Я и сама знаю, что это было безрассудно. Уверяю тебя, у меня есть причина искать силы, и это не просто жажда власти ради власти.

Тереза сжала кулаки, видимым усилием пытаясь вернуть самообладание.

Увидев, как сильно она на самом деле переживает, я вдруг почувствовала укол совести за то, как преподнесла историю ей и Этану. Попытавшись взглянуть на вещи её глазами, я поняла: вызов свежевателю разума должен был казаться ей чистейшим безумием, порожденным жадностью.

Тем самым безумием, что губит молодых дураков.

Я опустилась на колени и впервые за долгое время извинилась перед Терезой. Я не была лучшей дочерью, которую можно было бы удочерить в этом проклятом мире. — Прости, что так заставила тебя волноваться, но я в порядке. У Магнуса был отличный план, и поверь мне, я целую ночь раздумывала, стоит ли игра свеч.

С моей стороны было неправильно заставлять Терезу и Этана так переживать. Они приняли меня и дали мне больше, чем большинство детей в этом мире могли бы надеяться получить.

— Ох, поднимись уже! — Тереза издала побежденный вздох. — Я намеревалась оттяпать тебе ухо за такую выходку! Чтобы ты хоть что-то усвоила на будущее. По крайней мере, похоже, мутация свежевателя разума не была полным провалом. Ты теперь можешь двигать всем телом?

Я ухмыльнулась, не обращая внимания ни на порез на щеке, ни на то, что она всерьез собиралась лишить меня уха в воспитательных целях. — О, и этим, и многим другим, мам. Ты даже не представляешь!