Тирнаног, гора Эйри

Астра

— Это несправедливо! Просто несправедливо! — Ворчала Талия, беря последнюю пробу крови из кончика пальца Магнуса. Она уколола кожу иглой и поймала каплю на бумажную полоску. — Эти «молнии», должно быть, в родстве с чертовыми медоедами!

После четырех дней полного беспамятства Магнус наконец пришел в себя. Он быстро шел на поправку, хотя все еще оставался немного вялым. Поначалу из-за потери крови он был бледен лицом и страдал от одышки.

Теперь же он уже мог ходить без посторонней помощи.

Тем не менее ему пришлось оставаться в госпитале до тех пор, пока не исчезнут все признаки яда.

На груди едва виднелся шрам, но и он должен был исчезнуть, как только мутация звездорыба проявит свою чудодейственную силу. То, что ткани не были утрачены, сильно ускорило восстановление: телу нужно было лишь затянуть открытую рану, а не отращивать плоть заново.

Талия положила бумажную полоску на предметное стекло и прильнула к микроскопу, переключая световые фильтры. — Скорость свертываемости вернулась в норму. Прошло едва ли семь дней, а от яда не осталось и следа. Твой организм переработал все, что не смог вывести!

— Это хорошо, — сухо ответил Магнус. Физически он был в порядке, но я знала его достаточно хорошо, чтобы понять: покушение выбило его из колеи.

— Знаешь, моей матери пришлось отсечь себе кисть после того, как она тебя оперировала, — Талия продолжала свою тираду, не отрываясь от образца. — Любой другой после такой дозы масла смертоцвета уже лежал бы в могиле.

Это наконец заставило Магнуса обратить внимание на нашего доктора. — Ей пришлось отсечь руку!? Мне так жаль.

Талия отмахнулась:

— Она уже отросла. И раз уж я не нахожу в твоей крови никаких следов яда, ты можешь быть свободен.

Я положила руку на плечо Магнуса и сжала его, радуясь хорошим новостям. — Выше нос! Тебе не идет такая хандра.

Магнус покачал головой. — Прости. Просто такое чувство, будто я все запорол. Меня учили этому, а я не смог предугадать ответный ход врага. Если бы не мои мутации, я был бы мертв. Когда мы отключили систему наблюдения, это должно было вызвать какую-то реакцию. Если не со стороны Земли, то от кого-то из старейшин, недовольных грядущими переменами. Я был логичной мишенью. Почему я не был осторожнее? Я мог бы указать на опасность. А если бы они напали на тебя или на детей, чтобы надавить на меня?

Я отвесила ему подзатыльник. — Да прекрати ты! Да, возможно, ты мог предвидеть реакцию, но это мог сделать и любой из Совета Старейшин! У тебя было даже меньше информации об истинном положении дел, чем у них. Винить можно кого угодно, но факт в том, что никто не идеален. Мы не знали, что у Земли есть нечто вроде Забытых, а старейшины думали, что истребили их всех. Земля десятилетиями не вмешивалась в наши дела. Это позволило всем расслабиться, так как же мы могли знать?

Он посмотрел на меня с укором, потирая затылок. — Больно же! И, как видишь, они никогда не прекращали вмешиваться!

— Но суть в том, что мы так думали! Мне ударить тебя сильнее, чтобы ты вышел из этого состояния? — Спросила я. — Запускай свои субличности. В обычном состоянии ты бы легко увернулся. Просто вбей себе в голову: никто не может учесть всё. И мы не в том положении, чтобы от нас этого требовали. Если не впадать в крайнюю паранойю, никто не мог предугадать это нападение. Но теперь, когда мы знаем, мы можем подготовиться.

— Нет, спасибо. Дальнейшие напоминания не требуются, — Магнус отъехал на стуле на шаг назад. — Я понял, что ты пытаешься сказать.

На мгновение в комнате воцарилась неуютная тишина, прежде чем Магнус встряхнулся и глубоко вздохнул.

— Ну и? — Он выдохнул и выжидающе посмотрел на нас. — Я слышал, клан разгромил их убежище? Надеюсь, ты не пошла за ними сама, Астра.

Я вздохнула. — Поверь, мне хотелось, но как только я привлекла Пателей, операцию забрали из моих рук. Мне пришлось оставаться далеко за линией фронта, пока другие раздавали тумаки. Всё, что мы с Талией получили – это отчет о последствиях.

Целительница махнула рукой. — Что меня вполне устраивает. Мои мутации полностью ориентированы на поддержку и выживание.

— И на сбор разведданных, — добавила я.

— Что является частью роли поддержки, — уточнила она. — Как бы то ни было, нам удалось разгромить всё логово. Двадцать четыре человека из Забытых, и семерых мы взяли живыми!

— Всего семерых!? — Воскликнул Магнус. — Простите, но что пошло не так? Я думал, вы планировали операцию.

Я пожала плечами. — Мы взяли больше, чем надеялись старейшины. Оказывается, Забытые – это ментально обработанные агенты под прикрытием. Лучшая ментальная манипуляция, которую Земля могла предложить в то время: психологические, химические и хирургические процедуры. Если эти люди видят риск попасть в плен, они лишают себя жизни.

Она в смятении покачала головой. — Только представьте, чего стоит так промыть человеку мозги, чтобы превратить его в агента, который годами, даже десятилетиями остается на задании. У них даже не было надежды вернуться на Землю.

— Ублюдки… — прорычала я, вспоминая первый допрос Забытого, который проводила Талия. Это было не самое приятное зрелище, но оно разительно отличалось от того, что моя подруга могла сделать с обычным человеком, когда не сдерживалась. Забытый сопротивлялся ее ментальному воздействию гораздо дольше, чем ожидалось.

Мой партнер покачал головой. — Я слышал, что в военной полиции есть такие люди, но никогда с ними не сталкивался. Если бы столкнулся, мой прежний «я» наверняка бы не выжил. Организация полагается на секретность и электронную борьбу, а не на прямой конфликт с правительственными силовиками. Если чье-то прикрытие раскрыто, его бросают вместе со всеми контактами.

Для меня это звучало дико, но организация Магнуса, вероятно, имела большой опыт в этой области. Я даже не знала, с чего начать, если бы захотела создать подпольную сеть, способную скрываться от мирового правительства.

Талия продолжила:

— Их идеологическая обработка – это точно не шутки. Даже я не смогла пробиться сквозь нее, не превратив их мозги в кашу – а я сейчас самый сильный экстрасенс в клане. У меня ушел день, чтобы первый из них сломался. После этого мне совсем не хочется браться за остальных.

Магнус посмотрел на мою подругу с ужасом. — В кашу?

— В переносном смысле, — поправила Талия. — Я не могу буквально превратить их в кашу. Это убило бы человека мгновенно, и меня бы считали самой могущественной в клане. Ха! Нет, они просто становятся немного не в себе, когда я с ними заканчиваю.

— Когда она с ними заканчивает, они становятся похожи на зомби после лоботомии, — пояснила я. — Хотя обычно на это уходит несколько часов.

Магнус поднял руку. — Знаете что? Я не хочу знать подробностей того, как именно это происходит! Просто скажите, что вы выяснили.

Талия пожала плечами. — У них была связь с Землей через небольшой радиопередатчик, готовый отправлять и получать информацию каждый раз, когда открывалась червоточина. Похоже, они долгое время затаились. Им приказали сделать это в конце клановых войн. Несколько десятилетий в тени. Можете себе представить, каково это? Эти люди – как роботы с зачатками креативности и эго. Они наблюдали и выжидали своего часа, пока не получили инструкцию: выявить источник проблемы с потерей связи суперкомпьютера и устранить его. Они изучили вопрос и решили, что обратить ситуацию вспять невозможно. Но они определили тебя как вероятного виновника, поскольку ты единственный новый человек, который регулярно посещает Зал Закона.

Магнус покачал головой. — Но зачем? Прикрытие суперкомпьютера уже раскрыто. Мое убийство не решило бы ситуацию. Это звучит как непродуманная реакция.

Я подняла палец. — Чего Забытые не знали. С их точки зрения, убить тебя не составляло труда, и это могло предотвратить дальнейшее вмешательство. Ты был просто каким-то парнем, недавно нашедшим пару, чьи мутации были известны. Легкая цель. Если бы они не промахнулись, ты бы вошел в лифт на одном этаже, а на другом тебя нашли бы мертвым. Они бы вышли сухими из воды, если бы не решили, что ты мертв, и не раскрыли себя. — Я заговорщицки подмигнула ему.

Он понял намек и кивнул. — Что теперь?

— Мы собираемся выжать из Забытых всё, что они знают, но боюсь, многого мы не добьемся, — сказала Талия. — Я начала с тех, кто, скорее всего, обладал наибольшей информацией. Они не знали о других ячейках, подобных их собственной. У них было несколько запасных точек и второстепенных убежищ, но всё это только для их группы. Никаких контактов с другими. Насколько известно клану, мы взяли их всех. Что не означает, будто нет еще нескольких таких групп, действующих независимо. Подозреваю, учитывая их природу, так оно и есть.

— Клан будет действовать исходя из предположения, что их больше, — продолжила я. — Вот почему мои родители хотят поговорить с нами, как только ты снова будешь в силах.

— О чем? — Спросил Магнус.

— Не знаю. Мне они не сказали, потому что не хотели повторяться.

— Оставим работу! — Талия хлопнула в ладоши, ее глаза заблестели. — У вас уже есть имена?

— Имена? — Мы с Магнусом обменялись непонимающими взглядами.

— Для малышей!? — Талия улыбнулась.

Я откашлялась и отвела взгляд.

Магнус закрутил большими пальцами. — Честно говоря, мы об этом не говорили.

Талия уставилась на нас с открытым ртом, и прошло несколько мгновений, прежде чем она вынесла свой вердикт:

— Вы двое – худшие родители на свете! Кто рожает трижды и не задумывается ни об одном имени!

Я замахала руками, пытаясь оправдаться. — Они не «родились». Они всё еще яйца! Я решила, что у нас есть время подумать.

— Я голосую за Клото, Лахесис и Атропос! — Провозгласил Магнус.

Талия свирепо посмотрела на него. — Ты не можешь назвать своих детей в честь трех мойр!

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, откуда я знаю этих мойр. Они говорят об этом старом мифе? Меня раздражало, что у Талии и Магнуса была эта общая черта – цитировать старую поп-культуру, в чем я по большей части не могла участвовать. — Погоди… разве эти три мойры не были сестрами? Мы не можем назвать мальчика женским именем!

Магнус щелкнул пальцами. — Проклятье! Какой еще есть фольклор с двумя сестрами и братом? У нас уже есть красный, синий и зеленый. Если мы сделаем еще двоих, и они окажутся нужных цветов, мы сможем назвать их в честь Могучих Рейнджеров.

— Мы не будем называть наших детей в честь какого-то фольклора! — Прорычала я. — И никаких «Могучих Рейнджеров», что бы это ни было!

Магнус, казалось, ничуть не смутился моим отказом и перевернул дискуссию, перекинув мяч на мою сторону. — Честно говоря, у меня никогда не было таланта к именам. Уверена, ты сможешь придумать три отличных имени, Астра. Оставляю это дело в твоих надежных руках.

— Что? — Мои глаза расширились от такой пугающей задачи.

А что, если я назову детей, а им не понравятся их имена? Мне придется терпеть их презрение до конца жизни? И я не смогу разделить вину с Магнусом! — Нет! Ты назовешь хотя бы одного из них!

Он посмотрел на меня безучастно. — А ты назовешь двоих? И в чем тут справедливость?

Талия помассировала переносицу. — Вы двое должны придумать имена вместе. Так полагается родителям.

Я вскинула руки, взывая к небесам. — Знаете что? Мы не будем из-за этого ссориться. Магнус получил справку о здоровье, а мой отец ждет нас с каким-то, предположительно, важным сообщением.

Протянув руку, я взяла Магнуса под локоть и подняла его на ноги. Затем я извинилась, и мы поспешили вон из двери.

Раздосадованный обвинением в том, что он плохой отец, Магнус пытался обсуждать вопрос имен всю дорогу до владений семьи. Но я стойко отказывалась принимать окончательное решение, пока мы оба были так заведены.

У нас ведь были месяцы на раздумья. Я отказывалась давать имя яйцу и называть его по имени.

А что, если наш врач ошибся с полом, и мы в итоге дадим одной из девочек мужское имя? Ну уж нет! Определенно лучше подождать.

Спустя три четверти часа мы наконец были с моими родителями в главной гостиной, готовые к тому, что на нас обрушится очередная новость.

— В Совете Старейшин шли жаркие споры, пока Магнус был в отключке, — начала Тереза, вводя нас в курс дела. — Одной из наших главных забот является грядущая война. Учитывая вмешательство Земли, вооруженный конфликт кажется наиболее вероятным исходом. Мы всегда знали, что Земля использовала Тирнаног для экспериментов, но осознание того, как глубоко на самом деле уходят корни земных махинаций, посыпало солью старые раны – мягко говоря.

— К сожалению, после покушения на Магнуса совет стал в некотором роде параноидальным, — подхватил Этан. — Разгром крупной ячейки Забытых был делом благим, но это также подлило масла в огонь. В данный момент мы не совсем уверены, кому можно доверять. Мы даже не знаем, есть ли поблизости другие Забытые. Поэтому мы должны что-то предпринять, чтобы защитить вас двоих от дальнейших атак.

Тереза продолжила:

— Вот почему мы придумали план. Не то чтобы нечто подобное не ждало вас двоих в любом случае после того, что Магнус принес в клан. Но совет решил возвести вас обоих в ранг протекторов клана.

Я выпрямилась, почти не в силах в это поверить. Это было грандиозно!

— Кто такой протектор? — Спросил Магнус.

— Э-э… — я прикусила губу, пытаясь найти земную аналогию. — Нечто среднее между министром иностранных дел, консулом и послом. Задача протектора – представлять Эйри перед другими кланами, когда ни один старейшина не может отправиться с дипломатической миссией. У них есть широкие права принимать решения в отсутствие старейшины.

Магнус моргнул. — И как это поможет нам против второго покушения?

Этан откашлялся. — План состоит в том, чтобы убрать вас двоих из поля зрения возможных убийц, пока мы прочесываем весь клан в поисках других Забытых. Через неделю-другую снег начнет таять. После этого пройдет примерно месяц, прежде чем наши дирижабли смогут летать. Мы намерены заплатить Караванщикам, чтобы они начали свой следующий поход пораньше и переждали штормы в пути. Сейчас они зимуют на горе Эйри. Вы двое присоединитесь к ним в дипломатической миссии к клану Хохберг.

Магнус поджал губы. — Разве Караванщики – это не те ребята, которые перевозят товары между кланами?

Я кивнула. — Да.

— Им не понравится брать с собой посторонних, но их вьючные звери справятся и с тающим снегом, и со штормами. А когда они узнают причину появления интерфейса в своих головах, они в любом случае будут на нашей стороне, — объяснила мать.

— Вы им еще не сказали? — Спросила я. — И вопрос получше: их затронул системный сброс интерфейса?

— Судя по всему, да, — Тереза пожала плечами. — Это коснулось всех в пределах горы Эйри. Клан это или нет – неважно. В общем, вы двое и отряд тщательно отобранных гвардейцев присоединитесь к экспедиции Караванщиков в клан Хохберг. Надеемся, это выведет вас из-под удара Забытых, пока мы проводим полную зачистку клана. Забытым должно быть невозможно спрятаться среди Карас, ведь они там все близки, как одна семья.

— Но, — перебила я. — Что будет, когда мы достигнем Хохберга? Разве там угроза не будет такой же большой, как здесь?

— Не совсем, — Этан покачал головой. — Вы будете представителями клана. Если с вами что-то случится, у Хохберга будут большие неприятности. А если возникнут сомнения, вы сможете оставаться с Караванщиками, пока мы не прибудем. Они будут защищать вас всеми силами до прибытия нашего флота. Тем временем вашей задачей будет подготовить их и клан Хохберг к тому, что грядет. Расскажите им то, что вы узнали о Тхич и Земле, пока будете сидеть и ждать нас. Флот пойдет за вами с отставанием в одну-две недели.

— Ах, и еще… — мне не хотелось этого говорить, но мой взгляд невольно метнулся в сторону жилых помещений – к детям.

Тереза подошла и обняла меня. — Я буду присматривать за ними столько, сколько смогу, и мы уже поговорили с Мэри. Она останется на горе и обещала заботиться о них как о своих собственных, пока нас не будет.

— Мэри!? — Потрясенно пискнул Магнус.

Когда мои родители гневно на него посмотрели, он откашлялся и примирительно поднял руки. — Я ничего не сказал. Мэри – это отлично!

Я вздохнула. — Надеюсь, они не вылупятся до следующей зимы. С моим везением они запечатлятся на нее, как цыплята, и будут с тех пор звать ее мамой.

— Не сглазь! — Прошипел Магнус и сделал странный знак, глядя вверх и быстро постучав по столу.