Тирнаног, гора Эйри

Магнус

В последующие дни почти всё наше время поглотили бесконечные встречи и приготовления.

Напрямую в планировании и организации общей миссии я не участвовал, но это вовсе не означало, что у меня не осталось личных дел, требующих внимания.

Первым пунктом в списке значился долгий разговор с Мэри, которой навязали роль няньки. Оставлять свое потомство на попечение другого человека было, мягко говоря, неловко. В последнее время наши отношения с Мэри наладились, но не до такой степени, чтобы я мог со спокойной душой доверить ей детей по первому капризу.

Мне было трудно балансировать между чувством ответственности и другими обязанностями и целями. В конце концов, иного пути, кроме как двигаться вперед, не существовало. Я всё еще должен был сделать всё возможное, чтобы спасти Эванну, которая оставалась у клана Тхич. Иначе все принесенные до сих пор жертвы потеряли бы смысл.

К тому же я убеждал себя, что лучше всех подхожу для взлома очередного суперкомпьютера – если таковой вообще имелся в поселении Хохбергов.

Помимо твердой уверенности старейшин в том, что среди клана скрываются и другие ассасины, я мог найти столько же причин остаться, сколько и уехать.

Брать яйца с собой не могло быть и речи.

Выбор подходящего опекуна оставался единственным вариантом, с которым я мог смириться.

Выбор, впрочем, был невелик, если не считать Ив. К сожалению, почти всё время моей младшей сестренки сейчас занимал её новый парень. Я избегал обсуждать с ней эту тему, так как не хотел дискуссии, которая за этим неизбежно последовала бы – о её желании присоединиться к нашему путешествию.

Учитывая все обстоятельства, было решено оставить яйца под присмотром Мэри. Для остальной семьи она была кем-то вроде бабушки, и Астра доверяла ей безоговорочно.

Сама Мэри не горела желанием играть в няньки. Единственная причина, по которой она согласилась, заключалась в том, что присмотреть за тремя яйцами – просьба не самая обременительная.

И если с Хохбергом всё пройдет гладко, существовала вероятность вернуться до предполагаемой даты вылупления.

Мне очень хотелось присутствовать, когда они «проклюнутся».

Следующим пунктом была долгая встреча с нашим любимым кузнецом, старейшиной Гилбертом Клайном. Он наконец закончил два комплекта парной брони, которая выглядела как нечто среднее между футуристическим силовым доспехом и средневековыми латами. Каким-то образом он даже нашел время интегрировать ядра существ в специализированные инструменты и добавить их к снаряжению.

Среди них был лазерный указатель, который мог служить и очень мощным фонариком. Мне он был без надобности из-за моего второго зрения. Правда, если использовать его без оглядки на здоровье окружающих, он вполне мог временно ослепить человека.

Другое ядро – зуб кусаки – было прилажено к рукояти и превратилось в удобный универсальный нож. Кусаки были мелкими вредителями с зубами, которые благодаря невероятной остроте могли прокусить почти что угодно. Словно этого было мало, их зубы могли вибрировать на высоких частотах, разрезая плоть подобно электроинструменту. Каждый зуб сам по себе являлся ядром. К счастью, кусаки не вырастали достаточно большими, чтобы представлять серьезную угрозу для местных людей, и в итоге их использовали как удобных утилизаторов мусора.

Несмотря на всё то дерьмо, что я повидал и испытал в этом мире, я не был по-настоящему готов к тому, что ждало меня впереди.

Самым странным оказалось приглашение в ангар пятнадцатого вылета, из-за чего мы с Астрой теперь неловко стояли среди ухмыляющихся старейшин. Нас вывели на одну из больших смотровых площадок, откуда открывался прекрасный вид на всю каверну с плотно припаркованными дирижаблями и колонией дрейков.

Выражения лиц родителей Астры говорили сами за себя. Что бы они ни задумали, грядущее событие обещало быть, по их мнению, крайне забавным.

Джулиана и Скай Румен встретили нас у входа в пещеру, где обитала стая дрейков.

— Привет! — Скай радушно помахал нам рукой и расплылся в улыбке. — Надеюсь, никто не испортил сюрприз и не разболтал вам заранее?

— Нет, — Астра скрестила руки на груди и подозрительно вскинула бровь.

Всё это дело держалось в секрете, пока родители Астры сегодня утром неожиданно не изменили наш график и не привели нас сюда.

— Чудесно! — Джулиана хлопнула в ладоши. — Мы подумали: раз уж вы выступаете в роли наших послов, у вас должны быть соответствующие ездовые животные! Никто не воспримет протектора Эйри всерьез без нашего узнаваемого знака отличия.

— Животные? — Переспросил я.

По спине пробежал неприятный холодок предчувствия. Словно Смерть только что заглянула мне через плечо. Почесав шею, я обернулся, пытаясь понять, что именно меня так напугало.

Я никогда не был силен в прекогниции, но прямо сейчас чувствовал, как это чутье крутит сальто, веля мне убираться отсюда ко всем чертям. — Я никогда ни на ком не ездил верхом! Разве не должно быть какого-то обучения, чтобы стать пилотом… кхм, наездником?

— О, нет, — Скай покачал головой с нарочито печальным видом, который был явно фальшивым. — Дрейки летают сами по себе. Они либо берут тебя в полет, либо нет – никакого «управления» тут нет. Ты говоришь им, куда лететь, и они летят… или не летят и убивают тебя. Это их выбор.

Он полез в карман и достал два свистка с цветовой маркировкой. Посмотрев на них, он протянул один Астре, а другой бросил мне. — Вот, это для Элеганс. А это для Петлехода.

Я поймал «ключи» от своего нового транспорта и поморщился, услышав имя. — А можно переименовать моего в «Летает-очень-медленно»?

Скай не удостоил меня ответом. Вместо этого старейшина предпочел проигнорировать мои слова, прислушиваясь к бьющему через край энтузиазму Астры.

— Я слышала слухи, но никто не хотел подтверждать их лично! — Астра, казалось, горела желанием попробовать, перебирая пальцами свисток. — Так это правда, что дрейки разумны? Они умеют говорить?

Я в замешательстве изучал свой свисток, пока голова не дернулась вверх от слов Астры.

Джулиана шумно выдохнула:

— Настоящую беседу с ними, как таковую, не поведешь. Хотя они очень сообразительны. Дрейк – это нечто среднее между попугаем и маленьким ребенком. Советую вам не слишком их очеловечивать. Нам удалось договориться со старшими особями, которые возглавляют колонию. Мы охраняем их пещеру от других тварей и выращиваем их любимое лакомство – светящуюся губку. Взамен нам позволяют летать на молодых особях, которые еще не участвуют в размножении. Летом мы также выводим наш флот, чтобы помогать им с защитой территории.

Я и раньше задавался вопросом о логистике содержания такого огромного флота дирижаблей в мирное время. Использование их для воздушного и пограничного контроля, чтобы отгонять нежелательных тварей от горы Эйри, имело смысл.

И еще этот момент с поеданием светящихся губок – что было не сильно отлично от вдыхания чистого водорода. Я бы хотел… На самом деле, я не хотел знать, какая безумная биология требует регулярного приема компонента топливного элемента.

Приблизились два человека с большими шарами светящейся губки. Они держали их на веревках, словно парящие газовые шарики для детей. Посыльным приходилось крепко вцепляться в комично огромные лакомства, потому что те были достаточно велики, чтобы требовать усилий.

Каждому из нас вручили по веревке, и я осторожно взял свою. Благодаря нашей мутации силы у нас с Астрой проблем не возникло.

— Э-э, для меня всё это происходит как-то слишком быстро, — слабо пожаловался я. С дрейками можно договариваться? Это же огромная новость. Почему мне никто не сказал раньше? Почему это держали в секрете? Не поэтому ли все до сих пор избегали моих вопросов о разумных инопланетянах?

И почему мое предчувствие вопит так громко?

— Просто сделай это!

Мне не дали возможности задать больше вопросов, потому что Астра поднесла мой свисток к моим губам, одновременно дуя в свой. Скорее рефлекторно, чем осознанно, я последовал её примеру.

Звука не последовало, но я почувствовал ультразвуковую вибрацию через свои филаменты.

Два дрейка размером с реактивный самолет отделились от стаи у дальней стены ангара и быстро пошли на сближение. Тот, что покрупнее, не спешил, используя свои четыре крыла, чтобы плавно скользить ближе, в то время как особь поменьше использовала свою весьма специфическую двигательную систему, чтобы описывать спирали вокруг спутника.

Я изо всех сил старался думать об этом как о тарахтении старого пропеллерного мотора. Это не было испусканием газов. Они вдыхали через жабры и выдыхали сжатый воздух через заднюю часть тела.

Но то, что более крупный дрейк вроде как не торопился, вовсе не означало, что он медленный. В считанные секунды они оказались у смотровой площадки. Большой дрейк мягко приземлился перед Астрой, в то время как мой в головокружительном маневре выхватил светящуюся губку прямо у меня над головой.

При этом существо уничтожило большую часть лакомства, вдохнув значительную долю. Остатки улетели под потолок – вероятно, чтобы там выросло еще больше губки.

Веревка, чисто перерезанная когтями существа, упала мне на голову, прежде чем монстр завершил мертвую петлю и тоже приземлился передо мной, уже пережевывая кусок губки и косясь на меня глазом.

Эти штуки были слишком быстрыми и проворными для своих размеров, что нагоняло жути. Но зато я впервые смог рассмотреть дрейка вблизи!

Массивная голова и змееподобное тело могли принадлежать восточному дракону, в то время как конечности и четыре крыла больше подходили мифическому существу Запада. У него были плоские зубы травоядного, но серповидные когти на хорошо развитых пальцах казались более подходящими для охотника. Вдоль позвоночника тянулось несколько длинных шипов, заканчивающихся крупным шипом на кончике хвоста.

«Еда за полет? Вопрос договора?»

Я подпрыгнул, когда мысли возникли прямо у меня в голове. Слова имели вибрирующий подтон, что отчетливо помечало их как чужие. Когда я посмотрел на Джулиану и остальных, старейшина кивнула мне.

— А, да. Привет, Петлеход. Это твое имя? Ты получишь еду в обмен на…

«Полет!»

Мое незаконченное приветствие застряло в горле, когда существо протянуло переднюю лапу и сгребло меня с земли шестипалой кистью – четыре пальца и два больших. Оно каким-то образом ухитрилось не распороть меня когтями, каждый из которых был по полметра длиной.

Затем оно прыгнуло, используя свое вытянутое змеиное тело как пружину.

В следующий миг мир завертелся влево, вправо, вверх и вниз, как на безумных американских горках!

Кажется, я кричал.

«Быстрее? Да, быстрее! Быстрое веселье! Бодрящая эмоция!»

— Не так быстро! Медленно и прямо! И я хочу ехать сверху! — Попытался я договориться со зверем.

«Сверху скучно! Медленно – и наездник падает. Тогда все очень грустные. Лучше держать, чтобы лететь быстро!»

Петлеход не послушался сразу, но, по крайней мере, сменил свой хаотичный полет на более длинные дуги.

Это позволило мне разглядеть смотровую площадку, где Астра как раз взлетала на своем дрейке. К моему раздражению, она чинно сидела между двумя шипами на шее существа.

Это вызвало у Петлехода новый прилив энтузиазма, и он заложил вираж, чтобы описать круг вокруг более крупного дрейка.

«Пара летит! Впечатлить!»

От очередного приступа быстро меняющейся центробежной силы меня чуть не вырвало. Но я зажал рот рукой и заставил себя перетерпеть.

Петлеход не просто передавал мне свои мысли, но и то, что он чувствовал. Это была детская невинность и радость от самого акта полета – и от возможности произвести впечатление на свою пару. Которой, как я догадался, и был более крупный дрейк.

Не желая портить выскочке его воздушную акробатику, я терпел, пока Астра не закончила свой плавный круг по огромному ангару. Петлеход изо всех сил старался продемонстрировать свою мужественность, но Элеганс не удостоила нас даже взглядом.

Когда Петлеход тоже не стал садиться, я указал на смотровую площадку:

— Садись! Садись туда!

«Пике! Быстро! Впечатляюще!»

— Не-е-ет!

Чертова тварь поджала крылья и ухнула в свободное падение. Моим единственным спасением было то, что теперь он держал меня обеими лапами.

Мы уже готовы были разбиться, когда он расправил крылья и с помощью реактивной тяги завис в воздухе, после чего мягко приземлился.

— Спасибо! — Воскликнул я. — А теперь поставь меня на землю!

Петлеход отпустил меня, и я приземлился на ноги, после чего рухнул на колени и поцеловал гладко отполированный камень смотровой площадки.

— Не заставляй свою женщину ревновать! — Астра подошла ко мне, спешившись со своего дрейка.

У меня родилась идея. Я подполз к ней на коленях, взял её за руку и вложил в ладонь свой свисток. — Пожалуйста, давай поменяемся.

Астра покачала головой и впихнула свисток мне обратно. — Ни за что на свете!

— Проклятье! — Выругался я и в досаде ударил кулаком по воздуху.

Астра повернулась к своему дрейку:

— Спасибо, Элеганс. Возвращайся на насест.

Крупный дрейк послушался, как щенок, и спрыгнул со смотровой площадки, улетая обратно к колонии.

Петлеход заерзал всем телом, явно разрываясь между желанием последовать за парой и ожиданием, пока я его отпущу.

Шанс был невелик, но я должен был попробовать. — Лети, найди самую вкусную светящуюся губку и принеси своей паре. Впечатли её хорошим угощением!

Дрейк посмотрел на меня с оценивающим выражением, после чего в его голове словно зажглась лампочка.

«Впечатлить подарками!»

Затем он совершил вертикальный взлет и рванул к потолку ангара, чтобы обыскать плавающие там светящиеся губки.

— Э-эй, — возмутилась Астра. — Ты хочешь, чтобы Элеганс растолстела?

— Я пытаюсь спасти свою шкуру! — Огрызнулся я. — У Петлехода тяжелый случай гормонального взрыва. Парню нужно перепихнуться!

После небольшого эпизода с нашими скакунами мы с Астрой прошли краткий курс того, как представлять наше политическое дело другим кланам, за которым последовало очень подробное введение в обычаи Караванщиков и Хохбергов.

Первые имели более непосредственное отношение к нашей миссии, так как мы будем находиться под опекой Караванщиков в течение трех-четырех недель, пока не доберемся до Хохберга.

Среди всех кланов Караванщики были теми, кто практически полностью ассимилировался с этим миром. Они также были самыми малочисленными и едва ли считались одним из «большой пятерки». Тем не менее, их уважали все, кто зависел от их торговых караванов.

В отличие от крупных кланов, основавших постоянные поселения, Караванщики разделились на небольшие группы и перешли к кочевому образу жизни. Большую часть жизни они проводили в дикой местности Тирнанога, переезжая от клана к клану. То, что они не могли произвести сами, они выменивали, покупая и продавая товары. Предположительно, это была одна из самых прибыльных бизнес-моделей в мире, где различные ресурсы были ограничены конкретными регионами.

Прямым следствием их образа жизни было то, что силу и мастерство они ценили превыше всего. Караванщик либо обладал исключительными боевыми способностями, либо какой-то уникальной мутацией, которая делала его или её ценными для выживания в дикой природе и достойными защиты группы.

За исключением детей, промежуточных вариантов не существовало. Нередки были случаи, когда подростков с не самыми удачными мутациями выгоняли из каравана, и они были вынуждены примкнуть к любому клану, в котором Караванщики делали остановку. Либо же те, кто считался непригодным для путешествий, основывали и управляли торговыми аванпостами в различных поселениях.

Вооружившись знаниями об обычаях Караванщиков, мы направились к зимним квартирам семьи Нортроут – просторному подземному комплексу у подножия горы Эйри, до которого нужно было добираться целый час на вагонетке.

Этан, Тереза, Астра и я явились в полном доспехе, готовые доказать свою состоятельность для участия в походе на юг.

Нас встретила молодая женщина, примерно ровесница Ив. В отличие от тканых материалов, предпочитаемых клановыми – от льняной верхней одежды до шерстяных и шелковых одеяний, – наша встречающая была одета в мех и кожу.

Увидев Этана и Терезу, она немедленно поклонилась. — Приветствуем почтенных старейшин. Пожалуйста, следуйте за мной. Наши искатели путей готовы принять вас.

Я обменялся быстрым взглядом с Астрой. Согласно объяснениям Этана, искатели были сродни старейшинам клана Эйри. Обычно это были самые старые Караванщики, которые исходили маршруты столько раз, что знали местность без всяких карт.

Между тем, большинство из ста сорока четырех Караванщиков, пользующихся сейчас гостеприимством клана Эйри, по силе могли считаться почти джаггернаутами.

Одернув себя, я поспешил отбросить последнюю мысль. Так и до гордыни недалеко.

Я старался избегать мышления категориями уровней силы, вроде «одиночка», «напарник», «джаггернаут» и «старейшина». Это слишком упрощало реальный мир, привнося в него нечто похожее на игровую механику.

После тренировок с Этаном у меня не осталось сомнений, что десять воинов ранга старейшины, скорее всего, победят десять джаггернаутов в лобовом столкновении.

Но благодаря нашим занятиям я больше не видел в Этане непреодолимого противника. Если не сдерживать способности, полагаться на хитрость и подлый удар, существовал реальный шанс одолеть его. Какова бы ни была сила человека, при определенных обстоятельствах он всегда может умереть.

Недавнее покушение стало мрачным напоминанием об этом, и мне оставалось только считать за удачу то, что я жив.

Женщина провела нас по коридору, который заканчивался большой круглой комнатой, сравнимой по размерам с Залом Закона.

Четыре человека – три женщины и один мужчина – сидели, скрестив ноги, на возвышении, устланном мехами, что позволяло им смотреть сверху вниз на остальных, уютно устроившихся на полу. Если не считать мехов, Караванщики не особо жаловали мебель. В комнате находилось около двадцати человек.

При нашем появлении прямой проход к возвышению освободился без лишних вопросов и приказов.

Наш проводник поклонилась четверым людям, которые поднялись со своих мест. — Почтенные искатели, клан Эйри прислал к нам двух старейшин, как и было обещано.

Если я не ошибался, титаном слева была Холли, наиболее близкая к тому, кого я назвал бы вождем. У Караванщиков не было реального руководства, так как все они были более или менее одной большой семьей. Тем не менее, у них существовала иерархическая структура, основанная на силе и старшинстве.

Лидер, суровая на вид женщина, стоявшая на целых три головы выше любого в комнате, обратилась к нам:

— Тереза! Хорошо, что наши друзья из клана Эйри наконец соизволили поговорить с нами. Учитывая сюрприз с окнами сообщений интерфейса и ваше затянувшееся молчание по этому поводу, у некоторых возникли вопросы: рады ли нам всё еще на горе?

Тереза поклонилась. — Холли, мы здесь, чтобы ответить на эти вопросы и обсудить наши требования.

Искатель-мужчина рядом с Холли прищурился. — Надеюсь, у вас есть веские ответы. Не в наших правилах перевозить детей через дикие земли. И еще слишком рано выступать без веской причины. А перевозка кого-то не из нашего народа уж точно таковой не является, какую бы плату ни предлагали.

Тереза выпрямилась, и голос её зазвучал твердо. — Вы будете перевозить не детей, а делегацию к клану Хохберг. Грядет война.

Затем она продолжила, рассказывая им о нападении Тхич на вербовочную миссию Эйри. О том, что мы выяснили, допросив выживших нападавших. Следом – о последующем открытии старого суперкомпьютера колонии. И, наконец, о нападении Забытых и их гибели, что в рассказе Терезы служило неопровержимым доказательством.

Караванщики не задавали вопросов, слушая с предельным вниманием, словно прервать рассказ было бы верхом оскорбления.

Когда Тереза закончила, заговорила Холли:

— Тревожную весть вы принесли. Но ты знаешь наши обряды. Мы не возим слабых – даже если это дипломатическая миссия огромной важности.

Астра сделала шаг вперед. — Мы не слабы. Мы можем сравниться с любым из ваших воинов в поединке и защитить тех из нас, кто не является бойцом. Ни одному Караванщику не придется и пальцем пошевелить, чтобы защитить нас от опасностей природы.

Искательница рядом с Холли – плотная дама, выглядевшая карликом рядом с гигантшей, – злорадно ухмыльнулась.

— Что ж, тогда давай проверим твои слова на деле!