Тирнаног, Равнины

Астра

Я открыла глаза и мгновенно скатилась с кровати, в долю секунды переключившись из сна в реальность.

По крайней мере, я попыталась это сделать, пока мои филаменты не удержали меня, отозвавшись неприятным рывком. Все еще пребывая в полудреме, я дернулась еще пару раз, и оба раза меня тянуло назад. Ощущение было такое, будто меня к чему-то привязали.

Оставив попытки решить проблему простым путем, я обернулась, чтобы выяснить, во что мои нити впутались на этот раз.

Магнус на другой стороне кровати повторил мои действия, и мы замерли, свирепо глядя на перепутанный хаос между нами, пока окончательно не проснулись и не высвободились.

— Гея тебе в лицо тоже кричала? — Спросила я.

— Да.

Я проворчала что-то невнятное и выругалась, распутывая особенно мерзкий Гордиев узел. Это становилось серьезной проблемой с тех пор, как филаменты Магнуса достигли мало-мальски приличной длины. Нужно будет спросить у родителей, есть ли у них решение на этот счет.

Как только мы освободились, то, не теряя времени, принялись облачаться в доспехи.

Благодаря заранее подготовленным стойкам, на которых висела моя броня, было легко правильно распределить плетение, прежде чем затянуть его.

Стоило приложить усилие, и части доспеха плотно прильнули к телу, вставая на свои места.

Спустя несколько секунд мы с Магнусом были полностью экипированы и готовы к бою.

Мы замерли и прислушались, но в крепости царила тишина, нарушаемая лишь монотонным топотом сахерны.

Магнус обнажил короткий меч и закрепил спетум за спиной, одновременно сканируя потолок своим вторым зрением. Там не было ничего, кроме бледных очертаний двух гвардейцев у нашей двери.

Второе зрение нельзя было сравнить с настоящим рентгеновским зрением, но если объект обладал сильным энергетическим излучением и не был защищен толстым слоем материала, этого навыка хватало. Слой дерева не мог преградить путь той форме энергии, которую улавливало это необычайное чутье.

Рассудив, что в тесноте лучше использовать оружие поменьше, я последовала его примеру и выхватила рапиру.

Я сделала пробный взмах, не доверяя инстинктам сразу после пробуждения. В последнее время на тренировках моим основным оружием было копье, и стоило признать, что я слегка запустила навыки владения рапирой.

Но, несмотря на нехватку практики, выбора не оставалось. Коридоры и дверные проемы крепости были слишком узкими для длинного оружия – оно слишком сильно ограничивало свободу движений.

— Как думаешь, что могло быть настолько опасным, чтобы Гея подняла тревогу? — Прошептал Магнус. — Я и не знал, что она может будить нас, когда ей вздумается. Опасная способность. А если она не будет давать нам спать бесконечно долго? Она же так убить может.

— Не могу представить, чтобы она не использовала эту силу для управления человечеством, если бы у нее не было серьезных побочных эффектов, — заметила я.

— А что насчет этой угрозы? — Настаивал он.

Я указала рапирой на дверь.

— Не знаю. Мне снился какой-то гребаный бред, когда она ворвалась и вырвала меня из сна криком о каком-то монстре. Ты изучал тот же бестиарий, что и я, — прошептала я в ответ. — На улице ночь, и мало кто настолько смел или глуп, чтобы набираться опыта в схватках с ночными хищниками Тирнанога. Как думаешь, почему мы забиваемся в щели, стоит солнцу сесть?

— Хм. — Магнус подошел к двери и открыл ее.

Коридор был пуст, если не считать двух телохранителей, дежуривших у нашей комнаты.

— Что-то не так, протектор? — Спросил один из гвардейцев.

— Да, — ответил Магнус, надевая шлем и превращаясь в воплощение бесстрашного воина. — Но я не знаю, что именно. Что-то кажется неправильным. Мы пройдемся и проверим, как остальные.

Я последовала за ним, и через несколько шагов мы оказались у двери Талии.

Ее стража уже заметила наше приближение и поняла, что назревают неприятности. Они постучали к своей подопечной, чтобы разбудить ее, как только мы покинули свои покои.

Талия сонно открыла дверь как раз в момент нашего появления. — Что случилось? Сейчас середина ночи.

— Просто проверяем всех, — ответил Магнус. — Что-то… кажется не так.

Наши люди размещались в одном секторе крепости, удобно соединенном центральным коридором, который шел по кругу вдоль всей сахерны.

Благодаря этому стражники, стоявшие у дверей жрицы и дипломатов, тоже поняли, что происходит нечто из ряда вон выходящее.

Одна за другой двери вдоль коридора открывались, и к нам присоединялась обычно спящая дневная смена. Я рассудила, что теперь-то уж точно все проснулись, и повысила голос:

— Перекличка! Чтобы через минуту все были на виду!

Вскоре показались даже самые нелюдимые члены нашей миссии, включая Питера Румена и его дипломатическую свиту.

Только наша жрица Геи, Мария, не явилась немедленно. Я навещала ее несколько раз, но ее невозможно было убедить покинуть каюту – она твердила, что не боец и не привыкла к жизни за пределами колонии.

Насколько мне было известно, ей поручили доставить письма в дочернее учреждение церкви в Хохберге.

Я не могла взять в толк, зачем церкви использовать такую, как она, в качестве курьера, но женщина казалась искренней в своем страхе перед внешним миром, поэтому я не пыталась вытащить ее из зоны комфорта. Это было просто не мое дело.

Потребовался настойчивый стук, чтобы затворница соизволила приоткрыть дверь ровно настолько, чтобы одним глазком взглянуть на происходящее снаружи.

— Происходит что-то опасное? — Она окинула взглядом коридор, пока ее взор не остановился на моем напарнике, стоявшем рядом.

Магнус ткнул в жрицу обвиняющим пальцем:

— Ты!

Женщина отпрянула с совсем не подобающим жрице вскриком и с грохотом захлопнула дверь. Вскоре изнутри донеслись звуки – кто-то спешно баррикадировал вход.

Я медленно повернула голову и вопросительно посмотрела на Магнуса, который все еще указывал пальцем на закрытую дверь.

— Это она! — Он замахал руками. — Ну, помнишь? Жрица! Та самая, которую я встретил, когда заходил в церковь!

До меня медленно начало доходить, о ком идет речь.

К счастью, тот инцидент удалось замять без особых усилий.

Но ведь это было несколько месяцев назад! Что же Магнус с ней сделал, раз она так его боится? Может, она пряталась в комнате вовсе не из-за нелюдимости, а потому что боялась столкнуться с моим напарником?

Я силой оборвала ход своих мыслей и подняла руку, пресекая дальнейшие споры. — У нас сейчас нет на это времени. Мэри, очевидно, в порядке и в безопасности забаррикадировалась у себя. Таким, как она, все равно лучше сидеть в запертой комнате. Кто-нибудь отсутствует?

— Нет, протектор, — ответил Амундсен, подходя к нам. По его всклокоченным волосам было ясно, что пять минут назад он еще крепко спал. — Могу я спросить, к чему все это?

— Интуиция, — небрежно бросила я. Не было нужды объяснять подробности наших способностей остальным. — Что-то не так.

Предупреждающий крик отвлек мое внимание от капитана стражи. Кричали дальше по коридору.

— Назовите себя и оставайтесь на месте!

Игнорируя Амундсена, я быстро зашагала к месту происшествия, где несколько наших гвардейцев уже выстроились, перекрывая проход к нашим жилым помещениям.

Мы подоспели как раз вовремя, чтобы увидеть, как они противостоят караванщику, одетому в меховую одежду и боевое снаряжение своего народа. Он ковылял вдоль стены, явно раненый и использующий ее для опоры. Чем лучше я его видела, тем страннее он казался. Он выглядел мокрым. Будто на него только что вылили ведро воды.

Он что, нырнул в болото, а потом залез обратно?

У меня не было времени обдумать странность ситуации.

Прежде чем я успела что-либо предпринять, караванщик бросил вызов гравитации и бесшумно рванул вперед с поразительной скоростью. Не было ни малейшего напряжения мышц, которое могло бы выдать готовящуюся атаку.

В одно мгновение он стоял, прислонившись к стене, а в следующее – с влажным шлепком врезался в переднего стражника, который успел пронзить нападавшего своим коротким мечом.

Дело было не в том, что гвардеец среагировал быстрее всех. Наш охотник просто выставил оружие перед собой, держа его между собой и незнакомцем. Караванщик так отчаянно стремился сократить дистанцию, что сам насадил себя на клинок.

— А-а-а! — Закричал стражник, когда плоть караванщика буквально потекла по своей жертве. Вырвались длинные шипы, а кожа нападавшего посерела, теряя человеческий облик.

Стоявшие рядом гвардейцы едва успели ударить по тому, что атаковало их товарища, оставляя длинные раны, в которых виднелась белая плоть. Существо никак не отреагировало на их атаки, а затем длинный мясистый шнур, прикрепленный к бывшему караванщику, натянулся и одним мощным рывком выдернул стражника из оборонительной линии, утащив его во тьму коридора.

Я не думала – я просто действовала, с криком совершив мгновенный рывок вперед:

— Ночной ползун!

Моя рапира со всей силы, на которую я была способна, обрушилась на шнур, перерубая его.

Снаружи крепости раздался яростный рев, и шаги сахерны сбились.

Мясистое щупальце без своего шипастого псевдопода начало маниакально хлестать во все стороны, в щепки разбивая дерево там, куда попадало. Мои субличности взяли управление на себя, и я едва успевала уворачиваться от мечущегося отростка.

Из-за поворота коридора показались еще три псевдопода, шаря по стенам и потолку, словно их хозяин прощупывал пространство.

— Верните его в строй! — Я перешагнула через упавшего гвардейца и попыталась остановить хлещущий отросток своими филаментами. Расправив их, я за считанные мгновения поймала конечность в ловушку.

Одновременно с этим я закрепилась другими филаментами. Благодаря их тонкости было легко просунуть их в щели деревянной конструкции. Мгновение спустя я была прикована к стенам, полу и потолку.

Затем я разрядила в тварь столько энергии, сколько смогла, но это лишь разозлило существо – оно сформировало псевдопод поменьше и вцепилось в пучок моих нитей.

Внезапно я сама оказалась той, кого тянут вперед с непреодолимой силой.

На мгновение моя страховка удержала меня, но затем филаменты начали выскальзывать, и меня медленно поволокло по коридору.

Несколько гвардейцев навалились на меня, а потом рядом оказался Магнус: электрические разряды плясали между его коротким мечом и псевдоподом, удерживающим мои нити, пока он рубил его.

Последовал резкий рывок, а затем осталась только боль.

Мой разум едва успел зафиксировать отступающее щупальце. Монстр вырвал три или четыре филамента прямо из моей спины и скрылся в глубине коридора.

Должно быть, я отключилась на несколько секунд, потому что, когда пришла в себя, я кричала от муки и бессильной ярости.

Филаменты не могли чувствовать боль. Это были лишенные нервных окончаний отростки. Их потеря ощущалась как фантомная конечность и раздражала, но не более того.

Но никогда прежде никто не вырывал филамент прямо из меня!

Ночной ползун выдернул их так, словно я была всего лишь мухой.

Магнус выхватил одну из флешетт из-за пояса, и его рука превратилась в размытое пятно. Снаряд поразил один из приближающихся псевдоподов, но, кроме болезненного подергивания и легкого отступления конечности, эффекта не последовало.

Снаряд пробил отросток насквозь и засел в стене. Крошечная рана не особо беспокоила ночного ползуна. Для него это было не более чем укол иголки для человека.

— Будь оно все проклято! — Магнус достал еще одну флешетту и с помощью электромагнетизма заставил ее парить над ладонью. Молнии заплясали между его пальцами и снарядом. Металл быстро начал светиться ярко-красным, доведенный почти до точки плавления.

Когда рыщущие псевдоподы снова двинулись вперед, он метнул флешетту резким жестом. На этот раз силы броска хватило, чтобы раскаленный кусок металла глубоко вонзился в плоть головного щупальца.

Последовавший рев боли был во много раз громче прежнего, и псевдоподы полностью убрались из коридора.

Магнус не осмелился повернуться спиной, а вместо этого пятился, пока не оказался рядом с нами.

— Ты в порядке?

— Буду, как только ты меня поднимешь! — Приказала я сквозь стиснутые зубы.

Четверо гвардейцев, которые навалились на меня, словно игроки в регби, поспешили исполнить приказ.

Выходки существа наконец привлекли достаточно внимания, чтобы вызвать ответную реакцию – послышалось, как заговорила автоматическая пушка на центральной башне. Снаружи раздался еще один яростный рев, и что-то глухо ударилось о потолок, отчего вся конструкция слегка содрогнулась. Но она выстояла.

— Черт! — Выругался Магнус, доставая очередную флешетту в ожидании продолжения. — В книге все было не так страшно!

Мы ждали, затаив дыхание, пока работала пушка, делая примерно один выстрел в секунду. После двадцати четырех залпов она снова замолчала.

Мало кто видел, как ночной ползун выглядит целиком. Согласно немногим доступным описаниям, это было нечто вроде улитки или сухопутного осьминога с длинными щупальцами. На конце каждого щупальца находился псевдопод, который тварь использовала для имитации своей добычи.

С помощью этой мимикрии она подбиралась щупальцами поближе к ничего не подозревающей жертве. Как только дистанция становилась достаточной, она хватала добычу и подтягивала к себе.

Многие стражники оказывались утянутыми в ночную тьму на съедение этому огромному существу. Неизвестно, каких размеров могли достигать ночные ползуны, но, судя по длине щупальца, этот был колоссальным.

Магнус указал рукой вдоль коридора. — Вход во внутренний двор примерно в пятидесяти метрах отсюда. Это кратчайший путь в крепость, если только эта тварь не умудрилась проломить стену.

— Ночной ползун должен быть огромным, — подтвердила я, пытаясь дотронуться до спины там, где были вырваны филаменты.

Чего мне делать явно не стоило.

Боль вспыхнула с новой силой, стоило мне коснуться раны.

Я выругалась вполголоса. Мои филаменты как раз стали достаточно длинными, чтобы я снова могла летать. Потеря трех целых нитей отбросила меня как минимум на две недели назад, учитывая, как медленно они росли. Хуже того, участок вдоль позвоночника, откуда выходили филаменты, очень хорошо снабжался кровью и кровоточил как сумасшедший, даже если рана была поверхностной.

Посмотрев вниз, я увидела, что у моей левой ноги уже натекла небольшая лужица крови.

— Не двигайся. Я могу остановить кровь. — Талия подошла сзади и коснулась моей спины. Затем я почувствовала, как ее кровавые лозы зашевелились в прорезях моих доспехов, что-то проделывая.

Я попыталась отмахнуться от нее. — Иди помоги гвардейцу! Я сама остановлю кровотечение, прикрыв рану филаментами.

Будет чертовски больно, но я выживу.

Талия положила вторую руку мне на плечо, удерживая на месте, и спокойно ответила:

— Там уже нечему помогать. Шипы превратили его в подушечку для иголок, пробив каждый орган. Он был мертв в тот самый миг, когда тварь вонзила в него свои крючья.

Я обернулась и позволила себе на мгновение взглянуть на гвардейца, который все еще лежал в объятиях искаженной версии караванщика, имевшей теперь больше общего с концом щупальца кальмара.

Доспехи стражника сдержали большинство шипов и крючьев, покрывавших псевдопод, но их было бесчисленное множество. Какие-то неизбежно нашли лазейки.

— А что с дрейками?

Вопрос Магнуса отвлек мое внимание от трупа. Ему уже не поможешь.

— Смею надеяться, они слишком велики, чтобы ночной ползун счел их добычей, — заметила Талия. — К тому же они не заперты в стойлах, что позволит им сбежать, если что-то случится. Ночной ползун не может просто сцапать их, как нас. Это на случай, если ты подумываешь о глупости выбежать туда и спасать наших скакунов.

Я закрыла глаза и на мгновение задумалась, пока Талии каким-то образом удавалось притуплять боль. Одна из моих субличностей подсказала здравое соображение.

— Ночной ползун не стал бы пытаться проникнуть в крепость, если бы мог пообедать парой дрейков снаружи, — рассудила я. — Давайте просто подождем здесь, пока…

Мое предложение стало излишним, когда из-за поворота коридора выбежали Холли и ее напарник Лука.

Вождица сжимала в своих огромных ручищах два внушительных топора, под стать своей исполинской фигуре. У Луки был меч длиной почти с него самого.

Оба искателя выглядели облегченными, увидев нас, но вождица быстро вернула себе самообладание.

— Какова обстановка? — Профессионально спросила Холли.

— Один гвардеец погиб, — стоически ответил Магнус. — Ночной ползун?

Холли кивнула. — Мы до сих пор не понимаем, как ему удалось взобраться на крышу. Дозорные на башне доложили, что ничего не видели, пока тварь не закричала. Даже тогда они не могли разобрать, что происходит, пока маленький дрейк не полоснул существо по спине и не нарушил его камуфляж.

Лука опустил меч. — Нам придется пересмотреть нашу оборону, если там снаружи есть еще такие же. Обычно ночные ползуны не способны скрывать все свое тело, сливаясь с окружением.

Холли кивнула. — Как только проверим всех и выясним, кто пропал. До сих пор не верю, что он проскользнул мимо внешних постов незамеченным.

— Пушка его убила? — Спросил Магнус.

Лука покачал головой. — Он перевалил через парапет и спрыгнул в болото, когда орудие слишком сильно его приложило. Он был в два раза больше ваших дрейков.

— Хорошо, — ответила я. — Пойдем проверим наших зверей.

Я сделала шаг вперед, но Талия остановила меня. — Нет-нет-нет! Мы идем в твою комнату, ты снимешь доспехи, и я осмотрю рану!

Я попыталась протестовать, но Магнус тоже настоял:

— Придешь после того, как Талия на тебя посмотрит. Я присмотрю за дрейками вместе с гвардейцами.

Когда я упрямо попыталась двинуться за Магнусом, Талия потянула за рану своими кровавыми лозами.

Этого хватило, чтобы я, шипя проклятия в ее адрес, развернулась и побрела обратно в свою комнату.